ТРИ СОСНЫ… А ДАЛЬШЕ — ЛЕС ГУСТОЙ


…при наличии таких пропагандистов и врагов не надо…


В начале девяностых в независимой “Казахской правде” профессора Алдана Аимбетова, считающегося радикальным националистом и поборником казахизации, была опубликована провидческая, в известной степени, статья под названием “Казахская пресса как зеркало стагнации казахского обшества”. Именно в этой статье главредовский корпус казахскоязычных масс-медиа впервые был назван “газетно-журналистскими” и “литературно-газетными” “баронами”, тормозящими развитие казахской прессы в русле новых требований, предъявляемых к СМИ наступившей эпохой. И по сию пору уровень самой казахской журналистики сильно зависит от этих “баронов” и их “коллег” из высоких чиновничьих коридоров. Этой проблематике посвящена статья Джандарбека Сулейменова, которую перепечатал из “Мегаполиса” актюбинский республиканский еженедельник “Алтын Орда” (26.01.01). В данном случае ссылка на первоначальный источник сохранена, но это безусловно популярное и сильное издание иногда грешит обратным, т.е. не ссылается на источник.


Что касается старой статьи в аимбетовской газете, то в ней также образно говорилось и о тематическом однообразии казахской прессы: мол, казахская журналистика “заблудилась в трех соснах” — царская колонизация и прочие обиды, нанесенные казахам в былые, предсуверенитетные десятилетия, затем эйфория от независимости, и, наконец, укрепление и развитие казахского языка в качестве государственного. Сегодня от царской колонизации отошли еще дальше в глубины истории, до Атиллы; а эйфория от суверенита не то чтобы прошла, просто появились объективные опасения за ее сохранность и потенциальные плоды; но зато накал страстей вокруг казахского языка остается прежним. Справедливости ради надо сказать, что с той памятной статьи кое-что изменилось, не кардинально, конечно, но все-таки. Прибавилось несколько “сосен” – это прежде всего так называемая акимовская тема. Но и в этом случае количество, увы, не переходит в качество. Большинство казахских газет так или иначе очень тесно завязаны непосредственно на власти, и соответственно, крепко от них зависят. Казалось бы, в таком случае они должны пропагандировать достижения властей предержащих. Но, как говорится, при наличии таких пропагандистов и врагов не надо… Скажем, головной официоз “Егемен Казакстан”, как и положено ему, взялся масштабно поведать о совещании наместников главы государства в Астане. Понятно, что и задача, стоящая перед ними, нелегка, сегодня газетчикам куда легче все критиковать. Но задача-то перед провластной прессой стоит иная, ведь даже ругая акимов, не выполняющих наказы президента, надо, грубо говоря, указать читателю на свет в конце тоннеля. Но с такой задачей госпресса (а с частной какой спрос?) явно не справляется. Такая же картина и в пропаганде реформ. Экономические выводы — мол, то-то и то-то повысилось на столько-то — не подкреплены фактажом реальным. К примеру, скажем, за резким повышением добычи угля на шахтах Карметкомбината, ростом объемов и т.п. всегда стоит такой позитивный фактор, как увеличение рабочих мест. Пусть прямые налоговые отчисления от комбината вызывают скепсис, но зато комбинат работает, рабочие получают зарплату, платят подоходные налоги… Выкупили электростанцию Темиртау — хорошо, сохранили предприятие и, по сути, создали новое градообразующее предприятие… Хотя бы таким образом создавать имидж! Но слкадываеться впечатление, что корреспонденты “ЕК” (30.01.01 и 31.01.01) действуют из-под палки, ибо не наблюдается никакого творческого подхода. В данном случае имеются в виду материалы Еркина Кадыра. Бьют в глаза и постоянные ошибки в самых что ни на есть официальных материалах. Допустим, “Казакстан Республикалык Заны – Мемлекеттiк корганыстык тапсырыс туралы”. Это так называется закон, между прочим, подписанный Н.Назарбаевым. Но вот слово “туралы” в предложении находится совсем не там, где оно должно располагаться… Последним должно стоять слово “зан”. Это вопиющее нарушение всех норм казахского языка. И такая ошибка тиражируется при каждой публикации того или иного закона. По всей видимости, это очередная тупая калька с русского варианта названия закона…Получается, что пропагандисты имеют не только творческие проблемы в области пропаганды всего того позитивного, чем располагает кормящая их власть, у них имеются серьезные проблемы в плане грамотности. Иными словами, некоторые журналисты плохо владеют казахским языком, который их, кстати, как и власть, кормит и поит…



Язык мой — враг мой?..


“Ана тiлi” (01.02.01) привела мнение десяти граждан (заместители акима области и районов, писатели, ученые-филологи), жителей Алматинской области и Алматы, поддерживающих Обращение газеты к президенту страны, с которым несколькими неделями ранее выступил на страницах этой газеты ее главный редактор Мереке Кулкенов. Лейтмотив буквально этих мнений вновь свелся к тому, что выполнение Закона о языках тормозится нашими правительственными чиновниками, не желающими говорить на государственном языке. Чиновники же областного масштаба, участники круглого стола, затеянного редакцией “Ана тiлi”, говорили, что у них ведется большая работа, и, судя по всему, Алматинская область в деле развития и утверждения казахского языка впереди планеты всей. Все предложения о поддержке языка сводились к административным мерам. Но самое убийственное прозвучало из уст профессора филологии, бывшего вице-президента общества “Казак тiлi” Омирзака Айтбайулы: “Однажды к нам пришло письмо из Грузии. Вскрыли конверт, а там все по-грузински. Никто не смог прочитать его. Мы написали в ответ свое письмо, на-казахском. Так и надо поступать – на каждый документ, написанный по-русски, отвечать по-казахски”. После таких заявлений особенно отчетливо начинаешь понимать, почему казахский язык оказался в таком плачевном состоянии, и с подозрением относиться к профессорам от казахской филологии… Вот уж поистине: “язык мой — враг мой”!


Однако надо отдать должное “Ана тiлi”. Газета по сути совершила небольшую революцию, пригласив на свои страницы Нурболата Масанова и Петра Своика, которые поделились своими соображениями по поводу общего состояния казахского языка. И они даже читаются гораздо интереснее, чем дежурные отчеты чиновников областного масштаба, повествующие сколько собраний и деректив они выпустили ради казахского языка (будто эти собрания принесли какую-то пользу!). Выяснилось, например, что манкурт Масанов неплохо понимает разговорный казахский и не говорит только из-за того, что стесняется своего акцента. Он подчеркивает, что очень мало литературы на казахском, касающейся различных областей современной рыночной экономики – менеджмента, финансов и т.д. Также ученый-этнограф тонко подметил, что многие новые термины подделываются под уже имеющиеся турецкие, и такой воляпюк его не устраивает: “Ведь у них огузская группа, а унас кипчакская языковая группа”. А Своик, можно сказать, подписал приговор государственному языку. Надо сказать, что, наверное, это единственный политик из числа неказахов, который столь жестко заострил вопрос. Ведь он говорит даже не о том, что казахский когда-нибудь в силах стать государственным языком де-факто, о том, что казахский язык испытывает сегодня такие проблемы, которые заставляют с большим скепсисом говорить о его будущем вообще… “В том, что язык стагнирует, есть только одна причина – слабость национальной элиты… По сути дела, казахский язык пал жертвой политических, экономических игрищ высших эшелонов в приватизацию, в новую бюрократию, в трайбализм… А все потому, что пострадал непосредственно сам казахский народ, его сердцевина – аульные казахи. Чтобы понять, до какого низкого социального состояния можно довести коренное население, достаточно съездить в микрорайон “Шанырак”, находящийся на алматинском отшибе… Не справившись с собственным языком, власть принялась изменять, казахизировать русский язык (вместо «Чимкент» все теперь на русском обязаны транскрипировать «Шымкент», хотя правила русского языка препятствуют тому, чтобы после шипящих следовала буква “Ы”). Получается, что разрушению подвергается и русский язык… Роль элиты важна и верховна в любом обществе. Именно ее представители должны задавать тон, показывать примеры высокого духа и служения объявленным целям. А что демонстрирует наша элита собственному народу? Стыдно даже сказать… ”.


“Жас Алаш” (01.02.01), устами кандидата филологических наук Нурши Оразакыновой, главную причину усматривает в низком качестве преподавания казахского языка в средней школе: “Редко встретишь ученика, который считался бы троечником по казахскому языку. А ведь большинство учеников казахских школ очень неважно знают этот предмет. Страдает казахская школа и от бездумного контроля со стороны отделов народного образования. Дошло до того, что учителя как огня боятся так называемых “открытых уроков”, ставших главным критерием качества работы учителя. Между тем, сами проверяющие мало что соображают в педагогике и в школьных предметах, как таковых, поскольку практически никто из них не имеет опыта школьного преподавания”. Также П.Своик считает, что казахи в массе своей не знают своей же, по сути дела, Конституции и не умеют ею пользоваться.



О сокращении российского телевещания


Поправки к Закону о СМИ, урезающие ретрансляцию российских телепередач, — одна из самых “горячих” тем казахской прессы. Целую полосу под нее отдал крупноформатный еженедельник “Туркiстан” (02.02.01). Тематическая полоса названа безапелляционно: “Не удовлетворясь почетным местом, залезли на макушку”. Подразумевается, что на макушку залезли российские телепрограммы, которые крутят частные телекомпании. Депутат Фариза Унгарсынова обратила внимание на идеологическую сторону, поскольку прорехи в информационной политике приводят к тому, что у детей вместо казахских батыров главным героем является заокеанский киногерой Шварценеггер. Другой депутат, Амалбек Тшанов, убежден: если бы неукоснительно исполнялась норма закона о 50%-ном соотношении программ на казахском и иных языках, тогда все быстро встало бы на свои места. Обширное и конструктивное интервью дал еженедельнику президент телерадиокомпании “31 Канал” Арманжан Байтасов. Известный организатор масс-медиа согласен, что ради самостоятельности казахстанского информационного пространства необходимо определенное регулирование в виде ограничения доступа на информационный рынок иноземной продукции. Вместе с тем он предполагает, что после того, как заработают поправки, многие частные телекомпании элементарно разорятся. Поэтому он хотел бы видеть процесс ограничения постепенным. А для того чтобы отечественные производители в этой области воспрянули и смогли создавать конкурентоспособные передачи, необходимо освободить от налогов отечественные СМИ. Именно по такому пути пошли в России, что объективно привело к бурному развитию медийных технологий и различных холдингов, повысился престиж и отдача журналистского труда. А если такое случится и в Казахстане, то повысятся зарплаты, общий уровень журналистики, в том числе и казахскоязычной. В целом же г-н Байтасов поддерживает инициативу Министерства информации и общественного согласия. Предполагаемые поправки он не считает наступлением на демократические завоевания, а подлинной демократией считает всеобщее исполнение законодательства страны.



Казахские почвенники выявили казахских западников


В казахской “Литературке” — еженедельнике “Казак эдебиетi” (02.02.01) – вновь выступил известный публицист и поэт, казахский почвенник Аманхан Алим. Со своих таковых идейных позиций он еще раз порассуждал о “загнивающем в нравственно-культурном смысле Западе”, обозначил казахских западников, в число которых попали молодой писатель Дидар Амантай и Арманжан Байтасов (владелец телерадиокомпании “31 Канал”). Праотцом казахских западников был назван Шокан Валиханов, а знаменем современных – Олжас Сулейменов. Сама статья начинается с цитирования давнишней, три года тому назад опубликованной в газете “Жас Алаш” статьи Д.Амантая под названием:Мы двигаемся на Запад”. Пафосу этой статьи А.Алим противопоставляет текст из Мустафы Шокая, который видел трагедию Шокана Валиханова в том, что, освоив западные знания, он так и не сумел их применить на благо своему народу. С другой стороны, сам Мустафа Шокай тоже был по западному просвещенным человеком и оставался патриотом своего народа и сумел сделать больше в этом направлении чем самый первый “западник” — султан Валиханов. Мустафа Шокай — один из тех, кто создавал и разбудил современную общественную мысль на казахском языке. Он уже жил в другом интеллектуальном измерении. Поэтому в таком контексте “западничество”, как вооруженность современными знаниями и технологями, в том числе гуманитарного характера, не должно становиться жупелом для нации. Но именно так подходит в освещении проблематики взаимоотношений “западников” и “почвенников» и их влияния на национальное самосознание уважаемый автор “Казак эдебиетi”. В любом случае для сегодняшней казахской общественной мысли, которая, прямо скажем, не блещет разнообразием и плюрализмом, не говоря уже об оппозиционных взглядах, такого рода размышления, безусловно, чрезвычайно важны. Но только в том случае, если на страницах казахской “Литературки” будет открыт путь для противоположных мнений, иначе статьи, подобные алимовским, могут принести и определенный вред… К тому же Аманхан Алим по своему обыкновению передергивает контексты. Оппонент трехлетней давности амантаевского выступления так и пишет: “…Зачем куда-то идти? Запад сам пришел, ворвался к нам со своей масс-культурой и прочей гнилью. Встречайте. Вы же так этого ждали!…” Но когда Дидар Амантай фигурально говорил, что “он пошел на Запад”, он же не утверждал, что он пошел за порнографией — словом, за самыми низкими завоеваниями западной цивилизации и жанрами культуры. Скорее Дидар умозрительно бежал от той мертвечины и косности, которая процветала в среде этнокультурной элиты казахов, в литературной среде, а сейчас, когда пали путы коммунистической идеологии, а эта среда стала самостийной, то в некотором смысле с здравым смыслом стало еще хуже… Однако Аманхан Алим, нападая на “западников” именно в таком ракурсе, получается, защищает весь периметр “традиционалистов”, а значит, не хочет видеть той гнили, которая накопилась за его собственной спиной…


В этом смысле гораздо честнее выглядит статья, опубликованная параллельно алимовской в “Туркiстане”. В ней поднята тема общественных идеалов и пути изменения комплекса неполноценности. В статье “Кого мы забыли и кого мы поднимаем на пьедесталы?” автор начинает свои размышления с мнения одного гражданина Турции, который в приватной беседе упрекнул казахов в том, что они не ценят своих героев, в частности спортивных: “На словах много говорите о единстве, а своим беспамятством убиваете эту идею”. Его отец когда-то в Стамбуле видел игру алматинской волейбольной команды, которую возглавляли два казаха, тренер Зангар Жаркешев и капитан команды знаменитый в то время Джанибек Сауранбаев. Тогда казахстанские волейболисты были вторыми в Союзе и били многие европейские команды. Турков, которые во сне и наяву всегда стремятся превзойти европейцев, такие достижения казахов восхищали. А когда сын того турка приехал в Казахстан, он обнаружил, что мало кто вообще знает, кто такой Джанибек Сауранбаев. И тогда он впервые разочаровался в казахах. Потом, они, видимо, совсем разочаровали… Сам автор сатьи с горечью делает выводы, что казахское самостийное мышление застыло в уродливом прокрустовом ложе полуколониальной “этнокультурной автономии”, и такое мировосприятие жутко мешает закреплять в качестве примеров достижения нации, которые совершаются время от времени в общественно значимых областях, являющихся зачастую эксклюзивными для всех азиатских народов… Появление такого рода рассуждений в казахской прессе можно расценивать как ростки создания первых фрагментов национальной идеи, вместе с тем устремленности к каким-то общемировым стандартам.



Разное


Весьма интересным в чисто познавательном плане оказался номер “Егемен Казакстан” от 31 января. Из материала Тилекабыла Борангалиулы читатель много чего почерпнет о истории Букеевской орды, которая всего лишь двести лет тому назад располагалась в междуречье Урала и Волги. Из чингизидовской ветви, правившей Младшим жузом, а затем и Букеевской ордой, вышло немало значительных личностей — российских генералов, ученых, действительных членов Российского географического обшества, музыкантов … Материал ветерана афганской войны Болата Сайлана (1967 г.р.) “Ограниченный контингент” дает практически полную картину по боевым и иным потерям казахстанцев, участвовавших в той войне, а также статистику по тем “афганцам” которые сейчас живут в Казахстане. Надо заметить, что такие материалы — чрезвычайная редкость на страницах казахской прессы. Тем интереснее их читать. А вот спецкор газеты по Западно-Казахстанской области Жанболат Алиханулы рассказал о том, как в 1942 году в казахстанском небе под селом Джанибек был сбит гитлеровский “Юнкерс”…


Журналист Байтурсын Ильяс из Костанайской области сообщает, что страусы, которых разводят на агрофирме в Камышинском районе, неплохо переносят сильные североказахстанские морозы. 20 градусов мороза для них ничто, а когда сорокаградусные, их перевели в теплые вольеры. Похоже, эта экзотическая птица (по-казахски — “птица, которая с верблюда”), адаптировавшись, спокойно сможет конкурировать на мясном рынке с крупно-рогатым скотом!


Рубрика слухов в “Жас Алаше” на протяжении недели была полна самых сочных сплетен: “Говорят, что из 40 миллионов тенге, выделенных на ледяной городок, было использовано только 5, а остальная сумма стала добычей двух-трех персон…”, “Поддерживая идею переноса административного центра Джетысу в Талдыкорган, группа бизнесменов готова взвалить на себя часть расходов…”, “Говорят, что один аким, преклоняющийся перед драконом, вскоре поедет в эту страну послом… ”, “Выясняется, что самым богатым человеком страны является человек узбекской национальности — по этой части его не смогут в совокупности перевесить все наши видные бизнесмены…”.

Новости партнеров

Загрузка...