Россия и Казахстан: еврейство в генштабе – зло или благо?

— Идите к чертовой матери со своим

“студебеккером”! – заорал Остап.

— Кто такой Студебеккер?

Это ваш родственник
Студебеккер?


Ильф и Петров, «Золотой теленок».


Антисемиты всех мастей под еврейством не всё понимают, но тем не менее смутно догадываются, что это что-то такое нехорошее, так же нехорошее, как и само слово «еврей» и выражение «еврейский народ», хотя еврейский народ – это такой же народ, как и русский, казахский, немецкий и другие народы. Из антисемитов наиболее четко выражал свои мысли Адольф Гитлер, и в связи с этим в определенной степени можно сказать, что он был самым “разумным” среди антисемитов. Поэтому об уровне ума остальных антисемитов можно даже не строить иллюзий. Нечто подобное можно сказать и о крайних сионистах, которые, спекулируя на известных национальных чувствах, во имя достижения своекорыстных политических целей не гнушаются обвинять весь остальной нееврейский мир в антисемитизме. С учетом изложенного и в связи со скандалом, разгоревшимся в российских военных верхах между начальником Генерального штаба (НГШ) Анатолием Квашниным и министром обороны Игорем Сергеевым, представляется прекрасная возможность поиздеваться над антисемитизмом и крайним сионизмом, которые, соответственно, хотели бы реанимации психологии как погромщиков, так и жертв погрома.


Даже такой умница, как русский военный интеллигент Игорь Сергеев, вынужден был не сдержаться и сказать очевидное для всех: что Анатолий Квашнин ради захвата кресла министра обороны готов разрушить сложившуюся десятилетиями систему военной безопасности России, становым хребтом которой являются Ракетные войска стратегического назначения (РВСН). Но даже в самом крайнем состоянии запальчивости он не скажет всего того, что он думает о Квашнине в связи с еврейским происхождением последнего. Конечно, Квашнин пишется, как минимум, русским. Но нельзя быть формалистами до идиотизма, наверное, думает и ярый русский патриот генерал Леонид Ивашов — тоже большой “умница”, доктор философских наук, профессор, начальник Главного управления ГШ по международным связям. Но, несмотря на свою известную принципиальность и даже бесстрашную “ястребиность”, он, тем не менее, побоится не только выражать эти свои мысли вслух, но и вовсе каким-либо образом проявить их, прежде всего потому, что Квашнин является его непосредственным начальником.

Так что же представляет собой начальник Генерального штаба российских вооруженных сил генерал армии Квашнин? Для русских антисемитов, конечно, самое существенное то, что внешне Квашнин представляет собой отличный экземпляр породистого еврейского богатыря (не в пример физическому строению Березовского и Гусинского, на которых антисемиту всегда можно найти следы вырождения). Далее антисемит, конечно, разузнает, что Квашнин не заканчивал военного училища, а начал свою бурную военную карьеру после окончания политехнического института и в связи с удачной женитьбой, что обеспечило его мощной “волосатой лапой”, которая долго способствовала его продвижению вверх — кажется, что эта лапа существует и до сих пор. Тот же Эдуард Лимонов может прекрасно показать, как те же “пастернаки” манипулировали “лохами”, чтобы протащить наверх Квашнина. Непосредственным же исполнителем этой воли и военным архангелом для Квашнина был бывший министр обороны СССР маршал Дмитрий Язов. Квашнин рос вместе с Язовым, точнее, Язов рос вместе с Квашниным. Наиболее яркие впечатления о Квашнине Язову удалось составить, будучи командующим войсками Среднеазиатского округа (штаб находился в городе Алма-Ате), когда Квашнин после двенадцати лет после окончания института уже командовал самой боевой (танковой) дивизией округа (штаб находился в г. Аягузе). Запомнился тогда Квашнин не только показными масштабными танковыми учениями, но и показушным масштабным строительством военного городка в Аягузе (под названием Южный). А как было не строиться, если основные ресурсы округа шли именно в эту дивизию?! Будучи после этого командующим Дальневосточного военного округа и министром обороны, Язов повсюду тащил за собой Квашнина, точнее, рос сам за счет тех сил, которые стояли за спиной Квашнина. Следует отметить, что Квашнин в своей жизни никогда еще не был в опале — даже тогда, когда Язова заточили в Матросскую тишину за участие в ГКЧП, карьера Квашнина продолжалась. Все это сформировало в нем агрессивную психологию победителя: его победить или запугать нельзя, можно только убить. Некоторые подзабыли тот военно-политический факт, что именно под его руководством ГШ, автономно от министерства обороны и тем более от российского МИДа, спланировал и организовал совершение политически скандального, но блестящего в военном отношении марш-броска российских миротворческих сил в бывшей Югославии с целью захвата аэропорта в Приштине. Политическая показушность, нецелесообразность и даже бессмысленность этой выходки военных сейчас особенно очевидна, но тогда она органично вписывалась в неадекватную психологию Ельцина, которая уже не могла планомерно и плодотворно функционировать, а для имитации последнего ей нужны были крупные политические инъекции. Таким образом, всю свою жизнь Квашнин привык побеждать, правда, все больше на показушном поле брани. Во всяком случае, те кто тащили его наверх, уберегли его в свое время от участия в войне в Афганистане.


“Теперь мне все понятно! – хищно думает русский антисемит. – Эти сионисты давно задумали сделать Квашнина российским министром обороны, чтобы затем вовсе разрушить Россию до основания!”


Думается, что с нас довольно подобной клиники.


Во-первых, Квашнин — самый настоящий русский, а не еврей. Даже если и есть в нем еврейская кровь (недаром он так похож на библейского богатыря Самсона!), то именно его еврейство является абсолютной формальностью, а содержательно – он русский до мозга костей.


Во-вторых, Анатолий Квашнин не просто русский, а русский солдафон, в отличие от Игоря Сергеева – русского военного интеллигента. Если бы Квашнин был евреем, то даже после своего общевойскового военного происхождения он должен был бы сообразить о военно-политической роли Ракетных войск стратегического назначения. Конечно, мы тут ерничаем по принципу сионистов и одновременно антисемитов: мол, если Сергеев такой умный, то почему он не еврей, и, наоборот, в отношении Квашнина: если он дурак, значит, не может быть евреем! Наоборот, если Квашнин и является где-то генетически евреем, то наша совково-военная действительность, изуродовав его до неузнаваемости, сделала из него обычного военного чиновника-карьериста, который, как известно, не имеет национальности, но зато имеет отличную пищеварительную систему, а вместо головы – кость, которая у него никогда не болит. Действительно, последние телодвижения Квашнина в очередной раз демонстрируют, что он – очень даже русский, при этом настолько, что его можно назвать русским не до мозга костей, а до костей мозга. Подобные офицеры-богатыри без ограничения могут выпивать вместе со своим командиром, а затем принести его пьяное тело к командиру полка и спросить последнего: “Разве такой человек может командовать ротой?” Но Квашнину и этого не надо было делать.


В итоге восхождение русского Квашнина можно сравнить в чем-то с восхождением небезызвестного тоже русского Чурбанова – бывшего зятя бывшего Брежнева.


В-третьих, конечно, со своим птичьим политическим мышлением Квашнин сегодня даже в кресле НГШ смотрится как средневековый подмастерье, украдкой присевший на место мастера. Жутко представить себе, что будет, если он станет российским министром обороны, так как это будет иметь последствия для военной безопасности не только России… Однако вместо того, чтобы в первую очередь отвечать за результативность боевых действий российских войск в Чечне, он бодро докладывает о завершении там боевых действий и одновременно занимается политиканством, а президент Путин (такой же подмастерье!), склонен, видимо, успехи российских войск приписывать Анатолию Квашнину, а за неудачи “драть” Игоря Сергеева. Если Путин и дальше будет руководствоваться подобной перевернутой логикой, то голова у него может стать полностью костяной — чтобы крепко стоять на голове и, тем более, ходить! А тем временем Квашнин занимается привычным делом – очковтирательством относительно успехов российских войск в Чечне — и одновременно пытается использовать Путина, как когда-то Язова, чтобы все ресурсы были отданы в его, Квашнина, руки. Он готов, как говорится, спалить дом, чтобы выполнить приказ президента по приготовлению яичницы. И в этом нет никакого еврейства, ибо так же, как Квашнин, думают и многие другие (совсем уж явно русские по физиономии) генералы — как, например, Трошев, Казанцев, Манилов и т. п. Точнее, наоборот. Именно Квашнин думает, как тот же Трошев, как тот же командир батальона или взвода. То есть его мышление – это мышление абсолютно военного человека без всякого проблеска политического мышления, хотя уже должность командира дивизии в определенной степени является военно-политической, не говоря уже о более высоких военных должностях.


В связи с военной окостенелостью мышления генералитета следует напомнить, что именно они явились когда-то инициаторами разжигания костра войны в Афганистане, и пока они там загребали жар чужими руками, в этом костре сгорело и советское государство… Что же касается амбиций Квашнина, то для его психологии пост министра обороны – это вовсе не предел, особенно, когда он смотрит на “козявку” Путина, авторитет которого (если он не разрешит спор между Сергеевым и Квашниным в пользу последнего) как Верховного Главнокомандующего может упасть не только в глазах Квашнина — Путин может и вовсе пропасть как президент. И для того, чтобы Квашнин додумался возглавить российское государство, пусть даже и не в виде законно избранного президента, вовсе не обязательно, чтобы он сначала стал министром обороны. Для этого необходимо, чтобы, во-первых, Путин его обидел, а во-вторых, чтобы на Квашнина вышли обиженные Путиным олигархы (хватило бы даже двоих – Березовского и Гусинского, чтобы втроем с потрохами съесть кремлевскую политическую кухню вместе с ее поварами). Но и тогда это не было бы еврейским переворотом, хотя и Гусинский, и Березовский претендуют на звание российского еврея №1, ибо их капитал заработал бы на благо России, а Квашнин думал бы уже над тем, как ущемить этих двоих и им подобных. Но есть одно существенное обстоятельство: если для того, чтобы стать министром обороны Квашнин готов развалить вооруженные силы, то для того, чтобы стать главой российского государства, он не остановится перед тем, чтобы его развалить. А пилить сук, на котором сидишь, — это больше по-нашему: по-русски, по-казахски, но только не по-еврейски!


Интересно получается с “бедным” и совсем уж русским министром обороны Игорем Сергеевым, который из-за своей тактичности и интеллигентности попал сегодня в такое же дискомфортное психологическое состояние, как тот еврей, которого уже угрожаще называют жидом с откровенным намеком на ближайший погром. Так что “наш” Анатолий Квашнин даже по своей психологии погромщика совсем уж наш – то есть русский! Хотя “наших” русских антисемитов разве переубедишь? Даже последний приведенный аргумент они воспримут так: в России евреи настолько обнаглели, что уже готовы русским устраивать погромы. Кость, она и есть кость!


Но что нам Россия! У нас в Казахстане есть свои вооруженные силы, а следовательно, Генштаб и начальник Генштаба (НГШ).


Не будем гадать насчет количества еврейства в российском Генштабе, но что касается еврейства в казахстанском Генштабе, то его, к сожалению, слишком мало. О каком еврействе, то есть о еврействе как признаке высокого интеллекта, высочайшего профессионализма, можно говорить, если до последнего времени в качестве НГШ в Казахстане были “военачальники с мыслительно-речевым аппаратом прапорщика” — по меткому и справедливому определению “Каравана” (что сейчас у “Каравана” бывает редко, так как он опустился до такого уровня, что даже небезызвестный Эрик Нуршин является его духовным пастырем). Наши доморощенные НГШ (конечно, обязательно казахи, так как не только еврей, но даже и русский практически не может в Казахстане стать НГШ, не говоря уже о должности министра обороны), за редким исключением (исключением еще и потому, что были исключены!), представляли собой такое ничтожество, что даже раскритикованные нами выше интеллектуальные и нравственные качества Анатолия Квашнина кажутся для них недосягаемой высотой.


Когда казахская власть жаждет крови главного своего политического оппонента — бывшего премьера Акежана Кажегельдина, или когда власть неоднократно обезглавливает казахстанскую военную верхушку, то я невольно вспоминаю политическую практику Сталина по отношению к Троцкому или советскому высшему командному составу. Но Казахстану далеко до Советского Союза, а Назарбаеву – до Сталина. И если в конце тридцатых годов борьба с политической оппозицией и смена руководящих военных кадров происходила в форме великой трагедии, то подобное сегодня в Казахстане происходит в форме великого фарса, точнее, пшика. Оставим в стороне Кажегельдина, ему сейчас и без того нелегко. Впрочем, так же нелегко и казахской власти в связи с его арестом в Риме. Рассмотрим практику ротации высших военных кадров.


Говорят, что Сталин, подобно опытному садоводу, заранее был уверен в своем успехе, что обильное и целенаправленное обрезание кроны дерева военной иерархии с необходимостью приведет к появлению еще более густых и мощных ветвей, но уже растущих в нужном направлении. И действительно, вместо легендарного в прошлом, но спившегося Блюхера появился еще более легендарный Жуков, вместо донельзя амбициозного (как Квашнин) Тухачевского появился скромный Рокоссовский и т. д., и т. п.


В Казахстане поначалу тоже так казалось. Так, вместо легендарного Сагадата Нурмагамбетова – Героя Советского Союза, Халык Кахарманы №1, появился молодой (на 30 лет моложе!) и талантливый Алибек Касымов. Но по мере продвижения и задвижения Касымова вместо него, соответственно, на должности НГШ появились сначала Алихан Джарбулов, а затем и Бахытжан Ертаев. И если Джарбулов, при всей своей политической неподготовленности к этой должности (ибо такая высшая военная должность, как НГШ, автоматически является военно-политической), все же выглядел способной военной косточкой, то Ертаев представлял собой уже сплошную “кость”, чистота которой была поставлена под сомнение самой казахстанской властью. В последующем, как известно, Ертаеву удалось формально отмыться, что у многих вызвало ощущение, что он попросту сумел отмазаться, пригрозив замазать и других, в том числе и высшее военное руководство страны. Именно его “Караван” метко обозвал “военачальником с мыслительно-речевым аппаратом прапорщика”. Параллельно с НГШ, после ухода Касымова с военного небосклона, происходил процесс снижения уровня министров обороны.


В конечном счете у Назарбаева в процессе ротации высших военных кадров получился результат, противоположный результатам Сталина. И чем дальше упорствовал бы Назарбаев в своей практике стрижки военной кроны, тем больше он уходил бы от желаемой цели. Думается, что наконец Назарбаев это понял, как понял и причину, а потому вынужден был не отправлять наказанных им высших военных чиновников в небытие, а использовать их по второму разу.


В связи с изложенным нас не может не интересовать вопрос: в чем же причина такого неуспеха ротации казахстанских военных кадров?


А причина — в культуре, точнее, в ее разрушении в казахстанском государстве, в том числе таком ее органе, как армия. Когда наши казахбайские идиоты-чиновники, почуяв националистический запах политики власти, бросились искоренять повсеместно русскую культуру — особенно это видно по отношению к русскому языку, — то вследствие их кретинизма им казалось, что культура – это настолько абстрактно-духовное образование, что на ней не должно оставаться никаких следов издевательства над ней. Им вовсе было невдомек, что русская культура интегрировалась в казахскую культуру, стала ее неотъемлемой органичной частью, а нередко и ее основанием, как например, музыка этнического еврея Евгения Брусиловского, но одновременно русского композитора, русского интеллигента лежит в основании современной казахской музыки. Попробуйте выбросить творчество Брусиловского не только из истории, но и из самой казахской музыки, и вы увидите, что полезли с ножом мясника делать операцию на сердце казахского народа, коим являются его песни и музыка его песен. Опыт Брусиловского тем более интересен, что он ярко демонстрирует, что хотя многие казахские националисты хвастают древностью истории казахского народа, которая может поспорить с древностью истории самого еврейского народа, тем не менее современный пласт казахской музыкальной культуры оказался настолько тонким, что пришлось “варягу со стороны” – Евгению Брусиловскому сформировать прочные основания современной казахской культуры.


В военном отношении дело с ее казахским культурным основанием обстояло и вовсе плохо. На военном казахском небосклоне к 1992 году сияло только две звезды. Одна – звезда военного летчика, хуже того, космонавта, другая – звезда престарелого участника войны “времен Очакова и покорения Крыма”. Про первую звезду все понятно – это всего лишь символ того, что Казахстан является (или не является?!) великой космической державой. На вторую же звезду можно было вроде возлагать надежду на то, что он сумеет наладить процесс зажигания молодых военных звезд. Но подобного не случилось, так как для этой звезды была характерна звездная болезнь, которая не могла терпеть рядом других звезд. И это при том, что эта звезда была тускло-престарелой, и она как бы ярко светила только в случаях ее интенсивной искусственной подсветки. Конечно, есть у нее свой мощный внутренний, скрытый от посторонних глаз, секретный источник звездного тления, главная ценность которого заключается в том, что он может функционировать при любых режимах, начиная со времен Ягоды, Ежова, Берии и заканчивая временами не только Брежнева и Андропова. Думается, что эта звезда будет продолжать стабильно тлеть даже после того, как погаснет звезда Назарбаева. Понятно, что при такой расстановке звезд ни о каком самостоятельном казахском военно-культурном основании не могло быть и речи. Поэтому находящееся на подобной бедной и тонкой почве, казахское дерево военной иерархии практически не имеет развитых корней. Другое дело, какие глубокие и мощные корни имело советское военное дерево, крону которого обильно и целенаправленно обрезал опытный усатый садовод! При этом следует сразу оговориться, что советское военное дерево было сильно своими русскими корнями, мощной культурной почвой, откуда питались эти корни. И в свою очередь, эта русская общая и военная культура не в малой степени была обогащена еврейской культурой, как абстрактно-опосредованно, так и конкретно-непосредственно, при этом настолько непосредственно, что многие евреи, бывшие попросту талантливыми военачальниками, непосредственно собой удобряли российскую военно-культурную почву, не говоря уже о своих трудах, школах и направлениях, также интегрировавшихся в эту культуру. Вот так-то! Оказывается, не все так просто получается, как в результате происходящей ротации высших военных чинов, так и в результате выдавливания русских и русскоязычных (в том числе и евреев) из государственной сферы, в том числе и из военной.


Естественно, что в целом уровень казахстанского ГШ традиционно ниже уровня российского ГШ. Но если в России мы наблюдаем феномен Анатолия Квашнина, которому если и присуще еврейство, то только в виде его отрицательных качеств, то в Казахстане есть феномен Алибека Касымова, которому присущи многие положительные свойства того же еврейства, высокой еврейской культуры, хотя он, естественно, этнический казах. Чтобы не утомлять читателя подробным жизнеописанием Касымова, достаточно задать вопрос: много ли можно назвать НГШ, которые бы профессионально (профессионально – не в смысле зарабатывания денег профессией, а в смысле качества) играли на скрипке? Даже самому Назарбаеву, прекрасно наяривавшему в квартире у Альберта Гора на исконно казахском музыкальном инструменте – домбре, вряд ли в последующем удастся в своем музыкальном искусстве подняться до уровня сносной игры на еврейской скрипке. А кто учил Касымова игре на скрипке? Это сейчас развелось много казахов-скрипачей, в том числе и учителей. А что было в этом отношении лет тридцать назад, думается, общеизвестно. Может быть, поэтому для Касымова характерно не только глубокое военно-стратегическое и военно-политическое мышление, трудолюбие и скрупулезность, не позволяющие выпускать из поля зрения ни одну существенную мелочь, но и одновременно умение варьировать, не забывая о главной теме.


Получается некий парадокс. Такая страна, как Россия, с ее громадной толщей общей и военной культуры имеет такого бескультурного НГШ, как Квашнин, и наоборот: Казахстану, с отсутствием у него оснований военной культуры, повезло с культурным НГШ. Конечно, Квашнин еще не все продемонстрировал из своего кретинизма, тем более что чувствуется — за ним стоят мощные силы. Но тем не менее Россия была и остается великой державой, и поэтому она должна благополучно пережить и этого Квашнина, что конкретно сегодня должно актуализироваться в сохранении статуса прежнего статуса Ракетных войск стратегического назначения.


Что же касается казахстанского НГШ, которым, как известно, недавно назначен Алибек Касымов, то самым верным признаком того, что он продолжает ясно мыслить в военно-политическом и в военно-стратегическом отношении, было бы воссоздание отдельно ПВО и отдельно ВВС, возвращение на командование ПВО Анатолия Васимова, пострадавшего за свою честность и скромность. Все это позволило бы казахстанским ВВС более предметно заняться своим делом, а казахстанским ПВО – не только более интенсивно самостоятельно развиваться, но и интегрироваться в Объединенную систему ПВО СНГ, что только-только начинается, а также организовать взаимодействие с российскими не только ПВО, но и оперативно-тактическим ПРО, что еще вовсе не начато. Все это необходимо проделать достаточно быстро, так как необходимо к тому же в дальнейшем провести принципиальное качественное и количественное реформирование самих вооруженных сил, связанное прежде всего с формированием новых военных округов и с созданием соответствующей оперативно-стратегической инфраструктуры, а также с определением и разграничением функций Министерства обороны и ГШ, соответственно – между гражданскими и военными функциями. Последнюю задачу особенно трудно будет осуществить, принимая во внимание, что работники органов “молчи-молчи” сейчас основательно захватывают командные высоты в Минобороны, обладая при этом лишь молчаливой коммерческо-криминальной жилкой вместо военного профессионализма. На этом последних можно и необходимо купить, отдать гражданскому Минобороны сферу торговли вооружениями и военной техникой, — пусть затем сами разбираются с Генеральной прокуратурой после своего очередного военно-торгового скандала, — а в вооруженных силах терпеливо и настойчиво создавать казахстанский слой плодородной культуры, снизу доверху: с рядового и сержанта до НГШ.


Кстати, в связи с упомянутой идеей реформирования вооруженных сил. Похоже, что нынешний скандал в России между НГШ и министром обороны не в последнюю очередь имеет причиной объективно надвигающуюся военную реформу. Но как принято уже за последние 10 лет в России, все это там делается через “задницу”. А надо было Квашнину, если бы он был умным, начинать сразу с этой идеи. Тогда не нужно было бы пытаться разваливать РВСН. Можно было бы даже, наоборот, создать, (естественно, только под началом ГШ) ядерную триаду, которая включала бы в себя не только РВСН, но и авиационные и морские ядерные носители. А если сегодняшний план Квашнина осуществится, то это однозначно будет развалом РВСН, который начнется с того, что общевойсковые офицеры — будь то новые начальники для РВСН, будь то проверяющие, — перепьют весь спирт, считая его в РВСН — бесконечное количество. А дальше – по привычной дорожке, ухабы которой с пьяну не особо будут заметны. До поры, до времени…


P. S.


— Так дела не делают, — сказал Корейко с купеческой улыбкой.


— Может быть, — вздохнул Остап, — но я, знаете, не финансист. Я – свободный художник и холодный философ.


Ильф и Петров, «Золотой теленок».


P. Р. S.


Кто-то может подумать, что я, как полковник запаса, надеюсь при Касымове вернуться в ряды военных в надежде продолжить военную карьеру. Нет, это категорически исключено! Во-первых, я уже не настолько военный, чтобы добровольно опять им становиться. Во-вторых, я – “не финансист”. В-третьих, я – “свободный художник и холодный философ”. Поэтому военный “прозелитизм” в отношении меня невозможен!

Новости партнеров

Загрузка...