Прощание славянки

Русофилство вновь актуально политически. Для большинства казахстанцев русофилство стало образом жизни. Да и я, собственно, достаточно долго пребывал в этом состоянии. Поэтому для меня описание этого состояния не столь затруднительно. Выучился я русской грамоте в русском классе, первая учительница Екатерина Григорьевна Тищенко немало потрудилась надо мной, и, возможно, именно она привила любовь к русскому слову. Сейчас я читаю больше научную литературу, чем художественную. Было время я мог декламировать из русской поэзии на память напролет неделями. Очарование русской литературой во мне еще не прошло, хотя я все больше погружаюсь в казахскую литературу и проблемы казахской истории и казахосферы.


В казахской истории были этапы чужекультурного доминирования. Наиболее ранние периоды: персо-согдийский, затем китайский, арабский, монгольский, джунгарский, российский этапы доминирования. Наиболее длительными были первые этапы. На ранние этапы истории Казахстана приходится период складывания собственно протоказахской культуры и языка. Казахи не только сохранили собственную культуру, но и вобрали в себя соки контактирующих культур, обогатили свои первоосновы. Тенгрианско-мусульманский пласт казахской культуры — это домусульманские верования, мусульманская религия и казахское обычное право. Первая духовная трансформация происходит в эту эпоху. Протоказахи теряют в результате контакта с арабской цивилизацией руническое письмо, терпит поражение тенгрианство, зато приходит основательное мусульманское право и феодальные отношения — квинтэсcенция средиземноморской цивилизации.


Протоказахи оказались не только потребителями этой культуры, но и сами внесли достойный вклад. Настолько велико было влияние арабо-мусульманской культуры, что древние жители казахской земли практически безболезненно перешли из тенгрианства в мусульманство, трансформировав его под свои традиционные ценности. Суфистская трактовка суннизма сделала допустимыми гастрономические пристрастия казахов – употребление конины, локальное лидерство женщины. Отметим, что протоказахи первоначально агрессивно восприняли арабскую экспансию, но перед нарастающей китайской агрессией, предпочли первое второму.


Русофилство в натурально-антропологическом смысле у исконных носителей этой культуры должно вызывать у нас только толерантную реакцию. Эстетико-философское умствование по поводу русских ценностей их святое право, поиск собственных фундаментальных корней и принципов, религиозно-сокральные символы православия, нравственно-этические стороны русского поведения и народные формулы государственно-общественного бытия вызывают умиление постороннего человека, мне, казаху, даже публично высказываться по этому поводу было бы излишним. Русские люди достаточно искушенные в философских спекуляциях, имеют долгую школу и традицию духовных размышлений по самым сложнейшим онтологическим проблемам. Другое дело политическое осмысление и трактовка философских посылов и выводов. Русофильство — эмоционально-позитивная оценка опреленного стереотипа. Политические концепции славянофилства, неославянофилства, евразийства и неоевразийства взращены на ниве русофильства, последние являются теоретическими и идеологическими их производными. Если бы Казахстан находился где-то на значительном отдалении от России, то можно было считать постановку проблемы русофильства академическим занятием, но дело обстоит совсем иначе. И еще несколько обстоятельств: русофильство предполагает любовь казахов не столько к русской словесности, истории, искусству, а отношение к Российской государственности и ее “благотворному” патронажу.


История показала, что Российской государственности не нужны собственно казахи, а нужны их территория и недры. Именно эта формула объясняет колониальную практику России и СССР в Казахстане. Таким образом, антиказахизм есть русское проявление ксенофобии неоевразийства.


История России показала, что простых задач она не ставит, мобилизация народонаселения империи на решение сверхзадач — функция всех ее администраций. Стиль мобилизационной работы добровольно-принудительный по отношению к нерусским, в случае проявления нелояльности — жестко-истребительный. Тому пример Чечня, где устанавливается “конститутционный российский порядок” фактическим истреблением чеченского народа. Контроль за мобилизационной работой возлагается на метропольное и сателлитарное население. Метрополией проводится политика достаточной бытовой и культурно-языковой комфортности, политико-правового доминирования над местным населением. Часть местной верхушки сознательно идет на сотрудничество с администрацией метрополии. Постепенно пестуется колониальная элита и истеблишмент. Она становится генетически приемственной, вырабатывает субэтническое мировоззрение, переходит на язык метрополии, одевается в нетрадиционные для местного населения одежды. Саморазвитие этого класса в Казахстане привело в эпоху предсуверенитета и суверенитета к удержанию ими власти в своих руках, поэтому задачи радикальной деколонизации строительства национальной государственности были проведены непоследовательно.


Национально-демократический напор 1989-1993 годов оказался нейтрализован, а в 1995-2001 годы национальные движения пришли в состояние перманентного кризиса. Несмотря на резкое сокращение демографического поля русофилов, они умудряются перехватить инициативу. Высшая исполнительная власть находится под их контролем, наиболее эффективные средства массовой информации оказались в руках русофилов. Наблюдается 90% засилие иностранных ТV, с этим ни одно государство смириться не может. Преобладающая часть казахской бизнес–элиты оказалась из этнических русскоязычных маргиналов, собственно русские не торопились инкорпорироваться в общество, отмечая невозможность скорейшего овладения государственным языком. В этот период политические русофилы выдвинули ряд требований, в числе которых необходимость интеграции с Россией, требование двойного гражданства, что могло означать потерю части государственного суверенитета. Отъезд около 2 млн. русскоязычного населения существенно не ослабил русофилов, которые политически структурировались в русскую партию. Авангардом русской партии являлись казаки, выдвигавшие радикальные требования. Благодаря массированным действиям русской партии в Казахстане ей удалось приостановить процесс деколонизации, замедлить темпы внедрения государственного языка, вынудить Казахстан идти в фарватере российской политики. Русскоязычные казахи часто бессознательно участвовали в разыгрывании русской карты в Казахстане. В усилении русской партии в Казахстане значительную роль сыграла Россия.


Казахофилы, как и русофилы, — течение общественной мысли этноцентристского направления. Казахофилам и русофилам характерна политическая градация спектров: от крайнего этноцентризма до взвешанно-толерантного национализма. Среди казахофилов можно выделить своебразных западников и традиционалистов. классические западники среди казахов практически отсутствовали – возможно, они встречаются среди эстетствующих представителей искусства. Те, которые выдают себя за западников, в Казахстане больше русофилы, чем западники. Вообще путь Казазстана на Запад лежит не через Россию.


Казахофилы-традиционалисты предполагают традиционное право, кондовый казахский язык, доминирование кочевого быта, консервацию быта и общественных отношений. Они также предполагают мусульманство суннитского суфисткого направления. Степень проникновения ислама в казахское общество еще не достигло оптимальной величины. Казахофилы-традиционалисты в годы советской власти концентрировались в аграрном секторе, в ауле. В начале XXI века в сельской местности их сфера сужается. Однако жизнь диктует новые отношения. Для традиционализма все меньше сфер применения, проматерь казахского образа жизни трасформировалась из кочевого быта сперва в оседлый, а затем сельское население стало быстро урбанизироваться и прибывать в города. Традиционалистское сознание стало регенерироваться и менять место дислокации. Вместе с сельскими жителями традиционалистское сознание материализуется в городах. Ежегодно празднование Наурыза с развертыванием войлочных юрт, установкой казанов и устройством дастарханов с праздничными и театрализованными представлениями. Более основательно институтционализируется мусульманская мечеть, размах конфессиональной работы, количество соборных мечетей намного превосходит дореволюционные аналоги. Можно утверждать, что мусульманская религия превращается из мировой в национальную религию.


Так казахская инфраструктура приобретает черты национальной инфраструктуры. Количество постящихся и соблюдающих обряды растет из года в год. Казахская духовная интеллигенция пополнила интеллигенцию светскую. Часть традиционалистской интеллигенции прибыла из стран дальнего и ближнего зарубежья. Как правило, оралманы прибыли в Казахстан из других стран с обостренным национальным сознанием. Они привнесли в казахское национальное сознание политический опыт сопротивления колонизации и генерируют в себе также опыт прежних метрополий по колониальному обустройству сателлитов. Оралманы-интеллигенты частично замещают местную интеллигенцию, часть которой ушла в бизнес и оголила ряди учительства, врачей и т. д.


Мы не скроем того явления, что в последние годы наблюдался кризис казахосферы по причине недостатка творческих импульсов из бикультурного казахско-русского взаимодействия. Казахи достаточно полно освоили русскую культуру — подчас лучше коренных носителей. Переход на христианство и русскую культуру могли разорвать культурное и этнополитическое единство казахосферы, поэтому казахская политическая и культурная элита пошла на шаги по обеспечению гомогенности культуры, что усилило кризисные явления. Поиск путей выхода из кризиса продолжился. Казахи решились на создание поликультурного взаимодействия с арабо-мусульманским миром, китайской, монгольской, узбекской, англо-американской, турецкой культурами. Так возможно преодоление кризиса в культуре.


Казахские масс-медиа хотя и малотиражны, но они отражают настроения преобладающей части населения. Они отражают дух и драму исканий. Казахская печать изначально зародилась как почвенническая и продолжает оставаться ею. Можно сказать, что она является оплотом политической мысли казахов. Ее основные отличия от русскоязычных масс-медиа в большей вдумчивости, этнонациональной проекции всего происходящего на прошлое, настоящее и будущее, на проблему выживаемости казахов. Поэтому казахская печать изобилует материалами по истории, литературе, этнографии, литературе и т. д. Казахофилство заключалось в самосохранеиии – языка, территории, демографического потенциала, истории, традиций, государственности.


Теперь об одном мифе, развиваемом русофилами. это тезис о потерянном десятилетии. Получается, что за 10 лет решительно ничего не сделано. Республика находится в глубоком кризисе. Так вооруженные силы республики вовсе небоеспособны. Если верить русскоязычным газетам, казахи- неисправимые и закоренелые трайбалисты. Поэтому, де, сами казахи бегут из Казахстана, спасаясь от этого зла. В действительности Казахстан по казахам имеет 180 тыс. положительное сальдо миграции. По трактовке русских казаховедов, получается, что коренные жители Казахстана находятся на доцивилизационной стадии развития. Именно поэтому казахи нуждаются в нации и государстве — поводыре, каковым являются русские и Россия. Казахи, что малые дети или из их “природного вероломства”, “испытывая комплекс неполноценности”, тут же прибегают к притеснениям русских. Общеизвестно, что заставляют русских говорить непременно по казахски. Русский язык попадает в положение иностранного. Мало и недостаточно изучается русская история, русский язык должен стать государственным языком. Потому что мы, русские, государствообразующая нация, а нас хотят превратить в этническое меньшинство. Новым коротким кодом, обозначающим общее понятие исламской угрозы стали термины “ваххабит”, “фундаментализм”, как справедливо отмечает американский ученый Мюриель Эткин, подобными ярлыками пользуются сторонники исламофобии. Итогом запугиваний исламской угрозой явилось вхождение Казахстана в Евразийское экономическое сообщество и ДКБ, а также в ШОС.


В Казахстане нет альтернативы национальной идее и яссовистско, суфистскому исламу. На основе политических мифов создается концептуально-системное общественное мнение, привносятся коррекции в военно-политические доктрины России в отношении Казахстана. Всячески обосновывается концепции о жизненных интересах России в Центральной Азии. В первую голову, экономические и геополитические интересы, по – видимому, обосновывается право России на долю в нефтяном и энергетических секторах, право определять основные внешнеполитические приоритеты и, наконец, право геополитического патрона вмешиваться в вопросы внутренней политики.


Казахи в своей истории пережили, как уже отмечалось, периоды китайской, иранской, арабской зависимости, теперь переживаем этап завершения синдрома русофилства. После каждого этапа культура и духовность протоказахов и казахов выходила победившей, обогащенной и более устойчивой. Угроза над казахосферой со стороны русофилов вполне реальна, поэтому необходимы соответсвующие ресурсы, воля и решительные действия. Результат трудно предугадать, но составные успеха присутствуют.


Новости партнеров

Загрузка...