ПтиЦЫ (продолжение)

Дюк присел и затуманил взор. Он всегда так делал, чтобы казаться значительнее. Но думал при этом в два раза быстрее и конкретнее.


…Да, Пыря сказал то, о чем думалось в последнее время. Это не было каким-то откровением, и все же…Это показалось…вот, пожалуйста – Гай уже повис головой вниз, стараясь не подавиться от смеха. Ук пытался изображать непристойный выпуск газов при помощи языка и клюва, да так старательно, что это произошло естественным образом. Пыря, зажимая нос, запорхал под потолком, изображая веселый испуг. Вся троица усердно ломала комедию, под названием: “Покажите дулю воробьям, а нас не смешите без спросу!”


Гай задыхался и просил его пристрелить. Пыря хихикал и опахивал его крыльями. Ук переусердствовал в имитации и отлетел по нужде. Все трое словно взяли тайм-аут. Дюк почувствовал это и решил выждать. Он просчитывал в уме варианты…


Так-так…Такая реакция неспроста…Партия власти – рассмешила… Вернее – даже возможность вхождения во власть показалась смешной… К чему бы это?


Дюк продолжал анализировать… И вправду – власть над чем? Над тем разбродом и шатанием по всей территории свободных Гусакских далей? Свободных от чего? От логики, от сколько-нибудь продуманной и ясно изложенной идеи? Свободных от здравого смысла вообще и от принципов Партии “ЦЫ”, в частности? Дюк горестно вздохнул – это были реалии сегодняшнего дня, от которых…


— …пусто, как в ячейках Сетки. — Гай отдышался и хитро поблескивал глазками, все также вися вниз головой на стропилине Так, что ли , сынок?


Дюк постарался скрыть изумление – Гай не обладал телепатическими способностями, но стал развивать мысль, которая была только на подходе. То есть Дюк за мгновение до того хотел об этом поразмыслить, но Гай опередил. И три пары глаз вперились в него испытующе…Сетка…


Дюк и не забыл, да и не вспомнил бы…Это была подсказка. Теперь трое полоумных экзаменаторов ждали ответа. Дюк внутренне подобрался.


…Железная Сетка… Еще бы не помнить. На Скотном дворе она ограждала Птичник от остального мира. Именно ограждала. Ячейки Сетки были настолько мелки, что лишь цыплята могли клюв просунуть. Да и то в самом нежном возрасте…Но все-таки именно они были способны хоть что-то сквозь Сетку разглядеть.


…И начинали двигать гузками из стороны в сторону, утверждая, что это какой-то там твист. Или свист – не разберешь… При этом свистели они исключительно под Элвиса. Под него же взбивали на пустых головенках веселенькие хохолки…


Но, становясь взрослее, они утрачивали способность видеть сквозь Сетку и уже спокойно превращались в обычных петухов, гусей, цесарок…Индюков.


Дюк всё это хорошо помнил. Лично ему Сетка до поры до времени не мешала. Скорее, наоборот, сообщала чувство некой защищенности. Вернее, безопасности бездействия: те, кто решался на действие – перелететь через Сетку, оттуда уже не возвращался. Дюк вспомнил, как он ежился от страха, когда слышал звуки, доносившиеся сквозь железные ячейки. Впечатление было такое, что там, во внешнем мире, все жрут друг друга поедом…


— И без соли,- подтверждал самые мрачные предположения Ук, почему-то радостно при этом хохоча. Гай относился ко всему более спокойно и философично, но от этого радужных тонов в картине вселенской жути не прибавлялось.


— Жрут. Жрали и будут жрать,- приговаривал Гай, задумчиво вышагивая по верху ограды-убежища, и не подавятся. Потому что иначе не могут. Все 365 дней в году. А в високосный жрут на один день дольше…


— И на одну ночь тоже,- добавлял Пыря, в ужасе прикрываясь перепончатыми крыльями.


…Попробуй оставаться храбрым от таких комментариев…


И Железная Сетка уже казалась даже уютной. Да, если разобраться, то по большому счету она была Домом. Родиной. Отечеством. А если не слишком вдаваться в подробности, Сетка была условием существования.


В те дни Дюк даже поспорил с Гаем по поводу различий в формулировках.


Гай называл пространство за Сеткой “естественной средой обитания”…


Дюк не соглашался и утверждал, что “обитать” можно лишь там, где твоему “существованию” ничего не угрожает.


— Да-с, вот именно – “существование”, а не “обитание” в среде, которую ты изменяешь, обитая в ней. “Существование” – это смирение, “обитание” – это поступок, приспособление среды под себя. В качестве “обители”, защиты, крепости — Гай тогда еще не впадал в старческий маразм и выражал свои мысли хотя и витиевато, но полно и без недомолвок. Вдумайся, каждый из нас сначала “существовал” в яйце, но коль скоро вылупился – изволь соответствовать высокому званию “обитателя здешних мест”.


…И высоко вскидывал голову, давая понять – кто именно обитает, а не существует в здешней местности…


Дюк в глубине души соглашался с ним, хотя эта неизвестность…та, что за Сеткой…пугала…и манила одновременно. Жить вольной птицей! Жить. А не топать по периметру, где все распланировано и втиснуто в прямоугольник Птичника… Как жить – этого не мог сказать никто, даже Гай. И Дюк прекрасно понимал это. Или ему тогда казалось, что понимал.


И принимал жизнь такой, какой она была в Сетке. А вот вне её…Дюк не был пророком. А не мешало бы…


Аккурат в то время, когда цыплята в Железной Сетке стали исполнять какой-то “брык-данс”, все внезапно рухнуло…Вообще – всё…


Наступила эпоха Великого Перетопа, эпоха падающих преград, эпоха открытых пространств. Железной Сетки не стало. Просто не стало, и всё…


…Свобода…Равенство…Братство…


Дюк сокрушенно покачал головой: как все они заблуждались…Какими желторотиками по сути своей были…


Это потом все поняли, что при полной свободе не может быть равенства, а уж братства…Все изначально, от природы обладали неравными возможностями реализации собственной свободы…Да и сама свобода оказалась не очень-то приветливой и теплой…


Не стало Железной Сетки, не стало и чувства защищенности. Реальной защиты тоже не стало. Совсем. Здесь, на воле, в открытом пространстве, без Сетки было по-настоящему страшно.


…Хищники проникали в Гусакию со всех сторон…Непонятные болезни регулярно посещали свободную птичью стаю, чтобы оставаться как можно дольше…Нажитое еще на Скотном дворе растаскивалось в разные стороны, и не тащили только самые ленивые. Они же, ленивые, не разлетались во все стороны света, унося с собой всё, что могли унести…Те, кто оставался, и тайно, и явно мечтали о Железной Сетке. Причем возвращаться за Сетку не хотели. А хотели чего-то…чтобы по-старому…но на новый лад…чтобы всем хорошо…и сразу…и навсегда…и желательно – с завтрашнего дня…


Дюк тоже хотел, но был реалистом, а потому…


— Сетка – необходимость, а не условие мерзкий летучий крысенок Пыря озвучил его мысли и стыдливо прикинулся спящим.


— А я похож на сову, саркастично всхохотнул филин Ук.


— Сынок, ты часом не знаешь – завтра утром взойдет солнце? – старый попугай был на удивление серьезен и участлив. Дюка это не обидело


— Можешь не отвечать трем старым дуралеям,- проскрипел Гай ехидно, — только постарайся объяснить, самому себе в первую очередь, что ты отрицаешь как “условие”?


Дюк сосредоточился, потом заговорил, стараясь быть кратким…


…В Сетке жить – себе дороже, без Сетки – почти невозможно. Необходимость Сетки очевидна, как очевидно и то, что там не бывает свободы. Условие существования – налицо, необходимость среды обитания – отсутствует. А это значит, нужно жить в Сетке, но при условии: – никогда её не ощущать. Она должна быть где-то там, за горизонтом, и все должны чувствовать её необходимость и значимость, но никогда её не видеть. Это не будет сковывать личную свободу каждого. Это даст полное ощущение открытого пространства, на том участке среды обитания, где защищенность выражена свободой от опасностей. И в этом нет условия несвободы, а есть необходимость обретения гарантированной свободы. Так зародыш в яйце защищен скорлупой, но это не мешает ему развиваться в птенца. Наоборот, это жизненная необходимость. Да, в итоге он ломает скорлупу и выходит наружу…Но для чего? Только для того, чтобы оставить после себя новое яйцо – надежно запертую свободу жить и развиваться спокойно…Очерченную границей скорлупы среду обитания.


Дюк перевел дух. Все остальные последовали его примеру.


— Ну, погнал гусей по бездорожью, — нарушил тишину Гай и залился снисходительным старческим смехом. — Мыслитель! Вот что значит собраться с мыслями и смыслу морду начистить!


— Индюк думал…- не закончил фразу Ук, оттого что заикался ни с того ни с сего…


Пыря же громко сглотнул, и также громко хлопнул веками.


— Кто определяет расстояние от тебя до Сетки? – Гай не прекращал хихикать и перхать. — Власть или партия власти?


Дюк уже давно и нерадостно об этом думал.


…Если с властью и властными структурами всё было более или менее понятно, то партия власти представлялась чем-то непонятным…чем-то вроде полуснесенного яйца…


…Конечно, можно было принять за точку отсчета Партию “От ОН”…


Но тут как посмотреть…


Партия От ОН(Отца Нации) была несомненно правящей… Но править и обладать реальной властью – были разными понятиями в Гусакских далях.


Это понимал и Пим, могучий петушок, стоящий у партийного кормила.


Наверное, поэтому в партии очутился гусак по кличке Утя, который был скорее “младоуткой”, и не только из-за созвучия детского прозвища с названием данного цехового братства…


(Продолжение следует)

Новости партнеров

Загрузка...