Поглотит ли Китай юго-восточную часть Казахстана?!

Официальная статистика говорит о том, что объем китайского капитала, привлеченного в казахстанскую экономику с 1993 до 2007 года, превысил 2,3 млрд. долларов. Цифра эта, конечно, солидная.

Но она не идет ни в какое сравнение с объемом прямых инвестиций, вложенных американцами в нашу экономику за тот же срок. Ибо во втором случае речь идет о сумме порядка $13 млрд.

Но зато Китай является вторым крупнейшим торговым партнером Казахстана после России. В названной выше публикации говорится, что наша страна планирует довести показатель объема торговли с КНР к 2010 году до $15 млрд. С учетом того, что еще в прошлом, 2007 году взаимный товарооборот между этими двумя соседними странами достиг уже $13,9 млрд., такая задача выглядит чересчур скромной.

Ибо ведь еще в 2005 году он не дотягивал и до $5,5 млрд. То есть темпы роста двусторонней торговли тут такие, что задача ее увеличения на какой-то миллиард с лишним за два последующих года представляется несколько заниженной.

Как бы то ни было, отношения РК с Китаем расширяются и углубляются столь стремительно, что КНР в очень скором времени, по-видимому, начнет восприниматься как главный экономический партнер нашей страны. Интенсификация отношений Китая с Казахстаном, особенно с юго-восточным и южным регионом, имеет просто-таки головокружительный темп. Только в нынешнем году в этой части нашей страны стали осуществляться с участием китайцев три больших начинания, призванных приумножить возможности китайско-казахстанских экономических связей.

В конце января на фоне визита председателя Сената РК К.Токаева в Пекин было объявлено о планах строительства сразу двух железнодорожных путей из Синьцзяна в Центральную Азию. Причем ту часть одной из этих дорог, которая призвана связать Коргас на китайско-казахстанской границе с внутрикитайскими железнодорожными сетями, предполагается завершить уже в этом году. Далее же ее предополагается удлинить в западном направлении до станции Сарыозек, что буквально в нескольких часах езды от Алматы, крупнейшего у нас в стране города. А главное же в данном случае – это то, что появляется вторая трансграничная железная дорога, связывающая Казахстан с Китаем. Эта новость, судя по сообщениям в печати, вызвала изрядный ажиотаж на Западе.

Вторая трансграничная железнодорожная ветка, призванная служить укреплению китайско-казахстанских наземных связей, еще только строится, а второй регулярный пассажирский рейс между Китаем и Казахстаном уже запущен. В китайской прессе об этом было написано так: “8 часов 58 минут вечернего времени 29 мая медленно вошел в пределы железнодорожной станции Урумчи пассажирский поезд из Казахстана. Начиная с этого момента, новый пассажирский маршрут между Китаем и Казахстаном был официально открыт”. Этот пассажирский поезд №897 начал свой путь из Астаны, столицы Республики Казахстан, и его конечным пунктом является Урумчи, столица Синьцзян-Уйгурского автономного района. Весь маршрут растянут на 1898 километров, и он обходится в 37 часов пути. Пассажирский поезд состоит из 11 вагонов и может вместить 576 пассажиров. Он должен совершать рейс туда и обратно еженедельно. Таково его расписание.

9 июля началось строительство казахстанского участка газопровода Туркменистан-Китай. Его маршрут также пролегает через юг и юго-восток Казахстана. Другими словами он должен пройти по территории трех из четырех областей Южно-Казахстанского региона.

А еще в Алматинской области при поддержке китайской стороны еще с прошлых лет строится Муйнакская ГЭС.

Одним словом, Китай буквально на глазах укрепляет свое влияние в Казахстане. Особенно это актуально для юго-восточной и южной части страны. Экономика этого края республики все больше и больше вовлекается в прямое взаимодействие с гигантской экономикой Поднебесной. Соответственно, увеличивается ее зависимость от китайской экономики. Так что у Казахстана уже, образно говоря, коготок увяз.

А Россия и США, воспринимаемые вплоть до настоящего времени как государства, вносящие наибольший вклад в развитие внешней торговли и экономики нашей страны, могут, похоже, оказаться отодвинутыми на вторую позицию. Но согласятся ли они просто так с возможностью такой трансформации?! Ведь уже сейчас обнаруживается изрядная обеспокоенность интенсификацией влияния Китая на страны Центральной Азии.

К примеру, в опубликованном недавно на сайте “ferghana.ru” материале под названием “Россия, Европейский Союз и Соединенные Штаты уступают Центральную Азию Китаю” как раз и отражается такая тревога.

Особе внимание в нем обращает на себя ссылка на публикацию в издании “Дело Номер” из Бишкека, где говорится, что в Кыргызстане в эти дни насчитывается около 100 тысяч китайцев, тогда как пятнадцать лет тому назад ни одного из них в стране не найти было. Что китайцы женятся на кыргызских девушках, получают кыргызское гражданство и покупают квартиры в Кыргызстане. Что Китай абсорбирует Кыргызстан, что в этом процессе используются ординарные методы экономики. Что, по оценкам независимых экспертов, почти 80 процентов внешнеторгового оборота Кыргызстана приходится на торговлю с КНР…

Описываемая тут картина вполне, как представляется, применима в отношении Юго-Восточного Казахстана. Потому что ситуация в этом регионе нашей страны во многом аналогична положению в соседней родственной республике.

Конечно, в Казахстане в целом социально-экономическая ситуация представляется куда более благополучной, чем в Кыргызстане. Но тут и в помине нет такой разницы, какая есть между Западной Европой и Северной Африкой или между Соединенными Штатами и Мексикой. А Юго-Восточный Казахстан вообще по многим параметрам похож на Кыргызстан.

Главное же то, что в этом нашем регионе в целом ситуация с прямыми иностранными инвестициями в реальный сектор экономики мало чем отличается от аналогичной ситуации в соседней республике. И сюда, и туда инвестиционный капитал приходит или может прийти в основном из Китая. И здесь, и там доходы и благополучие в целом у многих людей связаны с двусторонней торговлей и экономическими отношениями их стран с КНР. И такая зависимость предположительно может в обозримом будущем только возрастать.

Да, в Кыргызстане, который уже давно вступил в ВТО, влияние китайских предпринимателей в сфере среднего и малого бизнеса достаточно серьезное. В Казахстане же оно пока ощущается не так сильно. Но после того как страна вступит в ВТО, нашему среднему и малому бизнесу – и особенно именно на юго-востоке страны - также придется начинать испытывать на себе, что же означает непосредственно конкурировать с аналогичным китайским предпринимательством.

Можно предположить, что в таком случае у Юго-Восточного Казахстана общего с Кыргызстаном в плане результатов китайского влияния станет обнаруживаться куда больше, чем сейчас. В том числе и в том, что касается доли Поднебесной во внешнеторговом обороте региона и Казахстана в целом. Ведь уже сейчас очевидна тенденция к стремительному ее росту.

Мы тут вовсе не имеем в виду непосредственное вовлечение этого региона страны и его главного города, Алматы, в оборот действительности Китая. Об этом речи нет. Это вообще совсем другой разговор. Речь идет о том, что КНР, прилагая большие усилия развитию своих отсталых, западных регионов, продвигает прогресс со своего востока на запад. Это - гигантского масштаба процесс. Стремительный подъем того же Синьцзяна, с одной стороны, так или иначе должен повлечь за собой развитие юго-востока Казахстана и Кыргызстана. С другой стороны, китайцы, поднимая свои районы, прилегающие к нашим границам, должны быть очень заинтересованы в социально-экономическом росте и по эту их сторону. Иначе, китайский крайний Запад, несмотря на все усилия, останется континентальным тупиком, упирающимся в неразвитый Кыргызстан и не бог весть как развитый юго-восток Казахстана. То есть, такой вариант для них нежелателен. А подъем по эту сторону границ при таких условиях, так и иначе, будет способствовать вовлечению этой части Казахстана и Центральной Азии в синосферу. Но опять-таки никто не собирается прогнозировать политическую экспансию со стороны Китая. Регион, может, начинает приобретать черты, схожие с реальностью находящихся издавна под китайским влиянием стран, и при сохранении политического статус-кво. А что будет дальше – это уже совсем другой разговор.