Китайцы “поздравили” актюбинцев с восточным новым годом, а новогодним “подарком” стала чрезвычайная ситуация с газом и теплом

В минувшую пятницу в Москве завершились переговоры между руководителями двух нефтяных компаний — российской Тюменской (ТНК) и Китайской национальной (КННК), на которых решалась судьба казахстанского месторождения Актобемунайгаз и, вместе с ним, определялась перспектива дальнейшего экономического состояния всей Актюбинской области. Стороны подписали соглашение, по которому в этом году АО “Актобемунайгаз” поставит на Орский нефтеперерабатывающий завод 2,6 млн. тонн нефти.


Скандал, разгоревшийся в начале февраля из-за отказа Орского НПЗ принимать актюбинскую нефть, стал ярким и показательным примером того, как ошибки в области приватизации могут сказываться на благосостоянии целых регионов республики. Одновременно он явился демонстрацией холодного прагматизма и беспринципности участников мировой игры вокруг нефти и положения, которое пока в этой игре занимает Казахстан.


Из очередного “урока экономической географии”, преподанного нам на сей раз китайскими товарищами, страна теперь очень хорошо уяснила, что экспорт нефти из Актюбинской области, с одного из крупнейших наших месторождений, зависит главным образом от состояния дел на единственном здесь трубопроводе к принадлежащему ТНК Орскому НПЗ.


Актюбинцы, а вместе с ними и все остальные жители страны, наверняка не без удивления узнали также, что это состояние дел зависит от расторопности и дисциплинированности нынешних хозяев  актюбинской нефти — китайских товарищей, которым с июня 1997 года принадлежит 60% акций ОАО “Актобемунайгаз”. Стоило им, по неведомой пока нам и руководству Казахстана причине, проявить халатность в отношении договорённостей с российскими партнёрами, как в области, в разгар февральских морозов, грянул газовый кризис, была объявлена чрезвычайная ситуация и областной, вместе с республиканским, бюджет терпит многомиллионные убытки.


При этом ни аким Актюбинской области, ни члены казахстанского правительства в течение нескольких дней, в разгар кризиса, не могли установить даже контакт с китайским руководством объединения, то есть, товарищей вовремя не оказалось на месте. Это в ситуации, когда от взаимодействия виновников чрезвычайного положения с исполнительной властью буквально зависела жизнь многих жителей региона, не говоря уже о состоянии экономики области. Новейшая казахстанская история не знает больше примеров подобного безответственного, если не сказать иначе, отношения иностранных компаний к стране, куда они пришли делать свою прибыль, к её гражданам и нуждам.


К этому нелишне добавить и “уважение” китайцев к общественному мнению в Казахстане: более издевательского обращения с журналистами и с теми, кто пытался в эти дни получить хоть какое-то объяснение от представителей компании, также трудно припомнить. “Никаких комментариев”, — в лучшем случае можно было услышать от сотрудников департамента по связям с общественностью, в худшем просто никто не отвечал на телефонные звонки.


Что же произошло между КННК и ТНК и почему Орский НПЗ вдруг отказался от актюбинской нефти?


В течение последних трёх лет она поставляется сюда китайцами по так называемой схеме замещения. То есть, россияне, получая сырьё из Казахстана, предоставляют КННК аналогичный его объём для экспорта в другие страны, через порты Новороссийск и Туапсе. Следует добавить, что эта нефть вывозилась из России как транзитная, т.е., не облагалась таможенной пошлиной. Но, для того, чтобы вывозить нефть, китайцам были необходимы экспортные лицензии и разрешение на транспортировку от министерства энергетики России, а также соглашения с компанией “Транснефть”.  


Иными словами, согласно контракту с ТНК, хозяева “Актобемунайгаз”, помимо ритмичных поставок “своей”  нефти собственно на Орский завод, должны документально и юридически обеспечивать экспорт аналогичных объёмов российской нефти. Однако схема эта неоднократно в прошлом подвергалась опасности со стороны той же КННК. Достаточно сказать, что поставщики никогда не выдерживали контрактный график в 150 тысяч ежемесячных тонн нефти.


Неоднократно возникали проблемы и с переоформлением соответствующих российских документов. В этих случаях трубопровод “Транснефти” и ёмкости Орского НПЗ, как говорят нефтяники, “затаривались” актюбинским сырьём, которое не успевали распределять, ибо китайцы не отгружали на экспорт соответствующих объёмов нефти российской, предоставляемой им по схеме.


Именно такая ситуация и привела к тому, что с конца минувшего года “затаривание” превысило критический объём в 470 тысяч тонн. Это заставило Орский НПЗ бить тревогу. Завод нёс немалые убытки из-за того, что не мог принимать в должном количестве сырьё своих, российских поставщиков, так как в трубах скопилась неоформленная актюбинская нефть. ТНК предупреждала китайцев в ноябре, декабре и в январе: оформляйте документы, иначе мы будем вынуждены прекратить приём вашей нефти. Поведение же китайской стороны видится по меньшей мере странным, если, опять же, не сказать больше. Ею не было предпринято ничего реального для того, чтобы избежать кризиса.


Всё это выглядит необъяснимым ещё и потому, что, казалось бы, такое отношение грозило, прежде всего, коммерческим интересам самой КННК. Однако, создаётся впечатление, что китайских товарищей потеря прибыли, многомиллионные убытки, ущерб деловой репутации, наконец, не очень-то в данной ситуации беспокоили. Все действия руководителей КННК наталкивают на мысль, что цели здесь преследовались отнюдь не конструктивные.                                 


Некоторые казахстанские СМИ сразу же обратили внимание на одно обстоятельство: как раз накануне был поднят вопрос о передаче в управление примерно 25% госпакета акций “Актобемунайгаз” американской компании “Аксесс индастриз Инк.”.  Известно, что эта компания является совладельцем ТНК, а, следовательно, и Орского НПЗ. Интрига выстраивалась, казалось бы, занятная. Переговоры о предоставлении американцам 25% акций, по каким-то причинам, затягивались. Почему бы, согласно азартной журналистской версии, не связать кризис вокруг актюбинской нефти с желанием “Аксесс” ускорить эти переговоры? И на первый, тем более непрофессиональный взгляд, всё выглядит логично: не дадите нам акции, мы в силах закрыть вам трубу.


И, что не менее любопытно, наши коллеги, настолько увлекшиеся этой интригой, проигнорировали при этом факты,  превращающие данную версию в плод игривого воображения, не более того.


О том, чего стоила китайская необязательность Орскому НПЗ, было сказано выше, — кстати, сумма убытков заводу сегодня является одним из предметов московских переговоров между россиянами и КННК. Кроме этого, достаточно сказать и о том, что ТНК, несмотря на участие в ней американцев, является всё же российской компанией. И “посадить” свой нефтеперерабатывающий завод ради игр вокруг 25-процентного (даже не блокирующего) пакета акций далеко не самого стратегически важного нефтяного объединения,  мягко говоря, никто бы в ТНК не согласился.


А вот что касается этих пресловутых 25-ти процентов, то здесь почему-то никто не говорит о причинах и условиях их передачи. Следует, правда, оговориться, что вначале эту долю госпакета планировалось просто продать, однако никаких серьёзных предложений по покупке ни от одного из инвесторов в правительство не поступило. О причине этого несложно догадаться: пакет не является блокирующим и, следовательно, не представляет собой большого интереса для какого-либо стратегического инвестора. Акции могли бы стать собственностью лишь портфельного инвестора с целью их дальнейшей выгодной перепродажи.


Такой покупатель, не заинтересованный в увеличении объёмов инвестиций в производство, естественно, не мог устроить правительство, которое сегодня гораздо более взвешенно подходит к решению проблемы — продавать имеющиеся госпакеты акций сейчас и относительно дёшево, или подождать благоприятного изменения конъюнктуры, что, в конечном итоге, принесёт гораздо большую прибыль. И пример с ОАО “Актобемунайгазом” является первым в реализации новой приватизационной концепции кабинета. Иногда выгодней сдавать в управление, чем продавать.  


В случае получения этого пакета американцы, к примеру, берут на себя обязательства увеличить объёмы добычи углеводородного сырья в Актобе до 6,5 млн. тонн в год и довести при этом объём его реализации в два раза.  Планируется также достичь снижения себестоимости нефти и значительно повысить доходность этого бизнеса. По подсчётам специалистов, за счёт эффективного менеджмента, своевременного финансирования и увеличения поставок углеводородов на экспорт, предполагается финансовая отдача от производственной деятельности объекта до 198 млн. долл. за пять лет.   


Казахстану также предложено в течение пяти лет привлечь в объединение инвестиций в размере 1,4 млрд. долл., всё это, в свою очередь, должно увеличить капитализацию ОАО “Актобемунайгаз” и, соответственно, стоимость этого госпакета акций через пять лет будет принципиально иной.


Это лишь некоторые параметры предполагаемой сделки. А вот как, в общих чертах, хозяйствовала в Актобе КННК.. За прошедшие три с лишним года работа этой компании на месторождении неоднократно подвергалась острой критике как в казахстанской прессе, так и из уст чиновников в Астане. Чего стоил, к примеру, громкий скандал, вызванный внезапным сокращением персонала ОАО китайцами, которое они объяснили стремлением снизить себестоимость добываемой здесь нефти. Под это сокращение весной 1999 года попало примерно 2 тыс. рабочих и служащих “Актобемунайгаза”. Руководство АО пообещало тогда нефтяникам трудоустроить их на вновь создаваемых предприятиях, выплачивая до этого пособия в размере 30% от объёма заработной платы. Однако нарушения китайской стороной этих обязательств привело к конфликту на объединении и вмешательству в него главы казахстанского правительства и посла республики в КНР.


Не выполнила КННК и свои обязательства по инвестиционной программе. К примеру, в 1998 году она была реализована лишь на 85,4%, а в 1999-м вместо предусмотренных договором 117,4 млн. долларов китайцы инвестировали в предприятие только 70 млн. долл..


Что же касается экспорта нефти из Актюбинской области, то в 2000 году её здесь было добыто 2,3 млн. тонн, из которых 400 тыс. тонн по железной дороге вывезено в Китай. В этом же году намечено получить 2,5 млн. тонн нефти, что также является явно недостаточным объёмом для такого крупного месторождения.  


Всеми этими обстоятельствами и объясняется, наверное, стремление Астаны “оживить” здесь ситуацию, на основе здоровой конкуренции уже двух крупных инвесторов.


Однако это стремление, судя по всему, пришлось не по душе нынешним хозяевам ОАО “АМГ”, которые, видимо, решили показать и своё истинное отношение к “этой стране”, и традиционные бойцовские качества. Нежелание КННК видеть в качестве партнёров американцев объясняется не только китайской политической ориентацией, но и вполне естественными опасениями того, что новые акционеры могут показать пример иного подхода к инвестиционным обязательствам и выполнению условий контрактов и договоров.


И основной удар, на наш взгляд, был направлен всё же в сторону правительства, которому дали понять, что смысл древней китайской мудрости: “один раз оступился, — поверни назад” может усвоен только подданными Поднебесной.


Новости партнеров

Загрузка...