Казахстан превращается в государство-патрициат

“Мы знаем, что у нас удивительная страна... То гинеколог окажется на посту главного авиатора страны, то спирто-водочный бизнесмен – на должности главного нефтяника… И вот теперь - новое чудо...”

Государство – это у нас кто?

Один из Людовиков из династии бурбонов говорил: “Государство – это я”. Говоря так, он имел в виду то, что законов придерживаться надо всем остальным французам, но только не ему самому. Ибо он их сам принимал, пересматривал или отменял. То есть имел абсолютную власть. Потом про его наследников, безнадежно отставших от своего времени, говорили: все видели, все пережили, но ничего не поняли. Потому что они после периодов Французской революции и Наполеона Бонапарта пытались восстановить режим “король-государство” по примеру своего венценосного предка. Много лет понадобилось, прежде чем они уяснили себе, что это уже невозможно. Оказывается, история ушла вперед, и повернуть ее вспять простому смертному, даже высокородному, не дано. И вот спустя почти 200 лет, в начале XXI века, века информатики, в Казахстане истеблишмент, игнорируя горький опыт бурбонов, предпринимает такие шаги, результатом которых должно явиться выведение правительства и его министерств за рамки Конституции и законов в тех случаях, когда у властей предержащих нет желания придерживаться тех или иных их положений. Другими словами, создается такая ситуация, при которой с простонародного большинства есть спрос за соблюдение нормативно-правовых норм, а с тех, кто им руководит, — нет.

О чем же идет речь? В феврале месяце т.г. в Мажилисе при рассмотрении проекта Закона “О дипломатической службе” правительство РК, представленное в данном случае руководством министерства иностранных дел, добилось исключения из него 9-ой статьи, где было сказано: “человек, поступающий на дипломатическую службу ,обязан знать государственный язык”. Таким образом, законодательная власть пошла навстречу исполнительной власти и освободило госслужащих из внешнеполитического ведомства от обязательств по казахскому языку, которое, кстати, налагается на них Конституцией Республики Казахстан, принятой в 1995 году на всенародном референдуме. Пункт 1 статьи 7 Основного закона гласит: “В Республике Казахстан государственным является казахский язык”, а пункт 2 – “В государственных организациях и органах местного самоуправления наравне с казахским официально употребляется русский язык”. То есть там совершенно ясно сказано, что русский язык может использоваться наравне с казахским, а не вместо него, как это теперь установил, по настоянию правительственного ведомства, Парламент. Конституция, имеющая высшую юридическую силу и прямое действие на всей территории Казахстана, не освобождает работника, который пользуется русским, от обязанности знать государственный языком. А глава VI Закона “О языках”, принятого в 1997 году, уже императивным образом обязывает дипломатов знать казахский язык, поскольку объявляет его единственным коммуникативным средством межгосударственных отношений Республики Казахстан. Казалось бы, ситуация незыблемая. Но государственная власть не мытьем, так катаньем вывела себя из-под действия неудобных законодательных требований. Ее, похоже, совершенно не заботит то, что ее усилия по развязыванию своих рук привели к коллизии двух Законов – “О языках” и “О дипломатической службе”. Для нее, видимо, ничего и то, что теперь поставлено под сомнение положение Конституции РК о государственном языке. Впору бы уже сказать свое веское слово Конституционному совету. Так что теперь, чтобы устранить коллизию, придется пересмотреть не только Закон “О языках”, но также и Основной закон. Но и этого, похоже, никто не собирается делать. Как видите, государственная власть ни перед чем не останавливается, когда речь идет о создании удобств для себя.

Но если бы она так же сквозь пальцы смотрела на исполнение требований законов и Конституции по казахскому языку неправительственными и негосударственными организациями или же, иначе говоря, простонародьем, можно было бы и не заострять внимания на этом факте. То есть стоило бы говорить лишь о низком уровне соблюдения законов и правосознания. Однако речь в данном случае совершенно очевидно идет об одностороннем требовании по соблюдению нормативно-правовых актов, то есть о таком требовании, которое распространяется лишь на низовое общество.

Так, примерно в те же дни, когда Мажилис освобождал МИД и его структуры от знания государственного языка, республиканская комиссия по предоставлению прав на телерадиовещание приняло решение, предписывающее приостановление сроком на 6 месяцев деятельности трех телерадиокомпаний из Темиртау “43-го канала”, “ТВ-29” и “Темиртауского коммерческого канала” по причине несоблюдения ими законодательного требования о 50-процентном казахскоязычном вещании. Ведь Темиртау – это сугубо русскоязычный промышленный город. Даже там наладить-то казахскоязычные телепередачи, конечно, недолго, да только откуда взяться зрителям?!

Но кого это волнует?! Государственная власть подтвердила, что правительство и его структуры, на 90-95 процентов состоящие из лиц казахской национальности, – это вам не какой-то телерадиоканал в русскоязычном по преимуществу городе Темиртау. Этот пример является очевидным доказательством того, что де-юре демократическая Республика Казахстан де-факто превращается в государство-патрициат, где законы для власть имущих и простонародья разные.

Финансист на тропе войны с космополитизмом

Мы знаем, что у нас удивительная страна. Казалось бы, давно пора привыкнуть и перестать удивляться. Но не получается. Трудно привыкнуть к чудесам, которые она преподносит нам, поскольку они каждый раз новые, доселе невиданные и неслыханные. Всякое мы видали и про всякое слыхали в нашем отчестве. Особенно за последние десять лет. То гинеколог окажется на посту главного авиатора страны, то спирто-водочный бизнесмен – на должности главного нефтяника… и так далее. Все это было в прошлом.

И вот теперь — новое чудо. Глава финансового департамента Министерства культуры и общественного согласия (МКиОС) Сатыбалды Асембаев перебрался в кресло президента акционерной компании “ЗАН”, учрежденной направившим его, оторвав от себя, ведомством и Министерством юстиции, и возглавил борьбу… За что бы вы думали? За соблюдение общественного согласия и законности, как это можно было бы предположить, исходя из функциональных задач породивших ее государственных ведомств? Черта с два! Нет, не догадались и ни за что не догадаетесь. Потому что борьба затеяна не “за”, а “против”. И причем, чем больше господин Асембаев находится у руля компании, издающей “Зан газетi” и “Юридическую газету”, тем более конкретные очертания она принимает. Сейчас уже ясно, что “борьба” — это слишком мягко сказано. Объявлена самая настоящая и беспощадная война против космополитов, чересчур вольных журналистов и прочей инакомыслящей, как это следует из содержания распространяемых материалов, “нечисти”. Справедливости ради оговоримся: хотя под властью Асембаева находятся обе вышеназванные газеты, в целях успешного осуществления вышеназванной “священной” миссии мобилизована только казахскоязычная “Зан газетi”. Но от этого, как говорится, не легче.

Читатель может возразить нам: в казахской прессе, оторванной от реальной жизни, еще и не такие вещи печатаются — что, мол, тут удивительного. Верно, ряд авторов казахскоязычных СМИ также имеют склонность к “охоте на ведьм”, которые ими чаще всего обнаруживаются среди их русскоязычных визави. Но правдой является и то, что такой экстремизм там, в отличие от “Зан газетi”, не пытаются подкреплять далеко идущим теоретическим обоснованием и подавать в упаковке государственно-национальной идеологии.

В свое время, в 1997 году, когда президентом акционерной компании “ЗАН” являлась Ирина Утеулина, предшественница С.Асембаева, “Зан газетi” опубликовала материал А.Алима, который в редакции газеты “Караван” оценили как антисемитский. Руководитель компании принял строгие меры по пресечению тенденции, направленной на поиски врагов среди сограждан в официальном юридическом издании. А.Алим чуть не потерял работу, лишь хлопоты Союза писателей о нем как о поэте помогли ему удержаться.

Нынче под руководством С.Асембаева для такого рода творчества А.Алима созданы просто идеальные условия. По утверждению сослуживцев, он получает персональную зарплату, которая выше средней ставки в несколько раз, и ничем иным, кроме “охоты на ведьм”, не занимается. Порочит он самых видных людей. И не только из Казахстана. Лейтмотив его творчества: среди русскоязычной общественности Казахстана полно людей с вредоносными идеями, которые надо безжалостно искоренять. И “Зан газетi” и его автор-ксенофоб из номера в номер занимаются этим делом.

До недавнего времени нам не совсем ясно было, какую конкретную цель преследуют там, неустанно раскручивая это направление? Ведь издание газеты – удовольствие дорогое. А ксенофобия в чистом виде в такой стране, как Казахстан, хорошо оплачиваться не может. Для С.Асембаева, являющегося профессиональным финансистом, это, казалось бы, должно быть известно лучше, чем еще кому-нибудь. Только после продолжительного и детального наблюдения за публикациями “Зан газетi” все стало на свои места. Теперь ясно, что смысл предоставления С.Асембаевым карт-бланша А.Алиму и другим ему подобным журналистам заключается в том, что они под видом борьбы с космополитами и прочими инакомыслящими фактически продвигают и защищают идею государства-патрициата. В первой части этого материала мы говорили о том, что она уже воплощается в жизнь. А раз это так, наверное, допустимо предположить, что кое-кто наверху, переведя С.Асембаева с поста директора департамента МКиОС на руководство периодическим юридическим изданием, видел смысл такого перемещения в обеспечении юридической пиар-поддержки происходящему фактически государственному преобразованию.

13 марта в “Зан газетi” появилась редакционная статья под названием “По Казахстану бродит “призрак космополитизма”. Пространные рассуждения его автора сводятся в конечном итоге к следующему: в Казахстане общественность не вправе требовать от государственной власти соблюдения законов, а тех, кто подстрекает ее к этому следует объявлять врагами. Откуда проистекает такой вывод? Объясним. В №8 газеты “Мегаполис” под рубрикой “Долгая дорога в сумерках” появился материал “ЗАКОН, ЧТО СТОЛБ: ПЕРЕШАГНУТЬ НЕЛЬЗЯ, А ОБОЙТИ МОЖНО”. Там на фактах доказывалось, что языковая политика оборачивается, с одной стороны, массовым исходом, а с другой – призывами принять решительные и жесткие меры по укреплению роли казахского языка в государственной и общественной жизни. То есть на практике она углубляет раскол общества по национальному признаку… Далее мы хотим привести цитату из “Мегаполиса”, которая вызвала наибольшее возмущение “Зан газетi”: “Она (языковая ситуация – авт.) усугубляется еще и тем, что государственная власть на деле не относит к себе обязательства по Закону “О языках” и прочим нормативно-правовым актам, определяющим использование государственного языка, но при этом предъявляет все более и более жесткие требования по части его соблюдения к негосударственным и общественным структурам”. Автор газеты г-на С.Асембаева также приводит ее и сопровождает таким многозначительным комментарием: “Если бы газета “Мегаполис” не ставила свои идеи выше интересов общества, государства и нации, она бы не стала говорить такое про устанавливаемые с сфере СМИ порядки”. Такая сентенция не оставляет в сомнений в том, что казахскоязычная общественная мысль в лице редакции “Зан газетi” ставит теперь перед собой целью развенчание в качестве антиобщественных, антигосударственных и антинациональных сил тех, кто не согласен с тем, что государственная власть может не относить к себе обязательства по соблюдению закона и в то же самое время предъявлять все более и более жесткие требования по части его соблюдения к негосударственным и общественным структурам. Следовательно, государство-патрициат уже не только есть, но даже имеет своих защитников.

Новости партнеров

Загрузка...