Кыргызстан и Казахстан: аборигенные братья по демократии

“А ведь от официальной Астаны народ тут, как и от официального Бишкека там, требует не состязания с оппозицией по части демократической трескотни и не утверждения своего демократического имиджа перед западными “инспекторами”, а нормальной государственной ответственности\"

1. Курултай в Турции и Башкортостане – это курултай, а в Казахстане и Кыргызстане — орудие поддержки властного режима или борьбы против него


В Казахстане прошел курултай. Такой же курултай на прошлой неделе собирались проводить у себя наши соседи-кыргызы. Между этими двумя мероприятиями есть одна существенная разница. У нас курултай проводила сама власть, а там его хотели проводить оппозиционные нынешнему кыргызскому руководству силы. Соответственно здесь очередная реанимация этого традиционного общественного института была использована для укрепления действующего режима, а у наших же соседей она, похоже, должна была быть использована для его ослабления. Но пока, правда, непонятно, удастся ли оппозиционным силам провести этот форум. “Накануне проведения 3-го Народного курултая Бишкек напоминает полицейский город. На центральных улицах и на всех подступах к столице стоят усиленные милицейские отряды. До сих пор неясно, где будет проведен Курултай, поскольку оппозиции отказано в предоставлении какого-либо помещения для этих целей. Как сообщил Мадумаров, они намерены обратиться к международным организациям, аккредитованным в Кыргызстане, для содействия в проведении народного форума”, — пишет в “Навигаторе” про сложившуюся там ситуацию наблюдатель из IWPR Султан ЖУМАГУЛОВ (“Кыргызстан: “Великий марш” достиг Бишкека”).


Ясно одно: в Кыргызстане общественно-политический кризис достиг апогея. И не сегодня, а уже давно. Правящий режим исчерпал свои ресурсы. И продолжает он оставаться у власти только потому, что не сформировалась еще такая достаточно дееспособная и организованная политическая команда, которая доказала бы внешним силам свою способность принять на себя без эксцессов управление страной и убедила бы таким образом их поддержать ее. Некоторые оппозиционные группировки вознамерились, похоже, использовать древний общественный институт для нанесения решающего удара по режиму.


Сам по себе курултай тут, конечно, ни при чем. И в Кыргызстане, и у нас в Казахстане нынче накопленный за многие века авторитет и потенциал этого народного института обсуждения и решения всем миров наиглавнейших вопросов используется не по назначению. И зря. Как бы об этом еще не пришлось пожалеть. Это дискредитирует курултай как таковой. И когда наступят такие времена, когда его появление будет вызвано жизненной необходимостью, веры в него у людей уже может и не оказаться. Просто так, ради текущих нужд тех или иных политических кругов, обращаться к курултаю нельзя. В Турции, Монголии и Башкортостане курултай – это парламент. Причем в двух родственных нам тюркских республиках – Турции издавна, а Башкортостане с недавних пор – высший выборный орган не такой, какой был и есть в Казахстане. Несмотря на то, что по форме и назначению это есть обычный в современном мире парламент, он у турок и башкир, по сути, абсолютно соответствует исторической сути. Курултай в Турции и Башкортостане является подлинной и непререкаемой высшей властью, которая сама из своей среды непосредственно формирует исполнительную структуру (правительство), а не утверждает лишь представленные кандидатуры, и которую никто, кроме нее самой, не может отправить в отставку.


Это удивительно, что у турок и башкир – народов, достаточно значительно отдалившихся от степных традиций, в рамках которых как действенный общественный институт появился и существовал курултай, — он возрожден в соответствующем изначальной сути виде, а вот у казахов и кыргызов, по сию пору сохраняющих свою родоплеменную аборигенную сущность, его реанимировали лишь за тем, чтобы сделать из него популистское орудие поддержки высшей исполнительной власти или, наоборот, борьбы против нее.


2. Кому с демократией хорошо: властям или оппозиции?!


Когда М.С.Горбачев стал руководителем советской державы, он с ходу бросил два таких лозунга: “Больше демократии!” и “Революция продолжается!”. Революция при все более увеличивающейся демократии кончилась разгромом СССР, супердержавы, обладавшей 30 тысячами ядерных боеголовок и имевшей возможность диктовать свои условия всему остальному человечеству, практически без единого выстрела. Ныне в Кыргызстане и Казахстане повторяется нечто подобное. При резко усилившемся с некоторых пор давлении оппозиции, выступающей под демократическими требованиями и с бесконечными апелляциями к Западу за поддержкой, официальная Астана вновь стала оживлять деятельность ею же возрожденных и порожденных, но несколько подзабытых в последнее время общественных институтов народовластия — Курултая казахов и Ассамблеи народов Казахстана. Курултай, проведенный месяц назад, в политический жизни страны практически никакого резонанса не имел, хотя власти предусмотрели для него масштабное ПИАР-обеспечение. Что же касается Ассамблеи народов Казахстана, ее исполнительная власть тоже постаралась использовать для придания своему имиджу большей демократичности. Там была озвучена идея общественного диалога. Объявлено создание постоянно действующего Совещания по выработке предложений по дальнейшей демократизации и развитию гражданского общества. Собственно из-за этого, похоже, она и созывалась на этот раз. Но независимые эксперты считают, что руководство Казахстана несколько запоздало с этой идеей. ПИАР-шаги в направлении большей демократии оно сейчас принимает, как правило, не в режиме опережения развития ситуации, а в режиме реагирования вслед на каждое ее осложнение.


По всем данным, в Казахстане исполнительная власть сейчас один к одному повторяет ошибки официального Бишкека. Года 1,5-2 назад режим А.Акаева откровенно стал на путь соревнования с оппозиционными силами по принципу “Кто кого опередит в демократии?!”. Сегодня уже и непосвященным в детали политических событий в Кыргызстане людям ясно, что в этом состязании оппозиция идет впереди. Уже хотя бы потому, что инициатива проведения такого же курултая, какой недавно прошел у нас, была выдвинута ею, а не официальными властями.


Режим А.Акаева в этих условиях вынужден выглядеть душителем не каких-то общедемократических, посему довольно абстрактных для простонародного понимания, норм, а конкретного местного традиционного демократического института – курултая. Оппозиция переигрывает А.Акаева на его же фишке – на заигрывании с демократией. Проигрыш оборачивается расколом общества по всем мыслимым стыкам. Вот что произошло, пока мы продолжали писать этот материал. Слово опять предоставляем С.Жумагулову из IWPR (“Кыргызское правительство разогнало участников “Великого похода”, “Навигатор”, 19.11.02 г.): “16 ноября в Бишкеке были задержаны 129 человек, прибывших в основном с юга страны… Большинство из них были делегатами 3-го Народного курултая, проведение которого было намечено на 16 ноября в Бишкеке… Многие политики и аналитики склонны считать, что последний инцидент с задержанием и насильственной отправкой демонстрантов в их регионы может привести к новым вспышкам протестов на юге Кыргызстана… “После регулярного показа по государственному телевидению того, как бишкекчан и представителей других районов севера натравливают на южан-участников похода на столицу, смело можно предположить, что юг уже взбудоражен до предела”, — подчеркнул Текебаев.” Но, благодаря неуклюжим попыткам властей как-то дать отпор оппозиционным делегатам намечавшегося курултая, обзначилось четко не только противостояние южных и северных кыргызов, но также и как принятие русскоязычными гражданами страны стороны кыргыз-северян.


Подливает в данном случае масла в огонь и то, что премьер-министр Николай Танаев, русский по национальности, назначенный на этот пост весной сразу после аксыйской трагедии, заявил: государственные органы будут жестко пресекать подобные действия и привлекать виновных к ответственности. “Последние события продемонстрировали нежелание официального Бишкека вступать в политический диалог с оппозицией и приверженность силовым методам борьбы со своими оппонентами и недовольным народом”, — делает вывод С.Жумагулов. Исполнительная власть в Бишкеке уже не хочет вступать в политический диалог с оппозицией. У нас же в Казахстане она сама выдвигает идею общественного диалога. Ясно же пока одно. Режим А.Акаева пал (уже можно сказать, пал) жертвой своей нездоровой страсти к демократической фразеологии. Сейчас наступили уже такие времена, когда он вынужден наступать на горло своей песне. А другой песни у него не было и нет. Нет другой песни, то бишь общественной идеологии, и у казахстанского правящего слоя. А ведь от официальной Астаны народ тут, как и от официального Бишкека там, требует не состязания с оппозицией по части демократической трескотни и не утверждения своего демократического имиджа перед западными “инспекторами”, а нормальной государственной ответственности. И именно он в конечном итоге будет принимать у властей самый суровый экзамен на дееспособность. С этим, а не с чем-то другим сегодня сталкивается официальный Бишкек, убеждающийся на своем горьком опыте в том, что десять лет пребывания на пьедестале чемпиона Центральной Азии и даже СНГ по части верности демократическим ценностям в час испытания оборачивается “пшиком”. А официальной Астане познание такого опыта, видно, только предстоит…

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...