Казахские СМИ сквозь призму строительства демократии и гражданского общества и что им делать дальше


Прежде чем вести разговор по заявленной проблематике, необходимо определить состояние казахскоязычных СМИ на современном этапе развития общества в целом. А оно таково: в новейшее время казахская пресса так и не смогла охватить весь спектр информационного обслуживания своей традиционной аудитории, стать полноценным информационным комплексом, не говоря уже о том, чтобы в вышеуказанном понятии стать явлением и привлечь внимание иноязычных. Тогда как любая пресса только тогда вполне отвечает этому понятию, когда она занимает центральное место в формировании общественного мнения в том или ином государстве… Наиболее же полно отвечает смыслу, вкладываемому в понятие “пресса”, только русскоязычная пресса Казахстана. Это – основная пресса. Если же рассматривать с данных позиций казахскую прессу, то она сегодня вполне определима как пресса дополнительная, имеющая отношение сугубо к этнокультурной части бытия казахскоязычного общества. Однако уверенно утверждать, что хотя бы в этой ипостаси казахская пресса крепка и самоценна, с каждым годом становится все затруднительней. Но это тема для другого разговора, мы же говорим об ином…


Возвращаясь к русскоязычным СМИ, еще раз подчеркнем: именно они являются полновластными хозяевами информационного рынка Казахстана, или, фигурально выражаясь, главными “перевозчиками” информации, современных идей. Одним словом — именно на русскоязычном основании зиждется вся система коммуникации в Казахстане. Такое положение вещей, видимо, объясняется тем, что руководство страны так или иначе выбрало демократический путь развития, что практически означает прозападную, проевропейскую ориентацию. Кстати, специфика и парадоксальность казахстанской ситуации состоит в том, что такие реалии существуют, несмотря на такую тенденцию, как увеличение удельного веса коренной нации в общей массе народонаселения Казахстана. В свою очередь, та часть населения, с которой ассоциируется русская культура, формирование в Казахстане урбанизированного социума, достижения современной цивилизации, в том числе и такого феномена, как “пресса”, наоборот, уменьшается. В дальнейшем тенденции могут быть таковы: русскоязычная пресса будет “оказашиваться” (имеются в виду любые вариации, кроме лингвистической. – Авт.), а непосредственно казахскоязычная попросту “загнется” и вряд ли когда уже разогнется…


***


На наш взгляд, основной целью для идеологов государства сегодня должно стать выявление наиболее эффективных технологий и идей, способствующих системному приспособлению казахской прессы для строительства гражданского общества, к чему, собственно, и ведут выбранный самой высшей властью вектор развития (ориентация на демократические ценности) и объективно складывающаяся ситуация. Последние два утверждения вряд ли понравятся нашей оппозиции, относящей себя к демократической, но власти, как уже говорилось выше, пусть даже формально, но все же придерживаются демократической риторики вот уже десять лет. А это означает лишь одно: что-либо переигрывать никто, похоже, не собирается. Сложившееся положение вещей объективно указывает, что Казахстан все-таки движется в русле демократического реформирования. Но движется ли в этом направлении казахская пресса, казахская общественная мысль? Отнюдь! Ибо в нынешнем своем состоянии казахскоязычная пресса, пусть даже имеющая характер дополнительной, вторичной (но которая, как и любая другая пресса, все-таки формирует определенное общественное мнение!), является в известной степени тормозом — тормозом на пути расцвета подлинно демократического мышления, а значит, и роста демократических преобразований в стране… Впрочем, в этом, наверное, нет обдуманной злонамеренности, поскольку все дело упирается большей частью в общую отсталость казахской прессы, в особенности национального восприятия и т.д. И это вполне объективный фактор, поскольку не следует забывать, что весь ход общественных преобразований последнего десятилетия наиболее существенно экстраполировался на процессы социализации и другие стороны жизнедеятельности именно казахского населения. Но это не означает, что казахи первее и быстрее всех адаптировались к новым реалиям. Все эти процессы протекают чрезвычайно болезненно …К тому же они протекают на фоне такого своеобразного процесса, как тотальная маргинализация казахов, особенно сельских, начавшегося еще в эпоху развитого социализма (заметим, самой сытой, в прямом смысле слова, эпохи для казахов в ушедшем XX веке). Произошла и не прекращается потеря целого ряда как традиционных, так и благоприобретенных за годы советской власти черт и характеристик. А о каких-то приобретениях позитивного (прогрессивного) характера говорить, мягко говоря, еще рановато… По сути, в силу вышеназванных причин казахское общество сегодня стоит на распутье. А если вести речь о развитии демократических институтов и соответствующей идеологической базы, то роль русскоязычных СМИ в сравнении с казахскоязычными трудно переоценить. При таком положении вещей приходится констатировать, что результативность казахской прессы как информационного посредника между самыми современными общественно-политическими идеями и населением практически равна нулю. Возможно, именно эта причина является не последней в ряду тех, из-за которых в Казахстане демократические установки трудно прививаются в общественной природе казахского общества. Как это выглядит на практике? Допустим, последняя законодательная инициатива парламентариев, касающаяся статуса первого президента, практически никак не отразилась в казахской прессе. Она, по сути дела, “отморозилась” от этой, прямо скажем, отнюдь не проходной темы. В любом случае осталось неясным: говорит ли это о том, что казахи и их пресса поддержали депутатов, или, наоборот, это говорит о том, что казахи и их пресса таким весьма странным образом бойкотировали этот законопроект?! Вот вам прекрасный образчик “высокой актуальности” казахской прессы… И здесь в пору говорить о наличии определенного характера изоляционизма казахской прессы, национальной общественной мысли, что в итоге приводит к инертности мышления отдельно взятого потребителя казахской прессы…


Однако при всей своей узкой функциональности казахская пресса существует, и коли за счет прироста коренного населения в той или иной степени сохранится масса ее потенциальных потребителей, значит, она необходима. Т.е. она необходима не по каким-то формальным причинам — скажем, согласно существованию Закона “О языках” (функционирующему в режиме де-юре, но не де-факто), а по вполне естественным причинам. Следовательно, возникает необходимость сообразно задачам развития демократии в казахском обществе и в Казахстане вообще адаптировать казахскую прессу для ее же аудитории. И здесь возникает вопрос: с чего надо начинать? Прежде всего с избавления от иллюзий, будто казахская пресса сегодня вправе и в силах нести бремя основной прессы в контексте заявленного разговора. Казахскоязычная журналистика во главу угла должна поставить сегодня просвещение населения. Маленький штрих: в настоящее время, например, ни одно казахскоязычное издание серьезно не занимается пропагандой самоуправления — этого важнейшего института демократии. А русскоязычная пресса тем временем, помимо всего прочего, и в этом направлении тоже дает пищу для размышлений. Достаточно вспомнить статьи Петра Своика, посвященные этой теме, в самых тиражных русскоязычных изданиях. Но эта же самая тема просто неподвластна казахской журналистике, зато вы встретите массу якобы аналитических статей, посвященных, скажем, большой международной политике. Между тем если их перевести на русский, английский языки, то все убожество и школярство 99% такого рода материалов вылезет наружу, поскольку оригинального в них очень мало, все неумело передирается с русскоязычной информационной базы. Поэтому неудивительно, что просвещенный человек в них всегда найдет массу ошибок и неточностей. Русскоязычные коллеги об этом в массе своей и не подозревают, а иначе их скрытое полупрезрение в отношении прозябающей казахской журналистики вряд ли осталось бы… скрытым. Общий кругозор среднестатистического казахского журналиста как был низким таким и остался. Несмотря на наличие этого печального обстоятельства, существует убеждение, которое точнее будет назвать искренним заблуждением: будто нынешняя казахская журналистика в состоянии адекватно воспринимать действительность и тем паче объяснить ее. Увы, не может! Не может… Низкосортная, неадекватная относительно современности казахская журналистика (и пресса) именно тем опасна, что она в свете нашей темы ничего дает своему читателю, который вместе со своей “родной” прессой имеет смутное представление о сути демократии, о механизмах рыночной экономики, о преимуществах гражданского общества. Все это, в свою очередь, влечет за собой практическое невежество и полную дезориентацию в понимании основополагающих принципов устройства гражданского общества и демократических ценностей. К тому же трудно встретить в казахской прессе системную, фундаментальную аналитику на какую бы то ни было тему. Впрочем, такой жанр, как репортаж, в казахской журналистике вообще отсутствует. А ведь и репортаж, и аналитика — это два кита, на которых стоит современная журналистика во всем мире. В этом плане исключения из правил очень и очень редки. По пальцам можно пересчитать людей, которые могут написать на казахском языке добротную аналитическую статью, и этот материал ничего не потеряет от того, если его, скажем, перевести на тот же русский язык. Это такие личности, как Азимбай Гали, Ахас Тажутов, Галымжан Муканов, Нурлан Оспанулы, Ауэзхан Кодар, Ержан Карабек. Кстати, практически все они (за вычетом Е.Карабека) не являются журналистами по своей профессиональной подготовке, и, что примечательно, все они прекрасно владеют русским языком. А А.Тажутов и Г.Муканов владеют еще и иностранными языками. Кроме того, все они, прекрасно могут писать свои тексты и на русском языке…


Процесс формирования общественного мнения – это обоюдный процесс: журналист в меру своих сил и таланта отображает, анализирует общественные и иные процессы, а его читатель что-то черпает для себя из изучения журналистской продукции. А поскольку никаких признаков модернизации и прогресса в мире казахской прессы не наблюдается, не наблюдаются они и в умах ее аудитории. Но самое печальное состоит в том, что сами казахские журналисты достаточно бодро “модернизируются” только в сторону “желтизны”. Сегодня масса казахских газет, особенно выходящих в областных центрах, полны самой откровенной “клубнички” — это “рассказы” о проститутках, исповеди самих жриц любви, описание забав “новых казахов” в саунах и загородных виллах, смакование сексуальных обычаев казахского простонародья и баев в “золотую” эпоху кочевой жизни. В этом смысле явно пошло модное поветрие на такого рода продукцию на казахском языке. А ведь любая пресса, пусть даже дополнительно-вторичная, — это зеркало общества. Еще классики говорили, что газета – это коллективный организатор. Так на что “организует” свою аудиторию казахская пресса?! Она сама не знает! А что такое муниципальная собственность, самоуправление, с “чем его едят”, для чего оно необходимо – об этом ни полслова. Более того, подобная тема будет считаться невыигрышной, мелкой, никчемной с точки зрения среднего казахского журналиста. А ведь таких тем, как самоуправление, — масса. Но о них ничего не знает рядовой экс-колхозник, которого, по крайней мере на словах, тянут в светлое царство демократии как власть, так и оппозиция, вместе взятые… Но вместо того чтобы ему подробно объяснять механизм того же самого самоуправления, учить его азам, хилая и хиреющая казахская журналистика изображает из себя невесть что! Зачем казахской газете с претензией на вселенскую осведомленность сообщать о Каннском кинофестивале, тем паче если журналист там и не был, а его материал есть перепев, компиляция какого-то материала, вышедшего в свет на русском языке? Не лучше ли грамотно перевести того же Своика на казахский язык, чем ругать его, скажем, за незнание госязыка?! Ей-ей, пользы для казахов от пропаганды Своика на казахском было бы гораздо больше. Ведь вполне вероятно, что институт самоуправления и есть то противоядие против засилья назначаемых властью акимов, которые на местах быстро превращаются в “аткаминеров-бельсенды” (попросту – в хапуг и держиморд, феодалов нового разлива). Иными словами, казахскоязычные СМИ, по крайней мере питаемые из госбюджета (независимая, т.е. частная казахская пресса, судя по всему, все равно не будет этим заниматься. — Авт.), должны превратиться в учебники, в буквари, в популярном и простом стиле обучающие людей демократии, разъясняющие законодательство и т.п. для тех, кто думает, говорит и понимает только на казахском языке. И такого рода журналистика, если угодно, будет обязательно востребована, а польза от нее будет просто громадной — как в политическом, так и в прикладном смысле. Причем не для властей, а для всего казахского общества в целом.


Только просвещенный, грамотный, современно мыслящий читатель может поднять статус и реноме казахской прессы. Соответственно, только журналистика просвещения воспитает такого читателя. Ведь сегодняшняя ситуация в какой-то мере повторяет то, что было в преддверии и после Октябрьской революции. Ведь тогда деятели Алаш-Орды, по сути дела, занимались просвещением своего народа: политическим, экономическим и пр. И вновь, к слову, подчеркнем – ни А.Букейханов, ни А. Байтурсынов, ни Х. Досмухаметов, ни М. Тынышпаев и др. не были журналистами… А помимо родного своего языка великолепно знали по крайней мере русский язык. Это к тому, что в последнее время стали активно циркулировать разговоры о тяжелой доле казахских журналистов, о необходимости равного распределения, допустим, тех средств, которые дают казахстанским СМИ рекламодатели. Другими словами, казахская журналистика хочет процветать и пахнуть как русскоязычная, но когда речь заходит о качественных характеристиках сегодняшней казахской журналистики, ее представители будто глохнут и начинают обвинять всех и вся, искать виноватых среди русскоязычной части населения, включая своих соплеменников. О том же, чтобы признать свою слабость и наметить пути искоренения “родимых пятен” казахской журналистики, даже речи нет! Хорошо, пусть русскоязычные казахи (шала-казахи) – это отрезанный ломоть, убогие люди, не знающие казахского языка. Но далеко ли ушли от них обвиняющие их казахи и конкретно – казахские журналисты? И как, интересно, с “шала-казахами”, с остальными русскоязычными собираются работать наши казахские журналисты? А ведь им, в массе своей, самим необходимо еще просвещаться и просвещаться! Русский человек, русский журналист может обойтись без английского, без китайского и тем более без казахского. Потому что на русском языке собран весь культурный, научный запас человечества. И сам русский язык живет, развивается входит в семью основных мировых языков. Словом, для того чтобы быть казахским просветителем, мало быть просто знатоком казахского… Или слыть таковым!


Таким образом, если казахская пресса сумеет в русле задач, поставленных самим ходом новейшей эпохи, сконцентрироваться в просвещенческом направлении, значит, она сумеет наконец-то стать более приемлемой в качестве той же самой дополнительной прессы, но уже будучи всеобъемлюще адекватной вызовам, которые несут с собой те современные общественно-политические и социально-экономические инновации, с которыми сталкиваются нынешнее казахское общество и, соответственно, казахские СМИ. Адекватность в данном случае предполагает качественное повышение универсальных качеств казахской прессы, что, в свою очередь, зависит от степени ее включенности в процесс демократического переустройства общества. Поэтому самая острая и насущная проблема казахских СМИ заключается в том, чтобы найти способ включиться в вышеупомянутый процесс. Именно с решения этой проблемы может начаться обновление и модернизация казахских СМИ и их дальнейшее прогрессивное развитие. Без данного переходного этапа говорить и доказывать, будто казахская пресса сегодня в состоянии доминировать в системах коммуникации Казахстана, было и останется обыкновенным заблуждением, за которое, надо добавить, дорого будет платить непосредственно казахское общество.


Новости партнеров

Загрузка...