Немного ностальгии: борьба с «обычными» террористами

«Хороший террорист — это мертвый террорист». В свете последних событий эта фраза способна стать едва ли не главным принципом, по которому определяется политика мирового сообщества в борьбе с международным террором. И все же нельзя забывать о ситуациях, когда сделать террориста «хорошим» бывает очень непросто, потому как преступник прикрывается живым щитом — заложниками.


В случаях, связанных с захватом пленников, антитеррористические подразделения Соединенных Штатов и большинства европейских стран не спешат пускать в ход группы захвата или снайперов. Ставка делается на переговоры с преступником и так называемый “фактор времени”.


Практический опыт показывает, что за исключением особых случаев (когда имеется непосредственная угроза жизни заложников) форсирование событий редко приводит к положительным результатам. В подавляющем большинстве случаев время работает против террориста.


Зарубежные специалисты пришли к выводу, что в таких ситуациях самыми опасными и напряженными являются первые 30 минут. В этот период террорист обычно наиболее агрессивен и склонен к необдуманным действиям. К тому же стражи порядка еще не до конца успевают сориентироваться в ситуации, выяснить, чего добивается преступник. Затрудняет положение еще и то, что первыми на место происшествия обычно приезжают полицейские, не имеющие навыка работы с террористами.


Потому полицейским предписывается, столкнувшись с такой ситуацией, прежде всего оцепить укрытие, где засел преступник, и обеспечить безопасность окружающих граждан. Затем необходимо максимально сориентироваться в ситуации и, не предпринимая никаких решительных действий, чтобы не спровоцировать преступника на агрессию, дожидаться прибытия специально обученных подразделений.


Однако вовсе не обязательно, что с появлением на сцене группы захвата тотчас же будет предпринята атака на террориста. В арсенале зарубежных спецподразделений существует множество способов освобождения заложников, однако самой безопасной по сей день является тактика выжидания.


Краеугольный камень этой стратегии — сделать более острыми физические потребности террориста. Сильное желание спать, есть или курить способно сделать сговорчивее любого, даже самого матерого преступника. Мировая практика насчитывает немало случаев, когда террорист отпустил заложников и сдался только потому, что хотел спать, проголодался или же у него просто кончились сигареты.


Кроме того, полицейским известно о так называемом «стокгольмском» синдроме, согласно которому с течением времени снижается вероятность применения преступником насилия по отношению к заложникам. По мнению специалистов, со временем усиливается и психологическая зависимость террориста от человека, ведущего с ним переговоры. Подготовке таких специалистов уделяют особое внимание. Эти полицейские должны быть не только искусными ораторами, но и тонкими психологами. Они в совершенстве владеют методами психологического профилирования, умеют «просканировать» личность террориста, сделать выводы относительно его дальнейших действий, оценить вероятность использования им насилия, склонность к самоубийству.


Известно, что затягивание времени зачастую позволяет сломить террориста психологически. Полицейские широко используют так называемое PSY-OPS (психологическое воздействие), сочетающее в себе особые методы ведения переговоров и специально подобранного освещения и звука, чтобы опустошить террориста эмоционально. Это может показаться невероятным, но в ряде случаев грамотные психотропные атаки оказывались эффективнее штурма или пули снайпера, заставляя преступника сложить оружие и отпустить пленников, что называется, без шума и пыли.


© Русский Журнал

Новости партнеров

Загрузка...