Рубеж тысячелетий

Будущее сидит за партой


1. Магия круглых дат и нищета современной политологии


Пытаясь осмыслить состояние человеческого общества на рубеже, разделяющем второе и третье тысячелетие современной эры летоисчисления, вспомним, что история человечества началась не 2000 лет назад, а гораздо ранее. Известно письмо, в котором древнеегипетский чиновник жалуется другу на падение нравов современной им молодёжи. Этот примечательный факт до сих пор не научил тех, кто склонен предрекать человечеству скорейшую гибель по причине экологической катастрофы или же духовной деградации. Если поднять исторические документы, то кликушества подобного рода всегда обнаружатся на рубеже столетий и тому подобных круглых дат.


Попытка пророчествовать на рубеже столетий есть феномен социальной психологии. Феномен проистекает из внутренней природы человека. Эта природа иррациональна и тем не менее укладывается в примитивные архетипы. Является фактом: иррациональные по своей сути мотивы, идущие из глубин подсознания, в гораздо большей мере определяют поступки индивидуумов и социума, чем умозрительные концепции и планы. Политологи же в большинстве своём продолжают попытки традиционно рационального конструирования своих прогнозов. При этом как-то забываются и непреходяще объективные внешне природные факторы, влияющие на ход истории, а именно: солнечная активность, вариации космического излучения и гравитации, порождающие вспышки активности убийц-маньяков, рост автокатастроф и социальных волнений.


Кто из современных аналитиков берёт эти обстоятельства в расчёт? Максимально, на что способно большинство, это проецировать дарвиновскую эволюционную теорию или же, напротив, культурологические мифы вековой давности на современное общество. Не составляет исключения даже хитромудрый Збигнев Бзежинский, взглянувший на мир, как на “великую шахматную доску”.


2. Багаж, который выбросить невозможно


С каким багажом человечество подошло к рубежу тысячелетий? Могущество сверхдержав безмерно умножилось. Впрочем, похоже на то, что осталась всего одна сверхдержава, взявшая на себя право казнить и миловать, — это США. Россия и Китай этому праву не смогли воспрепятствовать, когда бомбардировщики НАТО сравнивали с землёй заводы Югославии. Америка – первая скрипка НАТО — взяла на себя право наказать президента Милошевича за пренебрежение демократическими ценностями. Наказанным остался сербский народ. Благодаря этим бомбардировкам, он лишь укрепился в намерении оставить у власти Милошевича, чем допустить к власти его оппозицию. Янки постарались, и итог прямо противоположен исходному замыслу. Воистину прав генерал вермахта из знаменитого телефильма “Семнадцать мгновений весны”: этих болванов погубит собственная же техника. Не минет ли Моники Левински и грозивший тогда президенту Клинтону импичмент стали толчком к бомбардировкам НАТО? Воистину шекспировский сюжет!


Цивилизованная Европа аплодировала бомбардировкам Сербии и ополчилась на Россию, ставшую щитом против терроризма и международной наркомафии. Молодой человек, недавно получивший германское гражданство, свидетельствует, что в СМИ общественное мнение восстанавливается против всего русского. Поневоле не остаются в долгу и российские СМИ. Отношение доверия исчезло и сменилось чуть ли не ненавистью. Издержки этих процессов может заметить любой спортивный болельщик, а не только слушатель радио с некогда гордым именем “Свобода”. Ксенофобия и угар национализма в цивилизованной Европе приобрели и современные “культурные” формы. В прессе эти формы принято называть “двойными стандартами”. Как тут не вспомнить классическое изречение одного из президентов США: “Сомоса, конечно, сукин сын, но ведь это наш сукин сын!”


Просматривается своеобразная историческая неблагодарность хронического свойства. Без малого тысячелетие назад Русь для Европы стала защитным барьером против орд Чингисхана. И может, как заметил до сих пор до конца не понятый современниками этнолог, философ, историк Лев Гумилёв, благодаря этому обстоятельству, именно Россия, став буфером от набегов, помогла некогда диким германцам, перебравшимся в Европу во время Великого переселения народов, научиться богословию и мытью в бане у культурных в то время мавров.


3. Самое страшное оружие


Мощь СМИ на рубеже тысячелетий настала пора измерять в мегатоннах. И не только факты внешней политики дают основание такому утверждению. Война российских телеканалов между собой во время недавних избирательных кампаний подтверждает эту мысль. Можно было бы сказать, что изобретение пиар-технологий самое гнусное преступление против человечества.


Десятилетие с небольшим назад Анатолий Кашпировский в СССР честно зарабатывал свои деньги профессионала-психотерапевта, помогая многим в своих сеансах массовой телевизионной психотерапии. Его сеансы в конце концов запретили конкуренты из Минздрава. Они пытались уверить общество, что побочных издержек методики Кашпировского больше, чем прямой пользы. Они представили дело так, будто бы процент брака в тех сеансах был на порядок выше того вреда, который приносили дипломированные врачи своим пациентам, традиционно травя их химическими препаратами. Теперь другие времена. Честные до святой наивности телевизионные ведущие безнаказанно манипулируют общественным мнением, обвиняя оппонентов либо в отсутствии демократии, либо в отсутствии патриотизма. И никто из “пациентов” дома сумасшедших, в котором все оказались, не винит их, тележурналистов, в попытке отравить наиболее легко ранимое – людские души.


Информационные войны в своей основе — это не войны одной идеологии против другой, это войны одного капитала против другого. Идейные ценности — в значительной мере лишь средства камуфляжа коммерческих в своей основе целей. Однако на свете много простаков. Этим умело пользуются пиар-кукловоды. То обстоятельство, что некоторые журналисты искренно не понимают, что их всего-навсего используют в межкорпоративной борьбе, не снимает с них исторической ответственности. Борьба за идейные ценности тут ни при чём.


Русскоязычному читателю нетрудно вспомнить, что какие-то два десятка лет назад ценности его общества описывались словами коммунизм, труд, равенство и тому подобными категориями государственной идеологии. Сменились транспаранты. На демонстрации солидарности с тоталитаризмом народ не ходит. Былых парткомов нет, а СМИ в подавляющем своём количестве воспевают ценность демократии и свободы и предают анафеме коммунистов. Мы живёт в транзитном, переходном обществе, в котором по сути своей не может удерживаться ничего вечного, святого.


Всё будет извращено и будет извращаться примерно до 2030 года. Таковы библейские сроки, если кто внимательно читал Ветхий Завет. А если рационализировать, то срок смены поколений — примерно 20-25 лет. Удвойте этот срок — получится в среднем 45 лет. Прибавьте к 1985 году, началу перемен на 1/6 части суши. Теперь тебе, дорогой читатель, ясна мудрость авторов проекта “Казахстан-2030”?


4. Хотят ли русские войны?


Абстрагируемся от нынешней нищеты и болячек, от иной озабоченности. Демократии, как социально образующей ценности, если забыть на миг, что весьма нередко на ней спекулирует всё тот же мировой жандарм (США), действительно угрожает серьёзнейшая опасность. Эта опасность – исламский фундаментализм и экстремизм, подпитываемый наркокапиталом. Надо быть честным: ислам в этом деле столь же виновен, как и билль о правах человека и гражданина или великая хартия вольностей короля Джона. Беда в том, что эту истину всё ещё приходится доказывать в среде интеллектуалов. Простому же народу, жизнь такова, вряд ли чего докажешь.


Простые люди, как и тысячелетие назад, судят по иррациональному мотиву “свой – чужой”, и никакие статьи Конституции, за которые к тому же они вряд ли ходили голосовать, дела не изменят. Вот, не дай Бог, постреляют на казахстанской границе десяток-другой юношей, и, как реакция, начнутся гонения на ислам, провокации в мечетях, запылают православные церкви и пойдёт-поедет… Конечно, никто не желает подобного сценария. В своё время не рядовые христиане затевали крестовые походы, не рядовые бюргеры поднимали клич “натиск на восток”, а Гитлер. Но с молчаливого согласия и пассивного безразличия народов начинаются все войны.


Парадоксально, но война, которой панически боялся советский человек, гораздо ближе, почти на пороге, а постперестроечный индивид уже её как бы не боится. Сознание его притуплено созерцанием бесчисленной розни, описываемой в теленовостях, притуплено просмотром заморских боевиков, полицейских хроник и доморощенной чернухи.


Между тем война не является неизбежной. Можно, например, добраться до спонсора террористов Бен Ладена и физически устранить. Взлетел же в своё время на воздух горемыка Дудаев? Но устранишь ли этим экстремизм и терроризм? Ответ очевиден: нет, история такова, что насилие плохо устраняется насилием. Ещё раз: не нужно думать, что нейтрализация фундаментализма равнозначна борьбе с исламом вообще. Фундаментализм и ислам находятся в таком же отношении, как большевизм и социал-демократия. Демократы Старого и Нового Света вряд ли смогут сотрудничать с фундаменталистами, в противном случае это сотрудничество будет таким же временным и беспринципным, как сотрудничество коммуниста с капиталистом.


Увы, исторический пример Мюнхенских довоенных соглашений, история открытия второго фронта против фашистской Германии умеряют оптимистическую уверенность в принципиальности и честности западных демократий. Фронт джихада, аналога исторических “христианских” крестовых походов, пройдёт через Среднюю Азию — территорию СНГ, и тогда, быть может, европейские парламентарии задумаются о цене, уплаченной за их право учить других нормам свободы и демократии.


5. Новое время – новые поколения


Жить в новом тысячелетии придётся новым поколениям. Их нынешнее воспитание определит лицо последующих времён. Молодёжь подавляющего количества стран разделена национальными квартирами. Европа лишь в первом приближении представляет определённое исключение. Социальные барьеры уже не столь значимы. Островки коммунизма реально не грозят войной. Китай пришёл к прагматизму, доказав, что социальный психоз “культурной революции” был временным естественноисторическим эпизодом. Коммунизм, как и полагается любой идеологии, эволюционировал до уровня добропорядочной религии, не мешающей гражданам наживать богатства и заниматься коммерцией. И всё же, как явно, так и незримо продолжают разделять людей планеты религиозные барьеры. И эти барьеры не менее, а порой и более высоки, чем межнациональные и расовые барьеры.


Всё те же преграды, как и столетие назад, сдерживают общий планетарный прогресс. Ни развитие науки, ни развитие техники не решают социальных проблем. Встаёт закономерный вопрос: в чём следует искать пути преодоления социальной, национальной и религиозной розни? Будем основываться на убеждении о том, что человеческий фактор есть ведущий экономический фактор. Примем к руководству здравую мысль, что сознание в той же мере творит мир, как и определяется им. Это приведёт к выводу, что думать о будущем – думать о своих детях, а, значит, воспитание и образование призваны в корне изменить неблагополучную ситуацию. Отсюда следуют программные пункты:


1. Нужно убедить общество в необходимости дополнительных вложений в воспитательно-образовательную сферу, более того, сделать эту сферу приоритетной.


2. Необходимо ввести приоритет фундаментального естественнонаучного образования, выработать и внедрить государственный стандарт такого образования.


3. Следует разработать и внедрить типовые национальные плюралистически сбалансированные программы духовного развития ребёнка.


4. Требуется создание общественного фонда движения, а то и политической партии, поставивших своей целью пропаганду естественнонаучного мировоззрения.


6. Государства не могут существовать без идеологии


Сказать, что вопрос о государственной идеологии не актуален для нашей страны сейчас, тем более что идеология не играет и не должна играть решающей роли в формировании государств, означает вводить людей в заблуждение. Утверждать, что Казахстан имеет общепризнанную государственную идеологию, было бы ложью. Сказать, что “истинная иделогия” должна вот-вот родиться, значит, забыть исторические реалии транзитных обществ. Тем не менее попытка привнести в существующий идеологический конгломерат какое-то обоснованное представление о приоритетах – значит, воспользоваться своим гражданским правом.


Предложенную выше совокупность действий можно было бы расширять и детализировать. Она справедлива и актуальна как для развивающихся стран, так и для развитых. Разница в том, что развитым странам легче найти источники финансирования этой достаточно очевидной программы. Очевидность эта условна. Тормозить подобную программу способны религиозные организации, ревностно относящиеся к естественнонаучному мировоззрению. Они видят в нём соперника и даже врага. Они будут спекулятивно ссылаться на негативный опыт воинствующего атеизма коммунистических стран, умалчивая следующее обстоятельство: опыт западных демократий показывает, что агностицизм, как не воинствующий атеизм, вполне вписывается в плюралистическое видение мира, ставшее в этих странах нормой.


Думаю, автор этих строк не представляет исключения. Многие бывшие атеисты по комсомольскому воспитанию, имея высшее естественнонаучное образование, попытались заполнить духовный вакуум, образовавшийся с крахом коммунистической доктрины. Поиски приводили в религию: христианство, буддизм, ислам и так далее. Личные наблюдения показали, что всестороннее осмысление религиозно исторического опыта человека и пропускание каждой из великих мировых религий через собственное сердце обогащают человека. Но большинство людей с высшим образованием, особенно с образованием естественнонаучным, возвращаются в лоно атеизма, а точнее – агностицизма. Люди, накопившие обширный опыт духовных исканий, не дадут обидеть ничьи религиозные чувства, не допустят ни розни, ни мракобесия. Им близко мнение Алишера Навои: “Кааба с капищем — для мудреца одно. Хоть разный виноград, равно пьянит вино. Лишь деспот в разнице для розни видит повод, чтоб разделять людей и мучить заодно”.


7. Кааба с капищем — для мудреца одно


Задумайся, читатель. Национально-языковые барьеры время сравняет с землёй сравнительно безболезненно, как в Европе. Преодолеть религиозную рознь сложнее. Она цепляется за иррациональную жилу “свой – чужой” гораздо крепче, чем чувство нации. Нация преходяща, а Бог вечен и не выводим из естественно исторических фактов. Пытаться сблизить религии — всё равно, что решить проблему Ольстера. Она на том же месте, что и столетие назад. “Выдумать” новую религию, которая собрала бы воедино существующие, может любой пациент психиатрической клиники. Ничего выдумывать не надо. Нужно поднять ценность плюрализма, но трансфомировать вопрос из политической плоскости в плоскость научно-образовательную и воспитательную.


Есть в Казахстане такие школы, как школа Архимеда Искакова. Это школы будущего. Во-первых, в учебной программе высоко поднят престиж естественнонаучного знания и математики. (Сам Архимед Искаков окончил механико-математический факультет КазГУ в 1975 году). Во-вторых, в школе Архимеда все изучают английский язык, ставший не только международным, но и языком информационных компьютерных систем. Акцентирую для тех, кто ещё до сих пор этого не понял. В-третьих, дети впитывают комплекс общекультурных и общечеловеческих ценностей. Начиная с обучения игре на музыкальных инструментах, лепки и рисования, дети незаметно переходят к трёхлетнему курсу истории мировой художественной и музыкальной культуры.


Думается, в такой школе, как и в вальдорфской педагогике, способен укорениться ещё и четвёртый столп: изучение истории мировых религий и атеизма. Исторически ценности плюрализма и толерантности как раз и выработались в процессе преодоления религиозных войн в Европе, после чего сконденсировались в головах французских просветителей. При условии, что история не переврана и не превращена в коллекцию комиксов или мифов, её изучение — лучший способ воспитать гражданина. Изучение истории мировых религий и атеизма — лучший способ воспитать человека, который не станет разжигать войну, но будет способен работать на установление достойного миропорядка. Будущее сидит за партой!

Новости партнеров

Загрузка...