Ответное слово Галымжана Жакиянова

В понедельник, 15 июля, в Павлодаре начался процесс над председателем политсовета объединения “Демократический выбор Казахстана” Галымжаном Жакияновым.

Лидер “Демвыбора” выступил с заявлением, полный текст которого приводится ниже.

Уважаемый суд! Уважаемые сограждане!

Сегодня мне предстоит держать своеобразный отчет перед вами, а в вашем лице перед широкой общественностью и народом, перед населением области, которой я руководил в течение четырех лет. Тем более я был лишен возможности отчитаться и по-человечески попрощаться с павлодарцами в ноябре прошлого года, когда власть коварным образом, по прямому указу Президента Назарбаева сместила меня и моих соратников с занимаемых должностей. С тех пор начались все эти чудовищные гонения, преследования, фабрикации уголовных дел.

И все это произошло только потому, что мы осмелились сказать правду, обратить внимание верховной власти в лице господина Назарбаева на безобразия, творимые его окружением и семейством, на реальные проблемы в жизни народа, попрание прав и свобод наших граждан.

Некоторые могут возразить, что сказанное мной не относится к содержанию сегодняшнего процесса. Смею утверждать, что сегодняшний процесс по сути является политическим, хотя и выбрана для него некая уголовная форма. Чтобы убедиться в этом достаточно взглянут на зал. Здесь общественность, правозащитники, представители международных организаций, ОБСЕ, посольства США, европейских стран, средства массовой информации и, конечно же, наши соратники по движению “Демократический выбор Казахстана”. Надо полагать, не из праздного интереса и любопытства к уголовному делу о 2 млн. тенге они приехали в Павлодар. По большому счету широкая общественность внимательно следит за этим судом, равно как и за процессом над Мухтаром Аблязовым, чтобы убедиться, насколько соответствует действительности громогласно заявляемые г-ном Назарбаевым курс на демократию и соблюдение прав человека в Казахстане. Поэтому мы все сегодня проходим экзамен на гражданскую состоятельность.

Серьезное и ответственное испытание. Надеюсь, мы его пройдем с честью перед лицом своего народа, перед лицом своих детей, перед своей совестью.

Лично я готов, как сказал, к отчету за свою работу на посту акима Павлодарской области. Сразу хочу заявить, что, как руководитель области, в своей деятельности я исходил исключительно из интересов области, из интересов государства. Я руководствовался Конституцией и законами Республики Казахстан. Того же требовал и от своих подчиненных. Все действия были прозрачными. Решения же, а их подписано мной за эти 4 года более полутора тысяч, принимались только после серьезного обоснования и правовой экспертизы, при наличии всех регламентированных виз соответствующих должностных лиц и специалистов. И самое главное все решения, за редким исключением, обсуждались и подписывались публично.

Любой человек, кому доводилось участвовать в этом, я думаю, подтвердит сказанное мной. В частности, проект решения N150, о котором идет речь в обвинении, я не стал подписывать сразу после его внесения на подпись, а выехал в поселок Торт-Кудук, встретился с коллективом, с жителями, узнал их мнения, своими глазами увидел позитивные изменения, что на заброшенном руднике с приходом управляющей фирмы, убедился в том, что наконец то богом забытый поселочек начал выживать, люди получили работу, а в глазах их я заметил искорку надежды на улучшение своей жизни. Только после того, как я получил утвердительный ответ от них и присутствующих должностных лиц я подписал решение о продаже государственного пакета акций. Это событие освещалось в прессе, к примеру, газета “Звезда Прииртышья” в номере от 10 июня 1999 года дала подробный репортаж об этом.

А теперь сравните — как принимало решение правительство, когда речь шла не о миллионе, а о миллиардах, и не тенге, а долларов. Как поступил Президент Назарбаев, когда принял решение о переводе одного млрд. долларов от приватизации на счета в Швейцарских банках?

Поэтому я решительно отвергаю не только обвинения в свой адрес, но и намеки на личную выгоду, прозвучавшие из уст министра внутренних дел Сулейменова по республиканскому телевидению. Это он, превышая свои полномочия, желая, очевидно, выслужиться перед Назарбаевым, выкинув из своей полицейской головы всякие понятия о законе, о презумпции невинности, министр объявил на всю страну меня преступником задолго до суда и даже до начала предварительного следствия. Тем самым он положил начало вопиющему беспределу со стороны его подчиненных во время следствия, когда были нарушены законы и мои гражданские права. Практически ни одно существенное ходатайство защиты не было удовлетворенно. В том числе и ходатайство о допуске врача и российских адвокатов, которым я доверял.

Не было ни какого объективного расследования обстоятельств дела, даже стремления к этому. Это становится понятным даже неспециалистам, если ознакомиться с материалами дела и сравнить с текстом обвинительного заключения. Предвзятость, тенденциозность, грубая компиляция, явное давление на свидетелей и экспертов, вот что сразу же бросается в глаза.

Чтобы не быть голословным приведу лишь один пример из материалов дела. Следователь Кусаинов, (который начинал следствие майором, а буквально перед первой встречей со мной был поощрен званием подполковника), направляет запрос начальнику Алматинского ГУВД о наличии компрометирующих материалов на меня. Спрашивается, зачем офицеру полиции начинать следствие со сбора компромата на обвиняемого?

Об этом я вынужден говорить, чтобы показать обстоятельства при расследовании дела и его истинную подоплеку.

Тем не менее, я и моя защита готовы предоставить более чем убедительные доказательства несостоятельности предъявленных обвинений ни по их форме, ни по содержанию. Тем более, сейчас, по прошествии времени, есть возможность оценить действия нашей команды, как с точки зрения законности, так и с точки зрения обоснованности и практической целесообразности принимаемых мер.

Возьмем тот же упомянутый “Торт-Кудук”. Обстоятельства в 1997 году складывались так, что иностранный инвестор, пришедший на головное предприятие “Майкайн золото” отказался от его нерентабельности участка “Торт-Кудук” и сотня людей, для которых градообразующим и единственным источником существования являлся этот участок оказались на грани выживания. По конкурсу, по объявлению в газете в регион пришла алматинская фирма “Ремас”, взявшая на себя не легкую ношу по восстановлению бесперспективного даже еще по советским меркам производства на отработанных хвостах полуразрушенной фабрики. Кроме того, на фирму легли обязательства по выплате зарплаты людям, их социальные проблемы и содержание поселка. Хочу заметить, что фирму “Ремас” определили как инвестора и заключили с ней контракт на доверительное управление еще до моего прихода в область.

В результате упорного совместного труда управляющей фирмы и коллектива, преодолевая все трудности, вопреки бюрократической волоките, безнадежное предприятие сумело начать производство продукции. Тогда встал вопрос о гарантиях, о стабильности положения отечественного инвестора, поскольку они инвестировали порядка 40 млн. тенге, внедрили свое “ноу-хау” и многое, что не было защищено правом собственности. Управление — это то же, что и аренда — всегда есть риск потерять объект вложения инвестиций. Господин Абдуев, как Президент компании, обратился в терком госимущества с целью выкупа государственного пакета акций. Тогда еще госпакет находился в республиканской собственности.

Аналогичная ситуация сложилась и по Песчанскому РМЗ. Вообще, тот, кто знает положение дел с сельскими ремзаводами, может подтвердить, что сегодня, к сожалению, большая редкость, когда удалось сохранить подобные объекты от разрушения и растаскивания по кусочкам. Именно такая участь банкрота ожидала Песчанский РМЗ, когда, после безуспешной попытки в течение 1995-97 годов продать на торгах госпакет акций предприятия, его цена упала с 12 млн.тенге до 500 тысяч (шесть раз проводились торги и давались объявления в газетах — никто не купил!). И вот нашелся человек, в лице руководителя завода г-на Алекпарова Юсупа Валиевича, которому доверился коллектив и который взвалил на себя все обязательства по предприятию и, соответственно, по социальным проблемам населения поселка. Контракт на управление с ними также был заключен до моего прихода. И он также вместе с коллективом, доказав свою состоятельность, показав хорошие результаты на деле, обратился в терком за продажей пакета акций.

12 апреля 1999 года правительство приняло постановление № 405, которым передало в коммунальную собственность ряд объектов по всем областям. Объяснялось это решение необходимостью оптимизации госрасходов, а попросту говоря, в центре решили скинуть на места непривлекательные, далеко не лакомые куски госсобственности в виде проблемных предприятий. В том списке не было ни алюминиевого завода, ни НПЗ, ни нефтяного месторождения. Но там были сельские РМЗ, заброшенные фабрики и рудники с их проблемными поселками и полуголодным населением.

Вот такая была реальность тогда.

Характерно, что в то время председатель павлодарского теркома Сергей Горбенко пишет письмо наверх с просьбой отдать эти госпакеты управляющему бесплатно — лишь бы предприятия не обанкротились, лишь бы у людей была работа. Кстати, именно в то время господин Назарбаев публично неоднократно призывал акимов хоть за один тенге раздать подобные объекты — лишь бы работали. Не забыл ли он об этих призывах сейчас?

А ведь в то время были приняты тысячи, я даже скажу десятки тысяч решений акимами различных уровней по приватизации объектов коммунальной собственности. Сейчас же, как выясняется, все они не имели на это права. Что же тогда надо было привлекать всех без исключения акимов за превышение полномочий? Или же указующий перст пал только на одного Жакиянова? Причем три года спустя после события.

Как, видя такую явную избирательность, не скажешь о политической заказанности данного уголовного дела?

Что касается деятельности тех предприятий после приватизации, то результаты налицо, и они впечатляют. Вот АО “ПРМЗ”: суммарно предприятие заплатило более 20 млн. тенге налогов, перекрыв почти в два раза даже ту стоимость акций, которая звучит в обвинении. О каком ущербе интересам государства можно говорить? Или о какой корысти и иной личной моей заинтересованности можно говорить? Именно так ставили вопрос следователи и пытались добиться признаний у свидетелей. Всех их пугали, держали в страхе возбудить на них уголовное дело – это видно из материалов дела.

Еще раз заявляю, я действовал исходя только из интересов наших граждан и государства. И только по прямому указанию Президента решал проблемы близких к банкротству предприятий через их приватизацию. Надо тогда и его привлечь! Найдется немало объектов в Казахстане. И не РМЗ-шек и мелких фабричонок!

Поэтому подобные обвинения звучат абсурдно, как и то, что я не имел полномочий. Мои полномочия как акима были прямо указаны в Конституции, в законе “О местных органах власти”, в постановлении правительства о приватизации. Кстати, Постановление Правительства № 246, где прямо сказано, что акимы обладают правом владения, пользования и распоряжения коммунальной собственностью, фигурирует в материалах дела. Поэтому, по крайней мере, странно, читать в обвинительном заключении, что аким обладал правом владения, но не распоряжения. Не это ли доказательство предвзятости и субъективности?

Далее. Точно так же, как и в предыдущих эпизодах, в ситуации с фармзаводом и базой спецмедснабжения исполнительные органы области действовали исходя только из интересов государства. Выполняя поручения и предписания, содержащиеся в Указе Президента “О развитии фармацевтической промышленности”, ряде соответствующих постановлений Правительства, включая программы восстановления и запуска простаивающих предприятий, созданию новых рабочих мест.

Именно таким, точнее никаким, был Павлодарский фармзавод. Закупленный в свое время под правительственный кредит, завод, не проработав ни одного дня, стал банкротом, а имущество его, в т.ч. и склады, были проданы. Поэтому для выполнения вышеуказанных программ потребовалось восстановить единую технологическую схему. И результат есть. Удалось не просто запустить фармзавод и производить так необходимые нашему государству (а мы даже сегодня импортируем больше половины лекарств и эта проблема остро стоит перед республикой) препараты, но и трудоустроить минимум двести человек. Павлодарский фармзавод сегодня является одним из лучших в округе! Не загружая цифрами, приведу лишь одну — за неполные два года завод выплатил в виде налогов 21 миллион тенге. Сравните 21 и 2 млн., которые инкриминируются, т.е. более чем в десятикратном размере вернулись деньги в казну. О каком ущербе государству мы говорим!

Ну а сам эпизод обвинения по этим 2 миллионам тенге достоин отдельного внимания, как яркое свидетельство политической заказанности данного процесса. Усматривают опять же превышение должностных полномочий при подписании мной распоряжения о выделении из резервного фонда акима 2 млн. тенге на передислокацию мобилизационного резерва.

В то же время г-н Токаев, будучи премьер-министром, из точно такого же резервного фонда Правительства выделяет 12 млн. на поощрение депутатов Парламента. Оказывается, кроме того, им были выделены, как он сам признается в интервью, из средств резерва на празднование юбилея, агитпоезд, визит папы Римского. Возникает резонный вопрос — а где сейчас Токаев, почему он не привлекается к ответственности? Но нет, как следует из ответа Генпрокурора, нет оснований для привлечения. Что же получается, когда резервные деньги расходуются на премии частным лицам, покупки автомобилей для чиновников, личный архив Назарбаева и пр. (всего в год Правительство расходует около 6 млрд. из резерва) — все законно.

Когда же 2 млн. из резерва акима области идут госоргану в целях обеспечения мобилизационной подготовки, то незаконно. А ведь акимы всех уровней всего Казахстана имеют свои резервные фонды, которые расходуют на те или иные цели.

Или же вопрос так стоит, когда речь идет об одном конкретном человеке?

В чем же кроются истинные причины сегодняшнего процесса?

Я полагаю, что и приведенные выше примеры и факты в достаточной степени свидетельствуют о том, что возбужденное против меня так называемое “уголовное дело” уголовным не является. Это — форма расправы со мной как с инакомыслящим, как с политическим деятелем, находящимся в оппозиции к действующей власти, грубо и неумело закамуфлированная под антикоррупционный процесс.

На самом деле это — политический процесс. Не желая и не умея вести полемику со своими политическими оппонентами законными и цивилизованными методами, власти Казахстана решили использовать для расправы с оппозицией правосудие. Этот способ хорошо известен еще со сталинских времен, когда власть расправлялась с инакомыслящими посредством судебных процессов, тюрем и лагерей.

Что же касается сути предъявленных мне абсурдных обвинений в совершении уголовных преступлений, то сейчас я воздержусь и не стану комментировать так называемые доказательства моей вины, на которые ссылается следствие. Надеюсь, что такая возможность будет предоставлена в ходе процесса.

В целом моей защитой собраны убедительнейшие доказательства как моей невиновности, так и отсутствия самого преступления. Наряду с другими серьезными аргументами, есть и соответствующие заключения ведущих ученых в области права, которые вам будут предъявлены. Мои защитники готовы привести свои доводы, чтобы доказать полную правовую несостоятельность обвинительного заключения.

Я считаю также необходимым заявить, что политическим является и процесс, начавшийся 25 июня 2002 года в Астане над моим другом и единомышленником Мухтаром Аблязовым. Вся страна, весь мир понимают, почему это происходит.

Это происходит потому, что Мухтар Аблязов, будучи мужественным человеком, честным политиком и настоящим патриотом своей родины, не считает для себя возможным отказаться от своих взглядов и убеждений, к чему его неоднократно принуждали ранее и принуждают теперь.

Я желаю Мухтару Аблязову выдержки и мужества. Уверен, что он с честью пройдет все выпавшие на его долю испытания.

В заключение я хочу высказать надежду, что суд, рассматривая возбужденное против меня дело, обеспечит беспристрастность, сохранит свою независимость, предусмотренную Конституцией Казахстана, и не допустит превращения правосудия в инструмент для подавления инакомыслия, оппозиции, а в конечном счете, и демократии в Республике Казахстан!

15 июля 2002 г.

Нурлан Жолдасов, пресс-секретарь Г. Жакиянова
тел/факс (3182) 55-44-12, 32-80-85; 8 333 5570877
e-mail:
info_dvk_pvl@nursat.kz

Новости партнеров

Загрузка...