Кто правее: фаворит или помощник?

Источник: газета \"Начнем с понедельника\"

На прошлой неделе Григорий Марченко дал-таки “отлуп” помощнику Президента по финансово-экономическим вопросам.


Ураз Джандосов, помнится, подверг резкой критике проводимую Нацбанком денежно-кредитную политику, в частности, применение \»чудовищно рекордных\» по объемам интервенций на валютном рынке. А отповедь была построена на том, что председатель Нацбанка подозревает двойственность в позиции помощника главы государства.


Впрочем, то же можно сказать и по поводу самого контрответа:


Что касается сути обвинения, — насчет “чудовищно рекордных интервенций”, встречный аргумент получился типа “сам дурак”. Дескать, такие же точно (большие) объемы валюты были приобретены Нацбанком у правительства, в котором тогда работал У.Джандосов, — в четвертом квартале 1998 года. Но почему-то в тот момент \»он не собирал пресс-конференции и не говорил о чудовищных объемах и темпах\».


И вообще, ответ председателя НБ получился каким-то не профессионально-экономическим, а около-политическим. Судите сами:


Г.Марченко считает \»достаточно сложным\» вопросом то, что У.Джандосов одновременно является \»государственным чиновником в таком высоком ранге и сопредседателем партии. Такая раздвоенность и приводит к таким выпадам, как проведение пресс-конференций\». При этом в критике У.Джандосова \»конструктивизма было не очень много\». Г.Марченко также высказал недоумение, почему У.Джандосов, с которым он знаком 11 лет, прежде чем созвать пресс-конференцию, не обратился предварительно к нему. \»Государственные чиновники должны свои вопросы решать предварительно и спокойно друг с другом, а не прибегать к помощи СМИ. В то же время Г.Марченко, дав понять, что ему неприятно развивать разговор на эту тему, подчеркнул, что \»пока У.Джандосов является помощником президента, общаться с ним через СМИ\» он не намерен.


Боюсь, читателю трудно ухватить связь между 11 годами дружбы Марченко с нынешнем сопредседателем “Ак жола” и возмущением последнего “чудовищными объемами и темпами” каких-то “валютных интервенций” Нацбанка. Тем более что эти интервенции, оказывается, были такими же чудовищно рекордными и пять лет назад, в бытность У.Джандосова во главе финансового сектора Правительства (а еще чуть раньше – председателем того же Нацбанка).


Уверен, еще больше запутаю читателя, если попытаюсь изложить суть нападок помощника Президента на неизменно хвалимого Президентом Г.Марченко цитатами из самого У. Джандосова: Нам нужна другая политика обменного курса, а если шире, то другая денежно-кредитная политика. Нацбанку пора расстаться с мифом, который он усиленно зачем-то внедрял населению и, что еще хуже, хозяйствующим субъектам, что у нас проводится политика свободно плавающего обменного курса.


Вы что-нибудь поняли?


Попробую вам помочь:


Сырьевая экономика, которая на самом деле состоялась в Казахстане, хороша именно тем, чем и плоха, — наличием готового продукта, который не надо придумывать мозгами или делать руками, а можно просто доставать из-под земли. Причем стоит такая добыча созданного Всевышним гораздо дешевле, чем цена сырья на мировом рынке. По научному это называется – природная рента. Образно говоря, на каждые вложенные в добычу 100 тенге извлекается товара на 100 долларов.


Куда девать накапливающийся капитал?


Здесь есть разные варианты: можно конвертировать все в национальную валюту и инвестировать в развитие внутренних отраслей. В то же сельское хозяйство, например. А также в образование, современные технологии, социальные сферы…


Хотя … стоп. Это я уже про программу ДВК начал, а сейчас речь о финансовой политике Правительства. Финансовая же политика нынешнего “продукта” вытекает из неизменной политической сути всех рыночных правительств Казахстана (и руководителей Нацбанка, конечно). Это — обслуживание валютно-сырьевой части национальной экономики. Соответственно, всю внутреннюю экономику наши власти выстраивают тоже исключительно по линии обслуги сырьевого экспорта.


В такой системе функции национальной валюты исчерпываются ролью “внутреннего доллара”, строго дозированного и жестко привязанного к “старшему брату”. Поэтому обратная конвертация долларовой выручки в тенге жестко дозируется четырьмя “порционами”: а) минимизированная себестоимость добычи сырья; б) такой же минимум оборотных средств для энергетики, транспорта и прочей обслуживающей экспорт инфраструктуры; в) щедрая оплата лояльности госчиновников, депутатов и “силовиков” (включая ту же коррупцию, разумеется); г) “прожиточный минимум” для пенсионеров и остального незадействованного в сырьевом экспорте населения (чтобы не бузили).


Но сырьевых долларов – много. Гораздо больше, чем требуется для “прокрутки” внутренней обслуги сырьевого экспорта. И они буквально давят на казахстанский валютный рынок, нависают над ним, грозят… Нет, не раздавить, а… укрепить тенге. То есть, если бы Нацбанк не скупал (чудовищно рекордными) темпами долларовые массы, то… рыночный курс тенге начал бы “ползти”: $140 … 130 … 110 … $80 и так далее. И тогда те же 5 тысяч тенге пенсии начали бы “весить” на базарах и оптовках (которые ломятся как раз от загранично-долларовых товаров) уже не 30 “зеленых”, как сейчас, а 50 … 70 … 100 …


Ощущаете разницу?


Но такое пенсионерское счастье продлилось бы недолго, потому что сразу рухнул бы тот самый миф…


Нет, не миф о политике свободно плавающего обменного курса, а миф о состоявшейся рыночной экономике Казахстана. При реально свободном рыночном курсе нацвалюты наша экономика окажется тем, чем и является на самом деле: сырьевым сектором, конкурентно способным лишь за счет “вытягивания” соков из недоразвитого внутреннего производства. И внутренним производством, неконкурентноспособным из-за недоразвитости политической системы.


Если судить по брифингам Г. Марченко, то по-западному цивилизованный рынок у нас воцарился пока только в банковском бизнесе, да на фондовой бирже, до уровня которых и должна тянуться вся прочая наша базарная “азиатчина”. На самом же деле, действительно свободного рынка, балансирующего денежный спрос-предложение, нет, прежде всего, именно на казахстанском рынке… денег. Этот рынок – симулируется, а главным симулянтом выступает некоммерческий субъект – Национальный банк. Вернее, он не симулирует этот рынок, а играет роль искусственного “сопротивления”, поддерживающего заданное интересами сырьевого экспорта “напряжение” между двумя полюсами: тенговой и долларовой экономики. Если же увести Нацбанк с внутреннего валютного рынка, денежный “ток” между полюсами просто разомкнется. Больше того: даже просто замена высококвалифицированного председателя Нацбанка каким-нибудь рыночным “жучком” окончится пожаром всей экономической конструкции по причине “короткого замыкания электропроводки”.


Аналог с электричеством — почти буквальный. Знакомые с электротехникой знают (а прочие могут сами попробовать и убедиться), что из двух проводов в наших квартирах током бьет только один, а другой можно трогать руками, хоть языком лизать. Но лампочки горят, и телевизор показывает, только подсоединенные к двум проводам. Потому что, на самом деле, под напряжением они оба, но один, для безопасности, заземлен, — соединен с Землей, как источником безграничной емкости. Мировая валюта — и есть та внешняя емкость, в которую “заземлена” вся национальная экономика Казахстана.


Обращение в стране долларов не создает Правительству и Нацбанку никаких проблем. Чем больше — тем лучше. Потому-то обе столицы буквально лоснятся долларовым благополучием: масса престижных иномарок, элитное жилье и офисы, дорогие рестораны, салоны, бутики…


К “проводу” же тенговой экономики Правительство просто боится подключиться. По незнанию, не умению, не желанию…


Поэтому, как это ни парадоксально и обидно, но родной нашей власти выгодна … утечка валюты за границу. А внутри страны — перекачка денег из тенгового сектора в валютный. Что угодно, лишь бы не наоборот: лишь бы не доллары – в нацвалюту!


В этом смысле то, что практически вся горнодобывающая и металлургическая промышленность, и большая часть нефтедобычи, ушла в собственность иностранных хозяев – спасительно для наших “макроэкономистов”, поддерживающих свою международную репутацию за счет “высокой инвестиционной привлекательности” и “низкого уровня инфляции” в стране.


На “стерилизацию” тенговой массы работают самые разные “мелкие хитрости”. Ну, например, уровень налоговой нагрузки у “станового хребта” национальной экономики — крупнейших экспортеров, составляет всего 8-12 процентов, тогда как с несчастного малого и среднего бизнеса “снимают” (со взятками) до половины. Конечно, здесь налицо и массовая коррупция, и высочайший лоббизм, но есть и такой расчет: с валютного сектора надо “выкачивать” в теньговый как можно меньше, а с теньгового в бюджетный – как можно больше.


Поскольку сам бюджет – это еще один мощный “стерилизатор”. То, что план по доходам стабильно перевыполняется, а план по расходам всегда крупно отстает, — думаете: это только по чиновничьей нерасторопности?


Или такой пример: кому повезло устроиться в иностранную компанию, сначала счастлив своей зарплатой, зато когда случайно узнает, сколько получает такой же специалист, но с иностранным паспортом, у него отпадает челюсть. Здесь тоже не только дискриминация “аборигенов”, но и “стерилизационный” расчет – человек, отсылающий заработок за океан, нашему Правительству выгоднее, чем тот, кто его тратит внутри страны.


И все же такие способы “зачистки” тенге — лишь вспомогательные. Ведь когда Нацбанк, ради поддержания необходимого экспортерам низкого курса тенге, скупает излишки долларов, он вбрасывает в экономику эквивалентные “чудовищно рекордные” объемы нацвалюты. Которые ему же, вместе с Минфином, необходимо срочно чем-то связывать.


Для этого созданы два гигантских “стерилизатора”. Это Накопительная пенсионная система, в которую ежемесячно “отсасывается” 10% всех официальных зарплат, с последующей закачкой их в “ценные бумаги”, в основном – долларовые. Туда же Минфин и Нацбанк (на радость пенсионным брокерам) вкачивают так называемый “инвестиционный доход” — за счет тех же налогоплательщиков. И это Национальный фонд — фактически второй бюджет, собирающий (в тенге!) экспортно-сырьевые “сверхдоходы” и хранящий их в долларовых(!) бумагах иностранных государств.


А поскольку и этих “утилизационных мощностей” не хватает, Правительство активно лоббирует поправки в закон \»О бюджетной системе\», по которым средства от приватизации крупнейших предприятий (в тенге) предлагается направлять не в госбюджет, а в Нацфонд (долларовый).


Вот за что, на самом деле, “наехал” помощник Президента. Ну, а с какой целью, — это отдельный разговор…


Курсивом выделены ссылки на материалы “Интерфакс-Казахстан”.


\»Начнем с понедельника\»

№19 от 16.05.03.

Новости партнеров

Загрузка...