Терроризм: у «них» и у «нас»

Экбаль Ахмад был заслуженным профессором в отставке по международным связям и проблемам Ближнего Востока в Гэмпширском колледже города Амхерста (штат Массачусетс). В течение многих лет он заведовал редакцией ежеквартального издания Race and Class и был автором еженедельной колонки в старейшей пакистанской газете Dawn на английском языке. Эту лекцию Ахмад прочёл три года назад, 12 октября 1998 года, в Колорадском университете — за несколько месяцев до своей безвременной кончины.


В 1930-1940 годах еврейское подполье в Палестине называли «террористами». Но к 1942 году, во время холокоста, в западном мире к еврейскому народу стала складываться некая симпатия либерального свойства. В этот момент палестинских террористов, которые были сионистами, к 1944-1945 году неожиданно начали называть «борцами за свободу». Фотографии по меньшей мере двоих премьер-министров Израиля, в том числе Менахема Бегина, были помещены на плакатах с подписью: «Террористы: вознаграждение за поимку». Самое большое из известных мне вознаграждений, обещанных за голову террориста Менахема Бегина, составляло 100 тысяч фунтов стерлингов.


После этого, с 1969 по 1990 год, центральное место в качестве террористической организации занимала Организация освобождения Палестины (ООП). Мудрец американской журналистики Уильям Сэфайр из «Нью-Йорк Таймс» многократно называл Ясира Арафата «вождём терроризма». Теперь, 29 сентября 1998 года, меня сильно позабавила фотография Ясира Арафата, где он стоит по правую руку президента Клинтона, а по левую — стоит премьер-министр Израиля Беньямин Нетаньяху: Клинтон смотрит на Арафата, и Арафат выглядит буквально как маленький ласковый мышонок. Всего за несколько лет до этого он любил фотографироваться с угрожающим взором и с автоматом, грозно болтающимся на поясе. Вы, конечно, помните эти фотографии, но сейчас вы вспомните другие.


В 1985 году президент Рональд Рейган принимал у себя в Белом доме группу бородатых мужиков — я тогда писал о них в журнале «Нью-Йоркер». Это были бородачи в тюрбанах, весьма свирепого вида, и выглядели они так, будто попали сюда из другого века. После этого приёма Рейган беседовал с прессой. Он указал на них и заявил: «Эти люди являются моральным эквивалентом отцов-основателей Америки!» Эти бородачи были афганские моджахеды. В то время они с автоматами в руках боролись против “империи зла” — и потому они были моральным эквивалентом наших отцов-основателей.


В августе 1998 года другой американский президент, Клинтон, приказал американской военно-морской базе в Тихом океане провести ракетные удары с целью уничтожить Усаму бен Ладена и его людей в афганских лагерях. Мне бы, однако, не хотелось смущать вас напоминанием о том, что господин Усама бен Ладен, по которому в Афганистане было выпущено 80 американских ракет на поражение, всего лишь несколькими годами ранее был назван Рейганом моральным эквивалентом Джорджа Вашингтона и Томаса Джефферсона. Бен Ладен, наверное, возмутился, что его так понизили с должности морального эквивалента наших отцов-основателей, и свой гнев он выразил разными способами.


Террористы меняются. Вчерашний террорист — сегодняшний герой, а герой вчера становится террористом сегодня. Это серьёзный вопрос постоянно меняющегося мира образов, где нам надо «держать нос по ветру», для того чтобы знать, что является терроризмом, а что не является. Но гораздо важнее — знать, что его вызывает и как его остановить.


Официальный подход тщательно избегает причинной обусловленности. Причины того, почему кто-то становится террористом, не рассматриваются. Причина? Какая причина? Мы что, должны смотреть на этих людей и им сочувствовать? Зачем искать причины? Нет никаких причин! Вот пример. 18 декабря 1985 года газета «Нью-Йорк Таймс» сообщила о том, что министр иностранных дел Югославии (вы ведь помните то время, когда ещё была на свете такая страна Югославия) спросил госсекретаря США о причине палестинского терроризма. Госсекретарь Джордж Шульц — я цитирую «Нью-Йорк Таймс» — «немного покраснел. Он облокотился на стол и сказал приглашённому министру иностранных дел: «Здесь нет никакой связи ни с какой причиной. Точка!»


Моральное отвращение к терроризму, которое мы обязаны чувствовать, выборочно: мы испытываем ужас в отношении тех террористических групп, которые подвергаются официальному осуждению, однако мы аплодируем таким же группам, которые получают официальное одобрение. «С этого момента, — сказал однажды президент Рейган, — я сам контрас«. Он именно так и сказал. Мы знаем, что группы контрас в Никарагуа называли как угодно, но только не террористами (они боролись с режимом Кастро). Да и не только чиновники, а даже средства массовой информации тоже учитывают доминирующий взгляд на терроризм.


Что ещё более важно, доминирующий подход исключает из рассмотрения террор дружественных правительств. Именно такой поход среди прочего оправдывает террор Пиночета, убившего одного из моих ближайших друзей Орландо Летелье, а также оправдывает террор Зии-уль-Хака, который убил множество моих друзей в Пакистане. Согласно моим приблизительным подсчётам, соотношение количества жертв государственного террора Зии-уль-Хака и Пиночета или жертв государственного террора аргентино-бразильско-индонезийского типа с количеством жертв террора ООП и подобных ей групп составляет — причём с запасом — одна на сто тысяч.


К сожалению, история признаёт только силу и не жалует слабость. Поэтому мы слышим лишь голос исторически господствующих групп. Наше время — которое началось в этот день, в День Колумба, — это время беспрецедентных незарегистрированных холокостов. Европейцы уничтожили великие цивилизации: майя, инки, ацтеки и другие американские индейцы были попросту стёрты с лица земли. Эти голоса даже сегодня не слышны в полной мере — только теперь их понемногу начинают слышать. Да, их голоса слышны, но только тогда, когда страдают те, кто стоит у власти; когда их сопротивление стоит дорого властям; когда можно точно назвать цену этого сопротивления; когда убивают Кустера или когда осаждают Гордон. Тогда вы узнаете, что и индейцы, и арабы боролись и умирали.


В заключение ещё одно моё соображение на эту тему. Политика США в период «холодной войны» субсидировала любые террористические режимы без разбору. Сомоса, Батиста и все подобные тираны были друзьями Америки. Для этого были свои причины, но ни вы, ни я в этом не виноваты. В Никарагуа имелись контрас, в Афганистане — моджахеды, в Сальвадоре — борцы … и так далее, и так далее.


внимание всегда концентрируется на одном каком-нибудь террористе: ООП, Усама бен Ладен — кого бы вы ни взяли. Но зачем они это делают? Что даёт им силы?


Я бы хотел вам это объяснить. Необходимость быть услышанными. Обычно, хотя бывают исключения, делается попытка заставить услышать об их обидах. Но люди их не слышат. И тогда меньшинство действует. А большинство глазеет на них как на римской арене на гладиаторов. К примеру, палестинцев — сверхтеррористов нашего времени — в 1948 году выселили (для начала). С 1948 по 1968 год они обращались в один суд за другим по всему миру. Они стучались в любую дверь. Им сказали, что их выселили, потому что какое-то арабское радио велело им уходить, — хотя это была ложь. Правду никто не хотел знать. В конце концов, они буквально изобрели новую форму террора — захват самолётов. В 1968–1975 гг. они «вытащили мир за уши». Да, они «вытащили» нас, говоря: «Слушайте! Слушайте!» И мы слушали. Мы до сих пор не воздали им должное, но, по крайней мере, мы все это знаем, и даже израильтяне признают это.


Потребность быть услышанными крайне важна. Этот мотив налицо. Смесь гнева и беспомощности рождает мечту о возмездии, понуждая их бросаться на всех с кулаками. В историческом плане опыт насилия со стороны более сильного превращает жертв в террористов. Дети, которых бьют родители, вырастают со склонностями к насилию и сами потом бьют своих детей. То же самое происходит с нациями и народами. Когда их бьют, они отвечают тем же. Государственный террор очень часто вскармливает террор коллективный. Можете ли вы припомнить, чтобы евреи когда-нибудь были террористами? Еврейский террор был вообще неизвестен, кроме как во время холокоста и после него. Большинство исследований показывают, что основной костяк самых ужасных террористических групп в Израиле или в Палестине — банд Стерна и Иргуна — составляют эмигранты из самых антисемитских стран Восточной Европы и Германии. Точно так же молодые шииты в Ливане или палестинцы из лагерей беженцев — это люди, которых всё время били. И они становятся весьма склонными к насилию. Атмосфера насилия пронизывает всякое гетто изнутри. Они становятся склонными к внешнему насилию, когда появляется ясная, хорошо различимая внешняя цель, враг, о котором каждый может сказать: «Это он сделал со мной такое!» И тогда они проводят ответный удар. Пример — это нехорошая вещь: пример заразителен.


каковы будут мои рекомендации Америке? Избегать крайностей и двойных стандартов. Если вы собираетесь применять двойные стандарты, то и в ответ получите двойные стандарты тоже. Поэтому не надо их применять. Не надо закрывать глаза на израильский, пакистанский, никарагуанский, сальвадорский террор — с одной стороны, а потом жаловаться на афганский или палестинский террор — с другой. Так не получится. Попытайтесь быть беспристрастными. Сверхдержава не может способствовать террору в одном месте, а потом искренне надеяться на то, что где-нибудь в другом месте террора не будет. Так не получится в нашем тесном мире. Не закрывайте глаза на террор своих союзников — осуждайте его. Боритесь с ним. Карайте террористов. Пожалуйста, тщательно избегайте секретных операций и военных действий малой интенсивности. Всё это только вскармливает насилие, терроризм и наркобизнес. Я сделал фильм о секретных операциях, который называется Dealing with the Demon, и он стал очень популярен в Европе. Я показал, что везде, где бы ни проходили секретные операции, центральной проблемой всегда была наркоторговля. Потому что секретные операции в Афганистане, в Никарагуа, в Центральной Америке и во Вьетнаме весьма благоприятствуют наркобизнесу. Избегайте секретных операций. Откажитесь от них. Они вам не помогут. Пожалуйста, сконцентрируйтесь на причинах терроризма и помогите их «обезвредить». Попытайтесь посмотреть на причины и решить проблемы. Не зацикливайтесь на силовых решениях: терроризм — это политическая проблема. Ищите политические решения — пусть работает дипломатия. Возьмите, к примеру, последнюю атаку на бен Ладена. Вы ведь не знали, что атаковали! Вы говорили, что знали, но на самом-то деле — не знали. Вы пытались убить Каддафи, а убили его четырёхлетнюю дочь. Бедная девочка никому ничего не сделала, зато Каддафи до сих пор жив-здоров. Вы пытались убить Саддама Хусейна, а убили Лейлу бин Аттар, выдающуюся художницу и ни в чём не повинную женщину. Вы пытались убить бен Ладена и его людей, а убили 25 невинных людей, — зато и бен Ладен, и все его люди остались невредимы. Вы хотели уничтожить химический завод в Судане. Теперь вы признали, что разбомбили ни в чём не повинную фабрику, которая давала Судану половину всей его медицинской продукции, — зато химический завод как стоял, так и стоит.


Ищите политических решений, а не военно-силовых. Они создают больше проблем, чем решают. Пожалуйста, помогите укрепить и усилить действие международного права. В Риме существовал уголовный суд над террористами: почему американцы не пошли туда сразу, чтобы получить ордер на арест Усамы бен Ладена, если у них были какие-то доказательства? Сначала получите ордер, а потом уж гоняйтесь за ним — хоть по всему свету! Привлеките ООН. Привлеките ее Международный суд. Односторонность ставит нас — не их — в глупейшее положение!


Бостонский альманах “ЛЕБЕДЬ”, № 243.


Перевод Дмитрия ГОРБАТОВА

Новости партнеров

Загрузка...