Что май прошедший нам готовит?

Известно — в марте млеет каждый кот,
А в мае людям маяться черед.


Джордж Байрон



4 мая т. г. Марат Тажин назначен на должность Председателя КНБ, а Алтынбек Сарсенбаев и Мухтар Кул-Мухамед соответственно – Секретарем Совета безопасности и Министром культуры, информации и общественного согласия. Булат Баекенов ушел на пенсию, а освободившееся в результате этого место занял Альнур Мусаев. Спустя неделю Рахат Алиев был повышен в должности до первого заместителя председателя КНБ. В мае были и другие назначения, но они уже принципиально ничего не меняли. Но в казахстанских СМИ до сих пор не было сделано сколь-нибудь серьезной попытки проанализировать названные назначения.



Итак, Булат Баекенов, он же – бывший председатель КНБ, а также – бывший министр внутренних дел, освобожден от должности начальника Службы охраны Президента РК. Можно считать, что это событие является оформлением очередного окончательного конца его политической карьеры, хотя фактически, содержательно о его политическом закате можно было судить по его смещению уже с поста председателя КНБ. Теперь же он уже никакой политической роли не будет играть, хотя по существующей традиции, видимо, не останется без политической синекуры, например, в виде полномочного посла в какой-нибудь третьеразрядной стране.



Место, освободившееся после Булата Баекенова занял теперь уже бывший председатель КНБ Альнур Мусаев. Что формально означает начало заката его политической карьеры. Но, как ни странно, содержательно, закат его политической карьеры начался с момента его первого назначения на должность председателя КНБ. Уже тогда никого из серьезных аналитиков не могла обмануть его эта высокая должность. Все они понимали, что данное кресло слишком великовато для скромноватого Альнура и поэтому его задачу видели только в том, чтобы он это кресло хорошенько прогрел, — например, после второго его назначения на этот пост, — для… Рахата Алиева. И если в последнем случае вышла ошибка, то в определении сущности Альнура Мусаева, как только технической фигуры на посту председателя КНБ, ошибки не было. И на должности начальника Службы охраны Президента он, вне всякого сомнения, будет продолжать оставаться технической фигурой. Правда, на этой должности он мог бы оставаться гораздо дольше, чем на предыдущей…



Вышеприведенных двух коротких абзацев было необходимо для того, чтобы, наконец, перейти к разговору о Марате Тажине, и вместе с тем, их совершенно достаточно для того, чтобы больше не вспоминать о Булате Баекенове и Альнуре Мусаеве.



Говорят, что “короля играет его окружение”. Но это – смотря, какой король. Другой король, если он толковый, может сам поиграть своим окружением. Кажется, что последний случай больше подходит для казахстанской действительности. Поэтому смело можно сказать, что если Даниял Ахметов предполагает, то Нурсултан Назарбаев располагает. Но при чем тут Даниял Ахметов, если мы все обещаем перейти к разговору о Марате Тажине?



А дело в том, что Марат Тажин живет не в безвоздушном пространстве. Он находится в околопрезидентском бурлящем политическом котле. Кто-то оказывается невыносимым на вкус и тогда он безжалостно выбрасывается из котла, кто-то весь выходит в пену, а кто-то, по мере дальнейшего проваривания (созревания) представляется более ценным политическим продуктом (вспомните о “продукте Назарбаева”!). Внимательный читатель мог заметить, что выше уже были приведены пять фамилий: Б. Баекенов, А. Мусаев, Р. Алиев, Д. Ахметов и М. Тажин. Первые две фамилии мы договорились не упоминать по причине того, что их обладатели имеют тенденцию превращения в политическую пену. Обладатели двух последующих фамилий являются одними из самых, на их же взгляд, ценных продуктов в вышеупомянутом бурлящем политическом котле. Поэтому некоторые СМИ активно зомбировали в последнее время общественное мнение в том направлении, что единственным честным государственным органом является КНБ, а единственным человеком достойным быть председателем КНБ является Рахат Алиев. В других СМИ распространялся слух, что Даниял Ахметов вот-вот займет кресло премьер-министра. Но, кажется, что ангажированные СМИ не только поспешили, но и своей примитивной услужливостью – услужливый дурак опаснее врага! — навредили своим хозяевам… А тем временем Марат Тажин перешел дорогу, — по крайней мере, сегодня – Рахату Алиеву. А завтра Марат Тажин может перейти дорогу и Даниялу Ахметову и стать премьер-министром, что будет означать продолжение политической карьеры Рахата Алиева и закат политической звезды Данияла Ахметова.



Но, мы слишком увлеклись политическими персоналиями, хотя и собирались говорить о политической персоне. Дело в том, что хотя “окружение пытается играть королем, а король – окружением”, обеими этими сторонами играют объективные экономические и политические обстоятельства, а также — духовные обстоятельства, которые имеют свойство объективизироваться, то есть материализоваться, через политику руководства и массовое поведение населения. И какими шустрыми ни были бы тот же Даниял Ахметов – это надо же суметь подряд дважды проиграть “газовую войну” в одном о том же месте и вместе с тем пойти на повышение! – решающими являются все же объективные обстоятельства, которые как мощным вакуумным насосом вытягивают на политическую поверхность подобных “газовых генералов”. И пока в Казахстане не закончился передел собственности в пользу национальных олигархов, думается, что тот же Даниял Ахметов будет оставаться востребованным хотя бы на своей сегодняшней должности. Думается, что с него сказанного более, чем достаточно.



В одной статье нет возможности рассмотреть хотя бы в сжатом виде весь комплекс политических, экономических и духовных обстоятельств, воздействующих в целом на Казахстан и в частности – на кадровую политику руководства страны. Поэтому остановимся, как ни странно,… на талибах и талибанизме.



Хотя Казахстан и находится в некотором отдалении от Афганистана, но талибское руководство вызывает определенную головную боль у казахстанского руководства. Более того, первое оказывает на второе определенное давление хотя бы через тот же Пакистан и Саудовскую Аравию. С другой стороны на Казахстан производится и антиталибское давление. Вполне естественно, что около казахстанского президента формируется с одной стороны проталибское, а с другой стороны – антиталибское политическое лобби, что сами лоббисты, конечно, тщательно скрывают, в первую очередь, от президента. Поэтому они вынуждены идти на взаимные компромиссы и вынуждены с одной стороны говорить о том, что талибы ничего дурного собой не представляют что у них на фашиствующий режим талибана нет аллергии, а с другой стороны – ратовать за то, чтобы никакого иностранного вмешательства (в том числе и Пакистана?!) не было во внутренние дела Афганистана. Пытаться определить конкретных казахстанских про-талибов или анти-талибов – дело не только неблагодарное, но и небезопасное, ибо можно нарваться на разного рода обвинения.



Другое дело – талибанизм, который представляет собой возврат, точнее, откат, к некогда бытовавшим исламским или национальным традициям и субъективистскую попытку с этих позиций, которые все больше напоминают фашистские, решать основные проблемы познания и преобразования политической и экономической действительности. В крайне-религиозной форме явление талибанизма проявилось в Афганистане, когда на основании тезиса о том, что “в крови у мусульман нет буддизма” разрушаются буддийские памятники культуры, а немусульман принуждают селиться в своеобразных гетто и носить отличительные знаки. В светско-сдержанной форме явление талибанизма наблюдается в Туркменистане, где на основании заявления о том, что “у туркменов в крови балета нет” отменяется балет. В утонченной светско-религиозной форме явление талибанизма существует и в Казахстане, когда фактически на основании вывода как госаппаратчиков, так и муфтията о том, что “у казахов в крови нет нетрадиционных религий” идет настойчивая попытка железной мусульманской рукой навести порядок в области свободы совести. Вполне вероятно, что именно из казахстанских политических деятелей, придерживающихся методологии талибанизма, могут в последующем сформироваться и проталибские лоббисты.



После подобного экскурса в область объективных факторов самое время вернуться к субъективному фактору, к персоне Марата Тажина. Нет сомнения в том, что его невозможно обвинить в религиозном мракобесии. Он представляет собой именно тот тип личности, про который можно сказать, что свою жизнь он сделал за счет своих знаний. Естественным, хотя и косвенным обоснованием сказанного является то, что надежным помощником Тажина в последние годы являлся известный политинтеллектуал Ермухамет Ертысбаев, который не только в мировоззренческом и методологическом, но и в политическом отношениях стоит на тех же позициях, что и Тажин. Теперь же у Ермухамета другой шеф – Алтынбек Сарсенбаев… С учетом того, что, на наш взгляд, последние стоят совершенно на различных мировоззренческих и методологических позициях, ближайшее будущее Ермухамета представляется довольно неоднозначным, если только вдруг Тажин как-то не устроит своего политического соратника и единомышленника.



Довольно значительно по своей политической философии от Тажина отличается и недавно назначенный на должность министра культуры, информации и общественного согласия Мухтар Кул-Мухамед. Но зато в рассматриваемом отношении он схож с Алтынбеком Сарсенбаевым. А оба вместе они походят на Дербисалиева, да так, что в принципе, не было бы ничего удивительного в том, если бы Сарсенбаева или Кул-Мухамеда “назначили” бы на должность главного муфтия, и наоборот, Дербисалиева назначили бы на должность министра культуры, а после этого — и на должность секретаря Совета безопасности.



Таким образом, мы видим не только извечную борьбу света и тени, но и то, что главный политический художник страны мастерски использует цветовые крайности в целях сбалансированности кадровой гаммы.



А что до будущности политической карьеры Марата Тажина, то он на должности председателя КНБ, конечно, не будет простой технической фигурой. Наоборот, это должно послужить для него опорой для выдвижения на премьер-министерское кресло. И о наметившемся закате его политической деятельности можно будет говорить лишь после второго года его “премьерства”, если только… Если только жизнь не окажется богаче всяких политологических анализов и предсказаний.



Конечно, главной политической интригой майских назначений было не столько назначение Марата Тажина на должность председателя КНБ, сколько не-назначение на эту должность Рахата Алиева, что само по себе является знаковым событием как для самого Алиева, так и для политической будущности Казахстана. Но если бы Рахат Алиев в мае не получил бы никакого продвижения по службе, то это было бы уже явным свидетельством опалы по отношению к нему. Как бы там ни было, политический дворцовый этикет не позволяет выносить сор из избы и поэтому независимо от того, попал или не попал Рахат Алиев в политическую опалу, он должен был получить утешительное продвижение по службе. Хотя даже назначение на пост первого заместителя шефа КНБ его в данной ситуации, видимо, должно мало утешать. С другой стороны, возникают вопросы относительно того, что тешит в себе его супруга – Дарига Назарбаева, занявшаяся помимо прочего и артистической деятельностью. Во всяком случае это не походит на непосредственную подготовку к решающему политическому рывку в связи со всеобщим процессом ожидания определения политического преемника высшей власти.



А тем временем, непосредственно не задетый майскими перетурбациями Имангали Тасмагамбетов без особых проблем организовывает подготовку празднования десятилетия независимости Казахстана, и кто его знает, чем вознаградит его за этот “титанический труд” казахстанский народ. Ну, если не народ, то от имени народа это всегда может сделать его первый президент. Поживем – увидим. Точнее, если доживем, так как уж так скроена наша “независимая жизнь, что даже не каждый олигарх или чиновник, может быть уверен в своем завтрашнем дне, не говоря уже о простом нищенствующем народе.



Конечно, политическая фигура Тасмагамбетова требует отдельного и обстоятельного анализа. Мы же хотели обратить внимание на проведенные майские назначения, которые сами по себе уже являются значительными, но в еще большей степени они являются знаковыми по отношению к грядущим в обозримом будущем судьбоносным событиям.


Новости партнеров

Загрузка...