Аблязова заказывали?

“Это давняя мечта РАО ЕЭС, кредитора казахстанской энергетики, заполучить задарма ГРЭС-2. … Этот лакомый кусочек за бесценок… стремился купить Чубайс. И очень даже немало чиновников во власти хотели бы угодить российскому магнату, разумеется, не только за “спасибо”. В отчаянную борьбу за национальную собственность вступил министр энергетики Мухтар Аблязов. Не зря после ареста Мухтара Чубайс раздавал интервью с отрицательным уклоном в адрес казахского министра. Возможно, не зря еще в 99-м году появилось первое уголовное дело против Аблязова”

Процесс в ВС над Мухтаром Аблязовым изо дня в день по фрагментам выстраивается в определенную картину. Торжественность процесса в виде “прошу встать – суд идет” и подписки свидетелей давать правдивые показания успокаивает гарантиями справедливости данного действия. Но вскоре начинается острая борьба между непримиримыми ветвями правосудия: обвинения и защиты.

Обе стороны максимально стремятся убедить суд в правоте своей позиции: было – не было, да – нет, правда – неправда… И от каждого отвоеванного “да” или “нет” подспудно складывается завтрашнее решение – приговор. Сторонним глазом наблюдателя процесса над Мухтаром Аблязовым пока видится следующая картина.

Но прежде надо сказать, что у данного “дела” есть нигде не описанная в материалах следствия история. История, как М.Аблязов и другие бизнесмены, члены правительства, депутаты и молодой аким области в прошлом году выступили против зятя Назарбаева Р.Алиева, первого зампреда КНБ. Было знаменитое открытое письмо президенту страны, в котором подписанты требовали от него сменить “закон силы на силу закона”, имея в виду злоупотребления служебным положением “генерала Алиева”. Президент вынужден был отправить зятя в отставку, но в ответ последовали отставки всех чиновников, которые поддержали борьбу с президентским зятем. Отставку потребовал премьер-министр Токаев.

Противостояние в правительстве с премьером Токаевым оформилось в политическое движение “Демократический выбор Казахстана”. Лидером этого движения стали Мухтар Аблязов и Галымжан Жакиянов. Вскоре на них были заведены уголовные дела по обвинению в злоупотреблениях на должностях министра (Аблязов) и акима области (Жакиянов).

Еще раньше Рахат Алиев пытался возбудить против Мухтара Аблязова уголовное дело по тем же мотивам, но ничего не доказав, вынужден был его закрыть.

…Через три года это дело вновь возобновляет уже генпрокуратура с довеском – использование служебного сотового телефона с определенным ущербом бюджету.

Завершился восьмой день судебного заседания над М.Аблязовым в Верховном суде. И что же видится из того, что было на процессе?

В 1998 году после перехода М.Аблязова с должности президента национальной компании KEGOK на должность министра энергетики, индустрии и торговли назначенный на его место господин Фельд вдруг пишет “крепкое” письмо премьер-министру Балгимбаеву, что дескать в KEGOKе творились сплошные безобразия. По письму Фельда против Аблязова возбуждается уголовное дело, истинным инициатором которого был Р.Алиев, он же и взял его под контроль, как шеф КНБ.

Вызванный на процесс свидетель Фельд, на радость прокурорам рассказывал какие, оказывается, проблемы создавались в KEGOKе из-за “Кустанайасбеста”, частного предприятия, в котором, по мнению обвинения, скрыто сидел учредителем М.Аблязов (по данным подозрениям у обвинения не оказалось никаких документальных подтверждений). Это, собственно, и является фундаментом обвинения: Аблязов крышевал “Кустанайасбест” в ущерб государству. Но как этот “ущерб” наносился и в чем конкретно выражался – это пока неясно.

Поэтому обвинение возлагало большие надежды на свидетельские показания. Например, на показания бывших президентов KEGOKа – Фельда и Наурызбаева. Прокуроры давили на то, что “Кустанайасбест” получал льготный режим поставки электроэнергии, был самым большим должником, расплачивался не деньгами, а товаром – значит, частное предприятие пользовалось электроэнергией за счет государства.

Защита вместе с подсудимым от документа к документу, от цифры к цифре, от факта к факту раскрыло всю картину сложнейших схем по поставкам и расчетам за энергию десятков предприятий Казахстана, которые также были крупными и очень крупными должниками государства, тоже расплачивались частенько взаимозачетами и их тоже нельзя было отключать от сети, потому что вместе с ними питались близлежащие города и поселки.

По такой же схеме, как с “Кустанайасбестом”, аккумулировались долги всех клиентов “ГРЭС-2”. Например, предприятий так называемой “группы Машкевича” (ССГПО, Аксуйский ФЗ), ДГП “ТЭК” (“Казахстан Темир жолы”), “Экибастузэнергосервиз” и др. Суммарная задолженность 50 предприятий за электроэнергию перед государством составила 2 млрд. тенге. Из них чуть более 300 млн. – долг “Кустанайасбеста”, который начал выплачивать долги продажей своего товара до… наезда налоговых и прочих органов. Остановка предприятия сопровождалась арестами его руководителей.

Обвинение пыталось выдвинуть в качестве доказательства такие аргументы, как “слова”.

— Говорил ли вам Аблязов, будучи министром, о содействии по долгам “Кустанайасбесту”?

Простите, но мало ли кто кому что может сказать? Знаете ли, бабка тоже надвое говорила. Другое дело, если бы вопрос ставился: “Издавал ли министр Аблязов приказы о предоставлении льгот “Кустанайасбесту”?” (не платить налоги, снизить расценки, отсрочить платежи и т.д.). Ясно, что не издавал. Именно поэтому свидетельские показания по логике вещей свелись к опровержению аргументов обвинения, что Аблязов давал незаконные указания по “Кустайнайасбесту” и соглашениям об уступке долгов на ГРЭС-2. Так встает вопрос: где тот самый “ущерб”, из чего он нарисовался в документах следствия?

…Оказывается – из заключения экспертной группы центра судебной экспертизы Минюста. По заказу следствия данный центр изучал документы финансовых отношений между государственным поставщикам электроэнергии ГРЭС-2 и участниками шестистороннего соглашения, предприятиями-потребителями и узбекским “Савдоэнерго”.

Все заключения экспертов сводились к безапелляционному выводу – необоснованное соглашение (кстати, к которому министр Аблязов не имел никакого отношения). Этакая “необоснованность”, по логике следствия и обвинения, должна была раскрыть тот самый “ущерб”, который “Кустанайасбест” дескать нанес государству “улучшением своего состояния”. Но в процессе очень подробного диалога экспертов и защиты вдруг вся стройность Заключения стала на глазах рассыпаться. Выяснилось, что экспертиза строилась лишь на документах, представленных следствием. Поэтому на множество важных, в части сравнения с другими предприятиями, вопросов не было ответов. Три эксперта давали практически разные комментарии по итогам своего коллективного творчества: разнились цифры задолженностей в 70 и более млн. тенге, по времени анализов провалы составляли по несколько лет, в ходе экспертизы тома “дела” таяли от 26 до 12 и т.д. Наконец, под мощным напором вопросов адвокатов и самого Аблязова эксперты сдались: анализировались только те документы, которые представляло следствие (преимущественно по деятельности “Кустанайасбеста”), а требовать другие документы у них не было, оказывается, права (?!), и вообще – они анализировали только то, что им определило следствие (“улучшение состояния “Кустанайасбеста”). Правда, дамы (эксперты) пытались объяснить заумно, что они проводили только документальную проверку, а не бухгалтерскую и не юридическую (?!).

Тонущих экспертерш пытался спасти прокурор Роот: “Значит, все, что вам было необходимо по четырем соглашениям, вы получали? Этого было достаточно?” На что последовал честный ответ: “Для таких выводов — достаточно”.

Вот и мне думается – достаточно! Достаточно сомнений в части обвинительного заключения против Мухтара, типа “для реализации своих преступных намерений Аблязов М. назначил… использовал… содействовал…”. Вникая в существо “дела”, начинаешь понимать еще один мотив (кроме фактора Алиева и политических убеждений Мухтара), который стал для него роковым. Это давняя мечта РАО ЕЭС, кредитора казахстанской энергетики, заполучить задарма ГРЭС-2. В 1998 г., когда приемник Аблязова по KEGOKу Фельд написал “телегу” на министра энергетики (Аблязова), ГРЭС-2 производила свою продукцию на 5 млрд. тенге. Этот лакомый кусочек за бесценок, кажется, за 7 млн. долларов, стремился купить Чубайс. И очень даже немало чиновников во власти хотели бы угодить российскому магнату, разумеется, не только за “спасибо”. В отчаянную борьбу за национальную собственность вступил министр энергетики Мухтар Аблязов. Не зря после ареста Мухтара Чубайс раздавал интервью с отрицательным уклоном в адрес казахского министра. Возможно, не зря еще в 99-м году появилось первое уголовное дело против Аблязова.

Процесс близится к финалу, основная фактажная часть – свидетели, эксперты – уже позади. Вся доказательная база обвинения почти исчерпана. Общее впечатление от процесса – восхищение и возмущение. Восхищает блестящая команда адвокатов М.Аблязова, которая работает по-кутузовски, как в лучших битвах великого полководца. Сам Мухтар культурой интеллекта и аристократизмом духа моментами, вдруг кажется мне Чоканом или Ильясом, или Сакеном…

Возмущает – схожесть времен: 1937 и 2002.

Новости партнеров

Загрузка...