С чем едят дефляцию?

Источник: газета \"Начнем с понедельника\"

Ну, вот и дождались …


Как раз через полвека, впервые после знаменитых послевоенных сталинских понижений цен, Правительство суверенного Казахстана порадовало народ действительно потрясающей новостью: цены поползли вниз:


Не все, конечно, что-то и привычно повышалось, но материалы регулярного наблюдения за уровнем цен на продовольственные товары в столице, областных центрах и крупных городах показывают, что индекс цен на продовольственные товары за три недели июля составил 99,2%.


Если про то, что повышалось, то наибольший прирост наблюдался на пшено — 7,3% и гречневую крупу – на 4,1%, муку пшеничную на — 3,1%, мясо и птицу – на 0,5%.


Зато цены на яйца снизились на 7,6%, фрукты и овощи – на 7,5%. Килограмм лука репчатого в июле продавался по 41 тенге, это на 11 тенге меньше, чем в предыдущем месяце, картофеля – по 40 тенге и на 3 тенге дешевле, яблок — по 120 тенге и на 12 тенге меньше. Сахар стал дешевле на 1,1%, молочные продукты – на 1,6%, масло животное – на 1,9%.


Самый большой авторитет в области базарных цен — председатель Национального банка Григорий Марченко — полагает, что по итогам июля индекс потребительских цен составит 99,9% против 101,1% в июне. При этом он не исключил, что и в августе возможна дефляция.


Дефляция – это укрепление покупательной способности национальной валюты, когда на одну и ту же, например, пенсию, каждый следующий месяц можно покупать больше, чем за предыдущий. Эдакий финансовый рай для тех, кто получает или зарабатывает на жизнь не в “баксах”, а именно в национальной валюте. Не надо даже ждать-требовать индексации пенсий или прибавки жалованья, если эта летняя тенденция сохранится, — жизнь начнет улучшаться сама по себе, от месяца к месяцу.


Кого же простые трудящиеся и пенсионеры должны благодарить за столь благую дефляционную политику?


Разумеется – Национальный банк Республики Казахстан. Поскольку именно он отвечает за рыночный курс национальной валюты, а, следовательно, и за то, сколько на нее можно купить. Это – теоретически. Практически же Нацбанк не только 100-процентно исполняет эту свою государственную функцию, но и является самым крупным коммерческим “игроком” на казахстанской валютной бирже, решающим образом определяющим объем продаж-покупок и, соответственно, рыночную стоимость тенге.


Чтобы читателю стала понятнее такая двойная функция Нацбанка, представьте себе футбольного арбитра, который не просто судит игру, но и … играет центральным нападающим одной из команд. Ну, скажем, ради пущей красоты игры, уравнивания сил, и всякое такое…


Причем результат встречи всегда определятся именно тем, сколько голов забьет этот судья-игрок. А забивает он (или, наоборот, не забивает) по принципу, который некогда озвучил легендарный Пеле: “Они нам забьют, сколько смогут, а мы – сколько захотим”.


Негодное популистское сравнение, может сказать некий мой пристрастный читатель. Футбольное соревнование и конкуренция продавцов-покупателей на валютной бирже – совсем не похожие вещи. Согласен – совсем не похожие. Если на футбольном поле арбитр-нападающий выглядел бы издевательством над принципом определения результата в честной спортивной борьбе, то участие некоммерческого субъекта, государственного органа, Национального банка в рыночных торгах считается делом не просто допустимым, но и как бы необходимым. Причем, повторим, Нацбанк в такой роли – не просто член “команды” (а ну-ка, попробуйте угадать — какой), но – та самая “суперстар”, которая “делает” результат каждой очередной игры. За что и получает эксклюзивный оклад и прочие персональные знаки благоволения от руководства “футбольного клуба”.


Правда (опять-таки в отличие от футбола), если имя тому же Бекхему “делают” спортивные специалисты и комментаторы, то наш НБ пиарит собственные достижения сам. И уже потом, с очередной пресс-конференции председателя Марченко, журналисты разносят сообщения о бурном росте золотовалютных запасов, депозитов, активов и прибылей коммерческих банков и прочих успехах национальной валютно-финансовой политики.


Впрочем, хватит о футболе, поговорим о приятном. Вспомним, с чего мы начали, и зададимся вопросом: как все же понимать такой реальный подарок (без кавычек) населению Казахстана, как замена инфляции на дефляцию?


Чтобы разобраться, напомним, что планомерное снижение инфляции все последние годы было главной “фишкой” наших властей. Не припомню ни одного серьезного выступления Президента, где бы он не отметил, как неуклонно сокращается инфляция в Казахстане. А уж что касается планов и программ всех подряд правительств – там эти цифры всегда на первом месте.


Вот, например, руководители страны любят напомнить, что в 1993 году инфляция тенге составила 3200%. С тех пор (с приходом кого?) на борьбу с нею были направлены все усилия Правительства, и, например, за 2002 год среднегодовая инфляция в очередной раз была снижена с 8,4 до 5,9%. Что же касается этого года, то, до его начала, инфляция осторожно планировалась в пределах 6%, а премьер Ахметов первым делом объявил, что в течение трех лет планируется выйти на стабильный уровень годовой инфляции в пределах 3%. Но, как видим, валютно-биржевая политика Нацбанка оказалась столь сверхпланово успешной, что уже к июлю-августу процесс начал “зашкаливать” в сторону отрицательных (для нас, покупателей, — положительных) величин. И теперь, вроде бы, достаточно закрепить эту тенденцию и, пожалуйста, — можно объявлять о досрочной реализации стратегической цели всех рыночных правительств.


Однако…


Тот же Г. Марченко, характеризуя итоги полугодия в финансовой сфере, одним из наиболее значимых событий отметил снижение инфляции в среднегодовом исчислении только … до 5,7%.


Как же так? Если Нацбанк уже подавил инфляцию, почему он собирается во втором полугодии опять выпускать ее на волю, фактически до прошлогодней величины?


Здесь ответ такой:


Вот уж чего не было и нет в нашем построившем рыночную экономику государстве, так это – действительно рыночного курса тенге. Курс национальной валюты, с самого ее введения, всегда был и остается предметом искусственного регулирования. Меняются только политические цели внерыночного манипулирования курсом тенге к доллару, манипулирование же – постоянно. Сначала добрый премьер Терещенко щедрыми кредитами хорошим людям очень быстро довел инфляцию до тех самых 3200%. Потом премьер Кажегельдин быстро задушил инфляцию, в том числе и тем, что доллар искусственно “удешевлялся” на внутреннем рынке. Далее, как раз в промежутке между уже разразившимся в конце 1997 года мировым кризисом и уже свершившимся российским дефолтом-98, но еще не случившимися “неожиданными” досрочными перевыборами Президента, наши власти искусственно держали завышенный курс тенге, растрачивая на это остатки золотовалютных запасов. И лишь после победы Президента над лидером коммунистов и таможенным генералом, премьер Балгимбаев преподнес щедрый подарок сырьевым экспортерам, устроив на первое апреля “розыгрыш” с обрушением курса нацвалюты.


Сейчас ситуация зеркально обратная: тенге намного, и по-бессовестному, занижен в сравнении с реальным спросом-предложением на валютной бирже. И уйди Нацбанк с торгов – доллар мгновенно “обрушится” (на самом деле – тенге “обвально укрепится”), что сразу похоронит все успехи экспортно-сырьевой экономики.


Как говорится, “пришла беда, откуда не ждали”. Год назад в Астане царила эйфория: Нацбанк потихоньку “опускал” тенге к доллару (3,3% за 2002 год), экспортеры были довольны, а, с другой стороны, эти 3,3% “противотоком” не слишком портили парадные показатели инфляции. Но вот уже за первую половину этого года Нацбанк, не справляясь с нарастающей “избыточностью” доллара, “опустил” его по отношению к тенге сразу на 5,24%, “скушав” тем самым почти всю запланированную на год инфляцию.


Знают ли “наверху”, что делать дальше?


Об этом мы обязательно еще поговорим…


\»Начнем с понедельника\»,

№ 30 (456), 1-7 августа 2003 г.

Новости партнеров

Загрузка...