Мухтар Аблязов: «Я готов ко всему, даже к аресту»

Пока существует монополия на власть, простой человек никому не нужен

Имя Мухтара Аблязова последнее время не сходит с газетных страниц и экранов телевидения. Одни называют его борцом за демократию, другие наоборот — душителем свободы. Информационный обстрел, организованный “элитными” СМИ, завершился митингом, получившим в обществе весьма неоднозначную оценку. А что об этом думает он сам?


Мухтар Кабулович, последние две недели вас не ругал только ленивый. Теперь даже самый далекий от политики казахстанец должен точно запомнить, что есть такой олигарх Аблязов, который душит гласность, покушается на внутриполитическую стабильность, руководит полицейским дознанием, расхитил общенародные деньги и проводит на них собрания и митинги антигосударственных элементов. У вас нет ощущения, что скоро вас причислят к демонам?


— Я принимаю вашу иронию, но что поделать, если в Казахстане сторонники Власти политическую борьбу признают исключительно в форме борьбы против политиков, партий и движений, несогласных с ними. Пожалуй, только два человека с той стороны пытаются разговаривать с нами. Это президент страны Нурсултан Назарбаев и заведующий общественно-политическим отделом его администрации Ермухамет Ертысбаев. Остальные, начиная с бывшего премьер-министра и заканчивая некоторыми средствами массовой информации, предпочитают «глушить». Не важно за что и как, лишь бы «заткнуть».


Вы ожидали подобного развития событий?


— Да, я ожидал, что создание «Демократического выбора Казахстана» и мое активное участие в нем вызовет усиление давления со стороны правоохранительных органов и некоторых СМИ, идеологически, скажем так, близких нашим оппонентам. Но я не вижу для себя другого пути.


Почему вы так активно судитесь с журналистами и средствами массовой информации. Ваши оппоненты считают, что человек с демократическими убеждениями не имеет права подавать иск к СМИ, а тем более возбуждать уголовное дело против журналиста. Что вы можете ответить на эти обвинения?


— А у меня нет другого способа защиты. Например, мои политические оппоненты могут запретить печатать ту или иную газету, отозвать лицензию у телеканала, приостановить его трансляцию по кабельному телевидению, послать на проверку финансовую полицию, возбудить уголовные дела против СМИ и журналистов и даже запугивать журналистов физической расправой. Я, даже если бы такая возможность появилась, никогда бы этого не сделал. Каждый казахстанец имеет право защищать свою честь и достоинство в суде, и это самый цивилизованный и демократичный способ разрешения конфликта.


Вспомните, в казахстанских газетах обо мне было опубликовано много материалов негативного и критического характера. Я не подавал и не подам на эти СМИ и журналистов в суд по той причине, что каждый из них имеет право иметь собственное мнение обо мне, моей работе в качестве министра и политической деятельности в ДВК. Но я не согласен с тем, что журналист может распространять обо мне сведения, которые не соответствуют действительности. Именно поэтому статьи в «Известиях-Казахстан» и «Независимой газете» нанесли мне моральный ущерб как предпринимателю, гражданину и политику.


Что я должен был делать? Молча наблюдать, как господа Садуов в «Известиях-Казахстан» и Козлов в «Независимой газете» пишут про меня неправду? Я отлично понимал, что общественность будет скорее всего на стороне СМИ и журналистов, но у меня не было другого выхода. Только судебными исками к тем, кто оболгал меня, я мог привлечь внимание к происходящему. И не скрою, мне важно было доказать в действиях отдельных журналистов, газет и телеканалов политическую составляющую. И когда меня называют олигархом, казах-станцы должны понимать, что это наклеивание ярлыков преследует определенную цель.


Какой я олигарх? Я не летаю собственным самолетом по стране и за границу, не имею огромных особняков в курортной зоне Алматы, недвижимости и тайных счетов за рубежом, не даю указаний государственным органам. Именно такие люди могут в один день подать иск в суд и в тот же день получить положительное решение. А судебные процессы с моим участием тянутся почти год, и очень часто другая сторона оказывает прямое и открытое давление на судей, как мы могли наблюдать недавно со стороны телеканалов «Хабар», «КТК» и газеты » Караван».


В чем суть ваших исков к газете «Известия — Казахстан» и журналисту Сергею Козлову?


— Если коротко, я считаю, что задолженность Казахстана за электроэнергию была сформирована в значительной степени искусственно-, и поэтому нельзя было соглашаться на тот вариант урегулирования, который проталкивают Анатолий Чубайс и некоторые наши государственные мужи. Признаюсь честно, я затягивал переговорный процесс и блокировал требования россиян, чтобы вынудить их согласиться на 51% долю Казахстана в новом СП. Главным доводом с моей стороны была независимая оценка имущества электростанции и линии электропередачи «Экибастуз — Омск», которые при долге 239 млн. долларов позволяли решить эту сверхзадачу. После нескольких жалоб, в том числе президенту Казахстана о неконструктивной позиции Министерства энергетики, индустрии и торговли, российская сторона решила выбить меня из переговорного процесса. В результате появилось письмо заместителя председателя правления РАО «ЕЭС России» на имя Нурсултана Назарбаева.


Оно сыграло ту роль, которую замышляли авторы?


— Нет. Я написал объяснительную записку па имя главы государства, было проведено служебное расследование. Ни президент страны, ни премьер-министр в дальнейшем не предъявили мне никаких претензии по данному вопросу. И это понятно, они оба были в курсе моей позиции и мер, предпринимаемых мной для защиты интересов страны. Я столько раз докладывал им, письменно и устно, о стоимости имущественного комплекса Экибастузской ГРЭС — 2 и линии электропередачи «Экибастуз — Омск», что любая попытка занижения их денежной оценки, в чем меня обвиняют, сразу вызвала бы вопросы с их стороны. Еще смешнее обвинения в приватизации ЭГРЭС — 2 за 7 млн. тенге. Напомню, что это сделали члены правительства Токаева.


Вы сказали о политической составляющей судебных процессов с вашим участием. Не могли бы вы раскрыть этот тезис?


— Пожалуйста. В этом деле есть две линии: российская и казахстанская. Посмотрите, история с письмом заместителя председателя правления РАО «ЕЭС России» президенту Казахстана всплыла тогда, когда благодаря моим выступлениям, поддержанным многими казахстанскими СМИ, включая «Деловое обозрение «Республика» процесс урегулирования задолженности по варианту Чубайса был фактически остановлен.


Помните, обвинения против меня появились почти одновременно в двух российских изданиях «Известия» и «Независимая газета» и, как мы убедились во время судебных процессов, основывались на письме, полученном из администрации президента страны. Насколько велика вероятность того, что документ из Администрации главы государства, с его визами и пометками канцелярии, вдруг одновременно и совершенно случайно попадает сразу к двум журналистам. Причем «Известия-Казахстан» заявили, что журналиста Анвара Садуова они не знают, а материал получили по электронной почте, а корреспондент «Независимой газеты» недавно признался, что задание написать статью он получил от редакции. Судебные процессы с моими исками к «Известиям-Казахстан» и Сергею Козлову тянулись несколько месяцев, пока не начались всем известные события. И тут мои политические противники решили использовать их для моей компрометации. В результате — статьи в «Караване» и «Новом поколении», видеоматериалы на «Хабаре» и «КТК», митинг в поддержку независимых журналистов в прошлую субботу.


Кстати, что вы думаете об этом митинге и выступлениях на нем?


— Я очень доволен самим фактом его проведения. Сегодня главное ведь не в том, против кого выступали журналисты, а то, что они организованно защищаются, причем политическими методами. И теперь, когда власть будет возбуждать уголовные дела против оппозиционной прессы, закрывать издания и телеканалы, журналисты этих СМИ могут надеяться на солидарность коллег.


Вы можете назвать своих политических противников поименно?


— Могу. Чтобы соблюсти политическую корректность, скажу, что это те, кто стоит за ЗАО «Агентство «Хабар», ТОО «Алма-Медиа» и «Ме-диа-Линк». Они контролируют телеканалы «Хабар», «Казахстан -1», «КТК», «НТК», «ОРТ-Казахстан», газеты «Караван», «АИФ», «Известия» и теперь «Комсомольскую правду». Единственное, чего я хотел бы избежать, так это вульгарного понимания словосочетания «политический противник». Оно означает не более того, что взгляды этих людей и мои на вопросы политического устройства страны, механизма функционирования государственного аппарата, будущее Казахстана диаметрально противоположны или сильно расходятся.


Можно ли считать, что происходящее — это результат ваших разногласий с политическими противниками ?


— Да. Но надеюсь, что в скором времени политическое противостояние войдет в цивилизованное русло. На недавних политических консультациях в Астане мы договорились, что будем работать конструктивно. Не скрою, что своих политических противников я обозначил специально. Я считаю, что пора различать на политической карте самого Нурсултана Абишеви-ча Назарбаева, первого президента Республики Казахстан, очень много сделавшего для нее, и те политические силы, которые, так сказать, прижимаются к нему.


Создание «Демократического выбора Казахстана» всколыхнуло всю страну и особенно Власть потому, что у нее появился конкурент на политическом рынке. Если раньше воgрос о наследовании литическом рынке. Если раньше вопрос о ..наследовании .Власти после Йынешнего главы государства должен был решаться внутри ее, так сказать, речь шла о борьбе между наследниками, то теперь они все объединились против ДВК. Сегодня речь идет о том, кто будет бороться на парламентских выборах 2004 года и президентских выборах 2006 года, и, конечно, тем, кто располагает административным ресурсом, совершенно не нужна политическая сила, способная на равных конкурировать с ними.


Означает ли это, что в демократическом Казахстане нет места вашим политическим оппонентам?


— Я никогда не говорил такого и не скажу в будущем. Я только против того, чтобы их «личный» ресурс использовался для получения преимуществ. Возьмем, например, приватизацию. Нас как инвестора изгнали с «Химпрома» в Павлодарской области только по причине того, что якобы неправильно была посчитана первоначальная стоимость объекта. Но если государство хочет быть принципиальным и готово по этим основаниям выгонять инвесторов, то мы в свою очередь готовы помочь ему информацией. Ведь при приватизации предприятий хромовой и алюминиевой промышленности, Тенгизско-го, Королевского и Карачага-накского месторождений, Экибастузской ГРЭС — 1 и Экибастузских угольных разрезов и других были допущены куда более серьезные нарушения законодательства.


Вы считаете, что когда-нибудь ваше общественное движение сможет прийти к власти? Неужели вы думаете, что вас до этого не посадят?


— Я уверен, что в конце концов, Казахстан придет к системе, когда за власть будут бороться несколько политических партий, союзов и движений. И будут делать это, открыто, гласно и прозрачно. А граждане страны смогут выбирать среди них то, которое больше всего отражает и защищает их интересы. Насчет «Демократического выбора Казахстана» у меня оптимизма меньше. В России царизм держался за самодержавие очень долго, отказываясь проводить реформы даже буржуазно-демократического характера. Вспомните, чем все это кончилось. В странах Европы правящие круги пошли на компромисс, в результате сформировались социал-демократические и социалистические партии, которые оказались включенными в политическую систему этих стран и не раз входили или даже формировали правительство. Что же касается ареста, то морально я и мои товарищи готовы к нему. Меня пытались арестовать несколько раз, задерживали и привозили на допросы, после чего отпускали под подписку о невыезде. Возможно, в следующий раз могут и не отпустить.


Вы известный предприниматель, бывший министр, который вполне может вернуться в правительство, если откажется от участия в ДВК. Зачем вам рисковать своим состоянием, свободой, здоровьем, спокойствием, выступая против Власти?


— Я считаю, это вина самой Власти и тех, кого я назвал политическими противниками. Я вырос в простой казахской семье, без блата поступил в престижный московский институт, стал специалистом в области ядерной физики. Бизнесом занялся, чтобы прокормить семью. В результате двухгодичного систематического давления со стороны властей я осознал, что единственный способ спасти себя как человека и предпринимателя, это изменить эту систему, сделать ее конкурентной и сбалансированной. Чтобы продвижение в ней определялось личными качествами человека, а не тем, в чьей семье ты родился. И эта система называется демократией.


Я готов конкурировать где угодно и с кем угодно — в политике, бизнесе, на государственной службе. Но когда этой конкуренции нет, а у тебя на фирме поселилась финансовая полиция, а за ней ждут своей очереди представители прокуратуры, МВД и налоговой инспекции, то это разве жизнь? Я часто привожу пример, который доказывает необходимость конкуренции. Помните в советские времена как работала торговля. Она угождала начальникам, прятала и делила дефицит и плохо относилась к нам, рядовым покупателям. Все изменилось, когда начался рынок и появилась конкуренция.


Так и в политике, пока есть монополия на власть, рядовой избиратель никому не нужен, так как все равно никак не влияет на эту власть. И не потому, что нет демократии и права выбирать, а потому, что выбирать не из кого. А с появлением «Демократического выбора Казахстана» альтернатива появляется. Поэтому хотя глава государства пас понимает и даже поддерживает, известные политические силы начали информационную войну против нас. Именно потому, что мы покусились на то, что они считали уже у себя в кармане.


Но ведь политическая борьба и политическая конкуренция в Казахстане была, вспомните хотя бы годы перестройки и первые годы суверенного Казахстана?


— Да, я полностью с вами согласен. Но постепенно, по мере укрепления существующего политического механизма, эта борьба распалась на две части. Первая велась оппозицией с Властью и напоминала борьбу комара со слоном. Комар мог только досаждать и портить настроение, но никак не влиять на поведение слона. Вторая велась внутри Власти за право приблизиться к Нурсултану Назарбаеву и занять посты главы правительства, руководителя его администрации и так далее вниз. Наш же вариант предполагает политическую борьбу не за право доступа к главе государства, возможность предлагать ему решения и своих кандидатов на государственные должности, а борьбу за голоса избирателей. Уверен, мы обязательно сделаем ее прозрачной и публичной, и политики просто будут вынуждены проходить оценку общественным мнением.


В стране началась кампания против ДВК и оппозиции. Против вас выступили бывшие кандидаты в президенты, представители различных национальных движений и некоторые политические партии. Вы не боитесь, что вас просто завалят грязью?


— Нет. В идеологической борьбе главное не кто громче кричит и какую на тебя льет грязь, а на чьей стороне правда. Многие казахстанцы читают газеты, слушают радио и смотрят телевизор, и чем активнее и громче будет идти «информационная война», тем больше будет политизироваться общество. Кто-то примет точку зрения моих политических противников. Но другие заинтересуются, почему меня так «отстреливают», прочитают наши документы и сопоставят с тем, что происходит вокруг них, с произволом чиновников и работников правоохранительных органов, узнают, кому принадлежат лучшие объекты госсобственности и сами выберут, на чью сторону встать.


Встанут! не потому, что так сказали начальники, а по собственному выбору. И оценивать будут сами слова и действия людей, а не в зависимости от того, кем они были сказаны, олигархом или журналистом. И это главная задача ДВК на современном этапе. Привлечь сторонников на идеологической основе, указать им путь выхода из тупика, объединить и сплотить людей. Тогда и аресты не страшны, потому что движение будет само восстанавливаться. И политическая апатия не будет переходить в апатию экономическую и социальную.


Как считает Сергей Козлов, суд оправдал его, и тем самым доказал его правоту. Будете ли вы еще подавать на него в суд?


— Как вы помните, судья, которая вела дело, попала под мощное давление некоторых очень влиятельных СМИ и взяла самоотвод. Решение вынес председатель Медеуского районного суда в один день. Причем мне было отказано лишь в возбуждении уголовного дела и указано, что я могу подать иск на ответчика в гражданском порядке. Поэтому я, во-первых, обжалую решение первой инстанции, во-вторых, подам иск о возмещении морального ущерба. Сразу скажу, что буду отстаивать свою честь и достоинство, доказывать ложность сообщенных журналистами Садуовым и Козловым информации до тех пор, пока не добьюсь полной информированности общества по этому вопросу.


И последний вопрос, Нурсултан Назарбаев на совещании с членами правительства и министрами сказал, что в стране демократия есть, а, судя по вашим словам, ее нет?


— После того, как телеканал «ТАН» показал выступление оппозиции, к нему с проверкой пришли из налоговой инспекции. Есть информация, что у него собираются отобрать лицензию на вещание. Как вы мне сами сказали, «Деловое обозрение «Республика» уже вторую неделю тревожат работники финансовой полиции. Можно ли назвать демократией, когда вот так неодинаково приходят к СМИ? Почему они не посещают «КТК», «Караван», «Хабар»? Почему когда эти СМИ публично, до вынесения решения, сомневались в объективности судьи Медеуского района, никто не расценил это как давление на суд? Наверное, это и есть ответ на ваш вопрос — демократия есть, но не для всех.


«Республика», № 4 (87), 31.01.02 г.

Новости партнеров

Загрузка...