Казахстан — Узбекистан: дела пограничные

Бигалий Турарбеков, советник министра иностранных дел Казахстана: «У нас с Узбекистаном нет неразрешимых проблем».


Бигалий Шарипкалиевич! Итак, промежуточный итог ваших переговоров с узбекской стороной?


— Собственно переговорный процесс по делимитации Казахстанско-узбекской границы начался с февраля прошлого года, можно говорить о полном календарном годе работы. Год получился очень напряженный. Проведено четыре пленарных заседания делегаций и шесть встреч рабочих групп делегаций, осуществлено полевое обследование совместно с узбекской стороной более 200 километров границы.


Думаю, читателям будет интересно узнать, какие структуры созданы для решения важной государственной проблемы.


— Постановлением правительства в сентябре 1999 года создана Правительственная комиссия по делимитации государственной границы Республики Казахстан. Ее председателем является премьер-министр, а его первым заместителем — министр иностранных дел, которому дано право формировать правительственную делегацию из числа членов указанной комиссии. Делимитация границы идет и на российском, кыргызском и туркменском направлениях.


— А как формируют подобные структуры наши соседи?


— Каждая страна по-своему. В России, к примеру, издано специальное постановление Правительства РФ. В нем оговорены права и обязанности руководителя и членов делегации.


Узбекистан пошел по другому пути. Здесь создана межправительственная комиссия, которую возглавляет премьер-министр, а в ее составе структура, которая занимается делимитацией. Официальное ее название «Узбекская часть межправительственной комиссии по делимитации и демаркации государственной границы».


Еще в самом начале нашей работы, в конце 1999 года, мы договорились о главном: у нас нет территориальных претензий друг к другу. Поэтому ни в коем случае нельзя политизировать работу по делимитации.Хотя и чисто технической я бы ее не назвал. Все же речь идет о сотрудничестве с представителями другого государства, и без дипломатических навыков не обойтись. В качестве отправной точки мы взяли последнее постановление Президиума Верховного Совета СССР от 1963 года — об административных границах Казахской и Узбекской ССР.


Постоянно мы обращаемся к более поздним документам постсоветского периода. Это прежде всего Алма-Атинская декларация — о создании СНГ, подписанная 21 декабря 1991 года, а также Договор о вечной дружбе между Казахстаном и Узбекистаном.


Да, Узбекистан вышел из Договора о коллективной безопасности СНГ. Тем не менее договорная основа, которая создана между двумя государствами, охватывает самый широкий спектр отношений, вплоть до оказания военной помощи.


В чем сложность переговорного процесса? Поселки — как со стороны Южно-Казахстанской области, так и со стороны Ташкентской области — расположены практически на границе, а мегаполисы во всех странах имеют обыкновение прирастать пригородными поселками. Люди занимали пустующие земли, обзаводились семьями, обустраивались, возводили дома и разбивали приусадебные участки. А теперь оказалось, что границы делят их пополам. Доходит до смешного. Дом здесь, а сарай или другие постройки — за границей!


— А демаркация границы не планируется? Как, например, с Китаем?


— Во время нашей первой встречи узбекская сторона заявила, что они собираются демаркировать границу: обозначить на местности столбами, установить заградительные сооружения. Казахстан выступил против этого. Мы сослались на общепринятую мировую практику — о сохранении статус-кво на границе до полного завершения делимитации.


— Бигалий Шарипкалиевич, вы рассказали о технической стороне работы. Но чем вызваны острые ситуации: то перестрелки, то контрабанда?


— Дипломатия здесь играет весьма относительную роль. Приграничные районы, как правило, населены инициативными и энергичными людьми. Буквально рядом с контрольно-пропускными пунктами люди общаются между собой, обмениваются товарами. Это своего рода стихийный рынок,


— Свободная экономическая зона, нигде не зарегистрированная?


— Можно и так сказать. Во всяком случае дорога из Сарыагача в Ташкент и обратно — это жизненно необходимая артерия для людей как с той, так и с этой стороны. Из Узбекистана везут бензин, он у них дешевле, у нас покупают муку. Процветает бартер различных товаров. Естественно, возникают различные конфликты, спорные моменты, что приводит порой к стычкам. Если подобного рода потасовки происходят, скажем, на базаре в городе, далеком от границы, то это обыкновенная «разборка». А если в районе границы? Противоречия между отдельными группировками существуют везде. Иногда они доходят до открытого противостояния. Но граница здесь ни при чем. Простые люди как жили, так и продолжают жить.


— И все-таки, как договорились: будет ли граница закрыта, превратится ли она в закрытую зону, как это было в советский период? Или останется прозрачной — как с Россией?


— Могу сказать одно: Казахстан не планирует ее закрывать. Узбекская же сторона хочет провести демаркацию.


— Возможно, они поставят посты, а мы нет?


— Трудно сказать. Казахстан не ставит такой задачи. Наша главная цель — качественно делимитировать границу, чтобы она не стала линией споров, недоразумении, политических спекуляций. Казахстанско-узбекская граница должна оставаться границей дружбы. Как это было многие века.


— Многих интересует визовый режим. Сейчас гражданин Казахстана прилетает в Ташкент, проходит паспортный контроль и едет свободно. А как будет дальше?


— Визовый режим — это нормальное явление, цивилизованный подход к вопросу режима въезда и выезда. Государства-соседи находят выход. Скажем, для жителей приграничных районов вводится упрощенный порядок въезда и выезда, а для всех остальных визовый режим может носить временный характер или долговременный. Все зависит от того, какая политическая обстановка складывается в двусторонних отношениях. Последняя встреча президентов четырех центрально-азиатских стран в Алма-Ате дает основания для оптимистических прогнозов. Проблем особых пока не возникало.


— В советское время граница между республиками проходила еще и по острову Возрождения на Аральском море. Хотя многие знали: этот остров использовался для испытаний бактериологического оружия ВПК Советского Союза и принадлежал фактически Министерству обороны. Как будете делить этот остров?


— Мы пока не обсуждали этот вопрос с узбекской стороной. Сейчас запрашиваем и закупаем материалы в России. Это прежде всего данные аэрокосмических съемок.


Дело в том, что в связи с обмелением Арала произошли большие изменения. Несколько островов слились между собой и там, где была водная гладь, теперь суша. После того как все материалы будут получены, будем совместно разрабатывать варианты.


— А как поделить Арал, или что от него осталось?


— Как бы там ни было, границу по суше или по воде надо устанавливать. Правовая база, как я уже говорил, для этого создана.


— Когда завершится вся работа по делимитации границы с Узбекистаном?


— Затрудняюсь назвать конкретные сроки. С Китаем мы имеем границу протяженностью около 1700 километров. Переговоры шли почти 10 лет. С Узбекистаном, конечно, дело пойдет быстрее. Все же мы жили в одной стране, общаемся без переводчиков. Само описание трудностей не вызывает. А вот карты обновить непросто. Изменены названия районов, населенных пунктов, рек. Кроме того, карты должны быть на двух языках. На эту работу уйдет достаточно много времени.


— И все же ваш прогноз? 2003 год?


— Я думаю, до 2003 года, возможно, уложимся.


— Бигалий Шарипкалиевич! Вот такой деликатный вопрос. Казахстанская пресса постоянно пишет о землях, которые республика отдала Узбекистану в аренду, а он ее не вернул. Существует ли такая проблема?


— Действительно, арендные отношения между ведомствами двух союзных республик существовали, причем не только Узбекистан арендовал земли у Казахстана, но и Казахстан. Сейчас большинство долгосрочных сроков аренды закончены, за исключением небольших площадей под садовые участки. По таким площадям идут переговоры.


Новости партнеров

Загрузка...