Джинн выпущен из бутылки

“Власть, фактически расколовшаяся на два лагеря, сейчас слаба так же, как это было в 1989 году. Но тогда этот фактор вел в конечном итоге к распаду советской державы и обретению Казахстаном государственной независимости. А к чему же он может вести теперь?!”

Говорят, спецслужбы великих держав зачастую бывают гораздо лучше информированы о действительном положении дел в малых государствах, чем их президенты и правительства. Люди, находившиеся в Афганистане в конце 70-х в качестве представителей советских спецслужб, рассказывают про такой случай. Резидент Ю.В.Андропова, то есть КГБ СССР, в этой стране генерал Иванов накануне переворота, приведшего в конце концов к вводу советских войск туда, добивается аудиенции у тогдашнего ее руководителя Нур-Мухаммеда Тараки и делится с ним данными резидентуры. Афганский глава был очень удивлен не столько тем, какие вещи творятся у него под носом без его ведома, сколько тем, что все это не составляло никакого секрета для советской разведки. К несчастью для себя, он слишком поздно узнал многое из того, что должен был знать заблаговременно. И поэтому не успел подготовить и осуществить превентивные меры против козней узурпатора Амина, задумавшего сместить его. Потом советские спецслужбы убрали самого Амина, пытавшегося, как теперь говорят, вести двойную игру с Москвой и Вашинтоном, и привели к власти Бабрака Кармаля. Последнего в 1986 году сменил Наджибулла, а его ровно 10 лет назад свергли моджахеды, а спустя 4 года убили уже талибы… Нам тут, в Казахстане, нелишне, наверное, будет вспомнить об этой истории в дни, когда в Москве афганские эмигранты отмечают апрельскую революцию Нур-Мухаммеда Тараки и его соратников, а в Кабуле войска временного правительства Афганистана проводят военный парад по случаю 10-летия свержения просоветского режима Наджибуллы. А мораль ее такова: когда власть перестает отслеживать судьбоносные для общества события и реагировать на них должным образом, очень скоро в стране могут настать смутные времена, а то и того хуже – безвременье. Как сейчас в Афганистане…

Казахстан нынешний во многом схож с прежним Афганистаном. Центробежная тенденция в общественно-государственной жизни медленно, но верно берет верх над центростремительной тягой. Этому в первую голову способствует то, что страна все больше и больше втягивается в роль яблока раздора, оказавшись в фокусе интересов ведущих мировых сил. Мы тут уже не говорим о США и Китае, намерения которых в отношении Казахстана полярны и которые уже никогда не придут к консенсусу в вопросе, связанном с ним, а также о России. Свою лепту в осложнение положения нашей страны в указанном выше качестве вносят еще арабский мир, Турция, Иран и даже закавказские республики.

Есть и внутренние причины, способствующие раскрутке центробежных тенденций. Они, быть может, куда опасней внешних факторов. Потому что у них глубокие исторические корни. Закономерности проявления внутренних факторов, дестабилизирующих общественное согласие, не изучены. Вследствие этого не отработано на практике регулирование порождаемых ими конфликтных ситуаций. Власти, как в центре, так и на местах, при возникновении таких ситуации чаще всего начинают вести страусиную политику. То есть делают вид, что ничего не видят и не замечают. Другими словами, полагаются на то, что конфликт рассосется сам по себе. Или же, реже, начинают одаривать чем-либо тех, кто вызвал его своим во всеуслышание заявленным недовольством.

До поры, до времени доморощенные факторы, подпитывающие центробежные тенденции, не имели далеко идущих последствий в силу того, что рудименты перестраховочных установок, свойственные казахским общественно активным слоям с советских времен, не позволяли стоящим за конфликтными ситуациями группировкам и отдельным людям заходить слишком далеко. Поэтому центробежные тенденции сохраняли силу и потенциал, но оставались подконтрольными. Однако все когда-нибудь да кончается. Рыночные реформы сформировали в казахском обществе такие группы людей, которые готовы пойти далеко в силу своих безмерно увеличившихся материальных возможностей или, наоборот, из-за безысходности и беспросветности своей жизни.

Первая группа уже сейчас начинает во все большей мере проявлять себя. А вторая группа, кажется, только свыкается с мыслью о том, что в дальнейшем можно будет проявить себя, так сказать, нештатно. Внутренние причины нынешнего кризиса власти прежде всего связаны с изменившейся психологической установкой в среде “новых казахов”. То есть речь идет, конечно же, о первой из названных выше групп. Недавно премьер-министр И.Тасмагамбетов, выступая в Парламенте перед народными избранниками, говорил о неблагодарности, которую проявил ряд прежних государственных деятелей по отношению к руководству государства. По сути дела, это ни что иное, как официальное признание появления в казахском обществе такого нового явления, как отказ руководствоваться перестраховочными установками в конфликтных ситуациях. Вскоре оно может получить повсеместное распространение. А это, в свою очередь, будет всемерно благоприятствовать раскрытию потенциала внутренних причин центробежных тенденций.

Впрочем, такое дело уже имеет место. На съезде Союза писателей Казахстана, состоявшемся 27 апреля с.г., произошел случай, который как нельзя лучше свидетельствует в пользу такого вывода. Контингент писателей родом из Западного Казахстана, проживающих ныне в Алматы, принял решение бойкотировать работу этого форума и привел его в исполнение. На съезде кворум представительства этого региона был худо-бедно обеспечен за счет приехавших с мест молодых писателей. Но наиболее авторитетная и многочисленная часть писателей из так называемого Младшего жуза манкировала этим мероприятием. И теперь статус как самого Союза писателей РК, так и его вновь избранного руководителя, Нурлана Оразалина, поставлен под сомнение. И вот почему.

Организация писателей – это вам не сообщество журналистов, где полный интернационал. Подавляющее большинство членов СП РК – представители коренного населения. Изначально он формировался таким образом. В годы независимости он и вовсе стал преимущественно казахской организацией с редкими вкраплениями литераторов-неказахов. А любой орган, состоящий главным образом из казахов, непременно строится с учетом триединости казахского народа. То есть – фактически на конфедеративной основе. Это не указывается ни в одном документе, тем не менее оно является самым ключевым моментом в деятельности такого органа. В СП Казахстана так было и в советское время. Тогда тоже не обходилось без конфликтных ситуаций, но пойти на бойкот съезда никто бы не решился. Конфликт решался через жалобу в курирующий и контролирующий орган (тогда таковым являлся Центральный комитет компартии Казахстана) и ее разбор там с целью нахождения консенсусного решения. Бойкот был бы оценен как неслыханный скандал, и он мог стоить головы очень многим. Поэтому даже сейчас представить себе трудно, что в те годы дело могло дойти до него.

Впрочем, однажды схожий случай был. Но тогда вся большая советская страна, взбаламученная уже порядком перестройкой и гласностью, находилась в разброде. О том, чтобы наказывать кого-то (а “инженеров человеческих душ” — тем более) за нарушение устава в таких условиях, не могло быть и речи… Шел 1989 год. Группа писателей во главе с популярнейшей тогда поэтессой Ф.Унгарсыновой (ныне она депутат Мажилиса), состоявщая главным образом из младшежузовцев и включавшая, помимо них, Д.Исабекова и Н.Ровенского (не попадающих под такое определение), объявила о том, что они откалываются от Союза писателей по причине неразрешимых разногласий с его руководством и создают свою отдельную организацию. Хотя во дворе стояла гласность, событие властями по формировавшейся десятилетиями советской привычке было воспринято как неслыханное ЧП. К тому же как раз в то время покинул руководящие посты целый ряд высокопоставленных деятелей родом из Западного Казахстана… ЦК кинулся регулировать конфликт. Где уговорами, где посулами, где откровенными задабриваниями конфликт удалось загасить в зародыше. Для иллюстрации применявшихся тогда методов приведем такой пример. Вышеназванный Д.Исабеков, прослывший как мастер казахской аульной прозы, стал после этого руководителем главной редакции по изданию трудов классиков марксизма-ленизма(!!!).

Все-таки тогда был не съездный, а возникший рабочим порядком конфликт. И его удалось разрешить. Потому что без писателей одного из трех жузов статус Союз писателей в неформальном порядке представляется неполноценным. Этого тогда не допустили. Сейчас же, похоже, некому оказалось регулировать конфликт. Тут уже не важно, из-за чего он возник. Большее значения следует придать тому, что он означает дальнейшее высвобождение энергии внутренних причин, способствующих разгону центробежных тенденций.

Другими словами, пример упорствования и настаивания на своем до отказа, поданный представителями высших слоев общества, подхвачен внизу писателями и творчески развит ими до следующего этапа. Так что следующий конфликт этого ряда оказался конфликтом межжузовского характера. Круги пришедших в движение центробежных тенденции расширяются. Этому способствует ситуация. Власть, фактически расколовшаяся на два лагеря, сейчас слаба так же, как это было в 1989 году. Но тогда этот фактор вел в конечном итоге к распаду советской державы и обретению Казахстаном государственной независимости. А к чему же он может вести теперь?! Вот он, вопрос из вопросов нашего времени…

Новости партнеров

Загрузка...