“Казахстан и Назарбаев: логика перемен” (отрывки из книги)


Предлагаем вашему вниманию фрагменты из вышедшей на днях в издательстве “Елорда” книги известного политика и ученого Ермухамета Ертысбаева “Казахстан и Назарбаев: логика перемен”.


В центре книги — личность президента Нурсултана Назарбаева. Однако это не чисто биографическое издание. Фигура Н.Назарбаева рассматривается в самом широком контексте общественных связей, охватывающих как личную жизнь президента, так и его государственно-политическую деятельность внутри страны и на международной арене.


Книга также отличается тем, что в ней президент Назарбаев рассматривается сквозь призму его личностных качеств во всей их внутренней противоречивости и неоднозначности.


Книга написана ярко, увлекательно. В ней содержатся уникальные и ранее неизвестные факты из жизни Н.Назарбаева, многих современных деятелей Казахстана, отечественной истории, собранные автором в период его работы рядом с главой государства.


***


После апрельского Пленума ЦК КПСС 1985 года стало ясно, что грядут кадровые изменения и на республиканских уровнях, поэтому Назарбаев начал готовиться к борьбе. Еще в 1984 году, когда Назарбаева рекомендовали на должность Председателя Совета Министров Казахстана, у него состоялся обстоятельный разговор с Секретарем ЦК КПСС Михаилом Горбачевым, готовившимся стать генсеком. Горбачев откровенно спросил Назарбаева:


— Так как ты считаешь, есть у тебя хребет?


Я не сразу понял, что он имеет в виду.


— Предстоят тяжелые времена, – пояснил он. – Будет натиск, будет борьба. Нелегко придется.


В желании Назарбаева возглавить республику не было ничего предосудительного, это было совершенно логичным и естественным порывом. Последующий конфликт Назарбаева и Кунаева не есть межличностное столкновение. Это конфликт поколений. Кунаев был сильной личностью для своего времени, но от него ускользнул момент развития. Многие партийные и государственные руководители эпохи Брежнева, Суслова, Кунаева, Рашидова осмысляли жизнь при помощи марксистско-ленинских схем. Но схемы эти были неподвижны, а жизнь менялась. Кунаев, несомненно, знал о многочисленных негативных явлениях и тенденциях, накопившихся в Системе, но ощущение стабильности окружающего мира не покидало его. Сам Кунаев признался, что, когда начались события 17-18 декабря, он не придал этому особого значения, думал, пошумят и разойдутся.


***


Назарбаев не любит оппозицию, и его нелюбовь имеет серьезные основания. Время от времени он сдержанно и холодно упоминает оппозицию: “Социальное и политическое развитие общества я сравнил бы со сложной химической реакцией, в результате которой постепенно образуются “готовые вещества”, в том числе и оппозиция. И в этом положении есть свои плюсы и минусы”. Или: “Оппозиция в Казахстане есть. Деятельность оппозиционных движений, как и средств массовой информации, не ограничивается никем и ничем”. “Что такое оппозиция? Руководитель государства должен стремиться выражать мнение большинства своего населения. Чтобы все были довольны курсом, я понимаю, этого быть не может. Хотелось, чтобы была цивилизованная оппозиция, которая разработала бы свои программы, доказала, что ее предложения лучше, чем мои. Этого нет”. И еще: “Оппозиция – на то и оппозиция, чтобы оппонировать власти”.


Оппозиция не любит Назарбаева, и в отличие от государственной бюрократии не находится в плену его харизматического влияния, заявляя, что Назарбаев – диктатор, в Казахстане установлена диктатура, режим личной власти, в стране нет демократии, свободы слова, собраний и других политических свобод. Однако это, скорее, показатель политической культуры оппозиции, а не констатация реалий. В Казахстане за годы реформ полностью ликвидирован товарный дефицит, но появился новый – дефицит демократической культуры, возможно, самый большой дефицит, который испытывает молодое государство. Он отчетливо ощутим во всех ветвях власти и на всех уровнях. Отчасти и сам Назарбаев виноват в этом. Потому что, когда он призывает не допускать в парламент “народных мстителей”, то исполнительная власть на местах неадекватно воспринимает такую установку и действует незаконными методами, забывая о честной, конкурентной борьбе. “Народные мстители”, в свою очередь, произносят многочисленные обвинительные речи, от которых исходит какая-то новая несвобода, чрезмерная нетерпимость, повышенная агрессивность и излишняя амбициозность.


***


Назарбаев никогда не питал особого расположения к выборам как стержню демократии, с удивлением и некоторым скрытым скепсисом глядя на политические процессы в соседней России, где мэры городов зачастую воевали с губернаторами областей, а те – с президентом Ельциным. Президенту и областным акимам нужен был эффективный механизм давления на низовые звенья новой системы, где, как правило, реформы шли крайне медленно. Основой механизма служил принцип назначения, и за годы реформ были сменены сотни районных и городских акимов. “Если на высших этажах власти и управления люди мыслят стандартами правового общества и рынка, – говорит Назарбаев, – то на местах до сих пор неистребимо проявляется желание командовать, контролировать, распределять. Аппарат мимикрирует, но не сдается, приспособившись лишь к условиям “дикого рынка” с его злоупотреблениями и безнаказанностью и плохо воспринимая новые требования к государственной работе”.


Подобные выступления Назарбаева обычно вызывают своеобразный резонанс в среде оппозиции. Во-первых, Назарбаев прямо и косвенно признает наличие “дикого рынка” в стране. Во-вторых, злоупотребление и безнаказанность не менее развиты и в высших эшелонах власти. В-третьих, и это главное, если в низовых звеньях неистребимо проявляется “желание командовать, контролировать и распределять”, то почему Назарбаев намерен “начать демократию” именно в низовых звеньях? Почему бы не начать с выборов областных акимов, где “мыслят стандартами правового общества и рынка”? Но Назарбаева нисколько не смущают эти нюансы и, чтобы закрепить свою точку зрения, он переходит на военную терминологию: “аппарат не сдается — он приспосабливается” и т.д. В отличие от остальных лидеров стран СНГ Назарбаев никогда не стремится бравировать демократической лексикой, не уходя от самых острых вопросов. Он пытается “дать собственное толкование исторических событий”. Он убежден, что есть такое понятие – “третья правда”. Она всегда приходит позже. По остывшим следам.


***


В октябре 1994 года Назарбаев принял сильное и роковое одновременно для себя решение – назначить главой правительства Акежана Кажегельдина, первого заместителя Сергея Терещенко. В то время у Назарбаева с Кажегельдиным были хорошие отношения. Назарбаев всегда питал жадный интерес к умным людям, а Кажегельдин был из этой когорты. Он обладал соответствующим опытом работы в исполнительной власти, работал в бизнесе, выполнял представительские функции в Совете предпринимателей при Президенте, возглавлял Союз промышленников и предпринимателей Казахстана. Последний год работы Терещенко Назарбаев больше общался с Кажегельдиным, который в частных беседах с главой государства проповедовал исключительно либеральные идеи реформ. Назарбаев, который много и жадно учился, к тому времени сам был законченным либералом, а потому сближение с Кажегельдиным произошло на идейной почве довольно быстро. Помимо широких познаний и блестящего владения всем понятийным аппаратом рыночной экономики Кажегельдин обладал еще одним важным качеством, которое не могло не импонировать Назарбаеву: готовностью взять на себя ответственность. Как в свое время это сделали Бальцерович в Польше или Гайдар в России. Можно сколько угодно критиковать их за содержание реформ, но Назарбаев давно уже понял, что политическая воля имеет не меньшее, а зачастую большее значение, чем содержание реформ. Можно долго рассуждать о теории игры, но гораздо интереснее начать игру. В этом смысле известный бизнесмен Мухтар Аблязов так определил роль нового премьера: “Кажегельдин раздал карты”.


***


Примечательно, что Назарбаева об опасности со стороны Кажегельдина предупреждали и некоторые оппозиционеры, причем открыто, в прессе. Например, политолог Нурбулат Масанов, оппозиционно настроенный к Назарбаеву, в январе 1997 года говорит: “Господин Назарбаев — не самый худший вариант. Я с гораздо большими опасениями воспринимаю господина Кажегельдина. Потому что он образованнее, изощреннее. И я реально представляю, что если он придет к власти и начнет претворять в политической сфере то, что натворил в экономической, то недалеко будет и до облав, и до внесудебных преследований. Кажегельдин не сомневается. Он гораздо циничнее традиционалиста Назарбаева. И будет гораздо более страшен для народа, для общества. И в этой связи я как политолог хотел бы предупредить господина Назарбаева: ему следует очень серьезно опасаться господина Кажегельдина”.


С точки зрения западных реалий правого государства и политической демократии в замыслах Кажегельдина не было никакой крамолы. Он решил бороться за власть. Каждый волен делать свой выбор, и символично, что нашумевшая книга Кажегельдина так и называется “Право выбора”. Но в условиях Казахстана второй половины 90-х годов замыслы и действия Кажегельдина представляли угрозу. Назарбаев более всего опасался раскола единства власти и бизнеса, самой мощной социально-политической опоры молодого государства. Были опасения, что Кажегельдин может разыграть и русскую карту. Кроме того, он знал много высших государственных секретов. Но более всего Назарбаева настораживало то, что Кажегельдин использует в своих целях мощный рычаг власти, предоставленный ему главой государства. И при этом заверял Назарбаева, что ни при каких обстоятельствах не пойдет против него.


***


Особое беспокойство вызывали контакты Кажегельдина с руководителем коммерческого телеканала КТК и газеты “Караван” Борисом Гиллером. Кажегельдин несколько раз приезжал к нему (без охраны), вел продолжительные беседы. Гиллер уже тогда намеревался свернуть бизнес в Казахстане и продать свои объекты тому же Кажегельдину, который действительно был сверхбогатым человеком. Конечно, если бы Кажегельдин быстро приобрел телеканал КТК, издательство “Франклин”, самую массовую газету “Караван”, то он бы превратился в действительно грозного политического конкурента. Но его опередил известный предприниматель Нурлан Каппаров, работавший президентом “Казахойла”.


***


…Первые областные акимы были назначены Назарбаевым 7-17 февраля 1992 года, и с тех пор при подобных назначениях Назарбаев руководствуется, прежде всего, принципами легитимности, преемственности, эффективности (профессионализма). В первой команде акимов Назарбаев сделал ставку на недавних партийных функционеров: К.Укина (Кустанайская область), С.Турсунова (Талды-Курганская), Н.Искалиева (Тургайская), З.Нуркадилова (Алма-Ата), С.Шаухаманова (Кзыл-Ординская), Ж.Карибжанова (Кокчетавская), Ш.Кулмаханова (Актюбинская), В.Гартмана (Северо-Казахстанская), У.Байгелдиева (Джамбульская), Ф.Новикова (Мангистауская), А.Брауна (Целиноградская), В.Брынкина (Ленинск).


С ними Назарбаев долгие годы работал, многих из них хорошо знал и доверял, а потому их назначение и в глазах президента, и в представлении населения было вполне оправдано. Других организаторов рыночной экономики и управленцев областных регионов попросту не было.


Вовсе не хотелось бы рисовать идеалистическую картину, дескать, Назарбаев выбрал и назначил самых сильных менеджеров Казахстана, руководствуясь исключительно принципом профессионализма. Например, назначение Сагинбека Турсунова акимом Талды-Курганской области изначально вызывало сомнение, но это назначение, как и дальнейшая поддержка его Назарбаевым, обнаруживает еще одну грань характера главы государства: нет покровителя и союзника более лояльного, чем Назарбаев. Президент знал Турсунова с карагандинских времен: обаятельный и приятный в общении, преданный и доверенный ему человек, давно уже входивший в “ближний круг” главы государства. В сущности, серьезных реформ в Талды-Кургане не было, напротив, хозяйственные показатели к весне 1993 года были плачевными, и Назарбаев назначил С.Турсунова Чрезвычайным и Полномочным Послом РК в Германии, где он проработал до осени 1995 года. В посольстве тоже разразилась неприятная история, впоследствии поднятая на страницах печати новым послом – Ериком Асанбаевым. Речь шла о каких-то финансовых нарушениях в деятельности посольства, и это не мудрено, ибо Турсунов однажды публично заявил: “дипломатические ведомства за рубежом могут и обязаны заниматься бизнесом”. Президент немедленно отозвал Турсунова и назначил его руководителем администрации президента РК – на один из самых высших государственных постов. Он проработал недолго, складывалось впечатление, что он тяготится своей невероятно трудной работой, и летом 1996 года президент вновь назначает его послом – теперь в Австрию.


У всех крупных политиков есть свои слабости. Маргарет Тэтчер, например, поддерживала коллег, которых обвиняли в магазинных кражах, гомосексуализме и сексуальных романах, и Крис Огден объясняет такое поведение “особым материнским инстинктом” помогать своим сторонникам, попавшим в беду. Поведение Назарбаева по отношению к Турсунову тоже можно назвать своеобразной “отеческой заботой”, которую президент проявляет не только в личных контактах, как это делала Тэтчер, но и на государственном уровне.


Эту “отеческую заботу” перманентно испытывал на себе Жанибек Карибжанов, работавший акимом Кокчетавской области (Назарбаев хорошо знал и ценил его как специалиста со времен совместной работы в ЦК КПК). Затем Карибжанов был назначен на ключевую должность – руководить Госкомимуществом, позднее – Министерством сельского хозяйства. Даже после очевидных минусов в работе президент не отдалил Карибжанова, назначив его своим советником.

Новости партнеров

Загрузка...