>Виртуальная реальность казахстанских профсоюзов.

Профсоюзы — это острова анархии в море хаоса.
Анайрин Беван



Во всем мире профессиональные союзы выполняют совершенно определенную миссию – защищают интересы трудящихся и, грубо говоря, борются с работодателем. В Советском Союзе ВЦСПС был весьма влиятельной организацией. Как помнит читатель, стопроцентное членство в профсоюзах давало этой организации массу возможностей – финансовых и политических. Кроме всего прочего оплата бюллетеней и путевки на курорты и в дома отдыха тоже были в их ведении. Но рай закончился с развалом СССР. Некогда получавшие огромные деньги вне зависимости от желания рабочих, казахстанские трэд-юнионы были поставлены в кардинально новые условия – рыночные отношения, и начали медленно умирать. Сегодня эта некогда мощная организация Казахстана погрязла во внутренних разборках и почти потеряла всю собственность, оставшуюся от ВЦСПС.


Для того чтобы разобраться, что представляют из себя трэд-юнионы местного разлива, достаточно взглянуть на экономическое устройство страны в целом. Сегодняшняя система отношений «работодатель – трудящийся» поставлена таким образом, что в услугах профсоюзов просто никто не нуждается. На начальном этапе становления дикого рынка власть цинично избавилась от них. Что сегодня представляет Федерация профсоюзов? Плавающая наверху верхушка айсберга, у которого давным-давно растаяло основание. Профлидеры – генералы без армий и полковники без полков.


В стране, где власть с началом суверенитета начала усиленно срастаться с бизнесом, в первую очередь – с экспортом сырья за границу, сложилась колониальная система, где работодателю (читай — власти) выгодно держать профессиональные союзы в декоративно-прислуживающем состоянии. Не нужно им, чтобы рабочие бастовали и были каким-то образом организованы – каждый день подобного простоя грозит многомиллионными убытками. Поэтому коллективный договор был заменен индивидуальным и, в первую очередь благодаря этому, работодатель мог платить нищенскую зарплату своим работникам – и попробуй что-нибудь скажи! Закон о труде, сменивший КЗОТ, как все нужные правительству министров-капиталистов законодательные акты, рукой послушного парламента буквальным образом исключил тред-юнионов из жизни республики. И рабочие оказались лицом к лицу со своими феодалами. А оставшаяся с советских времен на своих постах профсоюзная верхушка, довольствуясь костью с нового байского стола, все десять лет продолжает вилять хвостом и преданно заглядывать в глаза Хозяину. Лишь изредка, для острастки, порыкивая, как раз для того, чтобы не отняли кость. Виртуальность наследника ВЦСПС – Федерации казахстанских профсоюзов — сегодня неоспорима: старая система автоматического перечисления профвзносов через бухгалтерии уже не работает, а новые частники под защитой “рыночного законодательства” и всей государственной машины, от акимов до прокуроров, либо вообще ликвидировали у себя профсоюзы, либо держат их в карманном виде.


Однако и старым номенклатурным генералам тоже кое-что оставлено на жизнь – наследство ВЦСПС. В их ведении после развала Союза оказались многочисленные объекты профсобственности, ставшей фактически частной в руках верхушки. Профбоссы во главе с Сиязбеком Мукашевым, бессменным со времен Союза главой “Казсофпрофа”, стали продавать гостиницы, дома отдыха и многое другое достояние трудящихся. Так, например, “ушел” к иностранцам лечебный санаторий в Сары-Агаше. Впрочем, законность и юридическая обоснованность подобных сделок – тема для отдельного разговора.


А вот другая – совсем свежая “денежная” история. Якобы для привлечения денег в профсоюзы было решено организовать накопительный пенсионный фонд, который бы справился сразу с двумя задачами – во-первых, дал бы новые финансовые возможности, а, во-вторых, для многих руководителей тред-юнионов он стал настоящим «клондайком людских ресурсов», то есть с его помощью можно было привлечь еще большее число людей в свои ряды. Причем с созданием фонда разрешилась бы финансовая сторона вопроса — достаточно было провести среди участников НПФ грамотную пропаганду и, как говорится, дело в шляпе.


Нужно оговориться, что по закону учредители не имеют права владеть больше 25% акций, а поэтому у новорожденного фонда было целых пять отцов: собственно инициатор, совет Федерации профсоюзов РК (25%акций) и дружественная компания ТОО «Жибек Жолы (17%). Оставшиеся акции разделили между собой ТОО «Береке», ТОО «Аян» и ТОО «Амулет».


Накопительный пенсионный фонд просуществовал всего год с небольшим, но за это время он успел привлечь около 38 тысяч вкладчиков. Все обещало неплохой рост активов НПФ, но тут, в августе 2000 года, правительство Казахстана издает постановление, в котором предписывает увеличить объем уставного капитала в два раза. Это и стало причиной неразберихи.


Вот что пишет по этому поводу председатель правления НПФ Марат Сайсекенов: «…Вновь были найдены спонсоры, которые были готовы выкупить доли других учредителей (на выгодных для них условиях) и увеличить уставной капитал за ФПРК. Но руководство ФПРК единолично, келейно, не поставив в известность членов генсовета, приняло решение о продаже своей доли в размере 22,5 миллиона тенге всего лишь за 7 миллионов». Нужно объяснить читателю, что это значит: Федерация профсоюзов владела 25% акций фонда – в них было вложено 22,5 миллиона тенге. А Сиязбек Мукашев решает продать фонду “Умiт” пакет акций, принадлежащий ФПРК, за семь миллионов тенге, тем самым как бы подарив фонду около 15 миллионов тенге, принадлежащих Федерации профсоюзов.


Общие же активы НПФ (вместе с уставным фондом и деньгами вкладчиков) составляли на тот момент около пяти миллионов долларов.


Вполне закономерный вопрос: «Где деньги, Зин?» и “Как же так получилось?” редакция газеты “Мегаполис” адресует г-ну Мукашеву, единоличным решением которого была продана профсоюзная доля.


Поясним читателю: Федерация профсоюзов Казахстана — коллегиальный орган. Он чем-то сродни парламенту, где все должности — избираемые. И имущество ФПРК считается по уставу «общей совместной собственностью». То есть единолично г-н Мукашев не мог принять такого решения — обязательно должен был быть созван совет, на котором решение бы принималось общим голосованием. На сегодняшний день лидеры 11 крупных профессиональных союзов, входящих в Федерацию, утверждают, что о таком совещании они не слышали. Если бы оно состоялось на самом деле, именно это число участников могло стать массой, блокирующей вопрос о продаже фонда.


Кроме того, Марат Сайсекенов, председатель правления фонда, без участия которого НПФ не мог быть продан, сегодня заявляет:»… Появление моей фамилии в протоколе собрания, а тем более мое выступление, считаю наглой ложью, мотивы объяснить не могу…» Ну как же, уж мотивы тут — самое простое. Как любят говаривать наши правоохранительные органы, в большинстве случаев мотивом преступления становится корысть. А тут речь идет не о тысячах и даже сотнях тысяч — на кону, как минимум, 15 миллионов тенге.


Как оказалось, многие профсоюзные лидеры даже не знали о продаже своего детища — об этом известил в мае 2001 года именно покупатель — НПФ «Yмiт», который, ответив на запрос председателя одного из профсоюзов, заодно прислал протокол заседания, которого, собственно, не было.


Схема продажи (в идеале) могла быть простой — сначала созывается совет федерации, на котором принимается внутреннее решение о продаже, а затем на собрании акционеров и учредителей принимается общее решение. В нашем случае сделка не могла состояться — против продажи были два учредителя, имеющие блокирующий пакет акций.


Они утверждают, что никогда не слышали о совещании, где был продан фонд. Это наводит на определенные мысли о законности продажи. А протокол собрания акционеров в таком случае можно смело считать сфабрикованным.


Кроме того, от фирмы-учредителя выступала некая г-жа Рощупкина. О том, кто она и откуда, история умалчивает. Более того, на вполне закономерный запрос руководство этой фирмы ответило: «…права выступать г-же Рощупкиной в интересах ТОО “Жибек Жолы” учредители не давали, протокола общего собрания нет. На основании этого учредители ТОО “Жибек Жолы” официально заявляют, что сделка купли-продажи акций ЗАО ОНПФ ФПК, согласно действующему законодательству, является незаконной…


Хотелось бы отметить тот факт, что деньги, вырученные от продажи 17% акций, учредители ТОО “Жибек Жолы” не получали…»


Но фарс на этом не закончился — началась оживленная переписка между активной группой председателей профсоюзов и различными теперь уже государственными департаментами. Но здесь их тоже ждала неприятная неожиданность — в Комитете по регулированию деятельности НПФ председателем оказался некий г-н Бутин, чья мама, Мереке Сагимбаевна, числится главой профсоюза работников здравоохранения. И она, как утверждают наши источники, очень лояльно относится к Сиязбеку Мукашеву, то есть входит в число его сторонников. Поэтому вполне закономерно, что от Министерства труда и социальной защиты никаких вразумительных ответов никто не получил.


Чем закончится этот конфликт — пока неизвестно. Но вполне ясно, что курс корабля будет все время прокладывать рулевой, а в нашем случае — человек, который выгоден на этой должности власть имущим. И пока ситуация не изменится, профессиональные союзы так и будут чисто формальной организацией с виртуальными членами.


Новости партнеров

Загрузка...