Жизнь вскользь?

“Одни сочиняют многоверстовые романы о ханах, батырах, беках, биях своего рода-племени, другие катают эпопеи-воспоминания, ставя в центр мироздания собственный пуп, третьи запоздало разоблачают интриги-происки ЦК-овских времен, четвертые вопят ни к селу ни к городу: \"Ойбай, ойбай, аттан, аттан!\"

(Беглые заметки в канун Съезда писателей Казахстана)

\»Все истины, о которых умалчиваю”,
становятся ядовитыми\».

Фридрих Ницше

Похоже, назревает некое событие в нашей стране — съезд писателей Казахстана. С начала 70-х годов я имел честь присутствовать на всех шумных писательских форумах республиканского и всесоюзного масштабов, и в памяти моей эти торжества сохранились, как эхо давно минувшей эпохи. Ныне в коловерти повседневных забот и перманентной многопартийной вакханалии гипотетический съезд писателей воспринимается — по крайней мере, мною — немного двойственно. Роятся вопросы: кому это нужно, с какой целью куда плывем, что намечаем, действительно, это съезд рыцарей пера или заурядная тусовка горлопанов, ошалевших от невостребованности? Если это будет всего-навсего очередная сходка для обнародования нищеты философии или философии нищеты, то весьма проблематично, нужен ли такой съезд вообще.

Ей-ей, не знаю.

***

Одно мне ясно: если это будет действо, похожее на встречу Президента с пятеркой славных аксакалов в канун десятилетия независимости страны (помните тягомотные вариации на тему \»отец нации\» и прочие перлы разжиженных мыслей и чувств?) или даже нечто такое, как недавно прошелестевший в Астане конгресс журналистов, то подобный съезд писателей вряд ли кому-нибудь нужен: ни властям, ни обществу, ни самим труженикам пера. Престиж писателя за последние годы так катастрофически упал, что публично опускаться ниже уже просто немыслимо.

Горько, но факт.

***

В общем-то, известно, что происходит ныне в писательских союзах на территории развалившегося СССР. Раздрай. Хаос. Разных писательских союзов всевозможных ориентации ныне в одной лишь России уйма. Как они прозябают и день-деньской, простите, собачатся, тоже знаем не понаслышке. Недавно в \»Литературной газете\» (№ 6, 02) была статья \»России нужны писатели?\» Прогнозы весьма неутешительные.

Схожую картину мы наблюдаем везде на постсоветском пространстве. В уме у власти ответ очевиден: \»Не нужны\». Вожделенный феодально-капиталистический рай можно построить и без пресловутых \»инженеров человеческих духа\». Но говорить о том открыто, без обиняков некорректно. Ни один из расплодившихся \»отцов нации\» сказать такое не рискнет. Перед \»демократией\» неудобно. Поэтому власть виляет хвостом и изображает фигуру \»куртыл-муртыл\». Для доморощенных благодетелей вполне достаточно пять-шесть \»верных Русланов\», которые за умеренную плату или награду скажут в нужное время и на нужном месте то, что надобно, а остальных борзописцев целесообразно держать подальше и даже время от времени пригрозить им пальчиком. На сегодняшний день так удобно, а завтра хоть трава не расти.

Помните Салтыкова-Щедрина: \»Когда раздается клич, из пор вылезают те Ивановы, которые нужны. Те же, которые в сей момент не нужны, сидят в норах и трясутся\».

Так и у нас. Одни Мыркымбаи нужны, другие не нужны. Одни поплясывают от сытости, другие трясутся от холода.

Власть смекнула: для обустройства своего житья-бытья вся эта орава \»разумом возмущенных\» — учителя, врачи, ученые, писатели, артисты, художники и прочие культуртрегеры — даром не нужна, их должны заменить класс предпринимателей-юркачей, коммерсанты, инвеститоры, денежные мешки, нувориши — \»ну, воришки\» — и горстка дифирамбистов-жандайшапов. Зачем эти дон-кихоты, радетели Духа? Нужны деляги-пройдохи, юркачи-циркачи, способные с яиц настричь тюки шерсти и из воздуха сотворить кучу \»зелененьких\».

В самом деле, кому нужны писатели-художники с их занудливыми разговорами о культуре, о духовности, с их вечными терзаниями, сомнениями, колебаниями, комплексами, их заботами о душе, какой-то чести-совести, парасате-нравственности, нет, нет, мы пойдем семимильными шагами другим путем и очень быстро добъемся благоденствия, которое нашим предкам и тысячелетиями не снилось.

Так думали. Так продолжают думать.

Русский писатель Владимир Личутин констатирует: \»Настало время золотого тельца. Дух государству не нужен\».

Похоже.

Редко кто в высшем эшелоне руководства малость прозрел за последние крутые годы и осознал, что Дух-Аруах, память народа, мощь и магия слова, писательские муки и терзания — не пустая затея, а нечто такое, от чего зависит все, на чем зиждется подлинный ЭЛЬ. На одной нефти, цветных металлах, инвестициях, воровстве, уфит-суфите, ахалае-махалае, даже на учении блаженного Порфирия Иванова будущего не построишь. Олигархов можно наплодить уйму, но песню, объединяющую народ, не создашь. Нужен божий дар, чтобы из кучи дерьма, награбленного олигархом, сотворить что-нибудь пригодное народу.

О, да что о том говорить? О том размышляли мудрецы всех времен и народов еще в древнем Китае и Греции. Но когда временщики прислушивались к заветам мудрецов? Ныне у нас в мудрецах-учителях жизни числятся и хан, и ханша, их детки-внуки, приближенные и разная шантрапа, которой несть числа.

***

Между властью и народом искони бывали разногласия и разночтения. Добиться гармонии никому, кажется, еще не удавалось. Но стремиться к этому надо. И народ привык к тому, что писатели стояли ближе к нему, выражали его думы и чаяния. Но ныне писатели, растерянные и невостребованные, по-прежнему склонные прижиматься к сапогу власти, странным образом отстранились от народа, забились в свои каморки, ни за что не отвечают, скулят по углам, их не видно и не слышно. Плач народа до них не доходит. Живут по принципу: \»И сват доволен, и сватья ублажена\». Одни сочиняют многоверстовые романы о ханах, батырах, беках, биях своего рода-племени, другие катают эпопеи-воспоминания, ставя в центр мироздания собственный пуп, третьи запоздало разоблачают интриги-происки ЦК-овских времен, четвертые вопят ни к селу ни к городу: \»Ойбай, ойбай, аттан, аттан!\»

А где литература? Какова ее роль в общественном развитии? Где литератор-златоуст народа, властитель дум?

Ау!…

***

Как воспитанник казахского аула я привык к почитанию аксакальства. Но истина дороже: наши писатели-аксакалы почти никакой роли в обществе не играют. Да и значение карасакалов ныне не велико. Многие дискредитировали себя откровенным лизоблюдством и попрошайничеством. Иные так усердно угодничают перед неправедными власть предержащими, что сомнительной славой покрыли не только себя, но и свое потомство до седьмого колена. Они, эти господа, напрочь забыли о писательском достоинстве, играют только роль писателя, а потому никак не могут быть рупором народа, а тем более, выразителями его чаяния. Слово их обесценилось донельзя.

Время сложное, в обществе происходят знаменательные события, а писатели ушли в тень, стоят в сторонке, стали карасями-идеалистами, раками-отшельниками, и народ махнул на них рукой, решив обойтись без них. Дескать, какой спрос с сорлыбаюшки-бишары. И правильно! Гражданская позиция этих рыцарей пера размыта, в голове сумбур, они только и горазды плестись понуро в хвосте истертых истин, давным-давно обсосанных бойкими журналистами.

Печально. Грустно.

***

Корней Чуковский, вспоминая Анну Ахматову, замечает: \»Я не помню у нее на лице ни одной просительной, мелкой или жалкой улыбки\».

При ее-то жизни, полной трагедии!

А теперь представьте себе выражение лиц наших казахстанских жазушылар, великодушно допускаемых порой к власть имущим. Тошно!

Настораживает и поражает обилие аллилуйщиков-жарапазаншы и медоточивых дифирамбистов в писательской среде. На Западе такого не увидишь: другая ментальность. А у нас сладкоустые писатели соловьями заливаются: \»Айналайн, Елбасым, Кудайым сенi сактасын\» (\»Президент родной наш, ах! Да хранит тебя Аллах!\»), а в глазах их между тем плещется торгашеская муть: \»Видишь, как я стараюсь! Какой я верный и преданный! Могу 24 часа в сутки гимны петь, ты только дай, дай, дай!\» Так и написано на их льстивых, лоснящихся, скажем нейтрально, лицах. Смотришь на них, и душа твоя взывает: \»дорогой Президент, не позорьтесь с такой дешевой публикой! Гоните этих льстецов-фарисеев в шею!\»

***

Решение общественных проблем у нас полностью доверили власти. Конструктивных мыслей и деяний писателей что-то не слышно. Общественное мнение формируют не они. Это ненормально. Это перекос. Даже мощь казахского языка, главное наследство предков, писатели отстоять не смогли, все уповают на руководство страны. Современный Казахстан в современной казахстанской литературе не получил своего осмысления. Вместо этого на страницах многих газет годами пространно рассуждаем о том, хороший или плохой Чингисхан, разрушитель или созидатель, гонимый или гонитель, казах или все же не совсем казах… О, да! Все остальные проблемы у нас решены. Осталось разобраться в Чингисхане и его байбише Борте: от мужа она зачала Джучи или от подлого меркита

\»Да, это десятилетие литература проиграла, — сетует критик Алла Латынина. — При всем том, что ей была вручена козырная карта — свобода слова. Мы вступили в эпоху литературных сумерек. Вопрос: что надо делать, чтобы прогнать тьму?\»

Конечно, вопрос по-писательски заострен и в чем-то, может, спорен. Критик говорит о современной русской литературе. Но разве эти вопросы не относятся и к нам, казахстанцам?

Фонд \»Сорос-Казахстан\», видно, неслучайно решил малость развеять наши литературные сумерки и объявил конкурс на современный казахстанский роман. Очень разумно и своевременно!

***

Деградация литературы — деградация общества по всем параметрам и показателям. С упадком литературы приходит в упадок вся аура человечности, все то, что человека делает человеком — совесть, честь, достоинство, нравственность, благородство, разум, культура. Если в человеке не будить человека постоянно, он очень скоро оскотинивается, что мы ныне видим в городах и весях.

***

Виновных в своей незавидной судьбе не след искать на стороне. Наш брат, писатель, сам хорош. Общественно и социально пассивен, робок и покорен, неспособен за себя постоять, зачастую теряет дар речи, привык лишь к ласке и почитанию, не хочет портить ни с кем отношения, не выходит на широкую арену, вечно выжидает, труслив, оглядчив, боится выходить на публику, явно преувеличивает свои заслуги, ходит в просителях. Кто такого станет уважать? Ни народ, ни власть, ни сами себя.

***

Сугубо профессиональных писателей ныне мало. Литературный труд редко кого кормит. Приходится выкручиваться и заниматься литературой в третью смену. А литература такого отношения к себе не терпит.

Когда-то, почти сто лет назад, А.И.Куприн писал из Парижа: \»…Все, все дорожает. Зато писательский труд дешевеет не по дням, а по часам. Издатели беспощадно снижают наши гонорары, публика же не покупает книг и совсем перестала читать\».

Можно подумать, что Александр Иванович писал о нас, современных казахстанских литераторах.

***

А ведь, если по-честному, заслуги писателей в обретении свободы и независимости страны огромны. Писатели били в колокола свободы и проводили идею независимости еще задолго до развала СССР. Они настойчиво культивировали Дух свободы, когда приближенные к власти и серые чиновники тоталитарной системы уютно подремывали и банально угодничали. Но потом, едва пришла желанная свобода, ловкачи, как водится, писателей отодвинули, оттерли. Мавр сделал свое дело, Мавр может уходить. Плодами независимости воспользовалась кучка литократии и клептократии. И писатели, проложив им дорогу, сами очутились на обочине так называемого переходного периода и разбрелись восвояси \»солнцем палимы\», как некрасовские мужики, и с того момента писатели не в состоянии распрямить спины.

Журналисты оказались бойчее и по-граждански сноровистей, востребованней. Писатели пошли по тропе, проторенной журналистами, довольствуясь отраженным светом. Стали задним числом художественно расписывать, расшивать то, что уже основательно обсосали журналисты. Иначе говоря, поплелись в хвосте кочевья. Это окончательно подорвало их общественную значимость.

***

Как быть с Союзом писателей Казахстана? Вот на предстоящем съезде о том и нужно всерьез поговорить.

На мой взгляд, Союз писателей — анахронизм. В 60-е годы, когда я пришел в СП К, это был живой очаг культуры и свободомыслия. И все мое поколение многому обязано Союзу писателей. Все изменилось. Все ныне не то. Все измельчало.

Теперь я убежден:

а) прошлого СП не воскресишь. К нему возврата нет.

б) СП в нынешнем варианте малоэффективен. Его нельзя реанимировать, его нужно полностью перестроить, может, по гильдиям, по цехам.

Как?

Не представляю.

В СП К за последние годы приняли столько новобранцев (членов, кажется, ныне 700), что мало-мальски руководить (или управлять) ими не представляется возможным.

С писателями вообще сложно. Владимир Крупин говорит: \»А вообще писатель — человек одинокий. И это нормально. Мысль — дитя сомнений и одиночества\».

Это правда. Что может объединять 700 писателей? И разве могут тысячи сомнений и семьсот одиночеств составлять хотя бы подобие коллектива?

Сомневаюсь.

Вообще с приемом в СП — сплошной нонсенс. Когда-то (60-е годы) в СП К было менее 200 писателей, и я, например, всех знал поголовно. Потом решили по количеству писателей догнать Узбекистан, потом Украину и пошло-поехало. Сейчас большинство членов СП вообще друг друга не знает.

Валерий Поволяев пишет: \»Скоро в \»писатели\» будут принимать, наверное, … составителей телефонных справочников, собирателей чужих афоризмов, авторов мелких статей, сляпанных на уровне классной стенгазеты, и штатных говорунов…\»

Нечто подобное происходит и у нас. Расщедрившись, наш СП принимает в свои ряды пачками и косяками. Ну, а дальше что? Не знаю, работает ли в современной литературе 70 человек из 700? Вот и бытует странная категория непишущих писателей.

Парадокс.

***

Может, я слишком строг к своим коллегам? Несправедлив? Никого обидеть не хочу, но то, что мои каламдасы очутились ныне на задворках бытия, меня печалит и угнетает.

Недавно я перечитал воспоминания А.Я.Панаевой, К.И.Чуковского, как бы окунулся в литературные события 40-60 годов XIX века, начало XX века, представил жизнь казахских интеллигентов 20-х годов прошлого века и с горечью утвердился в том, как деградирует ныне литератор, в какое жалкое положение он себя поставил в глазах современников.

Куда делся гордый и независимый дух писателя? Что стало с его честью и достоинством?

Не всякий генерал мог попасть на прием к Некрасову. Не всякий богатей осмеливался предстать перед бедняком-семинаристом Добролюбовым. И казахские интеллигенты знали себе цену. А ныне наш писатель за честь себе считает, если его примет какой-нибудь несчастный акимчик. Ну, а те литераторы, которых принимает сам Президент считают, что макушкой уперлись в небо. Такая вот метаморфоза…

***

Неужто нет позитива? Есть!

Пишутся и печатаются книги, регулярно выходят литературные журналы и альманахи, изданы сто книг для библиотеки \»Отрар\», в Астане открыли новое издательство переводной литературы, масштабно проводятся юбилеи писателей, десятки представителей творческой интеллигенции получают президентские и государственные стипендии, что-то делается в СП К, что-то происходит в Казахском ПЕН-клубе и т.д. Умолчать об этом, не видеть все это — грешно. Воспитанный в мусульманском духе человек должен говорить \»Тауба\».

Увы, не находится литератора, который обобщил, осмыслил, проанализировал, достойно представил тот позитив, присутствующий в литературном хозяйстве. Как говорят казахи, не стоит обтирать рот сухой травой, то есть, не след прибедняться.

***

Заметим: в личном плане у автора этих беглых строк нет никаких обид или жалоб. Все ОК. Пишу. Перевожу. Издаюсь. Ко мне внимательны и уважительны.

Но речь ведь не обо мне.

Новости партнеров

Загрузка...