Анатомия русской души еврея Березовского

Эпиграф от редакции:


Ах, как бы нам за наши штуки

платить по счету не пришлось!

Еврей! Как много в этом звуке

для сердца русского слилось!


Игорь Губерман


Итак, Березовский – снова в центре внимания российской политики! При этом никто из аналитиков не игнорирует того, что он по своей национальности – еврей. Но мало кто знает, что у него душарусская. Это мы и попытаемся показать.


Березовский, по причине того, что он по своему вероисповеданию является не иудеем, а православным, в глазах еврейских ортодоксов выглядит недоевреем, то есть неполноценным евреем. А если сказать прямо, то для ортодоксального иудаизма нет большего врага, чем еврей, принявший христианство, если только он не заслан туда специально, чтобы изнутри вести подрывную работу, подобно пророку Моисею, который втерся в свое время в среду египетских жрецов, чтобы выкрасть у них их религиозно-научные ноу-хау, с чем он справился великолепно. Но Березовский, с одной стороны, при всей его талантливости не тянет на уровень пророка Моисея, а с другой стороны, похоже, что он является православным достаточно искренне и поэтому для иудеев является просто евреем-выкрестом, которого последним положено ненавидеть. Таким образом, в среде вроде бы своих, евреев-иудеев, православный Березовский выглядит чужаком. Короче, чужой среди своих.


Основная масса русских склонна подозревать Березовского в том, что он, как еврей, свысока смотрит на русских. То есть, хотят показать ему, что русская среда является чужой для еврея Березовского. Мы же попытаемся показать, что Березовский является своим среди “чужих”, что он для русских – свой человек.


Что же касается отношения к простому народу, то найдите, пожалуйста, сегодня такого политика, который не смотрел бы свысока на свой народ. Нет такого! Каждый из них мнит себя пастырем, а народ – овечьим стадом, которым он должен мудро править, стричь купоны, а при необходимости оправлять свои не вегетарианские надобности. Другое дело, что они не должны откровенно проявлять свое высокомерие. Но и Березовский тоже не демонстрирует своего высокомерия по отношению к русскому народу. Как, впрочем, и к еврейскому… Если предпоследнее вроде бы очевидно, то последнее все же нуждается в некотором пояснении.


Из связей Березовского с миром еврейства прежде всего следует выделить два обстоятельства.


Первое. Его удачная “покупка” московской любавеческой хасидской религиозной общины, чья центральная синагога расположена в Марьиной Роще, и создание на ее основе в ноябре 1999 года организации под названием “Федерация еврейских общин России” (ФЕОР). То, что при помощи Березовского ФЕОР возглавил лидер московских любавеческих хасидов 31-летний раввин Берл Лазар, который приехал в Россию из Италии около десяти лет тому назад, получив это место “по распределению” после окончания йешивы соответствующего профиля, только лишний раз подтверждает то, что если Березовский и не купил себе полностью московских любавеческих хасидов, то он зато купил себе безусловно их любовь и уважение. При этом на практике получилось, что недоеврей Березовский переевреил самых породистых первосортных российских евреев, каковыми себя считают любавеческие хасиды, поступив с ними по-торгашески в полном соответствии с духом иудаизма. Как не будет после этого свысока относиться к первосортным евреям вроде бы непервосортный еврей Березовский?!


Но прямо скажем, что в вышеизложенном отношении еврей Березовский был неоригинален. Не будем вдаваться в историю религий вообще и в историю иудаизма в частности, отметим лишь то, что и раньше бывали попытки разных олигархов купить себе ту или иную религию. Но при этом они забывали то, что олигарх, при всем его финансовом могуществе, очень ограничен физически во времени, по сравнению с чем любая традиционная религия представляется как бы вечной. Поэтому не олигархи в конце концов ассимилировали в себе эти религии, сколько эти религии ассимилировали в себе финансовые средства этих олигархов. Поэтому из того, что ни Березовский, ни любавеческие хасиды не хотят ассимилировать друг в друге, их союз является, естественно, не чисто религиозным, — так как Березовский – православный, — и не чисто финансовым, — так как Березовский не хочет быть нищим ни на этом, ни на том свете. Союз этот – чисто политический, основанный на извечной еврейской любви к деньгам, состряпанный под религиозной “крышей”. Таким образом, в глазах российских евреев Березовский должен выглядеть как еврей номер один.


Но и в новейшей российской истории политический союз Березовского с иудаизмом, основанный на купле-продаже “еврейского первородства”, — в полном соответствии с библейской историей о приобретении права первородства всего лишь за чечевичную похлебку, — не является новшеством, ибо, оказывается, что до Березовского это право успел себе купить другой еврей, олигарх Владимир Гусинский, который в 1993 году не только организовал, — как впоследствии это сделал Березовский, — но и возглавил, — что уже не мог себе позволить Березовский, — первую российскую еврейскую религиозную организацию – Российский еврейский конгресс (РЕК), чем сразу оттеснил на второй план существовавшую до этого светскую Федерацию еврейских организаций и общин России во главе с Микой Членовым. При этом оба эти объединения сосуществовали вполне мирно. Вместе с тем за Гусинским, как бы естественно, признавалось право считаться российским евреем номер один, а значит, главенствовать и представлять российское еврейство в большом еврейском мире.


Складывается ощущение того, что Березовский в своих отношениях с “российским” иудаизмом вынужден был в известной степени повторять шаги своего финансового врага Гусинского, чтобы того обойти с религиозно-политического фланга. И, как мы помним, это ему удалось вполне, так как Березовский сумел возвести любавеческого хасида американо-итальянского происхождения на российский еврейский престол, то есть сумел “назначить” его главным раввином России и таким образом “свергнуть” оттуда 61-летнего Адольфа Шаевича, который находился под влиянием Гусинского. Так, в аспекте еврейства Березовский показал, что он может быть (и стал таковым!) евреем наипервейшего номера и качества на российских просторах. Естественно, что к остальным российским евреям у него может возникнуть отношение как к аутсайдерам. Это покровительственно-снисходительное, если не презрительное, отношение у него может возникнуть особенно потому, что для достижения данного призового места Березовскому не пришлось выигрывать в традиционно честной борьбе. Он это место просто купил! Но это также является честным методом в так называемых цивилизованных условиях.


Естественно, что в отношениях между Березовским и Гусинским все это время незримо присутствовала третья сторона – российская официальная власть, то есть Кремль. При этом, с одной стороны, власть заинтересована в лояльном отношении к себе как обоих этих олигархов, так и российского и тем более мирового еврейства, а с другой стороны, каждый из этих олигархов-конкурентов заинтересован во власти, чтобы достичь своих целей, важнейшей среди которых является устранение конкурента. Поэтому сегодняшние отношения между Березовским и Гусинским нельзя рассматривать как установление прочного и вечного мира между двумя влиятельнейшими российскими евреями с целью уничтожения власти русских в России, сколько их необходимо рассматривать как временную передышку, перемирие, во время которого каждый из этих олигархов будет, — помимо совместного, а точнее, совпадающего в чем-то оппонирования власти, готовить сокрушительный удар по конкуренту. А не конкурировать невозможно — финансово-экономическое корыто одно, а главных конкурентов как минимум два. А там уже на горизонте маячит фигура и третьего еврея – Романа Абрамовича, которому, надо полагать, неведомо собачье чувство благодарности к своим учителям. Боливар не выдержит двоих! А троих – тем более! Таким образом, незаметно вызревает вопрос отношения Березовского с российской властью. Но об этом – чуть позднее.


Второе. Отношение Березовского к Израилю. Точнее, отношения Березовского с Израилем… Уточнение мы сделали постольку, поскольку эти отношения не носят видимого патерналистского характера со стороны Израиля к Березовскому. Эти отношения больше похожи на отношения двух как минимум равных партнеров. Некоторые склонны думать, что получивший в начале 90-х годов израильское гражданство “даркон” Борис Березовский вышел из этого гражданства, громко хлопнув дверью, в 1996 году только по причине того, что в том же году израильское гражданство получил его заклятый враг Владимир Гусинский. Думается, что это далеко не так. Конечно, получение Гусинским израильского гражданства сыграло определенную роль в отречении Березовского от израильского гражданства. Но первое не было причиной второго, хотя поводом и, к тому же весьма удобным, оно могло быть вполне.


Для понимания вышеизложенного необходимо вспомнить слова Гусинского о том, что у него, как и у любого российского еврея, есть два сердца: одно – русское, другое – еврейское. Конечно, все понимают, что такая ситуация не является нормальной. Даже когда есть два сердца, одно из них как бы должно быть главнее другого. Эта наша мысль звучала бы убедительнее, если бы у Гусинского было две головы: одна – русская, другая – еврейская. Понятно, что если бы эти головы интеллектуально были одинаковыми, то организм Гусинского не смог бы существовать вследствие непреодолимых раздоров. Другое дело, когда интеллект одной головы доминирует над интеллектом другой. Когда же подобные слова произносит именно Гусинский, то как-то становится совершенно очевидно, что он выглядит не столько русским, сколько евреем. Поэтому припасенное им на всякий случай (точнее, от всякого случая!) израильское гражданство похоже на действия того бухгалтера, который на всякий случай часть наворованных денег прячет у себя на огороде, а остальные вынужден тратить, поскольку сегодня было бы совсем глупо жить как Корейко, “не зная наслаждений”.


Совершенно другое дело — Борис Березовский! На мой взгляд, он самочувствует себя вполне русским. И для подобного утверждения есть определенные основания. Конечно, было время, когда и Березовский подумывал о том, что у него завелось два сердца: русское и еврейское. Но, когда он получил запросто израильское гражданство, точнее, купил себе это гражданство, пожил в Израиле, понаблюдал изнутри самую настоящую жизнь самых настоящих первосортных евреев, то быстро понял, что он жутко ошибся, что никакого второго еврейского сердца у него нет. Оказалось, что если и беспокоило его что-то внутри, то для устранения этого беспокойства ему необходимо было всего лишь почесать на своей поверхности в одном месте, а не бежать к рентгенологу по поводу проявления возможного второго сердца. Поэтому желание выбросить израильский паспорт могло возникнуть у Березовского уже на следующий день после его получения. Но с морально-эстетической точки зрения подобное действо выглядело бы не очень-то красиво. Поэтому факт допуска Израилем в свои объятия Гусинского был как нельзя кстати, так как он давал прекрасный повод Березовскому красиво оформить исправление допущенной им ошибки.


Короче говоря, Березовский является русским человеком! Можно было бы сказать, что он является Русским (с большой буквы!), но сначала надо доказать, что он является просто русским.


Да, Березовский является настоящим русским! И это – такое его неотъемлемое качество, которое, с одной стороны, невозможно купить, а с другой стороны, он не может это выбросить, действительно не разорвав своего сердца. Если уж мой пятилетний внук, чей музыкальный вкус формируется под воздействием мелодии “Щелкунчика”, не очень-то жалует народную музыку, то как должен был Березовский, который вырос на музыке Чайковского, эстетически задыхаться от бесконечных “Семь сорок” или попросту еврейской народной музыки. В связи с этим вспоминается, как в первые годы казахстанского суверенитета по радио никакой иной музыки, кроме звучания домбры, невозможно было услышать. Даже у первосортного казаха при этом возникало ощущение, что его поместили в духовную резервацию.


С учетом сказанного вопрос необходимо поставить шире: только ли музыкально задыхался в Израиле Борис Березовский? Конечно, нет! Он там задыхался в целом – духовно! Как бы там ни превозносили сегодня материальную культуру Израиля, особенно по сравнению с Россией, в области же духовной культуры Израиль бесконечно отстает от России как по качеству, так и по ее объемности. Представьте себя, например, ютящимся у родственников на кухне после шикарной пятикомнатной квартиры, оставленной в России. И при этом израильскую ситуацию не может спасти то обстоятельство, что в Израиле нет недостатка в профессиональных работниках духовной сферы и к тому же наивысочайшей квалификации. Но скажите, пожалуйста, как должен себя чувствовать и о чем мечтать бывший профессор консерватории, если он работает стюардом? Конечно, он чувствует себя некомфортно, а его ближайшей мечтой является — если он не революционер, — мечта стать старшим стюардом. А о своей голубой мечте он, конечно, предпочитает помалкивать.


Но чаще всего бывший профессор российской консерватории не работает уборщиком мусора в Израиле. Он даже может работать по-прежнему в области духовной культуры. Но израильская особенность заключается как раз в том, что вся духовная культура в Израиле выполняет всего лишь роль служанки по отношению к еврейскому национализму и тем более к иудаизму. Иначе говоря, вся духовная культура в Израиле должна лакейски обеспечивать, обслуживать идею сионизма. Даже идея коммунизма лакейски должна обеспечивать там идею сионизма, а настоящие еврейские коммунисты со своими кибуцами являются почти самыми рьяными сионистами. И в этом отношении они могут поспорить даже с ортодоксами. Но коммунизм для Березовского – это уже исторически пройденный этап, который может вызывать у него только культурно-исторический интерес.


Что же касается сионизма, то, как известно, он зиждется на трех китах: еврейской религии, еврейском национализме и еврейских деньгах!


Понятно, что Борис Березовский мог подумать когда-то, что он может стать (или является) неплохим сионистом, во всяком случае, у него с сионизмом вроде бы есть много общего: большие деньги; в паспорте написано, что он по национальности еврей; а религия – это вопрос свободы совести. И даже что-то зачесалось по направлению к горе Сион. Но затем он быстро понял, что он и сионизм, как говорят у нас в Одессе, две большие разницы: во-первых, лучше, чтобы его деньги не попадали в сионистский “общак”, а оставались бы при нем; во-вторых, понятие национальность, оказывается, имеет не только свою форму (запись в паспорте), но и содержание (внутреннее самочувствование, духовная культура личности); в-третьих, никакой свободы совести в Израиле Березовский не нашел. Последнее – не потому, что он плохо искал, а потому, что свободы совести в Израиле попросту не существует! Содержательно! Хотя формально вас могут пытаться убеждать в обратном, и, учитывая мудрость еврейского софизма, это может быть сделано достаточно убедительно. Но на всякого мудреца довольно простоты! Просто следует учесть то обстоятельство, что при формальной свободе совести, вроде бы существующей в Израиле, неиудей (неверующий, язычник, мусульманин и тем более христианин и т. п.) оказывается человеком четвертого сорта. Почему – четвертого? А потому, что второсортным себя чувствуют первосортные евреи, но неверующие или не являющиеся ортодоксальными евреями-иудеями. Последние же являются евреями первого сорта, и это закреплено законодательно, конечно, не прямо, но зато вполне определенно, хотя бы в том виде, что эти ортодоксы и их дети, обучающиеся в религиозных школах, законодательно освобождены от военной службы! И это в Израиле, который находится практически в состоянии войны со всем арабским миром и где военную службу обязаны проходить даже женщины! А если учесть, что в Израиле нет института гражданского брака, и те же раввины должны регистрировать брачные отношения, а следовательно, рождение и смерть, то и вовсе видно, что еврейские ортодоксы там являются не только неприкасаемой кастой (в высшем понимании), но и решающей.


Оказывается, за третье призовое место в еврейских кастах “нашим” евреям еще надо ой как побороться с теми же “марокканцами”. “Эфиопы” же уже обошли на полкорпуса вперед и тех и этих.


Так что в Израиле наш Борис Березовский мог быть поначалу только евреем третьего сорта, на что он мог бы рассчитывать с помощью своего кошелька. Но и Израиль умеет торговаться! Поэтому Израиль не мог не учитывать того обстоятельства, что еврей Березовский является православным христианином, а следовательно, он должен быть евреем четвертого сорта. Хотя и третий сорт не исключен. Торг здесь уместен! Так что если бы Березовский захотел стать евреем второго сорта, ему надо было бы не только отрезать еще больший кусок от своего состояния, но и вырезать большую часть своего сердца. Ну а представить себя евреем первого сорта в Израиле, то есть ортодоксом, с пейсами, он конечно, не мог, точнее, не захотел. Но шут с ним, с пейсиками! Главное — не в них, а в том, что если ты хочешь стать ортодоксом, то надо не обманывать себя, а становиться им только искренне. Но для этого даже Березовскому необходимо было бы иметь чересчур большое и обязательно искреннее желание. Но если быть искренним, то Березовский, конечно, не хочет быть евреем-иудеем, к тому же еще и ортодоксом, даже если за это (и еще за немалые деньги!) он станет в Израиле самым первосортным евреем.


Таким образом опыт сношения Березовского с Израилем показал, что Израиль хочет держать его если не в роли мальчика на побегушках, то в лучшем случае — как денежный мешок, как свинку-копилку, которую можно при надобности и разбить. Что для сионистской идеологии вполне естественно.


Но парадокс заключается в том, что, будучи даже в Израиле, Березовский не почувствовал себя второсортной, а тем более третьесортной личностью. Таковым его хочет видеть иудо-сионизм. И наоборот, именно там Березовский мог воочию убедиться как в ущербности сионизма в целом, так и в ущербности иудейской ортодоксальности в частности. Если и был кто-то второсортной и третьесортной личностью в его глазах, так это, соответственно, сионист и еврей-ортодокс (несмотря на общность между ними (область перекрещивания), они не тождественны друг другу). И для такого понимания у Березовского было как минимум три основания.


Первое. Как мы уже упоминали, именно в Израиле Березовский понял, что великая русская культура, носителем которой он является, есть не пустая абстракция, а самая настоящая духовная реальность, которой и в которой он привык жить и творить, то есть быть творческой личностью. Узкие же рамки еврейской культуры по просионистски и ее мелочность не давали широкой и глубокой русской душе Березовского даже хоть немного пошевелиться. Как говорится, такой орел, как Березовский, не может размножаться в такой неволе. Иначе говоря, если ранее в России Березовский мог наблюдать за крахом идей коммунизма, то затем в Израиле он смог подышать затхлым запахом гниющей культуры иудосионизма. И запах этого гниения вовсе не был прекрасным! Конечно, Березовский, как политик, не скажет об этом прямо, как не скажет об этом и Миша Казаков, бежавший оттуда, чуть ли не зажавши нос.


Второе. В финансово-экономической области израильские масштабы возможностей разбогатеть смехотворно малы по сравнению с российскими. Учитывая, что суть иудаизма заключается в политэкономии капитализма, то и здесь Березовский, не будучи иудеем, успешно овладел экономической сутью иудаизма, а российские экономические масштабы предоставляли для него такой простор, которого в Израиле он никогда бы не обрел. Так, некоторые наши евреи, вернувшиеся в Россию, образно выражаясь, говорят, что как только в России ввели кредитные карточки, так экономически Израиль сразу же потускнел и по отношению к России стал выглядеть провинцией. Иначе говоря, развитие капитализма в России дает возможность этой стране занять достойное место под солнцем, в то время как экономическое будущее Израиля из-за тупиковости сионистской идеологии и политики выглядит весьма туманным. Слово “тупиковость” выглядит совсем еще мягким для определения сущности сионистской идеологии и политики.


Кстати, хотя экономической сущностью иудаизма и является политэкономия капитализма, из этого вовсе не следует, что христианство не приспособлено к капитализму. Скорее, наоборот. Именно в экономическом отношении можно проследить взаимосвязь между иудаизмом и христианством (в том числе и русским православием), что второе является продолжением первого. Поэтому большие деньги так же хорошо греют русско-православную душу Березовского, как они согревают обычно душу иудея.


Третье. Мы уже упомянули о тупиковости сионистской политики. Что же касается Березовского, то он мог сделать вывод даже о том, что сущностью сионизма является фашизм, поскольку официальная израильская иудо-сионистская доктрина является откровенно нацистской, а высказывания даже рядовых сионистов во многом как бы списаны из “Майн кампфа” Гитлера (или наоборот?), что, как свободному цивилизованному человеку, Березовскому абсолютно неприемлемо.


Короче, из взаимоотношения Березовского с Израилем получилось следующее.


Израиль думает, что Березовский является евреем далеко не первой сортности, а Березовский своими русскими чувствами быстро ощутил, что сионистский Израиль дурно попахивает. Итак, окончательный счет 1:1, то есть 1:0 и 0:1 — в пользу Израиля и Березовского!


И таких, как он, евреев, но на самом деле русских, тысячи и тысячи. Просто им не хватает революционного духа, как у некоего еврея (по паспорту) Муха (псевдоним) – студента Еврейского университета в Иерусалиме, бывшего ярого сиониста, переехавшего в Израиль из России в 1991 году, который наконец отчетливо осознал себя русским человеком и заявил об этом во всеуслышание. Или им не хватает философских знаний, как писателю Василию Аксенову, который, являясь по матушке евреем, — то есть по иудаизму он вполне настоящий еврей, — не спешит, а точнее, и вовсе не подумывает объявлять себя евреем, так как чувствует себя абсолютно русским человеком, хотя и не думает при этом отказываться от наличия в себе еврейской крови.


Вместе с тем тысячи и тысячи российских евреев, являясь по своему самочувствию русскими, совершенно по-разному приходят к осознанию этого феномена в себе. И это осознавание происходит в основном двумя методами: эмпирически и теоретически. Первый метод приводит наших евреев в Израиль, где они и познают свою русскую душу, попав в лучшем случае в разряд третьесортных евреев. Второй метод позволяет нашим евреям совершить бесполезное путешествие в Израиль в воображаемом (виртуальном?) пространстве и таким образом найти в себе свою русскую душу. И даже использовать эти приобретенные знания с пользой, как это сделал в последнем своем романе Василий Аксенов, блестяще описав духовные искания еврея, который мечтал умереть на Земле Обетованной и в конце концов добившийся осуществления своей мечты, но при этом глубоко разочаровавшийся.


Короче, наш еврей-философ может, не отрываясь от своего рабочего места, применить гегелевскую диалектическую триаду: тезис, антитезис и синтез. Тезис заключается в том, что русскому еврею в России жить невозможно. Антитезис заключается в том, что необходимо жить не в России (при этом сионист вроде бы должен ехать именно в Израиль). Синтез заключается в том, что нельзя жить вне России, в том числе и в Израиле.


Таким образом, налицо формально-логическое противоречие. Но это противоречие легко исчезает, если применить диалектическую логику, а именно: тезис – русскому еврею в России нельзя жить, но в России тоталитарной, коммунистической; антитезис – необходимо жить не в тоталитарно-коммунистической России, а в цивилизованной стране, в том числе и в Израиле; синтез – после свершения в России демократической революции необходимо жить в России и содействовать укреплению начатых демократических преобразований как в области политики, так и в экономике и в области духовной культуры. При этом Россия имеет такой колоссальный потенциал цивилизованности, что по сравнению с ней Израиль кажется всего лишь грубым и жестоким экспериментом сионистов над определенной частью патриотичных, но непривычно простоватых евреев.


Иными словами, наш еврей-философ имеет возможность узнать истину о своей русской душе априорно, в то время как еврею-нефилософу эта истина дается апостериорно.


Таким образом, можно сделать вывод, во-первых, о том, что Березовский является русским человеком, а во-вторых, что окончательно он об этом узнал апостериорно, то есть истину познал только после того, как приобрел израильское гражданство и пожил немного в Израиле и таким образом прочувствовал на своей шкуре сущность сионизма, что помогло ему ясно осознать не свою еврейскую неполноценность, а преимущества своего внутреннего национального самочувствования.


Гусинский – тоже русский человек. Но он пока это никак не может осознать. И дело тут вовсе не в том, что он по своему вероисповеданию является иудеем. А дело в том, что он никак не может вырасти из психологии бухгалтера, который одновременно является и кассиром, и завскладом. Из последнего видно, что он – тоже нефилософ. Но хотя и Березовский – нефилософ, он хотя бы доктор математических наук, и к тому же православный. Математика все же создает могучее основание для формирования научного мировоззрения, а ослабленное математикой таким образом его православное мироощущение дает ему возможность чувствовать своей душой великую русскую культуру в полном объеме и во всех ее тончайших нюансах, но без модного ныне православного мистицизма или возврата к русскому язычеству, что дает ему возможность одновременно быть восприимчивым к мировой культуре. Можно даже с определенной долей уверенности утверждать, что Березовский – свободомыслящий человек, хотя и православно окрашенный. Но для него и России важно, чтобы он по своей окраске не был ни красным, ни голубым! Может быть именно поэтому в обозримом будущем Гусинскому суждено в проявлениях своей талантливости существенно отставать от Березовского.


Ранее мы упоминали о том, что за соперничанием Березовского с Гусинским, которое ни на минуту не прекращается даже во времена их перемирия, незримо маячит третья сторона – российская власть!


Но мы здесь не будем вдаваться в анализ взаимоотношений уже внутри этого треугольника. Но вместе с тем власть нас здесь интересует постольку, поскольку Березовский вызревает из качества личности, финансово влияющей на власть, и созревает в новое качество – необходимость самому быть политической властью.


И думается, что это было бы благом для России. При всей объективной положительности того, что Путин сменил Ельцина, субъективно он все-таки мелковат для президентского кресла.


Более того, Россия имеет определенное потенциальное цивилизационное преимущество даже перед США. Речь здесь идет об области духовной культуры. При этом мы не будем впадать в православный мистицизм, панславизм или русофильство, а отметим следующее, что, на наш взгляд, является существенным.


Все помнят, как в средние века засилье христианской религии пагубно сказалось на духовной и как следствие этого и на материальной культуре Европы. А иначе и не могло быть, если духовная культура была лишь служанкой религиозной идеологии.


В двадцатом веке, когда в фашистской Германии и Советском Союзе духовная культура была, соответственно, подчинена нацизму и сталинизму, извращенная духовная культура породила затем не менее извращенную материальную культуру, попросту говоря, милитаризованную экономику и агрессивную политику.


С 1948 года мы наблюдаем, как подчинение духовной культуры в Израиле идеям сионизма изуродовало не только ее, но и негативно сказывается на экономике и политике Израиля, которые, соответственно, носят милитаристский и агрессивный характер, что, естественно, недолговечно.


Таким образом, очевидно, что из того, что духовная культура, будь то в Германии, СССР, в Израиле и т. д., подчинена политической идеологии, ничего хорошего не последует в исторической перспективе.


Но, даже в Соединенных Штатах Америки мы наблюдаем ненормальное отношение к духовной культуре. При этом мы вовсе не собираемся умалять достижений духовной культуры в США. Так, экономический взлет США в период правления Билла Клинтона объясняется как раз тем, что наука, научная культура там смогла стать по-настоящему непосредственной производительной силой. Признавая все это, мы вместе с тем полагаем, что в США духовная культура подчинена финансово-экономическим интересам. В связи с этим в США выживает только та духовная культура, которая не только обслуживает финансово-экономические интересы, но и сама превращается в финансы: либо в виде прикладной науки – как непосредственная производительная сила, либо в виде топ-культуры, либо в виде духовной культуры, как непосредственной части шоу-бизнеса и т. п. Естественно, что при таком потребительском отношении к духовной культуре она будет развиваться широко, но неглубоко. Поэтому США, чтобы духовно не обмелеть совсем и не пропасть в конце концов, должны будут выработать у себя духовный вампиризм. Что, впрочем, и наблюдается уже сейчас, особенно в виде переманивания Соединенными Штатами к себе так называемого серого вещества. А что будет с США, когда подобное переманивание станет невозможным или когда такое потребительское отношение к духовной культуре вызовет соразмерные с масштабами США социально-политические катаклизмы. Наши опасения в отношении того, что из подчинения духовной культуры золотому тельцу могут следовать самые мрачные последствия, вовсе небеспочвенны. Достаточно вспомнить историю того же древнего Израиля 2000 лет тому назад, в котором была именно подобная ситуация и который не смог спасти даже пламенный еврей-патриот, богоподобный в своей гениальности, Иисус Христос (чем-то он напоминает мне Березовского).


А российская духовная культура как раз и генерирует сливки этого серого вещества, и к тому же не одно столетие! Вот где подлинно могучий российский цивилизационный потенциал, который с победой демократии в России вполне может актуализироваться. И тогда по сравнению с Россией провинциально могут предстать и многие современные цивилизованные государства, а не только рассматриваемый нами Израиль…


А Березовский? Он, может быть, для России как раз тот самый Русский с большой буквы, который может спасти ее. А что касается его отношений с Израилем, то, видя бесперспективность последнего, Березовский, в отличие от Христа, не пожелал быть поименованным израильским царем и взойти ради нее на крест. А в России, за русских? Судя по всему, он готов включиться в активную политическую борьбу, естественно, за власть. И если он победит, то с одной стороны, он будет достоин этой победы, а с другой стороны, это будет благом для России и… для Казахстана. Но еще больше для Израиля!


Дело в том, что у Израиля есть все-таки в перспективе вариант спасения… Через Россию, через вовлечения России в цивилизованное пространство. Поэтому, если мировое еврейство что-то понимает и чего-то может, то оно должно помочь России, а через нее и США спасти Израиль. Иного выхода нет! Поэтому и историческая миссия Березовского состоит в том, чтобы как православный спасти Россию, а как еврей все-таки не кинуть Израиль.

Новости партнеров

Загрузка...