Галым АБИЛЬСИИТОВ: “Я хотел бы жить в Советском Союзе”

Мы попросили Галыма Абильсиитова порассуждать на тему о приемлемости демократии в Казахстане. Вопросы носили в основном наводящий характер. Поэтому материал ниже приведен в форме монолога.


***

Казахстан – очень непростая страна. Она начинает свой путь, у нее нет мощной предыстории, на которой можно было бы строить современность. У нее, естественно, есть история, но история, которую еще нужно собирать, прилаживать, шлифовать и осмысливать. Применение к Казахстану тех или иных ценностей, завоеванных миром — вопрос непростой. Демократия с западными либеральными ценностями в классическом виде вряд ли в полном объеме применима к Казахстану. Здесь есть специфика казахского общества, есть “восточный элемент”, который должен обязательно учитываться. Для меня очень сложно дать короткий ответ, я могу только попытаться порассуждать на определенную Вами тему.


“АЗАМАТ” изначально создавался и развивался как демократическое движение. И это отражено в названии нашей партии. Понятие демократии еще требует своей правильной интерпретации относительно Казахстана, но для “АЗАМАТА” демократия есть основное направление. Это наша база, от которой мы отходить не будем. И в этом смысле никакого “третьего пути” для нас нет.


Мы выступаем за рыночную экономику, но мы выступаем против тех извращений, которые сейчас происходят. И эти извращения понятны теперь, они не могут объясняться разными модными теориями. Существующие в стране богатства уже распределены, и распределены определенным образом. Во всем этом существует корысть — она и правит всеми преобразованиями. И если бы все делалось по чести и по уму, то экономика могла бы развиваться вполне нормально. Но ожидать, что те или иные люди, осуществляющие приватизацию и другие хозяйственно-экономические действия, будут все делать по уму, по чести и по совести, не приходится. Это не только в Казахстане — это и в России, и, я думаю, и в Америке, и в Германии.


Все же основой является система общественных отношений. А сейчас происходит то, чего не должно было бы происходить – мы строим отдельно рыночную экономику и отдельно строим совершенно неадекватную ей систему патриархально-феодальных общественных отношений. И эти две системы друг с другом совершенно не монтируются. В этом смысле у нас не может быть никакого разочарования в демократии. Другого пути, кроме демократизации общества, у нас нет. Иначе мы не выйдем из неоколониального тупика. А в этот тупик нас загоняют уродливо осуществляемые рыночные преобразования, не дополненные никак демократическими преобразованиями.


Слабость демократического движения в Казахстане — в невостребованности его для переустройства страны. А сила его в том, что без демократии выйти из нашего положения нельзя. Без демократии в лучшем случае можно построить уродливую колониальную экономику, в которой есть частная собственность.


Рассуждения о том, что демократия и западные либеральные ценности неприемлемы для Казахстана, я не разделяю и считаю даже вредными. Конечно, демократия, нагруженная западными либеральными ценностями, не есть панацея от всех неудач. Она автоматически не решит всех проблем. Точно так же, как введение рыночных отношений само по себе экономику не поднимает. Но другой модели развития, кроме демократии, нет. И говорить о том, что демократия не присуща казахстанскому обществу, не правильно. Казахи, как и любой другой народ, живущий коллективной жизнью, привержены этим принципам. Только они либо развиты и закреплены государственным устройством, либо не развиты. Думаю, что демократические принципы для казахов гораздо более приемлемы. Казахи очень легко вошли в коллективную жизнь, которая культивировалась в советские годы. И я думаю, что большинство казахов были замечательными членами коммунистической партии. Вообще, это стремление к коллективной жизни, стремление договариваться заложено в саму генетику казахского языка. Это очень приспособленный для диалога язык.


И все же повторю: слабость демократии в Казахстане — в ее невостребованности. Но без нее не будет нормальной экономики, не будет нормальной страны.


Да, после крушения советской системы стало хуже. Но это не значит, что виновата демократия. Горечь от недостижения быстрых результатов сидит в нас, конечно. И она дополняет горечь от развала великой страны. Если говорить о себе, я хотел бы жить в Советском Союзе, я бы хотел жить в великой стране. Но, конечно, не в тех условиях, которые начали складываться перед развалом Союза.


Переход к демократической системе в Казахстане будет связан с огромными потерями, и он не однолетний и не десятилетний. Но беда всех демократических преобразований заключается в том, что их осуществляют люди – приверженцы той системы, выходцы из той системы. И именно в этом причина неуспеха демократических преобразований. Кроме того, отсутствуют традиции государственного управления, отсутствует соответствующий аппарат…


Пример Прибалтики. Там, где не было личного корыстного мотива, демократические преобразования идут нормально. (“В направлении фашизма?” — реплика ведущего беседу). Ну может быть, там есть и эти элементы, я не знаю… Конечно, там имеет место притеснение русскоязычного населения. Конечно, это не правильно, это не соответствует никаким демократическим нормам. Но в какой-то мере это можно объяснить ностальгией по национальной идентификации, которая была приглушена последние 30-40 лет. Это тот перехлест, который существует везде, во всех странах. А что, в Америке нет или не было этих перехлестов? Вопрос в том, способна ли система замечать и отрабатывать эти отклонения.


Беседу вел Юрий Мизинов

Новости партнеров

Загрузка...