Коммунисты — проводники социал-демократических ценностей?

XXVII съезд Компартии Казахстана состоялся в конце апреля, а разговоры о якобы имевшем на нем расколе партийцев продолжаются. Не внесли ясности в этот вопрос и пресс-конференции, проведенные лидером коммунистов Серикболсыном Абдильдиным и руководителями Алматинского обкома партии. Еще больше толков породила публикация в газете “Время”, автор которой секретарь ЦК Компартии депутат мажилиса Валерьян Землянов, выражает свое несогласие с позицией лидера партии.


Что же на самом деле происходит в Компартии? На этот вопрос мы попросили ответить первого секретаря ЦК Компартии Казахстана Серикболсына АБДИЛЬДИНА и первого секретаря Алматинского обкома партии Арсентия АПОЛИМОВА.


Серикболсын Абдильдин: “никакого раскола не случилось


Серикболсын Абдильдаевич, что на самом деле произошло на съезде, был ли раскол партийцев?


— Ничего особенно не случилось, это очередной съезд, который рассмотрел политический доклад перед делегатами съезда и отчет Центральной ревизионной комиссии. По ним приняты решения, резолюция “Очередные задачи Компартии Казахстана”. Далее на съезде рассматривались разные вопросы, в том числе и о молодежной концепции. Съезд принял решение относительно предложений об изменении государственного гимна. Коммунисты считают, что нет оснований менять существующий гимн РК.


После съезда состоялась пресс-конференция, на которой я рассказал о том, что внутри Компартии есть разногласия. Но разногласия не до такой степени, чтобы они смогли развалить партию, нет, это просто разные точки зрения, разброс мнений, которые могут иметь место в любой организации, и Коммунистическая партия не исключение. Съезд осудил кое-каких товарищей, оценив их действия как неправильные, и на том завершил свою работу. Совершенно определенно могу заявить, что никакого раскола не случилось.


— А с чем несогласны “некоторые товарищи”?


— Ну если разбирать по частям, то они, например, говорят, что коммунисты должны стоять на коммунистических позициях, пропагандировать диктатуру пролетариата, не исключая и внесенный пункт захвата власти. Большинство же коммунистов реально оценивает ситуацию и предлагает бороться за власть парламентским путем. Иными словами, нужно к власти идти законным путем. Нас критикуют, что руководство партии ставит на первый план социал-демократические ценности. Но почему мы сейчас такие понятия, как “социализм”, социал-демократия, готовы отдать тем партиям, у которых в программе вообще нет упоминания слова социализм. Так, “Отан” объявил себя социал-демократической партией, Партия патриотов также себя причислила к социал-демократической. Поэтому мы, коммунисты, должны просто сказать народу: никакие они не социал-демократы, эти ценности несут только коммунисты. Тем более что понятия о социализме, демократии не наши лозунги, а составная часть марксистско-ленинского учения в коммунистической системе. Мы говорим о том, что у нас в Советском Союзе социализма по Марксу и Ленину не было; социализм у нас был по Сталину, по Хрущеву, по Брежневу, по Горбачеву… И эти разногласия, которые сегодня существуют у коммунистов, если по частям разобрать, ничего не стоят. Наши оппоненты теряют время, пытаясь противопоставить коммунистов и ЦК. Эти товарищи, по нашей оценке, просто потеряют свое место в партии, и поэтому мы особенно не волнуемся, спокойно относимся к разным толкам и слухам вокруг якобы раскола партии.


— Значат ли некоторые новые позиции, что партия переименуется?


— Нет, такой постановки вопроса не было никогда.


— Некоторые аналитики говорят, что Компартия в сегодняшнем виде устраивает власти, ибо послушна и даже помогает проводить какую-то определенную политику?


— Такое мнение о нас тиражирует сам существующий режим, потому что ему надо даже из этих малых дел иметь навар. А что касается моей позиции, моих высказываний против режима, то ни на йоту ничего не убавилось от нее. В определенной степени такое мнение преследует определенную цель — настроить против лидера самих коммунистов.


***


Арсентий Аполимов: “Их социализм — без советской власти”


— Внутри нашей партии существуют разногласия, но я бы назвал их внутриполитическими спорами. Скажем, мы — часть коммунистов — по-разному понимаем положения программы, толкуем марксизм-ленинизм. Различие отдельных позиций естественно для любой живой партии, партии не закостеневшей, партии, не задавленной какими-то догмами. Поэтому это нормально, когда идут внутриполитические дискуссии. У нас даже организована в соответствии с уставом платформа марксистов-ленинцев, которая отстаивает идеи марксизма против тех идей, которые, на их взгляд, представляются оппортунистическими, выражаясь классическим языком. Раскол Компартии не грозит, ибо такие споры не должны приводить к развалу, расколу. Это наши идейные противники выдают желаемое за действительность.


Арсентий Андреевич, так в чем суть разногласий внутри партии?


— Суть разногласий сводится к тому, что в партии четко определилась линия социал-демократов. Генератором этой линии являются наш первый секретарь ЦК Абдильдин, его ближайшие сторонники — секретарь ЦК Холодков, ученые Баймаханова, Иванов, словом, профессура. Мы, коммунисты, воссоздавая Компартию, считаем, что необходимо вернуть коммунистическую систему, советскую власть и по возможности создать новый Союз советских социалистических республик. Иначе какой смысл нам было восстанавливать Компартию? Что же касается тех, кто возглавляет сейчас нашу Компартию и является носителем социал-демократических идей, то они иначе, к сожалению, понимают наши задачи. Их цель – создать социализм, но не научный, как мы понимаем, а социализм демократический, как выражается Серикболсын Абдильдин. Их социализм — без советской власти, диктатуры пролетариата, который бы существовал в светском социальном государстве с парламентской республикой и принципом разделения власти. Это является формой государства буржуазного, с чем мы, естественно, согласиться не можем. Они выступают против классовой партии, считая, что должна быть партия масс, в которую бы входили на равных и предприниматели с их деньгами и прочими атрибутами. С этим мы тоже не можем согласиться, поскольку в случае прихода к нам предпринимателей о классовой позиции партии и речи быть не может. Они считают, что, если партии удастся прийти к власти, то она станет партией парламентского типа равной со всеми, а не руководящей. Мы с этим согласиться не можем, так как марксизм-ленинизм подразумевает, что социализм может быть построен только с помощью партии рабочего класса и крестьянства. И при условии ее руководящей и направляющей роли. Нам нет смысла приходить к власти, а потом, сохраняя собственность в руках частных лиц, пытаться бороться с ними. Это бессмысленно, проиграем на первых же выборах.


Дальше они говорят, что пересмотра итогов приватизации не произойдет, ибо мы будем создавать смешанного типа экономику, то есть ту экономику, при которой сохранялась бы эксплуатация человека человеком. Но мы, коммунисты, считаем иначе: если придем к власти, то мы вернем народу все то, что было у него отнято, пересмотрим приватизацию и сделаем собственность общенародной, как она была, социалистической, без эксплуатации человека человеком. Вот здесь у нас принципиальное отличие. Если у учения Маркса-Энгельса существуют две экономические системы – социалистическая и капиталистическая, причем в капиталистической могут быть элементы социалистической, в социалистической – элементы капиталистической, то товарищ Абдильдин изобрел новую экономическую систему и называет ее переходным периодом от капитализма, или новой экономической системой под названием “смешанная экономика”.


— Но ведь Маркс, Энгельс и Ленин жили в иное время, может быть, ваш лидер и прав, когда говорит о иных подходах к построению социализма?..


— Время разное, но суть одна. Маркс и Энгельс действовали в рамках капиталистической системы, когда существовала частная собственность на орудия и средства производства. Мы сейчас находимся в такой же ситуации, когда орудия и средства производства находятся в частных руках. Значит, ситуация та же, и задача, следовательно, та же – частную собственность передать в руки народа. Формы и методы могут отличаться нюансами, но основные формы и методы борьбы с этим злом сохраняются, никто пока нового не изобрел. В 1917 году возникла ситуация, когда власть можно было взять революционным путем. Сейчас такой ситуации у нас нет. Но мы говорим, что это вовсе не означает будто ее не возникнет, потому что в любой момент ситуация может измениться. Очередное наше разногласие состоит в следующем: мы говорим, что главной причиной существующей ситуации является смена общественно-политического строя, общественно-политической системы. А Абдильдин утверждает, что причина не в этом, а в плохом руководстве нынешнего режима: вот, мол, если бы руководитель был хороший, слушался его, действовал по его рецептам, то рыночная экономика для нас оказалась бы светом в конце тоннеля. Это и есть наше принципиальное разногласие. Наш лидер призывает к улучшению управления и гордится тем, что президент прислушивается к его советам и тем, что чуть ли наши планы не совпадают. А мы говорим, что, если мы помогаем президенту, то тем самым ведем соглашательскую политику и помогаем укреплять существующий строй, что недопустимо для коммунистов. Коммунисты должны защищать интересы трудящихся через борьбу, через критику существующего режима и через слом нынешнего государственного строя.


— Но кто сможет это сделать, ведь основу партии на сегодня составляют пенсионеры…


— Да, большинство сегодня в Компартии составляют пенсионеры потому, что именно они создавали эту партию. Но задача этих пенсионеров состоит сейчас в том, чтобы довести до народных масс, молодежи идеи, которые мы защищаем. А это можно сделать лишь через повышение активности коммунистов на местах. Мы можем смело утверждать, что сейчас к нам пошли люди. Пойдет к нам и молодежь, но только в том случае, если увидят в нас не спокойную, застойную силу, которая варится в собственном соку, а ударную мощную силу. Но, когда наш ЦК, сидя в парламенте, никак не реагирует на острые проблемы, возникающие в республике, кто же будет поддерживать такую партию? Возьмите такой факт, вот приехал Горбачев, которого ненавидят во всем бывшем СССР, его прокляли общественным судом России, его встречают повсюду тухлыми яйцами. Его пригласил наш президент, мы его здесь, в Алматы, осудили, а Абдильдин промолчал.


— В таком случае, почему бы вам не поставить вопрос о переизбрании своего лидера?


— Мы так вопрос не ставим, мы говорим о том, чтобы его идеологические шатания привести в соответствие с марксизмом-ленинизмом. Мы ценим то, что Серикболсын Абильдаевич — грамотный профессор, доктор экономических наук, у него большой опыт государственной деятельности. Он имеет опыт общения с государственными деятелями других стран, достаточно эрудирован для ведения переговоров, что очень важно для Компартии.


— Так, значит, раскола никакого нет? И вы надеетесь прийти к власти?


— Мы придем к власти, потому что наше учение всесильно. Сегодня делается все, чтобы не допустить нас к власти, однако это нас не пугает. Стоит задача – вернуться на производство, ибо мы – партия рабочего класса. Конституцией запрещено создавать ячейки и филиалы партий в государственных учреждениях, воинских частях и в правоохранительных органах. А Закон “О политических партиях” запрещает где-либо создавать ячейки, что противоречит Конституции. Кастати, данный запрет касается только коммунистов, а “Отану” и Гражданской партии открыт “зеленый свет” и даже на производстве силком загоняют людей в ячейки… Нужна борьба, чтобы мы смогли создать свои подразделения на производстве.


Угроза раскола, если и дальше таким образом решать наши проблемы, сохраняется. Но на сегодня такой раскол нереален, потому что мы можем решить это все внутри партии.


Новости партнеров

Загрузка...