Королева казахстанского балета



Она блистательна и полувоздушна. Она победительница международных конкурсов-смотров. Она, по большому счету, входит в элиту евразийского балетного искусства. О ней с восхищением пишут соотечественники и зарубежные специалисты-ценители. Она награждена государственными знаками отличия и признания. Народ гордится ею, балериной Лейлой Альпиевой. Кажется многим, что она «взошла на Фудзияму», стоит на вершине своей славы.


Да, все это так, если смотреть на вещи глазами репортеров-журналистов. Что они видят? Они видят женщину в расцвете лет, видят обаятельную притягательность миниатюрного изящного существа, наделенного божественным даром превращать жесты, движения, статику тела в неповторимые мгновения Искусства. Но они не видят того, что скрыто от восторженных взоров. Они видят ФАКТ, но не видят ЯВЛЕНИЯ. Они не осознают, что Фудзияма Лейлы Альпиевой еще не достигнута, что она стоит в преддверии Большого Полета, дерзновенного прорыва в новую сферу еще не освоенного балетного мира, танцевального пространства, пока еще недоступного нашему пониманию, нашему зрительскому восприятию.


Восторженные статьи и отзывы как-то поверхностно презентуют балерину, мастерицу классического европейского танца. Из этих отзывов нельзя вынести четкого впечатления о природе таланта, о направленности пути Лейлы, о святая святых ее искусства, в котором так необыкновенно, так без остатка растворилась она сама. Она вошла в свое Искусство так органично, что ее телесно-духовная сущность и сущность Искусства, которому она себя посвятила, — это одно нерасторжимое целое. Они немыслимы друг без друга. Мы свидетели яркого явления, феномена теснейшего сплава, амальгамы субъекта-художника и сферы его деятельности. Уход художника равносилен гибели темы, равносилен смерти Искусства. Такого состояния слияния художника и сферы его деятельности достигают не все и не всегда. Но об этом не пишут, на это не обращают внимание ценители и восторженные поклонники. Я не называю авторов статей и публикаций, не называю издания, где публиковались материалы о прекрасном искусстве Лейлы. Спасибо авторам за высокие оценки, за благожелательный тон. Так или иначе они передают всеобщее понимание значимости труда нашей прославленной балерины.


Тем не менее нужно отличать факты искусства от явлений в искусстве. Когда речь идет о фактах искусства, то останавливаются на достигнутом, завершенном, преодоленном. Факт — это предмет, озаренный сиянием славы, «музыка в камне», «вечная весна» Родена. Факт — статика, эталон, пример, образец для подражания. Факт — элятивная единица Искусства. Факт — колонна Славы на площади Звезды. И только! Когда репортеры видят божество на пьедестале, то вспоминают пройденный тернистый путь гениальной одиночки: “Ох, как было трудно!” и заканчивают оптимистически восторженным: «Ах, как чудно!», указывая на состоявшийся апофеоз. А ведь это всего-навсего обычное клише: так пишутся все статьи, все заметки об исключительных фактах. Это шаблонные клише, вошедшие в обиход повседневного газетно-журнального дела.


Лейла Альпиева — не факт, а явление Искусства. Такое явление изображено, в частности, А. Ивановым на знаменитой картине «Явление Христа народу». На картине изображен не только всеобщий восторг перед фактом прихода Христа. Там речь идет о предстоящем воплощении в жизнь обещания, о материализации вести (через ять!»), о неизвестном, но возжажданном, о надежде на исполнение надежд, ожиданий…


Лейла является перед зрителями на балетной сцене именно в таком облике осиянности, предвестницей ожидаемых и возжажданных перемен. Почему?


Потому что в современном казахстанском танцевальном искусстве происходит революция, начинается прорыв на танцевальные площадки, сделана заявка о своей самобытности, о неповторимой национальной эстетике танца, о высоких национальных традициях, которые удалось сохранить и пронести ценой огромного напряжения сил и самоотверженности нескольких поколений казахстанских танцоров. Речь идет о революции как преодолении закостенелых оперно-балетных форм, державшихся в репертуаре. Речь идет о смелом экспериментаторстве, которое тождественно работе на износ. Речь идет о жестокой борьбе новаторов против административного диктата чиновников, против трусости, равнодушия, покорности всемогущим инструкциям. Лейла вместе с неукротимыми друзьями единомышленниками-искателями прошла эти бурные дни, пережила горечь утрат, неудач и восторг победительницы.


Возвращаюсь к публикациям о достижениях нашей любимицы. О каких достижениях пишут репортеры-газетчики? Прошла школу классического балета. Работала на сценах Братиславы, Вены, Будапешта и других европейских столиц. Побеждала, завоевывала, получала признания, аплодисменты и цветы, награды и много-много иных знаков внимания. Но по большому счету для артиста ее масштаба, ее потенциальной силы все это отнюдь не достижения. Для фигуры среднего уровня и притязаний это — да-а! Но не для нее. Ведь фактически что подразумевается, когда говорят о таких достижения: вот, мол, из Казахстана балерина отлично воспроизводит, безупречно исполняет труднейшие партии европейского классического балета! Тут речь о похвалах, адресованных подражательнице, имитатору, воспроизводителю того прекрасного образца, который создан гением и отдан во власть работникам, служителям Искусства. Роль воспроизводителей, имитаторов, безупречных подражателей — роль вторичных лиц. Это не творцы, это исполнители задания, возможно, интерпретаторы, вносящие свои нюансы, но творцами их никто никогда не назовет. Даже осыпанные всеми цветами мира, они остаются вторичными фигурами. Такова участь имитаторов.


Лейла Альпиева не из их числа. Вот этого не увидели авторы публикаций. Они не увидели в облике привлекательной, общительной, откровенной молодой женщины, очень простой и обаятельной, жесткого специалиста, вдумчивого искателя, глубокого исследователя, аналитика балетного искусства. Они не заметили той страсти, которая сжигает Королеву, ничего им не открылось о планах, лелеемых этой замечательной воительницей. Лейла Альпиева из племени ищущих мастеров, из тех, кто открывает новые берега, из тех, кто ведет за собой таких же ищущих, очарованных далью. Как удачно складывается ее жизнь! Наступает время, реальное историческое время, когда можно сказать свое слово в национальном казахстанском балете. Наступает эпоха открытий совершенно новых танцевальных форм, где сливаются потоки европейской классической традиции, достижения европейских балетных школ и азиатской утонченно-мистической, страстно-порывистой, баядерско-гаремной. Здесь находит себе место привольное, степное, вихревое начало, осененное буйным половецко-кипчакским кипением страстей и традициями азиатской полиэтнической культуры, эстетики. Эстетики терпения и упорного неприятия мирового зла, эстетики стойкой приверженности мечте и зову крови. Лейла совершает пока первые шаги, но она знает, куда идет. Это выстраданный будущий Путь. Она ведет по этому Пути своих учеников. Это Путь в новый мир общего евразийского балетного искусства. Язык такого балета — язык взаимопонимания громадных масс людей, населяющих этот мир. На этом языке излагаются достижения всех восточных танцевальных школ. Иранские-туранские, афгано-пакистанские, кашмирские, индуистские, малазийские, китайские, корейские, японские… Невероятно трудный путь! Особенно для тех, кто делает первые шаги…


Лейла Альпиева в моем личном субъективном восприятии фигура удивительной цельности, воплотившая в себе темперамент неустанного поиска. Это фигура, уходящая в Ночь! Эта юная Королева казахстанского балета, женщина с прекрасным, открытым, умным лицом, твердо сжатыми губами, с прямым взглядом светлых янтарно-яхонтовых глаз, готовых к обороне, еще покажет свой характер. Ее полное имя — Лейлатун — «выходящая из ночи» дополняется смысловым коэффициентом — «уходящая в ночь». Уйти в далекий путь, в неизвестность, полную сокровенных тайн! Что может быть более желанным для сердца, жаждущего познать истинное назначение своего прихода в мир…


Нет сомнения, что задуманное, намеченное, детерминированное всемогущим Временем сбудется. За хрупкими плечиками этой отважной женщины стоит многовековая история. Она вознесена сегодня в нашем сознании высоко-высоко, как знамя казахстанского балетного Искусства. Кому же другому нести знамя танцевальной культуры, язык взаимопонимания между Востоком и Западом?


Мои слова — не панегирик и не дифирамбы. Мы были прокляты, обречены на вечные второстепенные и третьи, четвертые роли. Были обречены быть подражателями большой мировой культуры. В частности, европейской.


Похвала, брошенная мимоходом заезжим иностранцем, могла круто изменить судьбу любого деятеля искусства. Вспомним, как отзыв француженки-журналистки, несколько любезных словечек изменили статус Чингиза Айтматова, который изначально обречен был жить в захолустье, в Киргизии — непризнанным, невостребованным. То же самое можно сказать о ряде других писателей, художников, скульпторов, музыкантов… Наступило время, когда можно выходить из заколдованного круга. Но кто выходит из него? Кто вышел? Даже такой гигант, как Булат Аюханов, всю жизнь рвавшийся ввысь, напрягая орлиные крылья, получавший постоянно удары ослиными копытами всемогущих чиновников, даже он остается до сих пор непризнанным, мудрым, печальным Учителем. Из женщин-танцовщиц мы не можем назвать ни одного имени! Балерины-казахстанки советского периода остались в пастпрефектуме. Добрая им память.


Вот почему сегодня Лейла Альпиева воплощает в своем лице пассионарность, надежду казахстанского Балетного Искусства. Это проявляется в ее искусстве танца, своеобразной, неповторимой манере исполнения репертуарных вещей, в работе с учениками. Она полна мужества Мастера, вступающего на темную дорогу неизвестности, навстречу далеким манящим огням волшебного горизонта.


В добрый путь, Лейла! Удачи тебе, Королева!

Новости партнеров

Загрузка...