Твердые как камни

В своем фундаменталистском иступлении талибы принялись даже за статуи. Две монументальные статуи Будды, расположенные в центре страны, в долине Бамийян, стали объектом их ярости. Две жемчужины буддистского искусства IV века, известные с незапамятных времен, когда тысячи паломников из Индии, Китая и даже Тибета посещали их, теперь серьезно повреждены.


В сентябре 1996-го, вскоре после взятия Кабула талибами, один из военных руководителей, командующий Ахмадзай, хладнокровно обозначил «цвет кувалды»: «Мы уничтожим будд, так как ислам запрещает статуи».


ООН выражает протест, и верховный командующий талибов, таинственный мулла Омар, дает понять, что и он не одобряет подобный «тип культурного проекта». Но уже несколько поздно: бомба, сброшенная с самолета немногим раньше, повредила огромные ниши, в которых расположены обе статуи. Таково начало.


Осквернение следует в сентябре 1998-го, когда талибы становятся полными хозяевами этой долины, где недавно ещё сопротивлялись ополченцы. Выстрел самоходной артиллерийской установки или использование взрывчатых веществ, — но статуи Бамийяна, на протяжении 15 веков бывшие неповрежденными, нынче в ужасающем состоянии: 35-астровый Будда потерял половину головы. Другой, 53-метровый, самый большой в мире, — теперь с наполовину обызвествленным лицом — вследствие поджога груды автомобильных покрышек, чтобы стереть черты его лица. Археологи в тревоге за судьбу буддийских фресок, что украшают гигантскую впадину со статуями.


На арабском «талиб» значит «студент». Похоже, что к истории искусства это совсем не относится.


С ПРИВЕТОМ ИЗ КАБУЛА


Эфемерные и загадочные исламистские «студенты» превратили то, что оставалось от столицы Афганистана, в абсурдный и зловещий ад.


Талибы объявили войну… бумажным змеям, которые совсем недавно ещё оживляли небо над Кабулом. Между тем, это одна из тех немногих игрушек, которую ещё могли себе позволить ребятишки Афганистана. Даже в самые мрачные времена гражданской войны, в момент затишья между бомбардировками, то здесь, то там было можно видеть в небе огромных бумажных птиц или просто старые пластиковые пакеты, реявшие над зловещим скоплением руин, в которые превратилась афганская столица.


«Бородачи» сухо постановили, что бумажные змеи являются «криминогенными». Вина их — в «заключении пари и отвлечении детей от воспитания в духе Корана».


ГЛАДКО ВЫБРИТЫЕ ПОДМЫШКИ И ЛОБОК


…Из директивы Аньятуллы Бадага, начальника Генерального штаба по «командованию Добром и искоренению Зла» (официальное название): «Если мужчина замечен со сбритой или подстриженной бородой, он будет посажен в тюрьму до тех пор, пока последняя не станет обильной». Горе также и носящим длинные или полудлинные волосы, поскольку другой приказ, предписывающий искоренять английскую и американскую моду, велит, чтобы виновники были арестованы и коротко острижены. Впредь приказано, чтобы все мужское взрослое население страны было предельно приближено к внешнему облику Пророка «по-талибски.» Пример подает сама администрация. Контролеры регулярно проверяют, гладко ли выбриты подмышечные впадины и лобок чиновников, как того требует талибская версия шариата, то есть закон, согласно Корану, но пересмотренный и исправленный их стараниями.


Что же касается директив, применяемых к женщинам, то они не обременены всякими тонкостями: им запрещено всё. Даже чадор (чадра по-ирански), покрывало, которое скрывает тело и волосы, но оставляет смутно угадываемым лицо, осужден как слишком вольный, если не сказать похотливый. Афганки следуют строгому предписанию носить местный вариант, более близкий к кольчуге, чем к покрывалу. Это афганский чадри, замуровывает все тело под тяжелой толщей ткани, непереносимой летом, -и прячет глаза, нос и рот за толстой сеткой из ткани.


Этот панцирь ограничивает поле зрения, затрудняет чтение и ходьбу, затрудняет дыхание и препятствует приему пищи или питья. И никаких послаблений, уступок. Если женщина будет замечена одетой в чадор иранский, ее дом будет отмечен, а муж наказан. Кондукторам автобусов и любого другого вида транспорта запрещено перевозить женщин, не покрытых чадри или носящими иранский чадор. В противном случае водитель будет посажен в тюрьму. Абсолютно исключено посещение портного. Ремесленник рискует моментально угодить в тюрьму. То же самое возмездие грозит ему, если контролер вдруг обнаружит в его ателье самый простенький журнал мод. Женщины не имеют даже личной юридической ответственности: ответственен и уголовно наказуем, если что, ее муж.


Никаких больниц для женщин. Единственная клиника для бедных предназначена для них в Кабуле. Образование можно получить в нескольких подпольных школах. Женщина больше не имеет права преподавать. Единственное, чем позволено еще заниматься – выпечка хлеба, да и то еще прошлым летом талибы запрещали и это. Короче говоря, через четыре года после взятия Кабула афганские муллы запретили все. Не запрещено запрещать, запрещено разрешать. Между тем, исламисткие руководители основательно «почистили» города, закрывая кинотеатры, упраздняя концерты и отменяя все, что могло бы походить на публичное развлечение. Талибы закрыли телевидение, которое, однако, уже давно не показывало ничего, кроме передач Слова Божия по Корану, приструнили газеты и университеты, введя обязательные пятикратные ежедневные молитвы. Торговец, застигнутый в своей лавочке в час молитвы не за молитвой, рискует схлопотать 10 дней тюрьмы.


МАЛЕЙШИЙ НАМЕК НА ПРАЗДНОВАНИЕ ЧЕГО-ЛИБО УЖЕ СУТЬ КОЩУНСТВО


Одной из директив «сверху» приказано «искоренить тамбурины, пение и свадебные танцы». Глава семьи, который со всей вопиющей безответственностью допустил всё это, наказывается арестом. И не сметь задавать вопрос, почему! Потому что тот же самый текст защищает «благородных улемов» (местных богословов) и уполномочивает их “взяться за разъяснение запрещения».


Единственный спектакль, разрешенный в Кабуле, — присутствовать каждую пятницу при приведении в действие исламистких возмездий — казней, ампутаций, побиваний камнями и прочее на древнем стадионе.


ОМАР-КОШМАР


О Мохаммеде Омаре, предводителе афганских талибов, неизвестно ничего особенного, кроме того, что ему, по меньшей мере, 40 лет, что он одноглаз и мог потерять свой глаз в сражениях против советских отрядов в Афганистане. Что ещё стоит уточнить? Недоверчивый Мохаммед достаточно немногословен в интервью местной прессе. Два или три раза он согласился встретиться с журналистами, но только с пакистанцами и исламистами, то есть откровенно некритичными по отношению к легенде Омара.


Это тот самый Омар, который дослужился до предводительства афганским фундаменталистским движением в 1994 году. Сначала он оплачивался секретными службами Исламабада, затем пользовался финансовой поддержкой Саудовской Аравии, до того как разругаться с Ривадом и принимать на своей земле миллиардера-террориста Уссама бен Ладена, известного злого гения Соединенных Штатов. С 1996 года Мулла Омар самопровозгласился Амиром аль-Момином, то есть главнокомандующим (правоверных). И он продолжает заново переписывать Коран на свой лад.


Новости партнеров

Загрузка...