Кого защищала Тамара Калеева

Сравнительно недавно в США для наших журналистов было проведено мероприятие — нечто вроде семинара на тему “Как делать независимые СМИ”. Туда были отправлены представители трех регионов. От Старшего жуза поехал шымкентец Дулат Абиш, главный редактор популярной на юге Казахстана газеты “Айгак”. От Среднего жуза поехал за океан астанаец Арман Шураев, достаточно известный тележурналист. От Младшего жуза на “курсы повышения квалификации” была направлена одна из главных фигур актюбинского масс-медийного дуэта радио “Рифма” — газета “Диапазон” г-н Михайлов. В последнем случае жузовский принцип был грубо нарушен… Но как бы то ни было, вся троица побывала в Америке, представляя собой независимые казахстанские СМИ.

Не знаю, как в Америке понимают независимые, свободные СМИ, а в нашем случае получилось, что из каждого региона отобрали таких ребят, которые являются составной частью власти на местах. Объясняю: власть на местах принадлежит акимам, по-казахским понятиям — крутым представителям местной элиты. Допустим, в Шымкенте — это представители родов Конырат и Дулат, попеременно восседающих в главном кресле области – акимском. А независимая газета “Айгак” ведет согласованную с местной элитой политику на сегодняшний день, например, поддерживая правящий клан рода Конырат во главе с акимом области Бердибеком Сапарбаевым. Так что с поездкой Дулата Абиша, равно как и с поездкой аргына Армана Шураева, все понятно. Совершенно иной коленкор проявляется с “представителем” Младшего жуза.

Если посмотреть со стороны, то, конечно, СМИ, которые представляет г-н Михайлов – это независимые СМИ. Ведь местную власть дуэт “Рифма”-“Диапазон” “делал” и “делает”, что называется, “по-черному”, а это, согласно негласному правилу, считается одним из важнейших признаков независимости. Но здесь есть подоплека, которая достаточно подробно вскрыта в моем интервью в “Казахской правде” (№1 2000 г.). Напомним суть дела. Она заключена в том, что указанные актюбинские русскоязычные СМИ свободны от областного начальства, но не от Астаны. Журналисты этих СМИ являются, по сути, наемниками, ландскнехтами, это своеобразные информационные “дикие гуси”, которых наняли высшие эшелоны власти для приведения в чувство местной, в данном случае актюбинской, власти. Такая вот мера независимости. Но можно ли их считать независимыми ни от чего? Весной 1999 года известный казахский общественно-политический деятель Жасарал Куаншалы подал иск против газеты “Диапазон”. На заре суверенитета он организовал и возглавил поход казахов, собравшихся со всей республики, на Уральск и этой акцией сорвал празднование 450-летия уральского казачества. Он же объявлял знаменитую голодовку против идеи конфедерации и нового союзного договора. Иными словами: если есть на свете человек, который на общественном уровне открыто и целенаправленно стоял за независимость Казахстана, то этим человеком является именно Ж.Куаншалы. Вот какая личность выступила против “Диапазона”. Выпуск “Диапазона” был приостановлен. Значит, если исходить из “презумпции невиновности”, “Диапазон” все-таки был не без греха. Однако это не помешало тому, чтобы в южной и в северной столицах открылась целая пропагандистская кампания в защиту гласности и свободы слова — проще говоря, в защиту “Диапазона” и радио “Рифма”. В дело активно включились как провластные СМИ республиканского масштаба, вроде телеканала НТК и крупноформатного еженедельника “НП”, так и структуры, которые считаются оппозиционными, кормящиеся главным образом через систему зарубежных грантов. Речь идет о фонде “Адил соз”, руководимом Тамарой Калеевой.

А теперь сам посол РК в США приглашает представителя такой структуры на стажировку в страну, являющуюся оплотом демократии. Хотя совершенно ясно, что это не идея посла, и, естественно, не идея самих американцев. И разве сей факт, когда протежируются СМИ со столь подмоченной (с антиказахских позиций) репутацией, не выглядит вопиюще?! Все это, между тем, явно, с нажимом преподносится как — поддержка свободных СМИ! И “Рифма”, и “Диапазон” выполняли миссию, угодную властям, — что я до сих пор доказываю. Власти же упорно этого не признают, но отправка г-на Михайлова в Штаты полностью дезавуирует тех, от кого эти СМИ несвободны и кто является их “крышей”.

Таким образом ситуация усугубляется – продолжение событий, начавшихся в 1999 году, перешло успешно в 2000 год, т.е. наблюдается преемственность прямо-таки “из века в век”. Казалось бы, нельзя возражать против того, чтобы журналисты ездили по миру, тем более, когда сами власти дают “добро”. Но если вникнуть в суть дела, все это выглядит довольно двусмысленно… Многое познается в сравнении, поэтому предлагаю представить себе аналогичную ситуацию, скажем, в ЮАР, где общество также состоит из нескольких рас. Далее – где-нибудь в Капской провинции какая-либо персона или издание обвиняется общественностью и осуждается судом из-за антиафриканских проявлений. После чего еще имеет покровительство со стороны власти, поощряется престижной командировкой в благополучную заграницу. Такое абсолютно невозможно себе представить даже в самых буйных фантазиях! Межрасовыми, межнациональными, межконфессиональными моментами вообще не принято рисковать ни в ЮАР, ни в Китае, ни в Штатах, нигде в мире, если конечно, государство не деградировано окончательно. Если довольно большая группа, представляющая определенную расу либо этническую группу, начинает возмущаться каким-то деятелем, представляющим другую расу, другой этнос, власть обычно занимает, по возможности самую осторожную, толерантную (повторюсь, насколько это возможно!) позицию. В этом смысле показательна знаменитая история с Салманом Рушди — один из его романов мусульмане сочли оскорбительным для себя. С точки зрения свободы слова, возможно, он поступил правильно, но мусульмане-шииты приговорили его к смерти. Но ведь ни один из столпов, скажем так, западной общественности не сказал твердо, что Салман поступил правильно и что все, что он написал в скандальных “Сатанинских стихах”, есть истина в последней инстанции. Тем более не было никаких официальных заявлений и нот от правительства Англии, от каких бы то ни было властных структур. Просто все подчеркивали одно: слишком жестоко приговаривать к смерти отдельно взятого человека за отдельно взятую книгу. Его прятали, обеспечивали ему режим инкогнито, но не объявляли блокаду или каких-либо санкций против Ирана. Казалось бы, Запад всесилен, но в данном случае предпочли Салмана прятать, чем, как говорится, вставать в позу. Примерно такая ситуация и в нашем случае. Но наша власть демонстрирует наплевательское отношение к общественному мнению местного населения. И чем это все может кончиться?! Обо всем этом необходимо хотя бы говорить. Если мы об этом не будем говорить, когда-нибудь это аукнется.

Тут какая проблема вырисовывается — большинство населения с покупательным спросом в отношении продукции средств массовой информации, а значит, в какой-то мере и духовного потребления, сегодня составляют именно казахи, набивающиеся в города. Так уж сейчас сложилась реальность. И в дальнейшем казахская масса, в чисто физическом смысле, будет увеличиваться. Но на многие события казахи (будь они русскоязычные или казахскоязычные) и европейское население смотрят и воспринимают их совершенно по-разному. В 99 случаях из ста их взгляды разнятся. И совершенно не потому, что есть некий глубокий антагонизм. Вопрос не в этом. Объективно казахи и русские – это разные народы, разные расы, разная история, разные культуры, разные психологические конституции, разные стереотипы, разные мировоззрения, просто масса разного. Гораздо больше можно назвать отличий, чем общих черт… Конечно, есть общее — это семидесятилетняя история советской власти, целой эпохи, когда из всех хотели сделать один народ с общей для всех идеологией. Сейчас нет такой общей идеологии. Конечно, народы будут сближаться как в Казахстане, так и во всем мире, но тем не менее на нынешнем этапе в ближайшем будущем разность восприятия – это останется. Основу коренного и на сегодняшний момент самого многочисленного этноса Казахстана составляют сельские казахи. Нынешняя казахская молодежь, по преимуществу — это сельские маргиналы, поскольку традиционный казахский аул под воздействием рыночных реформ заметно трансформировался. Но в любом случае они не перестали быть менее казахами, возможно, даже наоборот – в них мало что осталось от советского колхозника-казаха. И на этом фоне у нас 90 процентов информации контролируется, скажем так, европейцами: журналистами, главными редакторами, газетно-журнальными и телевизионными идеологами. Никто не говорит, что эти ребята непрофессиональны — они профессиональны. Они великолепны, в конце концов они легко выиграли конкурентную борьбу за читательскую аудиторию, показали свое мастерство, свой интеллектуальный уровень, который у них оказался гораздо выше, чем у их казахских визави. Но ведь есть и другая крайность. Когда они (т.е. журналисты-европейцы) говорят о социальных проблемах общих для всех, они могут находить положительный отклик как среди европейского, так и среди казахского населения. Казалось, казахи по инерции должны воспринимать деяния того же “Диапазона” как положительные уже во всем, лишь бы газета критиковала власть, а власть на нынешнем этапе, как всем совершенно понятно и ясно, мало что сделала хорошего для народа. Но появляются общественные деятели, которые, скажем так, вносят ясность в эту ситуацию и рассматривают ее с точки зрения именно духовной этнически-культурной коллизии, и их сторону принимает немалое количество населения. Вот вам и конфликт.

В силу того, что все названные нами выше разности и коллизии существуют в реальности, на нынешнем этапе, когда на 90 процентов информационная система контролируется и приводится в действие европейскими журналистами, это выглядит уже как пример социально-этнического перекоса на общественном поле. Т.е. фактически на нынешнем этапе эта актюбинская история доказывает, что этап, когда мы все делились на народ и власть, этот этап уже закончился. Мы вернулись к тому, от чего ушли — народы все-таки мы очень разные. “Диапазон” – это первый звонок, он показал: казалось бы, бьют власть — ну и что в этом такого. Какое простому человеку, который не работает и у которого своих личных проблем выше крыши, до всего этого дело? Оказалось – есть! Потому что межнациональные вещи очень тонки. Это как трещина. Вот она появилась, а теперь будет расширяться, расползаться на множество трещин. Процесс, что называется, уже пошел. И ничего хорошего государству и народам это не принесет. Причем самое удивительное и страшное, что занимается этим сама власть. Сказать, что это власть делает преднамеренно, наверное, было бы слишком однозначно. Скорее всего, это происходит по неразумению, по неведению: “слишком далеки они от народа” — имеется в виду казахская власть относительно своих же казахов, вкупе вместе со своими “дикими гусями” Но это происходит. Реально что получается: казахскоязычная пресса выключена, а русскоязычные газеты и журналисты казахские, наиболее эффективно работающие (работавшие), тоже выключены. В силу объективных обстоятельств. Но если 60 процентов казахов потребляют и кормят духовной пищей европейцы, то сколько они их будут кормить и что из этого получится? Фактически музыку заказывают русскоязычные журналисты-европейцы. Не потому, что они корыстные или плохое что-то желают для казахов — нет, в силу своей психологической конституции они понимают по-своему, “что такое хорошо, что такое плохо”. Есть такая позиция, и ее первым всегда выскажет европеец – это я разделяю, это я не разделяю. Хотя с точки зрения казаха — это кажется очень несправедливым, а русскому кажется, что тот должен принять его позицию, поскольку он более прав. Это коллизии и особенности психологической конституции. И если что-то не исправить в указанном направлении, общество расколется как в начале девяностых, как в 1986 году… Ну и кому это надо? Неужели власти!? Ей, возможно, в первую очередь таких катаклизмов и не нужно…

Что надо делать, дабы не допустить такое развитие ситуации? Какие профилактические меры необходимо предпринять? Видимо, все-таки настал момент, когда надо создавать национальное телевидение, национальную газету на… русском языке. Разумеется, организация таковых структур никоим образом не должно ущемлять уже существующие русскоязычные информационные системы. От русской культуры нам никуда не уйти, но в нашем случае она может стать и уже становится подспудно той базой, на которой вызревает нечто более национальное (отдаленно — ирландский вариант) с точки зрения казахскости.

Новости партнеров

Загрузка...