В Кыргызстане состоялся военный парад в честь победы над боевиками

Кыргызское правительство торжественно объявило о победном завершении войсковых операций на юге страны. В честь указанного события в столице 26 октября состоялся военный парад. Президент Акаев подписал Указ о награждении орденами и медалями участников второй Баткенской кампании. По официальным данным, баткенские бои унесли жизни тридцати кыргызских воинов, а потери боевиков составили более ста человек. В то же время не следует забывать и о том, что нескольким сотням боевиков противостояли около семи тысяч бойцов и командиров правительственных войск.


Парад Победы ознаменовал завершение Баткенской войны, но до сих пор неизвестной остается судьба военнослужащих, которых боевики взяли в плен в первые же дни вторжения на юг Кыргызстана. Из расстрелянных пленных чудом остался жив только Касымбек ДЖАЛАЛОВ, уроженец города Джалал-Абада. Касымбек долго лежал в военном госпитале с тяжелой раной и только недавно смог рассказать о том, что с ним случилось.


Их было трое: сержанты Рустам Арджыманов, Владимир Никитушкин и наш герой — рядовой Касымбек Джалалов. 10 августа на рассвете они отправились на разведку на кыргызско-таджикскую границу и попали в засаду. 25 боевиков окружили их и захватили в плен. Три бойца попытались обороняться, отступая с боем на более выгодный рубеж. Однако тягаться с хорошо подготовленными боевиками, отлично освоившими тактику боевых действий в горах, у них не было ни возможности, ни опыта. “Чего стоите, как пни? Ну-ка, живо руки вверх!” Под эти грубые окрики пришельцы безжалостно наносили кыргызским воинам удары ружейными прикладами. Затем пленников заперли в старой каменной мечети.


Кроме личных анкетных данных, боевики потребовали, чтобы захваченные кыргызские бойцы дали полную информацию о поставленной перед ними командованием боевой задаче, численности, местах дислокации правительственных войск и их вооружении. Допрашивавшим особенно не понравилось, как гордо и бесстрашно держится сержант Рустам Арджыманов. Недолго посовещавшись между собой, боевики оттащили его в сторону и расстреляли, при этом грозно предупредив: “Не кривляйтесь, не корчите из себя невесть кого, а не то и с вами будет то же самое!”


На следующий день ряды пленных пополнились еще четырьмя только что захваченными бойцами правительственных войск.


— Больше всего нас томила неизвестность, — рассказывает Касымбек Джалалов. Поначалу мы подумали, что боевики нас или обменяют на своих единомышленников, находящихся в заключении в Кыргызстане, или угонят на свои базы и заставят на них работать. С нас ни на минуту не спускали глаз двое охранников. Боевики неукоснительно совершали пятикратный намаз. Вначале под прицелом оружия нас заставили выучить наизусть несколько молитв. Я худо-бедно знал несколько сур из Корана. Никитушкин — русский, мусульманских молитв не знает. У Арджыманова отец турок, а мать русская, но он читал Коран очень красиво, нараспев. Но он был парнем горячим и очень гордым — это и привело его к гибели…


Как показал уже двухлетний опыт вооруженных столкновений, главное требование боевиков к своим пленным, в случае, если те окажутся мусульманами, — непременно совершать пятикратный намаз. Известно, что в прошлом году и кыргызский генерал внутренних войск, и милиционеры, и даже исповедующие совсем другую религию японские геологи, захваченные боевиками в плен, пять раз в день беспрекословно становились на молитву.


Когда боевики-охранники получили по рации приказ от своих командиров срочно уходить, на вопрос, что делать с 6 пленными, им ответили: “Расстрелять!”


— Узбекский мы все понимаем. Поэтому, как только услышали этот приказ по радио — разом вскочили на ноги, — продолжает свой рассказ Джалалов. — Однако оба охранника, не дав нам опомниться, тут же открыли стрельбу. Мне пуля попала под ребро, и я затих. Рядом стонали и вскрикивали те, кого тоже ранило.


Охранники сделали в них по “контрольному” выстрелу и ушли. Я лежал неподвижно, стараясь не издавать ни звука, хотя слышал все, что творилось кругом, и меня не тронули: видно, решили, что я убит первым же выстрелом. Это были страшные мгновения…


Касымбек туго зажал рану шапкой и потерял сознание. Он очнулся только на следующий день. Под палящим солнцем уже разлагались тела его боевых товарищей. Окончательно убедившись, что все мертвы, а боевики ушли, он пополз вниз, к реке.


— Пришел в себя, огляделся — вокруг полно военных. Оказывается, за это время наши подошли. Тела погибших доставили вниз, к ближайшему блокпосту, а оттуда вертолетом — в Баткен. Меня отправили дальше, в Бишкек, в военный госпиталь. Вот, уже и выздоровел, — улыбается Касымбек.


Как рассказали военврачи, раненый Джалалов поступил в стрессовом состоянии. Было очевидно, что еще до ранения он испытал сильнейший психический шок и нуждался в длительной реабилитации…


По слухам, боевики предпочитают не убивать пленных, а использовать их как дармовую рабочую силу или перетягивать на свою сторону. По словам Джалалова, ему и его пленным товарищам этого не предлагали.


— Насколько я слышал, — говорит Касымбек, — в свои отряды боевики принимают только тех, кто прошел хорошую физическую подготовку в течение пяти-шести лет. Это настоящие головорезы, которые уже ничем не дорожат, ни отцом, ни матерью. Я лично к ним никогда бы не пошел. Средний возраст боевиков — 20-23 года, — продолжает он свой рассказ. — Однако из-за того, что они носят усы и бороду, боевики выглядят намного старше своих лет. Несмотря на молодость, это люди бывалые, матерые. Но вот что меня просто ошеломило, так это их вооружение. У каждого боевика автомат или винтовка, шесть-семь магазинов с патронами, три-четыре гранаты и портативная рация. Некоторые из них носят и видеокамеру, на которую снимают свои вылазки…


Запомнилось Джалалову и такое обстоятельство: боевики обязательно хотя бы слегка прикрывают камнями тела убитых, будь то свои или противник. При этом всю одежду с погибших снимают. Как рассказывает Касымбек, он собственными глазами видел, как пришельцы скинули в расщелину тела двух убитых кыргызстанцев: командира и рядового, а сверху забросали камнями. По его утверждению боевики, захватившие Джалалова в плен, говорили только на узбекском.


— Из-за того, что все густо обросли бородами, трудно определить, кто из боевиков какой национальности. Среди них могли оказаться и таджики, и кыргызы, и представители других национальностей. Но я слышал только узбекскую речь. К сержанту Никитушкину они обращались на русском языке, но по-русски они говорили ужасно, — замечает наш собеседник.


В Баткен Касымбек Джалалов попал после предварительной шестимесячной военной подготовки по окончании в прошлом году университета. По его собственным словам, у него была возможность получить отсрочку от призыва, но ему хотелось стать офицером.


В Кыргызстане выпускники высших учебных заведений служат в армии год-полтора и по окончании военной службы получают звание лейтенанта. Срок его службы подошел к концу, и, вероятно, вскоре он получит погоны со своими первыми офицерскими звездочками.


— Говорят ведь, беда одна не ходит. Если вдруг опять вторгнутся боевики — пойдешь снова воевать?


— Пойду, — спокойно отвечает пока рядовой Джалалов. — И в горах уже повоевал, и врага лицом к лицу видел. К тому же я с самого детства хотел стать военным.


В маленьком Кыргызстане немало юношей, которые, как и Касымбек, хотят стать офицерами. Высокий конкурс в военное училище в нынешнем году — тому свидетельством. Наряду с патриотизмом, есть еще одна основательная причина: под давлением баткенских событий кыргызское правительство было вынуждено значительно увеличить ассигнования на нужды армии, что становится для тысяч молодых парней стабильным источником заработка. В то же время Касымбеку Джалалову и сотням его товарищей по оружию на собственном горьком опыте пришлось убедиться, что неискушенные кыргызские новобранцы зачастую становятся в баткенских горах легкой добычей для отлично подготовленных и вооруженных до зубов боевиков.


Не секрет, в этом году боевики изменили свое отношение к бойцам правительственных войск. Если, к примеру, в прошлом году они вели многочасовые беседы о своих целях и задачах, о смысле жизни с захваченными в плен и в качестве заложников кыргызскими и японскими гражданами, то в нынешнем году боевики уже не церемонились и не задумываясь расстреливали захваченных людей. Более того, не раз приходилось слышать об особой жестокости боевиков. Секретарь Совета безопасности Кыргызстана генерал Болот Джанузаков именует их не иначе как бандитами. По его словам, никакой религиозной подоплеки в их действиях нет и в помине:


— “Они лишь прикрываются исламом в своих корыстных целях, а на деле из кожи вон лезут, чтобы провезти наркотики в Россию, а оттуда в Европу”.


В то же время генерал упорно избегает называть вооруженные столкновения на юге Кыргызстана войной. Боевые действия он неизменно обозначает просто — “баткенские события”.


Но и кыргызские политики, и военные стратеги пришли к вполне однозначному выводу: вторжение внешних сил на кыргызскую территорию в нынешнем году было совершено с более чем серьезными намерениями. Боевики не собираются церемониться с Кыргызстаном. Эксперты подчеркивают, что если бы речь шла всего лишь о бандитах, преследовавших только сиюминутную выгоду, то они начали бы длительный торг с властями, чтобы получить выкуп за пленных. И уж подавно не расстреляли бы их…

Новости партнеров

Загрузка...