Послесловие к вотуму

Битва вокруг вотума уже состоялась. Но сам документ очень неоднозначен и вызывает серьезные вопросы…

На самом деле политика и экономика

не настолько сложны, чтобы простые люди

не смогли разобраться в принципиальных вопросах.


Эрих ФРОММ


Битва вокруг вотума уже состоялась. Но сам документ очень неоднозначен и вызывает серьезные вопросы. Возможно, не принципиальные, но все же, если прочесть документ критично, то в речи премьера можно найти много интересного. В частности, обнаружить определенные расхождения между логикой и аргументами премьера.


“Правительство стоит перед выбором – либо оставить все как есть, либо открыть новую возможность продуктивно действовать в рамках нового законодательного поля”.


Вообще, постановка вопроса – софистика чистейшей воды. Либо по-нашему, либо по-плохому. Хотя вариантов реально гораздо больше – хотя бы потому, что правовое поле может быть очень разным. И у парламента есть своя точка зрения и она не столь ретроградна, как хочет представить премьер. И при желании можно поискать и другие ходы. Но только желания, судя по заявлению премьера, нет.


Далее, Тасмагамбетов в той же речи заметил, что все претензии парламентариев для него не новы – правительство все это знает и пришло к своим выводам. Выходит, парламенту лучше просто согласиться – за него уже подумали? Но почему бы правительству не потратить толику времени на детальное объяснение всей логической цепочки? И уважение к парламенту показать, и новых сторонников на свои позиции привлечь – а ведь именно так и будет, если аргументы окажутся убедительными. Да и народ тоже хочет знать все “за” и “против” и наверняка сам оценит их логичность и в чьих интересах действует правительство в этой ситуации. Так что извольте логическую цепочку от начала до конца! Но, увы, вместо этого премьер отчего-то торопится…


“Пролонгация механизма субаренды… может заморозить существующие негативные моменты”.


Возможно. Но поспешай не торопясь – вдруг ошибки и недосмотры завтра вылезут еще дороже? Тем более, во власти правительства (на то она, собственно, и власть) достаточно ресурсов для того, чтобы изменить ситуацию, скажем, и через полгода (вполне достаточное время для обсуждений), когда в ходе дебатов между противоположными точками зрения по поводу вопроса о земле выявится золотая середина. Но, возможно, золотая середина опять-таки не то, что нужно премьеру. Ему нужен свой вариант, нужен здесь и сейчас.


“Второй спорный момент – снижение предельных размеров землевладений для юридических лиц…. Нами наиболее оптимальной признана норма именно в 10%”.


Возможно, именно 10% — лучший вариант. Но опять же, почему бы не объяснить это всем? Я, например, как потенциальный землевладелец не пойму логики. Уверен, не понял ее и крестьянин в Талгаре, что каждый год тащит на своем горбу помидоры в Алматы и вдруг может столкнуться с тем, что его участком заинтересуется юридическое лицо. Кроме того, и 10, и 5 процентов – весьма условная цифра, поскольку это лишь доля от общей площади каждого вида сельхозугодий одного административного района. Очевидно, что адмединицы по площади не равны, и потому даже 10-процентные доли в разных районах и областях не будут совпадать. И потому премьеру стоило бы еще раз объяснить и показать на цифрах и картах, отчего именно 10 процентов стали оптимальной долей. Но премьеру некогда…


“Раздав землю бесплатно, мы рискуем повторить некоторые негативные итоги приватизационных компаний”.


Верно – рискуем. А не раздав землю, мы рискуем оставить без кормилицы тех, кто многие годы гнет на ней спину, но, в силу самых разных причин (и затяжной кризис в сельском хозяйстве в этом ряде будет не последним), так и не смог собрать нужную сумму на то, чтобы выкупить свой участок. И еще – уроки на то и существуют, чтобы делать из них выводы. Тем более, уроки истории. Неужели для того чтобы избежать повторного ожога при попытке достать картофель из костра, нужно и вовсе отказаться от идеи огня?


“С другой стороны – земля должна приобрести реальных хозяев, заинтересованных в получении прибыли, налаживании производственного процесса и достижении общего экономического эффекта”.


Но вот и ответ на все вопросы по предыдущему тезису. Вряд ли обычный крестьянин сможет сразу и наладить производство, и получить прибыль и повлиять на тот самый экономический эффект в масштабах страны за короткий срок. Между строк так и хочется прочесть – нужны люди с деньгами, которые смогут сразу же вложить немалые суммы в землю и извлечь выгоду быстро. Собственно, им и труда не составит купить землю – все будет быстро и эффектно. А процесс раздачи затянется – потому что тут надо будет соблюдать справедливость, на что уйдет немало денег и времени. А кому это надо?


“Национальный фонд уже выполняет функции по аккумулированию финансовых ресурсов на общегосударственные цели. Мы не достигнем желаемого эффекта, дублируя функции, распыляя обязанности и увеличивая административные издержки” (создав новый Земельный фонд по желанию депутатов. – Авт.).


Здесь с премьером трудно не согласиться. Но дело здесь в другом – депутаты лишь посчитали закономерным, если деньги, вырученные от земли, в нее же и будут вложены – в конце концов те самые средства на установление справедливого раздела и развитие сельского хозяйства. И Национальный фонд не показался им достаточно надежным механизмом для этого – только и всего. И здесь премьер мог бы быть более уступчивым и показать на пальцах, что деньги не уйдут в песок, а реально вольются в сельское хозяйство. Или потому и не показал, что это не так?


“Все уже предпринятые меры в аграрном секторе ориентированы на концептуальную модель правительственного варианта законопроекта”.


Неужели это надо понимать так: когда мы все это задумывали, вас тут не стояло, освободите место? Вообще-то, так говорить не принято в цивилизованном обществе. Потому что столь важные вопросы всегда подлежат обсуждению, и точка зрения парламента – не сплетня с базара. И никогда не поздно обсудить текущие экономические реформы с тем, чтобы внести коррективы. В противном случае можно до бесконечности наступать на грабли.


“Привычка ожидания государственной поддержки нейтрализует собственный потенциал предприимчивости крестьян”.


Совершенно верно. Правда, полное отсутствие поддержки может этот потенциал и вовсе убить. Как и коррупция, пренебрежение интересами мелкого предпринимательства в угоду крупным компаниям. И значит, вовсе не нужно отождествлять возможность бесплатной раздачи земли с предпринимательской импотенцией. В противном случае нежелание идти на поиск компромиссов с парламентом тоже можно объяснить как неспособность исполнительной власти действовать разумно.


“Нужно действительно полноценное и востребованное временем правовое обеспечение земельных отношений”.


А вот здесь премьер попал в точку. Правда, это всего лишь слова. Правительственный законопроект трудно назвать полноценным – мало того, что парламентарии насобирали несколько сотен поправок, так еще и заезжие аналитики-немцы признали документ сырым и требующим доработки. Но премьеру, похоже, некогда, он торопится и задается вопросами типа “А вы меня уважаете?” вместо обсуждения и создания документа, действительно востребованного временем…


Позиция премьера очевидна – сельскому хозяйству Казахстана нужны прежде всего крупные землевладельцы, крупные собственники, а мелким фермерским хозяйствам в запланированной правительством схеме места ой как немного. Проект нужен здесь и сейчас, возможно, потому, что время, отпущенное ему на руководство правительством, на исходе, и он просто боится не успеть. Вполне логично задать вопрос – уместен ли подобный торопыга в роли премьер-министра? Увы, как бы не хотелось списывать причину этой поспешности на возможную личную заинтересованность членов правительства в первоначальном варианте, но… Других логических аргументов премьер в своей речи не представил. Жалеть в этой ситуации приходится только о том, что в Казахстане уже складывается традиция регулярного размена парламента, и в целом представительной власти, на подобные амбиции.

Новости партнеров

Загрузка...