Заметки с дивана про нефть и «Караван»

В заметке «Западный Кашаган: пять задач президента» («Караван», № 3, 1991 г.) перечисляются публично поставленные главой государства условия будущему единому оператору из нефтяного консорциума ОКИОК, который станет ответственным за разработку казахстанской каспийской нефти. Это: срок начала добычи нефти — 2005 год; бесперебойная транспортировка и продажа попутного газа; использование наших трудовых ресурсов и оборудования; сотрудничество с «Казахойлом» и «сохранение и улучшение экологии Каспийского региона». Вроде бы все понятно, непонятно только, зачем президенту понадобилось публично, можно сказать — на весь мир, озвучивать эти задачи. Ведь если, как неоднократно утверждали крупные казахстанские чиновники и ученые, наш экономический потенциал действительно находится в основном в руках таких транснациональных гигантов, то озадачивать их по меньшей мере излишне. К тому же президентская стратегия «Казахстан-2030» не просто приоритетно ориентирована на иностранных инвесторов, но и сулит серьезную защиту их интересов. При этом долгосрочного приоритета в области экологии в стратегии нет (в отличие от стратегии 1992 года). В октябре 2000 и в январе 2001 года президент подтвердил свое стремление реализовать названную стратегию. Почему бы без лишнего шума не записать эти элементарные условия задач в контракт и не смущать недопонимающего обывателя? Если тут скрыто: думаем одно, говорим другое, а делаем третье, то общественность (например, зеленая) может сбиться с пути и получить выговор вроде того, что сделан на странице 3 газеты, которую редакция рекомендует прочитать.



Переверзев И. «Большая игра вокруг Кашагана началась. Кому она выгодна?» (с. 3).


Критический запал статьи направлен на неназванных «оппозиционных деятелей», на «казахстанских оппозиционных общественно-политических ( ? — В.Я.) деятелей» и на «общественных деятелей», обратившихся «к конгрессу и к департаменту юстиции США» с каким-то обращением, в котором (по утверждению автора) они «…затронули проблему взаимоотношений Казахстана с зарубежными нефтяными компаниями…»Тем самым они» …легко проглотив брошенную им наживу, сами того не понимая, стали инструментом в руках больших игроков за лакомый кусочек «нефтяного пирога». Из всего этого можно понять лишь, что кто-то кое-где у нас порой (как в известной песне) что-то затронул и проглотил, чего делать не следовало, потому что тут — спланированная акция крупных игроков… Можно сгоряча подумать, что здесь есть какая-то связь с задачами президента, а можно этого и не думать может быть, у транснациональных гигантов принято бросать наживу, не знаю. Словом, сперва на Страшный суд сходим, а потом и отобедаем… Что хотела сказать редакция газеты своей рекомендацией — непонятно.



Репортаж Кенжегалиевой Г. «Нефтяная свалка» («Караван», № 3, 2001 г.) повествует о прискорбной социально-экологической обстановке в поселке Тунгуш на Карачаганакском нефтегазоконденсатном месторождении, разрабатываемом нефтяным альянсом иностранных компаний — КИО. В поселке 150 дворов, 1200 жителей, которые, как сказано в репортаже, 15 лет ждут, когда их переселят, печалясь обстановкой, возникшей в связи с подземными ядерными взрывами, вредным воздействием карачаганакского производства на окружающую среду и здоровье людей, сложностями трудоустройства и тому подобными обстоятельствами. Как следует из статьи (и по данным 2000 г.), поселок и в советское время, и теперь стоит на территории промышленного предприятия, то есть на территории, которая в соответствии с указами президента, имеющими силу закона, «О нефти» (1995 г.) и «О недрах и недропользовании» (1996 г.) именуется «контрактной территорией», предназначенной для производственных нужд КИО. Строительными и санитарными нормами и правилами, принципиальные положения которых неизменны уже более 40 лет, не допускается существование на промтерриториях объектов, не имеющих отношения к производственной деятельности предприятий: перечни таких объектов включают в том числе и в первую очередь селитебные территории. Поэтому населенные пункты полагается ликвидировать, перепрофилировать, переносить на новое место и т.д., а население — переселять, с учетом комплекса компенсационных мероприятий. Для принятия решения о переселении населения с промтерриторий никаких медицинских и экологических исследований и обоснований не требуется. То же самое относится и к территориям так называемых санитарно-защитных зон (СЗЗ), устраиваемых за границами предприятий (их земельных отводов), когда вредные (превышающие нормативы) воздействия предприятий распространяются на прилегающие территории. Из рассмотренных нами в 2000 г. материалов по Карачаганаку следует, что оснований для организации СЗЗ не имеется и может не возникнуть вообще, если КИО, как сказано в репортаже, действительно выполнит намерение внедрить малоотходные (а не «безотходные», которых не существует) технологии. Надо иметь в виду, что упомянутый в репортаже «свой подход» экологов по проекту СЗЗ, куда «…входит и Тунгуш», тоже не имеет отношения к принятию решения о переселении людей с промтерритории. Более того, нормативные акты не предусматривают устройства СЗЗ внутри территорий и площадок промышленных объектов. Повторяем, что СЗЗ — это один из видов внешних разрывов.


Таким образом, с территории Карачаганакского промпредприятия сегодня должны выноситься поселки Тунгуш, Березовка, Бештау и Жанаталап. Состав, порядок и очередность проведения мероприятий в данном случае должны устанавливаться генеральным планом предприятия. Возможно, генплан и существует, но в изучавшихся нами материалах нет соответствующих указаний. По совокупности природно-хозяйственных условий отселение населения с промплощадки должно начинаться со злополучного п. Тунгуш, это несомненно. Как следует из нашего многолетнего опыта проектирования и авторского надзора за массовым переселением населения, сносом и переносом населенных пунктов, дело это весьма деликатное, достаточно сложное и дорогостоящее, содержащее целый комплекс специфических работ, которыми и в советское-то время профессионально занимались не более пяти-шести человек на весь Казахстан. Отселение населения с режимных территорий не зависит от желания жителей, а вот сам процесс переселения (выбор места поселения, виды и формы компенсации и др.) существенно от него зависит (в рамках законов, разумеется) и регулируется индивидуальными договорами с затрагиваемыми физическими и юридическими лицами. Не вдаваясь в детали, скажу, что население следует переселять так, чтобы оно было удовлетворено условиями переселения на новое место, в том числе и в случае (как отмечено в репортаже) желания переселиться общиной.


В пятнадцатилетней истории ожидания переселения тунгушей последние восемь лет лежат на совести власти: если переселение не было учтено контрактом — оно обязанность власти, если переселение учтено, но саботируется предприятием, то опять-таки — это забота власти. К сожалению, все это в прошлом: тунгушам следует знать, что Конституция страны не дает гражданам права на труд, не дает государственных гарантий соблюдения их прав на жизнь, здоровье, жилище и т. п., поэтому теперь каждый сам по себе, сам за себя. Более того, упомянутая стратегия «2030» прямо предусматривает изживание «коммунистическо-коллективистских» (т.е. общинных) начал и установление в обществе начал «частноиндивидуалистических» в так называемом «космополитичном рынке». Так что, если жители поселка затрудняются самостоятельно решить отмеченные в репортаже проблемы трудоустройства, транспорта, загрязнения воздуха ядовитыми газами (меркаптаном, сероводородом), здоровья, испорченной земли, падежа птицы и скота и др., то у них остаются возможности искать, кому это выгодно, обратиться к Богу, увеличить подмеченное корреспондентом «обилие свежих могил». Если люди не в курсе основополагающих документов и не слушают то, что им много лет говорится с вершины власти, то это их собственный выбор. Я думаю, что журналистам тоже было бы невредно жалеть, соболезновать и сострадать в русле государственной политики, осиянной волей народа. Сегодня бремя выживания возложено на нас самих.


Может быть, действительно господа из КИО, выделяющие уже не десять, а пятнадцать миллионов долларов в год на социальные нужды и собирающиеся внедрить «безотходные» технологии на Карачаганаке, и есть те самые гуманисты, которые вдруг возьмут да и решат проблему переселения населения со своей территории в счет выделяемых ими миллионов.



Статья Сейтжанова А. «Давление — ниже нормы» («Караван» № 3, 2001 г.) опять сводит нас с иностранным «нефтяным» инвестором и населением, но уже в Кзылординской области. Если отвлечься от местного колорита и деталей, то налицо, с одной стороны — такие же тунгуши, а с другой — иностранцы, которые «… на каждом шагу попирают наши же экологические законы, не боясь лишиться лицензии». Тут же укоряют акима, мирящегося с иностранным инвестором, поднимают проблему газоснабжения, безопасности населения и т.п. Я думаю, что аким, в отличие от других людей, достаточно проникся президентской стратегией и знает, как он должен обращаться с инвестором. А инвестор тоже не промах: 7 февраля 2001 г. телеканал КТК сообщил, что канадская нефтедобывающая компания отказалась заниматься попутным газом. «Караван» в № 3, 2001 г. обещал «… и дальше следить за этой проблемой, которая должна решиться в ближайшее время. Ведь на карте — здоровье людей и благосостояние республики». Как видим, проблема решилась, а что осталось «на карте» — это уже другая проблема, которую тоже надо отследить.



Такое слежение особенно актуально в свете задач, поставленных президентом перед акимами на год празднования десятилетия независимости страны, о содержании которых можно судить по пересказу его речи, помещенной в «Казахстанской правде» № 27-28, 2001 г. По этому пересказу, без претензий на полное его понимание, я коснусь лишь моментов, затронутых выше. Как сказано, была подтверждена дееспособность стратегии и принцип опоры и надежды каждого на самого себя; президент пояснил акимам, что в рынке безработица связана с конкуренцией, высказал предположение, что торговля нефтепродуктами, газом и газоконденсатом дело настолько доходное, что иные акимы лоббируют некоторые фирмы; затронул и такой факт, как установление акимами всякого рода постов, снятие мзды с проезжающих и многие другие важные вопросы, и поставил задачи на год празднования 10-летнего юбилея независимости страны. Конечно, хотелось бы знать, какая-такая страшная конкуренция сделала безработными половину экономически активного населения страны (3,5 млн. человек, В. Макалкин, 2001 г.); и в Тунгушах, где почти все жители безработные, тоже едва ли что-нибудь слышали про такую конкуренцию. Никто не сомневается, что в соответствии с указаниями президента будет резко активизирована борьба с безработицей и бедностью, мобилизованы люди, не допущен монополизм, резко улучшена санитария и гигиена, усилен контроль, станут скромными акимы и т.д., по перечню задач, а все граждане почувствуют этот год на себе и станут участниками всех намеченных мер (пишет газета). Надо думать, что и тунгуши, ждущие переселения, почувствуют улучшение санитарии и гигиены людей. И не только они, но и другие, у которых вместо меркаптана и сероводорода разные там оксиды, диоксиды, гептилы и иные не менее вредные вредности. Похоже, что у этих людей появляется возможность поработать: «Кстати, предложил президент поразмышлять акимам и над возможностью сооружения за счет средств всех областей в Астане так называемого Дома Казахстана — современного здания, в котором разместились бы залы от каждой области, небольшие гостиницы, а также магазины, где продавались бы произведенные в регионах товары. Думается, идея действительно неплохая», — завершает пересказ газета.



В заключение замечу, что «Караван», как и обещал, не отходит от «нефтяной» тематики (см. № 4, 2001 г.) и, видимо, в положенное время расскажет о развитии событий в Кзылординской области, и не только в ней, но и, скажем, прояснит ситуацию с зайсанской нефтью недалеко от китайской границы, и вообще — будет более плотно работать с основополагающими документами в свете задач президента на год десятилетия независимости страны.


Новости партнеров

Загрузка...