Казахстанская оппозиция: молчание ягнят

Лучше умереть стоя, чем жить на коленях.
Долорес Ибаррури



Начало 2001 года в Казахстане было ознаменовано несколькими событиями, которые однозначно указывают на глубочайший кризис в стане оппозиции. Это и соответствующее, практически, заявление о самоликвидации так называемого Форума демократических сил, и отход председателя исполкома РНПК Газиза Алдамжарова от политической деятельности, и наглый политический “заказ” на Платона Пака и Петра Своика – руководителей партии “Азамат”; раздрай в Рабочем движении; жестоко избит представитель славянского движения Шушанников и, самое последнее — беспрецедентное по своему цинизму, наглости и жестокости разбойное нападение на известную журналистку, ведущую телепрограммы “Общественное согласие”, заместителя председателя партии “Народный Конгресс Казахстана”, члена президиума “Форум демократических сил Казахстана” Гюльжан Ергалиеву.



Что же касается “отстрела” видных оппозиционеров, то с одной стороны, похоже, что на это “компетентными” органами получена соответствующая временная (к юбилею!) лицензия, а с другой стороны, очевидно, что сами жертвы невольно способствуют этому, так как не могут договориться между собой даже на уровне нескольких лидеров. Сегодня казахстанская оппозиция разобщена, точнее, рассеяна, поставлена на колени и поэтому ее не отстреливает, не третирует, не высмеивает, не игнорирует, — кратко говоря, не “имеет”, — разве только ленивый.



А как блестяще все начиналось! Во всяком случае именно так казалось при организации Демократического движения. Но, к сожалению, мало кто видел тогда, что даже созвездие всеказахстанских имен, вошедших первоначально в это движение, есть всего лишь их более чем временное и эклектическое сборище. И именно эта эклектика явилась главной причиной последующего распада Демократического движения на безразличные друг другу образования, к которым в свою очередь оказалось безразличным и общество. Но не государство! А тем более — его соответствующие органы!



Но в чем же заключается в свою очередь причина этой проклятой и разрушительной эклектики? Некоторые видят ее в том, что все лидеры Демократического движения оказались равновеликими фигурами типа Акежана Кажегельдина, Петра Своика, Олжаса Сулейменова и им подобных и поэтому мания величия, помноженная на их количество, и явилась той внутренней критической силой, которая и должна была изнутри взорвать это рыхлое образование. С этим выводом, пожалуй, можно было бы согласиться, если бы не одно но… Но подобный вывод неверен уже потому, что он не может ответить на общий и принципиальный для всех времен и народов вопрос: почему, когда стране нужны герои, женщины рожают дураков?



Иными словами, важность вопроса заключается вовсе не в том, чтобы исследовать личностные качества тех или иных лидеров оппозиции, а затем, в зависимости от того, кто нам платит, хвалить одних и “мочить” других. Важно разобраться в том, какого качества лидеров оппозиции должно было родить казахстанское общество, и почему оно не родило их вчера, и сегодня, кажется, не собирается делать этого.



В настоящее время в Казахстане развелось столько мелких оппозиционных групп, что невозможно в рамках одной статьи разобраться в их общей сущности, если исследовать каждую из них конкретно, а затем пытаться результаты этих исследований как-то обобщить. И вместе с тем кажется, что желаемого результата можно добиться методом от противного, исследуя то, кто и\или что является главным и общим объектом борьбы оппозиции. В этой связи объем исследования радикально уменьшается, а именно: кто это фигура новейшего казахского Моисея, что – это проводимая им политика.



Аналогии, как известно, хромают. Но если ее не нагружать слишком большими надеждами, то и на ней можно дохромать до определенных истин, которые по разным причинам остаются вне общественного сознания. Поэтому, когда мы заговорили о некоем казахском Моисее, то, конечно, имели ввиду аналогию с исходом древних евреев из египетского плена под предводительством их пророка Моисея. И одновременно мы должны быть начеку, чтобы вовремя замечать разницу не только между еврейским и казахским моисеями, но и между соответствующими политическими событиями.



Новейшую казахстанскую власть роднят с ветхозаветным Моисеем прежде всего мировоззренческие позиции и методологические подходы к решению важнейших проблем бытия.



Так, мировоззренчески, во-первых, если пророк Моисей считал евреев богоизбранным народом, то казахстанские власти, — как совокупный или персонолизированный казахский Моисей, — считают в Казахстане только казахов титульной и государствообразующей нацией (этносом). Во-вторых, казахский Моисей пытается утвердить высшую (фактически, государственную), строгую (иерархически организованную, контролируемую, управляемую и дисциплинированную) и единую веру (ислам суннитского толка) не только среди казахов, но и среди всех остальных мусульмански окрашенных этнических групп. При этом считается, что все представители этих этнических групп, в том числе и казахской, должны быть дисциплинированными верующими.



Методологически, подобно ветхозаветному пророку, казахский Моисей в пространственном отношении также считает священным долгом казахов “завоевывать землю обетованную”, то есть плотно покрыть коленами “чистопородных” южных племен центральные и северные регионы Казахстана, а где и этого недостаточно, то завозить казахов из-за границы, при этом вытесняя другие “племена”, проживавших ранее на “земле обетованной”. Во временном отношении – тот же ветхозаветный подход, а именно, казахский Моисей настойчиво водит казахов если не по пустыне, то за нос, и будет это делать до тех пор, пока не вымрет последний казах (о представителях других этнических групп и говорить нечего!), родившийся в “египетском плену”.



Все вышесказанное, к сожалению, не является выдумкой, а лишь констатацией фактической, хотя и не тиражируемой, официальной идеологии и ее замаскированной, но настойчивой политической реализации. Таким образом, в Казахстане имеется достаточно твердая, пусть и не рекламируемая, официальная идеология, главными основаниями которой являются национальный и религиозный аспекты. И значение этой идеологии не следует преуменьшать, ибо власти в явочном порядке формируют из нее национальную идею!



А теперь вспомните, что сталось с оппонентами ветхозаветного Моисея? Они проиграли вчистую! И прежде всего – по причине отсутствия у них разумной альтернативы идеологии Моисея!



Что же касается современной казахстанской оппозиции, то ее величайшей ошибкой (или тупостью?) было игнорирование идеологической работы. Правда, об идеологической работе у оппозиции иногда заходила речь, но эта работа понималась у нее как политическая агитация или, как максимум, политическая пропаганда. Изредка среди оппозиции прорезывались голоса глубоко думающих людей, которым сама же оппозиция тут же затыкала рот. Тут и не надо было никакого преследования со стороны властей! И таким образом, в итоге десяти лет независимости казахстанская оппозиция не имеет собственной идеологии. А не иметь политической идеологии и заниматься политической борьбой, это – то же самое, что пытаться воевать без компаса и топографических карт. Поэтому у официальной идеологии и политики сегодня практически нет действенной оппозиции.



Вместе с тем, казахстанская оппозиция в своей политической борьбе могла бы действовать методом от противного, то есть подвергать эффективной критике официальную идеологию, позиции которой являются далеко небезупречными. Но оппозиция, убеждая себя и других в отсутствии национальной идеи, основанием которой и является официальная идеология, не могла подвергнуть ее обоснованной и последовательной критике. Более того, оппозиция, зациклившись на собственно политических формах, в условиях отсутствия политической поддержки со стороны масс и материальных средств, обрекла свою политическую борьбу на постоянные поражения, и сама пришла к упадку, то есть к сегодняшнему состоянию.



Таким образом, у сегодняшней казахстанской оппозиции нет будущего, так как из-за отсутствия у нее научной идеологии за десять лет она так и не обрела необходимое социальное основание и соответственно, политическую и экономическую поддержку. И по этой причине она сегодня умирает на наших глазах. И если суждено этой оппозиции прожить немного сверх своего срока, то только благодаря некоторым идиотски непродуманным репрессивным действиям властей, в которых, как правило, не бывает недостатка, особенно, в очередном юбилейном году.



Но неужели мы так и не дождемся умной, толковой и действенной оппозиции? Может быть и дождемся! Во всяком случае, кончиной современной оппозиции оппозиционная жизнь не заканчивается. Думается, что уже в обозримом будущем сама же казахстанская власть родит из самой себя такого оппозиционного монстра, что по сравнению с ним сегодняшняя оппозиция может показаться просто ягненком. Но это – завтра! А сегодня – молчание ягнят! Оппозиционных!


Новости партнеров

Загрузка...