В пучинах казахского трайбализма может исчезнуть само государство

“…довелось прочитать мысль о создании в Казахстане общественного органа наподобие афганской Лойи-Джирги (Совет старейшин, Совет племен). Похоже пришло самое время. Надо уравнивать шансы. Иначе Старший жуз вытеснит уже из Казахстана “четвертый жуз”. Тогда Казахстан точно распрощается со своей унитарной государственностью…”

Когда в феодальном Казахстане строили социализм, в котором была пресловутая уравниловка, но в конечном итоге давались равные возможности и определенный минимум социальной защиты, страна пережила просто жуткие катаклизмы. Жертвы на алтарь коммунизма были принесены чудовищные. Но вместе с тем республика, коренная нация развивались по-восходящей. Сегодня создается впечатление, что страна движется по-нисходящей. Ибо есть у Казахстана одна специфика, которая гораздо меньше, чем какая-либо другая, сопрягается с самой идеей демократии, формированием гражданского общества. А без этих институтов построить государство, которое мультинационально по своему составу, практически невозможно…

Давно стала секретом полишинеля та данность, что пережитки родоплеменного строя и феодализма где непосредственно, где косвенно влияют на все стороны жизнедеятельности как казахстанского общества, так и отдельного взятого человека. Учитывая, что Казахстан получил суверенитет и теперь вынужден развиваться самостоятельно, а титульной нацией объективно, а не только по названию становится казахский народ, автоматически получается, что такие общественные отношения пронизали буквально все. Но парадокс состоит в том, что между сторонниками традиционных отношений и сторонниками демократических преобразований нет даже намека на выяснение отношений. И все потому, что официально считается, что Казахстан строит демократию. А трайбализм — это пережиток темного прошлого, и нечего на этом зацикливаться. Но, как говорилось выше, на самом деле ситуация выглядит и развивается совершенно в обратном направлении. Под сенью демократических лозунгов общество стремительно возвращается в 18 век, как минимум.

В России издавна ведут свой спор “почвенники” и “западники”. И с той и с другой стороны были заняты великие умы, чьи идеологические трактаты и споры по сию пору будоражат российскую общественную мысль. И немудрено, поскольку магистральная линия этих интеллектуальных разработок, прежде всего, относится к попыткам решения глобальных вопросов развития российской государственности: что лучше для России, классическое западно-европейское развитие или Россия имеет свой, собственный путь? Иными словами, в той же России не менее полтораста лет открыто обсуждаются такого рода проблемы.

Иное дело Казахстан. Понятно, в силу сложившихся исторических обстоятельств, разной скорости общественно-политического развития в Казахстане трудно ожидать таких, по сути, мировоззренческих поисков своего пути. Но когда-то это надо начинать, иначе расхождение между декларациями и тем, что происходит на самом деле, выйдет боком, вплоть до потери государственной целостности. У нас же пока в этом смысле лишь тишь да гладь.

Конечно, сказать, что эта проблема замалчивается вроде нельзя. В печати проскальзывают высказывания на эту тему и даже отдельные материалы, но вопрос ребром, что называется, никто не ставит. Все без умолку трещат о новейших демократических технологиях, о падении темпов демократических преобразований и т.п. вещах, но ни слова о том, какова настоящая подоплека нашей казахстанской демократии. Допустим, маститый социолог Сабит Жусупов утверждает, что казахский трайбализм — это миф. Вместе с тем, он признает, точнее, как ученый точно фиксирует, что общество дисперсно, а посему слабоорганизовано. Но трайбализм и порождает эту самую дисперсность, когда проводить какую-нибудь общегосударственную политику сложно из-за замкнутости человека, повязанного обязательствами трайбалистического либо жузовского характера.

Казахстан отмерил всего 10 лет своей независимости, и государственное строительство у нас, образно выражаясь, прошло лишь нулевой цикл, когда только залит фундамент. Само здание государственности пока еще в строительных лесах, но видится оно всем нам, в том числе и теоретически, достаточно смутно, потому что декларируется построение демократического государства, основой которого должно стать гражданское общество, а на деле процветает самый дикий трайбализм, усиленный еще и древним разделением на жузы, коих, как известно всем, в Казахстане насчитывается три. И эта компонента в современном Казахстане является самой деструктивной. Странность этой констатации заключается в том, что эта ступень, т.е. жуз, гораздо выше, чем просто какой-нибудь банальный трайбализм. Жузовская система, несмотря на всю архаичность, в идеальном плане предполагает куда более справедливый и, что немаловажно, системный подход в перераспределении управленческих кадров с учетом образования единого казахского государства (для понимания проблемы поставим вопрос именно так – казахского государства — Ред.), предполагающий некий жузовский паритет. Однако, как выше уже было подчеркнуто, система эта действует сегодня крайне деструктивно. По той лишь причине, что нарушен баланс представительства от всех трех жузов в высших эшелонах власти.

У каждого рода, племени и жуза есть своя элита. Так было 150, 250 лет тому назад. В известном смысле так остается и поныне. Но сегодня Казахстан является единым государством, к тому же унитарным, которое подразумевает единую государственную элиту. Таковой вроде нет, хотя были и есть лидеры, которых, в той или иной степени, воспринимают все, в том числе и русское население, — своеобразный “четвертый жуз” (терминология С.Куттыкадама). Кстати, четвертый жуз тоже имеет свою элиту. Но поскольку структура русскоязычного, а точнее, европейского общества, гораздо многослойнее — так, по крайней мере, было (!) до последнего времени — традиционного (а сегодня все казахи традиционалисты!) казахскоязычного, то и формирование элиты у нее происходило несколько иным образом… Но предмет нашего разговора в другом: почему все-таки нельзя маркировать существующую элиту, находящуюся сегодня у власти, как единую, государственную?! Ответ лежит на поверхности. По сути дела, вот уже на протяжении 10 лет государственная власть ассоциируется, прежде всего, с правлением элиты Старшего (или Большого) жуза. А глава государства, выходец из этого самого жуза, может, как один французский король, заявить: “Государство – это Я”. Т.е. даже с казахской точки зрения власть в стране узурпирована.

В данном случае необходимо, наверное, обозначить, что, когда мы говорим “даже с казахской точки зрения”, мы имеем в виду отнюдь не средневековый, а, прежде всего, советский опыт. Как и в любой союзной республике, в Казахстане тоже сложилась своя специфика, и старые родовые деления также имели место. Допустим, советская практика тоже наглядно демонстрировала преимущество Старшего жуза в правящей верхушке. И тем не менее — тогда все-таки существовал некий баланс. Если взглянуть на другие сферы, а не только на партийно-номенклатурные, и там тоже был баланс. Скажем, в Актюбинск на ректорство посылался найман, а на Восток — выходец из Западного Казахстана. Национальная элита в условиях культурной автономии, несмотря на постоянную и непрекращающуюся борьбу, все-таки саморегулировалась, а в данном отношении, наверняка, и Москва, и, в конечном счете, Алма-Ата старалась не допустить перехлестов.

Инерция такого более или менее справедливого перераспределения существовала и в первые годы суверенитета, когда, например, резко возросла роль парламента. Его возглавлял всегда критично относившийся к главе государства С.Абдильдин. Вице-премьером, министром, руководителем крупной области был Б.Турсумбаев, который, несмотря на то, что вообще являлся россиянином по рождению и первоначальную социализацию прошел там же, в Российской Федерации, оказавшись в Казахстане, всегда вел себя независимо. Бывший глава администрации одной из западноказахстанских областей, потом активный член абдильдинского парламента Г.Алдамжаров тоже демонстрировал деловой и критичный подход. Сегодня, по-большому счету, все трое и многие другие оказались не у дел.

Нынешний парламент, в котором С.Абдильдин возглавляет фракцию коммунистов, и на толику не сравним с Верховным Советом начала девяностых. Быть оппозиционером в Гайд-парке, в который превратился казахстанский парламент, это иногда очень шумно, но нерезультативно в корне.

Б.Турсумбаева время от времени заманивают посулами, предлагают должности, но на самом деле и близко не хотят видеть этого авторитетного и независимого политика в высших слоях власти.

Г.Алдамжарова попросту сломали, и теперь он прозябает в недрах президентской администрации…

Чем еще схожи эти трое, которых мы выбрали в качестве некоего архетипа неугодных? Прежде всего, тем, что все трое не являются, грубо говоря, южанами, а если говорить по существу, то все трое не являются представителями Старшего жуза. А из троих и С.Абдильдин, и Б.Турсумбаев принадлежат к родам Среднего жуза. Российское происхождение Б.Турсумбаева никого не должно вводить в заблуждение. Поскольку Омская область, и, вообще, все российские области, прилегающие к территории Казахстана, это места исконного расселения казахов. Различие лишь в том, что, начиная с Оренбургской области (если двигаться с востока на запад), тамошние казахи по родовой принадлежности относятся уже не к Среднему, а к Младшему жузу, как, например, Г.Алдамжаров, уроженец Астраханской области…

На примере вышеописанной и примечательной троицы можно делать и другой вывод. Наиболее строптивыми, относительно правящего режима, являются почему-то выходцы из Среднего жуза. И, заметим, наиболее значимые фигуры. Их-то в массовом порядке и выдавливают из всех структур, вплоть до судебного преследования и взятия под стражу. Пожалуйста: Акежан Кажегельдин, Галымжан Жакиянов. Разумеется, страдают все строптивые, как, например, тот же самый Мухтар Аблязов. И не всем выходцам не из Старшего жуза закрыта дорога. Преданным дорога открыта: Абиш Кекильбаев, Имангали Тасмагамбетов, Аслан Мусин, Оралбай Абдукаримов, Каирбек Сулейменов, Зейнулла Какимжанов…

Подустали показывать свою преданность, показали свои амбиции – в этом случае могут пострадать и родные верховной власти “великожузовцы”: сослан в почетную ссылку Алтынбек Сарсенбаев, вне коридоров власти находится Ураз Джандосов, выгнан Аблай Мырзахметов… Но исключения лишь подтверждают правило.

Старший (Большой), или как его еще величают Великий (по-казахски Улы) жуз, захватив власть, демонстрирует прямо-таки экспансионистские устремления везде, где только можно. Элита “великожузовцев” контролирует все значимые высоты. Нефтяная отрасль под Т.Кулибаевым, парламент под Ж.Туякбаем, Центризбирком под З.Балиевой, масса министерств и ведомств, областных и городских акиматов под дланью южан. Алматы, а теперь и Астана, тонко ведет игру в проблемных (например, Младший жуз) регионах. Туда даже если сажают местных, при этом постоянно их дискредитируют (Аслан Мусин). Про северные области такого сказать нельзя. Потому что там давно сидели и сидят, как в своей вотчине, те же южане. Например, такой стратегической областью, как Костанайская, “успешно” руководит Умирбек Шукеев…

Сегодняшние кризисы, глухой ропот недовольства на местах во многом вызван кадровым засильем выходцев с Юга. Представители Среднего жуза проявили себя наиболее приспособленными к бизнесу в том понимании, которое наиболее близко неказахскому человеку. Может, это не классическое ведение дел по-западному, но более сопоставимое с тем же российским бизнесом. Есть масса бизнесменов, настоящий средний класс, состоящий из казахов, русских, сильно отличающийся от “новых казахов”, в основном являющихся выходцами с юга. У предпринимателей из Среднего жуза нет таких денег, они не брали многомиллионные кредиты, но они раскрутились и находятся где-то посередине между разбогатевшим лавочником и бизнесменом уровня Бути. Тот хотя и не южанин, но свой бизнес и состояние приобрел по “южным” лекалам. Бизнес “по-шымкентски”, и даже “по-алматински”, имеет совсем другую природу, здесь более всего задействован административный ресурс. И когда чиновники с южным складом ментальности и инстинктов заполоняют Центральный, Северный и Восточный Казахстан, где все-таки преобладает “русское” мышление, начинается разрушение. Коррупция идет с юга. Она заразила все стороны казахстанского света. Вот еще одна сторона медали создавшейся диспропорции.

В одной из газет довелось прочитать мысль о создании в Казахстане общественного органа наподобие афганской Лойи-Джирги (Совет старейшин, Совет племен). Похоже, пришло самое время. Надо уравнивать шансы. Иначе Старший жуз вытеснит уже из Казахстана “четвертый жуз”. Тогда Казахстан точно распрощается со своей унитарной государственностью…

Новости партнеров

Загрузка...