“Сценарий судебных процессов в Астане и в Павлодаре один и тот же. Эти процессы однозначно политические”ы

В понедельник, 22 июля в Павлодаре в пресс-центре объединения “Демократический выбор Казахстана” пресс-конференцию провели члены политсовета “Демвыбора”, председатель движения пенсионеров “Поколение” Ирина Савостина, депутат парламента Толен Тохтасынов и Елена Ребенчук – адвокат Галымжана Жакиянова.

Ирина Савостина: К этому процессу приковано пристальное внимание в Алматы. Как вы знаете, в СМИ почти никаких сообщений нет. У нас в офисе “Поколения” не смолкает телефон, люди задают массу вопросов. Люди не знают правды. Многие из них говорят о том, что эти процессы идут не на пользу правительства.

Мне принесли книгу про 1937 год, и что меня удивило, что вся эта книга состоит из показаний прокурора. Один пример, человека осуждают, над ним издеваются и сажают в итоге в лагерь. А через год его палач сам попадает на скамью подсудимых, и его приговаривают к расстрелу. Далее его дело пересматривается в 41-м году, 45 году. В 55 году его признают невиновным, и там есть фамилии тех, которых приговорили к 8, 15 годам и к расстрелу. Это все в будущем скажется на них. Я не знаю, как эти люди будут дальше жить, и это пятно ляжет на их потомков. Я еще раз хочу заострить внимание на том, что эти суды – это честь судьи. И эту книгу я привезла специально, я хочу, чтобы она лежала на столе у судьи и прокурора.

Накануне моего выезда сюда я была в редакции газеты “Время”, меня пригласили на открытый эфир. Позже я узнала, что передачу рассчитывали организовать о расколе в “Поколении”. За 2 часа моего эфира позвонило 18 человек, из которых только 2 пенсионера. Звонила в основном молодежь и спрашивала о ДВК. У нас получился диалог, хотя были и провокационные вопросы, что в нашем государстве некем заменить президента. Я считаю, что мы живем в очень страшной стране, в стране дураков и один только умный. Такого быть не может. Я их спрашиваю, кого вы считаете достойным возглавить страну. В советское время преемником на посту Генсека становился тот, кто обычно возглавлял похоронную процессию (смех в зале). А сейчас у нас много умных, целеустремленных, молодых кадров, знающих как управлять государством. А значит, Казахстан не может быть страной, обделенной на таланты. Очень больно за нашу страну. Вспомните, откуда вышел Сосковец, а Жириновский, который “моет сапоги в Индийском океане”, и Брежнев с Беляевым в свое время здесь проходили практику работы. Поэтому Казахстан — это кузница кадров, у нас есть запас талантов.

О процессе. Я второй раз попадаю на экспертизу. Мне стыдно за то, что люди “ляпают” такие дела, за то, ЧТО они говорят на этих судах, и за то, что потом будет поздно раскаиваться.

Елена Ребенчук: Процесс протекает ровно. Мне, как адвокату, не трудно работать в судебном зале, потому что судья дает защите высказывать свое мнение, хотя мы ожидали худшего. Интересно, что сегодня у нас “проснулся” потерпевший, представитель нынешнего акима области. Он вдруг вспомнил про свои права, что не смог допросить министра природных ресурсов Шукпутова. Вы знаете, что с самого начала процесса потерпевшим вообще не задавалось никаких вопросов никому. Судья в данном случае поступил по закону, у защиты претензий нет, то есть если вызовите Шукпутова, тогда обеспечьте явку в суд.

Сегодня мы допрашивали экспертов, конечно с правовой точки зрения картина была удручающая. Эксперт — это лицо, обладающее специальными научными знаниями. По делу Галымжана Жакиянова основное доказательство обвинения — это три экспертизы. Это по выделению 2 млн. тенге, которое считается обвинением как злоупотребление служебными полномочиями. Экспертиза объектов мены, что она якобы неравноценная, и экспертиза по “Песчанскому РМЗ” и “Торт Кудуку”. Сегодня приехали из Алматы эксперты Бюро судебных экспертиз, и защита начала задавать им вопросы. Все стали свидетелями того, что эти эксперты не смогли профессионально ответить на вопросы защиты. Мы не получили ни одного нормального, научного с применением профессиональных знаний ответа. А как поступил суд? Он обязал защиту задать вопросы экспертам, коль они толково не могут изъясняться устно, в письменной форме, получается нечто вроде домашнего задания. Помимо того, что эксперты, отвечая на вопросы следствия, подготовили свои заключения, мы должны еще раз подготовить свои вопросы, поскольку устно они ответить не могут в силу своего профессионального уровня. В моей практике это случается впервые. Я никогда не видела, чтобы эксперты не смогли ответить по своей экспертизе. Картина удручающая, мы с этим категорически не согласны, и защита еще раз попытается отстоять свои права, так как это нарушение законов. Следующий интересный момент — это предъявление иска прокуратурой. Вы знаете, весь ущерб в исковом заявлении натянутый, т.е. 2 млн. тенге, хотя некоторые СМИ (я не буду их называть) распространяют слухи о 30 млрд. тенге ущерба. Нет, иск составил всего 2 млн. тенге. Но уже в ходе процесса нам предъявляют иск на 26 млн. тенге о том, что были неправильно оценены госпакеты акций. Этот иск принят судом необоснованно, незаконно, так как он должен был быть заявлен в ходе предварительного следствия, однако этот иск принят к рассмотрению. Тем более госпакеты уже возвращены государству, поэтому реальный убыток государству не причинен.

Интересно еще, что сейчас уже опрошено около 50 свидетелей, но реально убедительными можно считать показания десятка свидетелей. Остальные все люди, которые ну совершенно не являются свидетелями по делу, тем более не являются свидетелями обвинения. Все их показания свидетельствуют в пользу Галымжана Жакиянова.

Толен Тохтасынов: Я на процессе первый день, был защитником на суде у Аблязова. Вообще сценарий один и тот же. Те же люди, тот же маленький душный зал, тот же так называемый “открытый процесс”, конвой вокруг Галымжана Жакиянова, запрет на аудио-видеозапись. Меня удивило, что сегодня в суде выступал эксперт-юрист, который в Астане выступал как экономист. И на вопросы защиты в Астане говорил, что это вопросы правовые, а я не специалист в области права. Сегодня выяснилось, что этот же эксперт дает показания как специалист в области права.

Остальное все было рассказано, я скажу напоследок, что встречался с Мухтаром Аблязовым после приговора. Он бодр, полон оптимизма, ни в чем не раскаивается, передает всем привет и благодарность за поддержку.

Вопрос: Является ли вопрос в устной или письменной форме эксперту нарушением юридическим норм РК?

Елена Ребенчук: Я считаю, что письменный допрос экспертов незаконен в данном случае. Естественно, что когда в суд на допрос вызван эксперт, как же с него требовать объяснений, как не в устной форме. Что же, тогда всех подряд надо письменно опрашивать.

Эксперт подтвердила, что решение акима 255, которым был утвержден порядок выделения средств из резерва акима, не было зарегистрировано в органах юстиции. Оно резко меняет выводы экспертизы, т.е. сводит их на нет. Оценен нормативный акт, который не зарегистрирован, т.е. он актом тогда не являлся. Эксперт это признала, тогда защита ходатайствовало: исключить экспертизу из числа доказательств, но нас опять же обязали задать вопросы эксперту письменно и отклонили ходатайство.

Толен Тохтасынов: Экспертиза проводилась на основании только тех документов, которые нужны следствию. Так было и на суде в Астане, то же происходит и здесь.

Вопрос: Как рассматривается ходатайство защиты по свидетелю Кубаеву?

Елена Ребенчук: Наше ходатайство удовлетворено. Сегодня его вызвали в суд, чтобы дал образцы своей подписи, но он не явился. Будет назначена почерковедческая экспертиза в Павлодаре.

Вопрос: Почему еще не завершив допрос всех свидетелей, суд стал допрашивать экспертов?

Елена Ребенчук: Допрашивают тех свидетелей, которые пришли. Но ведь не все явились. Завтра будут допрашиваться свидетели защиты, но есть еще не допрошенные свидетели обвинения. А главным свидетелем защиты будет, безусловно, заместитель акима области А. Рюмкин. Мы бы хотели его видеть.

Вопрос: Вы заявили в качестве свидетелей экс-премьера Токаева и акима области Ахметова. Почему?

Елена Ребенчук: Сегодня мне из аппарата акима области сообщили, что для его явки нужна судебная повестка. Кроме того, мы вызывали в качестве свидетеля министра финансов Павлова, возглавляющего комитет по приватизации госимущества Раханова, акимов Алматы и Карагандинской области. Защита за моей подписью отбила телеграммы всем, но как они явятся, я не знаю, потому что нам отказано в направлении судебных повесток. Я считаю, что суд должен обеспечивать явку не только обвинения, но и защиты.

Вопрос: Собирается ли “Демвыбор” открывать филиалы в других городах?

Толен Тохтасынов: Мы с самого начала ставили вопрос об открытии филиалов “Демвыбора” в крупных населенных пунктах, порядка 50-ти городов. К сожалению нас сегодня не регистрируют. Вы знаете, по закону, чтобы мы имели статус республиканского общественного объединения, нам нужно иметь филиалы не менее, чем в половине областей. Но мы намерены продолжать эту организационную работу. Мы готовы сотрудничать со всеми. И Галымжан Жакиянов, и Мухтар Аблязов постоянно говорят о будущем “Демвыбора”. Их этими судебными процессами не сломить.

Вопрос: Прокомментируйте ходатайство Галымжан Жакиянова о вызове в суд следователя Кусаинова?

Елена Ребенчук: Оно было заявлено еще в первый день, и Кусаинов включен в список как свидетель защиты. Это в судебной практике нередкий случай, и я думаю, суд удовлетворит это ходатайство о вызове Кусаинова в суд. Это важно.

На стадии предварительного следствия должно было быть прекращено уголовное дело по 405-му постановлению именно по праву его применения. То есть Кусаинов не мог не знать о том, что 405 постановление предоставляло Галымжану Жакиянову распоряжение объектами коммунальной собственности, и других локальных постановлениях, о которых говорили несколько свидетелей. Он обязан был сделать запрос, он его сделал, однако ответа не было. Просто Кусаинов его не добивался, а мы добились ответов на запрос от ведущих ученых страны. И сейчас в суде все дело сводится к тому, как толковать 405 постановление. Это просто какой-то казус.

Вопрос: В чем вы видите политическую заказанность суда?

Елена Ребенчук: Вы сами знаете, что я адвокат, я не политизирована. Но мое мнение – уголовного дела, состава преступления я не вижу и пыталась это доказать на стадии предварительного следствия. Неоднократно заявляла ходатайства, в т.ч. и Генпрокурору РК, но если они не хотят видеть, что состава и события преступления нет, то вы правильно делаете вывод, что суд заказан.

Толен Тохтасынов: Сомнений в политическом заказе этого суда быть не может. Это подтверждается тем, что эти суды интересуют весь мир, европейские правозащитные организации, ОБСЕ. Я имел беседу на днях с послом США, который сказал, что в США отслеживают ситуацию в Казахстане. Посол заявил, что поставил перед Президентом РК три вопроса: ситуация вокруг свободы независимых СМИ, закон о политических партиях, судьба Мухтара Аблязова и Галымжана Жакиянова. Разве будут и Запад, и Россия интересоваться просто уголовными процессами, конечно, нет. Это процессы однозначно политические.

Вопрос: Есть ли у вас предположение, что суд можно выиграть?

Елена Ребенчук: Я, как адвокат, надеюсь только на победу!

Пресс-центр РОО “Демократический выбор Казахстана”

22.07.02.

Новости партнеров

Загрузка...