“Лингвистический теракт”

Можно было бы пропустить мимо ушей (или зрения) и статью М.Сытника (“Мегаполис”, № 48, 2001 г.), как и многие подобные статьи, обилие которых уже никого не удивляет. Если бы не откровенный, унизительно оскорбительный тон автора по отношению к казахскому языку и его претензий на научность своих суждений. Это не первая и, думаем, не последняя статья подобного рода. Ради бога, возвышайте русский язык, но не унижайте казахский. В Казахстане казахский и русский языки теоретически равноправны, а фактически — русский стоит выше, и стоило ли разводить сыр-бор из-за терминологического оттенка.


Итак, русский язык, оказывается, великий, потому что в нем есть глагол, прилагательное, наречие… и др. А в каком языке их нет? Если все эти грамматические категории — признак «совершенства русского языка» то, извините, М.Сытник, позвольте рядом поставить и казахский язык, ибо (здесь и далее все на ваших примерах): вера – сенiм, верить – сену, верный – сенiмдi, поверье – сенушiлiк, неверно – бейсенiм, верность – сенiмдiлiк. Останавливаться на других ваших «грамматические» открытиях не позволяет газетная площадь.


Да, были светлые времена в истории казахского языка, когда любое заимствованное слово «…перекладывалось на казахские буквы…» Примеры, пожалуйста: Маскеу, Ресей, Еуропа, орыс, жандарал и др. И существовало тоталитарное лингвистическое правило, по которому все интернациональные и русские слова мы должны были писать так, как они пишутся в русском языке.


Язык, который имеет 10-томный толковый словарь, 12-томную энциклопедию, терминологический словарь в 31 томах, научную академическую грамматику, фразеологический словарь на 11 с половиной тысяч фраз, двуязычные, орфографический, орфоэпический и многоязычные словари, учебники казахского языка для русских, англичан, арабов, китайцев, только у плохо информированных людей может вызывать иллюзию разбитой вазы.


Кумулятивно-функциональные возможности казахского языка ничуть не уступают любому другому языку, в том числе и русскому. Так что он еще славно послужит на государственном уровне. Другое дело, когда все это произойдет в полном объеме?


Основной преградой пока является сегодняшняя социолингвистическая ситуация в Казахстане с ее психологическими, национально-политическими особенностями, а также отсутствием традиций полиязыкового воспитания. Да, казахскому языку очень сложно — примерно треть (оставим тенденциозную и неверную статистику) казахстанцев не владеют им ни на литературном, ни на бытовом уровне. Это, в основном, русские. Все казахи, за редким исключением, в той или иной степени владеют родным языком. Но желание овладеть им хорошо – уже в уме и в делах большинства русскоязычных казахов. А это — немаловажный фактор.


Перед богом мы все равны: может быть, кому-то чуть больше повезло, а кому-то чуть меньше, но русские и казахи далеко друг от друга не ушли. Итак, «…на 10 слов казахского текста приходится только 5 истинно казахских слов…» А что в русском языке разве не так?


Давайте рассмотрим первую же фразу предложенной редакцией вашей “визитки”: «Автор данной статьи, независимый политолог Михаил Сытник (выпускник московского Современного гуманитарного университета), предлагает развернутую информацию к размышлению для правительства и парламента РК, полную версию которой можно прочитать в Интернет-газете «Навигатор» (www.navigator.kz)». Теперь посчитаем, сколько русских слов в этой фразе. Это мы говорим не в укор русскому языку, ибо в любом языке мира есть до 80 процентов заимствований.


Дальше. Лингвистическая статистика давно доказала — и это не «открытие Америки» — любой язык «…для бытового общения…» использует менее 1000 слов, и русский и казахский языки — отнюдь не исключение.


Следующий пассаж М.Сытника: «…берется русское слово (научный термин) и в соответствии со смыслом употребления добавляется к окончанию суффикс из 2-3 казахских букв». А когда, например, от французского идеал образуется русское идеализировать, то «буквы» не добавляются? Между прочим, автор все интернациональные слова почему-то считает русскими, но почему их тогда называют «интернациональными» сами русские ученые, которые, думаем, в лингвистике разбираются не хуже М.Сытника? И зачем тогда «Словарь иностранных слов», переиздававшийся около двух десятков раз.


Вообще гарантом межнационального согласия, уважаемый политолог, выступает не язык (сколько регионов в мире с единым языком в настоящее время превратились в «горячие точки»!), но — верховная власть, общественные организации и деятели-гуманитарии в широком смысле этого слова. И нельзя пугать народы Казахстана, которые и не собираются «воевать» между собой из-за языка (в счет не идут единичные бытовые и обывательские трения в автобусах и на рынках, которые тут же сами собой гасятся просто из-за их нелепости), абстракцией «конфликт и социальный раздор». А вот «лингвистические теракты» совершаемые на страницах уважаемых и не очень уважаемых изданий — это, действительно, опасно.


«Основой идеологии и морали» не может выступать абстрактный язык, каким бы развитым он ни был. Основой идеологии и морали являются семья, двор (аул, деревня), коллектив и государство. В семье это идеология родства и мораль преемственности, во дворе — идеология общности и мораль взаимотерпимости, в коллективе — идеология результатов труда и мораль взаимозависимости, у государства – идеология благополучия народа и мораль независимости и мира, все остальное — патриотизм и самопожертвование, преданность и любовь, порядочность и законопослушание и др. — их производные.


Главное, чтобы были семья, двор, коллектив и государство, а на каком языке будет реализовываться их идеология и мораль зависит от конкретной ситуации. Люди не будут тратить времени на поиски статусных оттенков языка, ибо в каждой ячейке общая идеология и общая мораль, какой язык попадет «под руку», на том и будут говорить. И не надо морочить головы людей поисками и обещаниями найти каких-то поднебесных идеологии и морали и попытками привязывать их к какому-то языку. Такой идеологии никто не найдет, потому что ее просто-напросто нет. Следовательно, не будет какого-то особого языка.


Дальше в лес – больше дров. И, наконец, подошли к главному: Сытник вносит предложение: «… на государственном уровне переобозначить термин «русский» язык на термин «научно-европейский» язык и придать этому названию официальный статус». Конечно, дело самих русских как «переобозначить» название своего родного языка. Тем не менее глупостям тоже должен быть предел. Иначе может получиться смешное: в графе “национальность” – «научно-европеец», “родной язык” – «научно-европейский», “каким языком владеете” – «научно-европейским» и т.д.


Надеемся, что государство на такое «государственный уровень” не выйдет и правильно поступит во имя счастья миллионов наших русских сограждан, а также ради сохранения имиджа пушкинского русского языка. Пушкинский научно-европейский язык – врагу не пожелаем такой славы.


Сейчас в школах внедряется концепция полиязыкового обучения, в их числе системно и предметно изучается и казахский язык. Так вот, когда сегодняшние малыши придут в большую жизнь, и наступит в Казахстане русско-казахское двуязычье. С «казахско-русским двуязычьем» проблем и сейчас нет.


Воспитанному в полиязыковом погружении поколению сытниковские статьи не будут представлять никакого интереса. Новое поколение будет иметь идеологию «полиязыка», а моралью у них будет успех в жизни – в хорошем смысле этого слова. Если учесть практику цивилизованных стран, где знание нескольких языков — один из способов достижения успеха, то эту молодежь никто на баррикаду защиты какого-то особого языка-гегемона (русского или казахского) не затащит.


Знаешь только один родной язык — тебе самому будет плохо. Знаешь два языка — тебе уже лучше. Три-пять языков — у тебя все «o`key!». И вот вам конкретная идеология: знай языки, в том числе и казахский язык. Будешь знать казахский язык в Казахстане — твои государственные или бизнес-дела пойдут в два раза быстрее, в два раза комфортнее будешь жить. А кто не хочет жить комфортно?


Замкнутый «моноязыковой» комфорт, существовавший в бывшем Союзе, когда знания одного только русского языка было достаточно для жизнеобеспечения как отдельного человека, так и социальной (национальной) группы людей сыграл весьма отрицательную роль. В результате выросло несколько поколений «советских» людей. невосприимчивых к другим, в том числе к родному – мы имеем ввиду русскоязычных казахов — языкам. Эта невосприимчивость усиливалась в каждом новом поколении и превратилась в естественный поведенческий фактор. Многие теперь хотят выучить тот или иной язык, но не получается. И надо прямо сказать, что многие противники казахского языка потому и против него, что ни интеллектуально, ни психологически не подготовлены к его изучению.


Будет ли конец статьям, подобно сытниковским? Да, но не скоро. Пока не появится новое поколение казахстанцев – через пять-десять лет. Большой это или малый срок? Все ведь познается в сравнении. К сегодняшним своим светлым временам казахский язык шел более тысячи лет. И десять лет в сравнении с этим сроком – просто ничто. Но, поскольку кое-кто очень торопится похоронить казахский язык, то десятилетие — срок очень большой, и нам тоже надо торопиться, и мы торопимся. Спешим мы все, в том числе и уважаемый Сытник.


Сытниками предъявляется счет за то, что казахский язык обогатился за счет русского языка. Никто этого и не отрицает. А русский язык обогатился за счет европейских языков, но наверняка никто из европейских политологов за это счет русскому языку не предъявлял. Потому что они цивилизованные люди.


Взаимообогащение языков — это исторический процесс, непрерывная цепочка, направленная то в одну сторону, то в другую сторону. Сколько тюркских слов в русском языке, не поленитесь перелистать хотя бы труды наших современников — «Словарь тюркизмов в русском языке» Шиповой или «Русские фамилии тюркского происхождения» Баскакова. Это мы говорим не в отместку, мы — незлопамятные. Нас так воспитали кочевые просторы, где всем хватало места.


Разбираемая статья настолько универсальна и аморфна, что спокойно заменив Михаила Сытника на Майкла Стюарта, слово «казахский» на слово «русский», слово «русский» на слово «английский», словосочетание «кочевая цивилизация» на термин «лесная цивилизация» можно ничего не потеряв, попасть точно в цель. И Майкл Стюарт, как и Михаил Сытник, может себя комфортно чувствовать.


И последнее. Дорогой русский читатель, пойми нас, казахов, правильно: такие статьи, как М.Сытника, спокойно не читаются. Все, что делается для поддержания и развития казахского языка, это ведь не мероприятия против кого-то или против чего-то. Оно направлено на спасение казахского языка от исторического забвения, куда его загнала судьба, а также на защиту от нападок «господ-гуманитариев» слева и медвежьих услуг «мырза-пустословов» — справа. Спасибо!

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...