Перспективы объединения тюркского мира

В 1991 году рухнул Советский Союз, и на карте мира появилось сразу пять новых тюркских государств — Азербайджан, Казахстан, Кыргызстан, Туркменистан и Узбекистан. До этого существовало всего два независимых тюркских государства: Турция и непризнанный мировым сообществом Турецкий Северный Кипр. Естественно, появление сразу пяти независимых, этнически близких стран не могло не вызвать беспокойства геополитических стратегов.


Уже в конце 1992 года авторитетное американское издание «Washington post» публикует статью о возможностях объединения тюркского мира. Там приводятся факты того, что если тюркские страны объединятся в единое государство, то их общий военно-промышленный потенциал будет равен Китаю. Это означало бы полный перекос геополитической стратегии Запада в сфере экспансии постсоветских республик. Интересно то, что примерно в это же время подобного рода статьи размещают на своих страницах российские газеты «Комсомольская правда» и «Известия».


Очевидно, это было вызвано особым интересом Турции к постсоветским тюркским странам и частыми поездками Тургута Озала в эти новые государства. К слову, Турция была первой страной, признавшей независимость Азербайджана, Казахстана, Кызгызстана, Туркменистана и Узбекистана. А в среде казахской интеллигенции с умилением рассказывали следующий случай: «Во время официального визита Нурсултана Назарбаева в Турцию один из корреспондентов задал президенту Озалу вопрос: «Тургут-ага, сколько казахов в Турции?», и турецкий президент, не задумываясь, ответил: «Вместе со мной казахов в Турции 63 миллиона».


Вместе с тем турецкий капитал усиленно проникал в тюркские страны. А в 1994 году в городе Анталья (Турция) прошел Первый всемирный тюркский курултай. На этом мероприятии впервые была предпринята попытка вывести общую концепцию развития тюркских народов. Но этого не произошло в силу несоответствия этих намерений геополитическим планам Запада. Империи-монстры прекрасно осознавали, что какая-либо консолидация тюркского мира может стать препятствием на пути к экспансии.


Между тем мысли об объединении продолжают бродить в умах определенных кругов тюркской интеллигенции. Но возможно ли это.


На сегодняшний день численность тюрков во всем мире составляет более 250 миллионов человек, а это около 40 наций и народностей. Из них независимые государства имеют 6 наций — это:


Азербайджан, Казахстан, Кыргызстан, Туркменистан, Турция и Узбекистан. Сюда же можно приплюсовать непризнанную мировым сообществом Турецкую Республику на Северном Кипре. Кроме этого, существуют автономные республики: Алтай, Гагаузия, Башкортостан, Карабах, Каракалпакистан, Карачаево-Черкессия, Дагестан, Кабардино-Балкария, Саха (Якутия), Татарстан, Тува, Хакасия и Чувашия. Причем Гагаузия и Карабах являются автономиями лишь «де-юре». Существует также и автономные объединения: Горный Алтай в России, Синьцзянь-Уйгурский район в Китае и Туркмен Ели в Ираке. Далее идут не представленные народы: долганы, караимы, крымлыки, ногайцы, тофалары, шортсы и др.


Говоря об объединении, в первую очередь подразумевают объединение политическое.


Но пока это не удается вследствие разности политических ориентиров тюркских государств. Так, к примеру, Турция является членом НАТО, а Казахстан и Кыргызстан имеют более тесное военное сотрудничество с Россией. И последние события, связанные с обострением религиозного экстремизма в Центральной Азии, влекут к этому сотрудничеству и Узбекистан.


Сюда же можно отнести приграничные споры Узбекистана с Казахстаном и Кыргызстаном. Здесь речь идет уже не об объединении, а о любых путях предотвращения вооруженного конфликта между братскими народами.


Существует также проблема возникновения настороженного отношения к Турции у постсоветских тюркских государств. В свое время эта страна, следуя заветам Ататюрка, принялась помогать своим этническим братьям, заново строящим свои государства. Но в молодые тюркские страны, наряду с романтиками Атажурта, рванули и просто дельцы, видящие только коммерческую прибыль. Они и создали о выходцах из Турции негативное мнение.


Нельзя не учитывать и тот момент, что за время нахождения под пятой России у постсоветских тюрков стал вырабатываться русский менталитет. А он очень насторожен и негативен к Турции, с которой Россия некогда вела изнурительные войны за Крым и Кавказ. Нужно также учесть амбиции тюркских государств, каждое из которых мнит себя на место лидера. Турки утверждают, что их государство в современном контексте значительно старше, казахи объявляют себя владельцами Атажурта (Анадолу), у кыргызов тоже есть свои доводы и т.д. Что же касается Узбекистана, то он, решив вести собственную геополитическую стратегию, нашел вполне удобный способ держать отношения с Анкарой на дистанции. Оказалось, что организаторы взрывов в Ташкенте в 1999 году проходили подготовку в Турции.


Хорошей заготовкой к будущему созданию модели единого тюркского мира мог бы стать центральноазиатский союз Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана. Но, к сожалению, эта организация оказалась недееспособной.


Можно сказать, что среди независимых тюркских стран сложился своеобразный баланс сил. Это наиболее ортодоксальные в тюркском вопросе Турция, Азербайджан и Северный Кипр; либеральные Казахстан и Кыргызстан; и авторитарные Узбекистан и Туркменистан, чья внешняя политика зависит от воли одиозных лидеров. Возможно ли при таком раскладе политическое объединение тюркского мира? Ответ нужно искать в реакции депутатов казахстанского мажилиса на предложение Гани Касымова о создании из тюркских стран в Центральной Азии конфедеративного государства «Туран». Неприятие народных избранников было тихим, но бескомпромиссным.


Если говорить о культурном объединении, то тут ясно, что за более чем тысячелетие тюркский народ раскололся на национальности, имеющие отличные друг от друга традиции и язык. Посади рядом чуваша и уйгура, и они просто не поймут друг друга. Разность обычаев и традиций порой вызывает неприязнь среди тюркских народов. К примеру, на бытовом уровне казах считает узбека скупцом, а тот, в свою очередь, его — задирой. Очень сильно влияет разность религий. Так, гагаузы -православные христиане, якуты — шаманисты, а тувинцы — буддисты.


Объединение тюркского мира возможно только в духовном аспекте. Требуется тюркская Идея. В этом случае могли бы пригодиться труды Мурада Аджи «Полынь половецкого поля» и «Европа, тюрки и Великая Степь». Да и празднование 1500-летия Туркестана, надеюсь, не ограничится съеденным мясом и выпитой водкой. В университетах, школах и колледжах должна преподаваться тюркская история во всем ее великолепии. С младенчества должно воспитываться осознание своей этнической своеобразности, но в то же время исторической и культурной общности тюркского мира.


Тюрки, освободившись от колониального гнета, все более и более, все без исключения, попадают под неоколониальную экспансию американизма-европоцентризма. Запад чувствует в тюрках угрозу в своей «либеральной модели» общества. И мы вместо подлинной свободы оказались в плену деклараций о независимости. Экспансии нужно противопоставить единство Духа, тюркскую Идею. Только так мы сможем выжить.


Без тюркской Идеи прототюрки-шумеры погибли, распался Тюркский каганат, а тюркские государства превратились в колонии.


Только почувствовав себя едиными духовно, тюрки начнут думать о политическом, экономическом и культурном объединении, поскольку зреет социальный заказ, вызванный подсознательным единством Духа. А как должно происходить объединение тюркских народов — об этом в следующий раз.

Новости партнеров

Загрузка...