Имматрикуляция Нурболата Масанова (Часть первая)

“… доктор Н.Масанов… останется в истории первого десятилетия независимого Казахстана как одна из самых примечательных фигур общественно-политической жизни этого периода. Но вопрос: кем останется?..”

О Нурболате Масанове, докторе исторических наук и профессоре КазГУ, широкая казахская общественность впервые узнала в конце 1992-го – начале 1993-го г.г. Тогда он своими публикациями на страницах таких изданий, как “Панорама” и “Караван”, снискал известность как обществовед, оценивающий критически все то, чем гордится большинство его сородичей. Выступал он в те времена на пару с кандидатом философских наук Нурланом Амрекуловым. На заре так называемой новой казахской государственности эти двое прослыли как самые ярые недоброжелатели национальной идеи, вышедшие из среды самих же казахов. Во многом вследствие этого негативного к ним отношения фундаментальный труд Н.Масанова под названием “Кочевая цивилизация казахов”, вышедшая из печати в 1995 году с посвящением автора своему отцу Эдиге, остался неоценен должным образом казахской общественной мыслью. Его образ антиказаха взял верх над насущностью монографии со столь любопытным для казаха же названием. Книга не изменила отношения большинства казахов к Н.Масанову. Казахское патриотическое большинство раз и навсегда сочло его отщепенцем. Его соратник Н.Амрекулов, не выдержав почти всеобщего негативного отношения своих соплеменников к себе и не веря, видимо, в возможность их убеждения в собственной правоте, отошел от совместной с Н.Масановым публицистической деятельности. И последний остался в качестве самого одиозного антиказахского пугала в единственном числе.

В другой ипостаси Н.Масанова широкая казахская общественность все эти 10 лет и представить себе не могла. Деятели казахской культуры его публично ругали, хаяли и демонизировали, от властей они требовали его привлечения к самой суровой ответственности. В 1998 году, в конце концов, он оказался вынужден покинуть кафедру КазГУ и, так сказать, уйти в свободное плавание. В 2000 году было в печати распространено приписываемое ему интервью с массой антиказахских инсинуаций, которое сам Н.Масанов объявил фальшивкой. В 2001 году на основе этого материала он оказался привлечен к суду лидером движения “Желтоксан” Х.Кожахметом, осужденным в свое время советским судом за участие в декабрьских событиях 1986 года. И вот 17 июля 2002 года в газете “Новости недели” и 18 июля в интернет-газете “Навигатор” была опубликована беседа с бывшим профессором КазГУ, снискавшим ярлык “самого антиказахского казаха”. Там Н.Масанов впервые (во всяком случае, насколько известно автору этих строк) обнародовал тот факт, что декабрьские события 1986 года тоже коснулись его именно как “казахского националиста”. И не простого, а самого “злостного”. Ибо в 1986 году в отделе науки ЦК Компартии Казахстана его, по его собственному признанию, называли “идеологом казахского национализма”. Как говорится, вот тебе, бабушка, и Юрьев день!

Так и хочется воскликнуть: как теперь вас называть, профессор?! Кто же вы в действительности?!.

Что бы ни случилось в дальнейшем, доктор Н.Масанов, нет сомнения, останется в истории первого десятилетия независимого Казахстана как одна из самых примечательных фигур общественно-политической жизни этого периода. Но вопрос: кем останется — “самым антиказахским казахом” или беспристрастным ученым-обществоведом и общественным деятелем, наделавшим много шума своей несгибаемой принципиальностью?! Так что уже сейчас пора озаботиться тем, какова же будет имматрикуляция (запись человека с целью идентификации его личности) Нурболата Масанова в реестре деятелей нашей эпохи. А образ его поразительно противоречив даже в восприятии его коллег по цеху исторической науки и общественно-политической деятельности.

А ведь такая метаморфоза произошла не только с ним одним, чтобы такое можно было объяснить случайным стечением обстоятельств. Что это – порождение аберрации восприятия, следствие капризов переменчивого общественного мнения или результат манипуляций изощренных политических технологий?

Подобного рода случаев уже насчитывается довольно много. Чтобы читатель с должной серьезностью отнесся к подобным метаморфозам, мы остановимся подробно еще на одном весьма примечательном примере. А потом попытаемся дать свое объяснение их происхождению.

18 декабря 1986 года, в четверг, у входа в здание Союза писателей Казахстана огромная толпа казахской сельской молодежи скандировала: “Олжас-ага, выходите!”. Тогда О.Сулейменов был национальным героем номер один и кумиром казахской интеллигенции и студенчества. Говорят, ему не дали выйти к молодежи. Как бы то ни было, впоследствии считалось, что он находится в опале в качестве одного из тех, чьи деяния и творчество подготовили духовную почву для возникновения декабрьских событий, оцененных державным центром в Москве как проявление “казахского национализма”. В 1989 году в ходе выборов на съезд народных депутатов СССР в противовес О.Сулейменову в Алматы по округу, где он проходил, был властями выдвинут кандидатом строитель-прораб из АДК (Алма-Атинского домостроительного комбината). Позиции номенклатурно-коммунистического руководства тогда еще оставались в республике сильными, но в воздухе уже пахло близкими переменами. И немного оправившаяся после административно-судебных репрессий, грянувшими вслед за декабрьскими событиями, казахская национально мыслящая общественность дружно, с вдохновением поднялась в поддержку Олжаса.

Это была для нее первая после 1986 года проба сил и возможностей. Тогда О.Сулейменова пробить в депутаты не удалось. Прошел кандидат властей. Но образ автора “Аз и Я” проявил себя в качестве объединяющего символа вновь пробуждающегося казахского национального сознания. Несколько позже О.Сулейменова все же удалось продавить в депутаты, правда, уже не в Алматы, а в Семипалатинской области. На том съезде соперничавший с поэтом прораб ничем себя не проявил. А вот сам он, можно сказать, запомнился людям как один из самых ярких народных избранников на том форуме.

К началу 1992 года, когда Казахстан вступил в первый год своей государственной независимости, Олжас Сулейменов пришел как один из наиболее популярных политиков страны. Но особенно ценился он в среде казахской общественности. Самой значительной его заслугой того периода считался вклад созданного и возглавлявшегося им антиядерного движения “Невада-Семипалатинск” в закрытие советского ядерного полигона, находившегося в Казахстане.

А к исходу зимы 1994 года усилиями казахстанских властей образ О.Сулейменова в глазах казахской общественности приобрел ярко выраженный антиказахский оттенок. Большую помощь им в этом оказала казахскоязычная литературно-творческая среда. Еще с советских времен там имелось немало весьма влиятельных группировок, изрядно недолюбливавших его и даже откровенно враждовавших с ним. Их неприязнь к О.Сулейменову ничуть не уменьшили ни появление его “Аз и Я” в середине 70-ых г.г., ни создание им антиядерного движения “Невада-Семипалатинск”. И вот, когда официальным властям О.Сулейменов сделался в тягость, для этих группировок настал их звездный час. Лидер Народного Конгресса казался самым подходящим кандидатом на должность спикера Верховного Совета республики, избранного в марте 1994 года. Однако власти не только не допустили его кандидатуру, но и даже изощрились протащить на это место Абиша Кекильбаева, лидера одного из вышеназванных группировок и его непримиримого личного противника. Для непосвященных в этом вроде бы ничего не было. Для посвященных же во многом чисто психологическое противостояние А.Кекильбаева и О.Сулейменова, людей, которые еще со времен совместной работы в составе руководства Союза писателей Казахстана (один в качестве первого секретаря этой организации, а второй – ее председателя) на дух не выносили друг друга, явилось главной интригой в работе последнего состава Верховного Совета, продолжавшейся всего лишь год. Одновременно в СМИ была развернута беспримерная по своей оголтелости кампания по дискредитации недавнего кумира передовой казахской общественности, имевшая целью низведение его образа до уровня противника, врага казахских интересов и идеалов И окончилось противостояние как бы в пользу спикера распущенного к началу весны 1995 года Верховного Совета. После этого согласившийся отправиться за границу на дипломатическую работу О.Сулейменов практически выключился из общественно-политической жизни своей родины. А карьера А.Кекильбаева резко пошла в рост. Скромный прежде завсектором ЦК и литературный номенклатурщик был выдвинут на должность Государственного секретаря РК и оставался длительное время на этом пятом в государстве по значению посту. В нынешнем году, спустя 7 лет, О.Сулейменов, практически забытый общественностью у себя на родине, был, наконец-то, освобожден от престижной должности посла Казахстана в Италии. Взамен ему предложили весьма скромный пост представителя республики в ЮНЕСКО. Одновременно, кстати, оказался отстранен от должности Госсекретаря РК его визави А.Кекильбаев. Этот был отправлен досиживать свою карьеру в кресле сенатора. Как говорится, мавр сделал свое дело…

(Конец первой части, продолжение следует)

Новости партнеров

Загрузка...