“Мы поступали по закону и совести!”

Нынешняя оценка и оценка событий в то время могут быть совершенно разными. Многие сейчас отзываются о них фактически как об опереточных действиях. И российские политики, и наши современные, особенно молодые. Но десять лет назад это воспринималось далеко не опереточным мероприятием, и была реальная угроза для тех людей, которые выразили открыто свое несогласие с линией ГКЧП, с его постановлениями “ГКЧП-1”, “ГКЧП-2”, тем более что ряд постановлений ГКЧП на территории Казахстана были приняты к исполнению.


А если вспомнить детально, то 19 августа — это был, насколько я помню, понедельник. Для депутатов парламента нерабочий день, тем более что он был на каникулах. В обед, когда мы услышали об этом событии, освобожденные от работы депутаты в Алматы начали стекаться в здание парламента. Штабом, где происходили дискуссии, определялась позиция по отношению к ГКЧП, стал кабинет членов комитета ВС по экономической реформе. И наша оценка была совершенно однозначной — среди членов депутатского корпуса не нашлось ни одного человека, который поддержал бы ГКЧП. Руководства парламента на месте не было: зампред ВС Зинаида Федотова поехала в Москву подписывать последний вариант Союзного договора, а председатель Верховного Совета находился в отпуске. Исполняющим обязанности был Серикболсын Абдильдин, нынешний лидер Компартии Казахстана.


Буквально к половине двенадцатого ночи 19 августа наше обращение к народу Казахстана за подписью 20 депутатов уже было готово. И, насколько я знаю, оно было отдано Абдильдину. Предполагалось, что текст этого обращения выйдет в “Казахстанской правде”, но в этот день обращение не вышло. Потом, на следующей сессии Верховного Совета неоднократно звучали обвинения со стороны некоторых депутатов и членов Президиума ВС — Абдильдина фактически обвиняли в поддержке ГКЧП. И материалы по этому поводу тоже были переданы в комиссию по расследованию деятельности ГКЧП в Казахстане.


В те дни из здания парламента никто не выходил. Мы даже умудрились наладить связь с простого городского телефона с Белым домом, в котором тогда располагался российский парламент и разговаривали с ближайшим окружением Ельцина и Хасбулатова. Мы знали ситуацию. Потом возник казус – наш президент не мог дозвониться ни до Горбачева, ни до заместителей. Ведь он использовал линию правительственной связи, которая была блокирована, а мы звонили с обычного телефона ГТС, и у нас связь была.


Уже вечером, часов в шесть, в здании парламента появился президент, и все напряженные минуты президент провел не в верхнем здании (здание ЦК компартии Казахстана — Авт.), а в нижнем — в парламенте, что очень символично, как я считаю. Его первое выступление, которое было 20 августа, было очень осторожным. Наверное, потому, что оно готовилось в верхнем здании. Было у президента предложение лететь на встречу с гэкачэпистами, но мы подавляющим большинством отговорили его от поездки, имея в виду, что президент Казахстана должен быть с народом.


Уже позже, 26 августа, на внеочередной сессии парламента было решено создать несколько комиссий по расследованию деятельности ГКЧП в Казахстане. И, насколько я знаю, всего две из них заявили о том, что имеются признаки поддержки ГКЧП — это были те комиссии, в которых работал я. Все документы были переданы через госсоветника Хитрина президенту, но никто из упоминавшихся в тех списках, не был наказан.


— Вы упомянули, как вели себя власти, а как они, по вашему мнению, должны были себя вести в такой ситуации?


Они могли вести себя, например, как Акаев, который фактически объявил коммунистическую партию вне закона, и уже 12 сентября там состоялись всенародные выборы в президенты. Но Аскару Акаевичу было проще — он не был членом Политбюро ЦК КПСС. Поэтому вполне вероятно, что в “верхнем” здании находились люди, уговаривавшие президента поддержать ГКЧП. Очень трудно сейчас оценивать, что происходило, но президент был очень озабочен, на нем был огромный груз ответственности.


Но вы не жалеете о принятых тогда решениях?


Нет, вы знаете, наша позиция была основана только на законе, Конституции Казахстана и союзной Конституции, а во вторых, мы поступали тогда только по совести. Поэтому я считаю, что все, кто тогда был с нами, должны гордиться своими поступками.

Беседовал Михаил ПАК


Новости партнеров

Загрузка...