Большинство казахстанских экспертов не считают Китай жертвой уйгурских сепаратистов, а, скорее, наоборот…

Экспертный опрос
Всего опрошено – 51 человек
Из них:
Государственные чиновники – 11,8%
Депутаты – 11,8%
Лидеры политических партий – 11,8%
Правозащитники – 11,8%
Общественные деятели – 19,6%
Ученые – 15,7%
Журналисты – 13,7%
Аналитики (политологи) – 9,8%
Точки опроса – г. Алматы и г. Астана
2-я декада октября 2001г.

Президент АСиП
Бектурганова Бахытжамал

Большинство казахстанских экспертов не считают Китай жертвой уйгурских сепаратистов, а, скорее, наоборот…


В свете американо-афганских событий очередной саммит глав государств Шанхайской Организации Сотрудничества прошел незаметно для казахстанской общественности. Между тем на нем со стороны официального Пекина были предприняты попытки представить борьбу с уйгурскими сепаратистами в Синьцзяне в контексте борьбы с исламским терроризмом.


То, что официальным Пекином преподносится как исламский экстремизм, есть на самом деле порождение неспособности или нежелания политических кругов Китая найти адекватное решение “уйгурского вопроса” через диалоговый процесс. Синьцзянь просто-напросто объявляется зоной повышенного риска, откуда якобы идет угроза распространения исламского терроризма как на территории КНР, так и на территории сопредельных с ним государств Центральной Азии.


По мнению же более двух третей опрошенных казахстанских экспертов (68,6%), антикитайские выступления уйгуров в Синьцзяне носят характер национально-освободительной борьбы против оккупационного режима; каждый 3-й (31,4%) разделяет установки официального Пекина, квалифицируя их как проявления сепаратизма, и лишь по 2% считают, что речь идет либо об экстремизме, либо о вооруженном терроризме. 2% не имеют определенного мнения, а 3,9% указали в графе “Другое” следующее: “попытки защитить собственную этническую идентичность” и “форма бизнеса”. (Последнее мнение высказано журналистом.)


Полученные ответы свидетельствуют, что большинство опрошенных экспертов склонно признавать автохтонность уйгурского населения СУАР и его историческое право на самоопределение.


Привязка антикитайских выступлений уйгуров в СУАР КНР к исламскому терроризму также не нашла поддержки у большей части казахстанских экспертов. От 62,7% до 72,5% экспертов видят в этих выступлениях соответственно как этническую, так и политическую подоплеку. Около четверти респондентов (27,5%) полагают, что в их основе лежат религиозно-идеологические установки. И только 7-я часть участников опроса усматривает в них криминальный характер. 3,9% затруднились с ответом.


Примечательно, что в составе экспертов лишь 17,6% склоняются к мысли, что среди уйгуров уровень приверженности к исламу выше, чем среди других мусульманских народов. Таким образом, “уйгурская карта”, разыгрываемая китайскими властями, рассматривается большинством экспертов как попытка намеренного нагнетания угрозы исламского терроризма для оправдания политики геноцида против уйгурских автохтонов СУАР.


Как бы вы охарактеризовали реакцию официального Пекина на

антикитайские выступления уйгуров в СУАР?

(% от числа опрошенных)











































1-2.


Политические репрессии


68,6


1-2.


Насильственная китаизация путем организации массовых

|переселений ханьцев в СУАР


68,6


3.


Политическое давление на ЦАР, где укрываются лидеры и

активисты запрещенных в Китае уйгурских организаций


49


4.


Демографическая политика, направленная на ограничение

рождаемости среди уйгуров


39,2


5.


Стимулирование идейного раскола между сторонниками и противниками отделения СУАР от КНР в среде уйгурского населения


33,3


6.


Политика “выдавливания” этнических уйгуров из Китая


23,5


7.


Налаживание политического диалога с лидерами и активистами уйгурской общественности Синьцзяня


7,8


8.


Предоставление большей автономии Синьцзян-Уйгурскому

району


5,9


9.


Не имею определенного мнения


3,9


 


Итого

 

Примечание. В среднем одним респондентом отмечено три ответа.


Положение уйгуров в СУАР КНР сознательно обходится молчанием официальными кругами России и Центральноазиатских республик, не заинтересованных в огласке истинного положения дел из-за опасений испортить отношения с официальным Пекином, чьи великоханьские территориальные амбиции создают прецедент опасного соседства (особенно для нестабильных ЦАР). Между тем руководство Китая придает “уйгурскому вопросу” серьезную внешнеполитическую окраску для наращивания военной мощи в северно-западной части территории страны, граничащей с республиками ЦА. Политика насильственной китаизации, открыто проводимая официальным Пекином в отношении уйгурского населения СУАР, в скрытом виде проводится и в отношении народов ЦАР. Имей мы “живую стену” в лице независимого и суверенного уйгурстанского государства, масштабы “ползучей” китайской иммиграции на территорию ЦАР можно было бы поставить под жесткий контроль и существенно снизить.


Попытки Китая использовать объявленную борьбу с международным терроризмом для ликвидации неудобного “уйгурского вопроса” не очевидны разве что только главам государств ШОС, занимающих, по мнению опрошенных экспертов, прокитайскую позицию.


Экспертам было предложено охарактеризовать официальную позицию ниже указанных государств ШОС по отношению к политике Китая по “уйгурскому вопросу” с использованием следующих шкальных признаков: 5 – “полное приятие”, 4 – “скорее приятие, чем нет”, 3 – “нейтральная”, 2 — “скорее неприятие, чем приятие”, 1 – “полное неприятие”, 0 – “не имею определенного мнения”. Были получены следующие оценки


(% от числа опрошенных)

























































Государства


5


4


3


2


1


0


Среднее

значение


Россия


31,4


25,5


21,6


3,9


5,9


11,8


3,8


Казахстан


39,2


35,3


9,8


3,9


5,9


9,8


4,0


Кыргызстан


33,3


33,3


11,8


5,9


2


15,7


4,0


Таджикистан


19,6


27,5


17,6


7,8


3,9


21,6


3,7


Узбекистан


31,4


25,5


13,7


7,8


3,9


17,6


3,9

Примечание. Для анализа при расчете взвешенного среднего арифметического была исключена нулевая шкальная оценка (“ не имею определенного мнения”).


Полученные значения индексов свидетельствуют о том, что баланс высказанных оценок в группе экспертов смещен к шкальному признаку “скорее приятие, чем нет”.


Иосифу Сталину принадлежат слова: “Смерть одного человека – трагедия, смерть миллионов –статистика”. Остается только надеяться, чтобы они не стали пророческими для миллионов уйгуров Синьцзяня, не смирившихся с утратой своей этнической родины. Уже сегодня в СУАР китайские власти занимаются ликвидацией “уйгурской проблемы” вместе с ее носителями.


Можно ли иначе, политическим путем разрешить “уйгурский вопрос”? 27,5% экспертов твердо убеждены, что он полностью разрешим.39,2% не столь убеждены в этом, но все же больше склоняются к мысли, что он скорее разрешим, чем нет; 23,5%, наоборот, считают, что он скорее неразрешим, чем разрешим, а 11,8% отрицают саму возможность его разрешения. 5,9% затруднились ответить; 3,9% вписали в графу “Другое” свои ответы: “при благоразумии со стороны китайского руководства”, “когда в Китае будет демократия”. Один из госчиновников ответил вопросом на вопрос: “что означает решение уйгурского вопроса?” и отметил при этом “нет”


В каком случае “уйгурский вопрос” может быть разрешим?

(% по столбцу)































1.


Предоставление широкой автономии Синьцзян-Уйгурскому району


30,5


2.


Предоставление больших прав и свобод уйгурам СУАР, прекращение политики унификации уйгуров по китайскому образцу


22,0


3.


Признание со стороны Китая независимой Восточно-Туркестанской (Уйгурстанской) республики


20,3


4-5.


Под нажимом международных организаций и сообществ


11,9


4-5.


При заинтересованности в его решении влиятельных геополитических “игроков”


11,9


6.


Другое


3,4


 


Итого

 

Примечание. В разрез анализа включены ответы только тех, кто указал “да” и “скорее да, чем нет”


Если “нет” или “скорее нет”, то почему?

(% по столбцу)



























1.


Угроза территориальной целостности Китая


38,2


2.


Незаинтересованность со стороны влиятельных геополитических “игроков”


25,4


3.


Уйгурский народ никогда не смирится с потерей своего этнического государства и с любым другим решением вопроса, кроме признания суверенитета и независимости Уйгурстана (Восточного Туркестана)


23,4


4.


Незаинтересованность в решении вопроса со стороны политических режимов ЦАР


11,1


5.


Другое


1,9


 


Итого


100

В составе экспертов оптимистов оказалось в два раза больше, чем пессимистов. Это единственный утешительный итог проведенного исследования.

Новости партнеров

Загрузка...