Доводы Азимбая-1. Аналитический ряд из казахской антропологии

Аскрептивы, традиционализм и инновационность казахов. Аскрептивы — пережитки прошлого, тормозящие саморазвитие этноса. Старый строй и уклад жизни обязательно содержат такие составные, которые душат новые общественные отношения. Это относится к неоправданным социальным привилегиям сословного характера, таковы привилегии московских бояр и их неизменные противоречия с ранним дворянством на этапе строительства русского централизованного государства. Недовольство \»третьего\» сословия вызвало недюжинную теорию и Великую французскую революцию 1789-1794 гг. Символом аскрептивов была Бастилия, где на момент штурма практически не было невинных узников. Каждая нация имеет свои методы преодоления аскрептивов. Так, немцы неизменно искореняли нацизм жесткой люстрацией. Те, кто не попал под суд, были выведены за периферию сфер общественного сознания и государственной службы. Посткоммунистическая ГДР бывшим коммунистам не дала права реализации себя в сколько-нибудь значимых государственных, научных, спортивных и иных сферах. Сталкивался с примером, когда восточногерманскому бывшему коммунисту нельзя было поручить должность заведующего отделом. Для Казахстана актуально преодоление аскрептивов колониального и коммунистического наследия. Коммунистические аскрептивы среди казахов прижились мало. Однако, среди казахов бытуют русские милитаристские традиции и стереотипы — будь то превозношение культа советской (русской) воинской силы и тоталитаризма, оправдание репрессий, памяти Великой Отечественной войны (как решающего фронта второй мировой войны), афганской военной кампании СССР в 1979-1989 годах, юбилея целины и т.д. Важно отметить, что опасна не сама милитаризация сознания, а пророссийская милитаризация. Опасно создание движений военно-политического давления на партию власти. Вторая группа аскрептивов касается колониального наследия. Только в первые годы суверенитета сделаны робкие шаги по преодолению последствий колонизационной политики. Эта работа, не в пример Прибалтийских стран, в Казахстане сделана формально и не завершена; нереализованность государственного статуса казахского языка тому подтверждение. Газета \»Азат\» пишет о том, что в одном районе имелось до 12 населенных пунктов имени Ленина. (\»Азат\», 11.02.04.) Для преодоления этой ситуации нужна новая политизация старого вопроса. Мертвые не должны тянуть за ноги живых. Казахских аскрептивов было мало, так институт аксакалов может найти новое применение. В советское время боролись с так называемыми пережитками прошлого. Аскрептивами называли казахские традиции и институты, которые имели свойство позитивного регулирования. Казахская соборность или некоторые другие черты казахов. Институт агаиншылык, ынтымак, жылу, ауызбиршилик способствовали социальной поддержке и солидарности казахов перед лицом тоталитарного колониализма сперва с царским, а затем и советским режимом. Корпоративность и солидарность на уровне рода, племени, союза племен и, наконец, нации и даже идея содружества тюркоязычных наций — Алты Алаш. Колониальные режимы в Казахстане системно боролись и существенно подорвали эти институты. Все это подтверждение институционального этноцентризма. Он был оправдан в условиях колониализма как форма традиционного сопротивления. Этноцентризм перерастает себя, и вызревает новый уровень общности — гражданский национализм. Это — идентификация по принципу нация — гражданство, где реально могут быть защищены права человека на личностном уровне, что возможно при овладении государственным языком. Нельзя надеяться на полное возрождение, но часть их вновь получила модифицированную практику. Скорее всего, появится суд биев, как третейский, мировой судья, который будет вершить досудебные дела в порядке умиротворения сторон.


Евразийство наоборот — новое казахское оружие. Россия не захочет, например, присоединения Узбекистана или Таджикистана к России, ограничится только влиянием на внутреннюю и внешнюю политику. Это как присоединение Афганистана. Присоединяешь проблемы страны, но возможности аккультурации и абсорбции минимальны. Одной из причин распада СССР была невозможность аккультурации слишком значительных массивов чужеродных сообществ в русскую цивилизационную среду. К тому же, русские накануне распада СССР составляли менее половины населения преогромной страны. Возникла реальная опасность поглощения малыми и неаккультурируемыми республиками — колониями, республиками самого доминиона. Это могли быть национально-освободительное движение, колониальная война подобно двум чеченским войнам, а также любое погружение в проблемы республики колонии с поглощением бюджета доминиона. СССР отказался от Афганистана, англичане — от всех колоний: случай, когда отпадает утилитарная необходимость неэкономических отношений. Это поняли все страны Западной Европы. Но Россия хотела бы поглотить Казахстан, потому что наша страна достаточно адаптирована к колониальному существованию. У власти постколониальная элита генетически происходит из колониальной. В Казахстане около 30% русскоязычного населения — русские, украинцы, белорусы и т.д. Среди последних сильно чувство ностальгии по советскому и колониальному прошлому, живы реставрационные стереотипы прошлого. За двенадцать лет много изменилось в Казахстане. Другими стали казахи. Они стали индивидуалистическим и достаточно религиозным этносом. Меняется характер — более гетерогенными становятся брачные связи. Высок показатель гетерогенных внебрачных связей, одновременно растет абсолютное число межэтнических браков. Сперва вырастут межэтнические браки внутри мусульманского сообщества и внутритюркские браки и браки между контактными русскими и обрусевшими казахами. В любом случае, численное доминирование казахов аккультурит их потомство в казахов или в чалаказахов. Но изменения еще не необратимы, не столь сильны и иррадиоционны. Есть несколько видов импульсов: этнонациональный (высшая форма — государственничество), лингвоцентристский, конфессиональный, демографический и социальный. Каждый из импульсов должен быть для метрополии потенциально и реально опасным. Скажем, этнонациональный импульс должен казахизировать русских Казахстана и казахов России и откровенно или подспудно вести к восстановлению государственности и подталкивать к сепарации автономии. Лингвоцентристский импульс — казахизировать все местное население в плане перехода на казахский язык. С казахским как государственным связана система идеологических привязанностей, вопреки геополитическим интересам России. Конфессиональные приоритеты нашей страны — ислам, усилившись в Казахстане, будет расширять свое влияние в России, создав идеологическую \»Вандею\». Казахстан накопил значительный демографический потенциал, в своей основе он казахский и тюрко-мусульманский. В случае аннексии Казахстана Россией казахи ринутся по России, возрождая угасающее сознание национальных меньшинств. И, наконец, возродится социальное иждивенчество — антиколониальное движение получит социальную мотивацию. Конечно, помыслы имперской России опасно предсказуемы. Задача казахской элиты — сделать процесс суверенизации необратимым. В случае потери суверенитета казахам достанется роль разрушителя Российской державы, на этот раз ценой больших потерь. Начинку евразийской концепции с неославянофильского на тюрко-мусульманские ценности. Появятся некие \»дугины наоборот\», которые внесут в новую пассионарную идеологию евразийства тюрко-мусульманские ценности, распространят ее по широким просторам России, сперва в собственно казахской среде, а затем татаро-тюркской, и, в последнюю очередь — в русском массиве. К этому времени русские устанут от путинской и постпутинской лжи. Вначале утвердится этический суфизм в интеллектуальных кругах России, затем самореализуется мусульманский партикуляризм, с которым невозможно будет бороться. В этом — суть казахского оружия, это — всего лишь евразийство наоборот.


Алматы и Астана — две столицы — две надежды. С 1997 года Астана начинает быстро расти. Рост населения происходил за счет положительного миграционного сальдо. В 1999 году прирост составил 53,2 тыс. чел., в 2000 году -57,7, в 2001 году -51 тыс. человек. Однако в два последних года произошел спад темпов роста населения города. В 2003 году население столицы превысило полумиллионную отметку. Удельный вес казахов в населении новой столицы составил 54,8%.В достоличный период удельный вес казахов был невысок, но быстро рос: в 1989 году-17,7%, в 1999 году — 41,8%, в 1989 и 1999 годы наблюдалось снижение удельного веса русских с 54,1до 40,5% , украинцев с 9,3 до 5,7%, белорусов с 2,9 до 1,8% и немцев с 6,7 до 3,0%. (Демографический ежегодник. Управление статистики города Астаны. Астана.2000,с.8; Астана. Статистический ежегодник. Управление статистики города Астаны. Астана. 2003, с.27.) В 1997 году произошло разделение казахской элиты на административно-политическую и бизнес-элиту. Первые большей частью переехали в новую столицу — Астану, вторые — остались в Алматы. В первые годы государственно-управленческая часть элиты бесконечно летала в Алматы, пока окончательно не обосновалась, пока не создали инфраструктуру, идентичную Алматы. Разделение единой элиты и формирование нового ядра астанинской элиты происходило не по принципу трайба и принадлежности региону. Здесь обосновались представители всех казахских жузов и регионов Казахстана. Сложилась иная, чем традиционная, корпоративность, реально работающими являются связи, основанные на современных, преимущественно финансовых, технологиях. Высшая управленческая элита Астаны рекрутировалась из молодых выдвиженцев старой элиты, часто окончивших вузы в первые годы суверенитета на Западе. Связь управленческой элиты со старой элитой второго эшелона власти — показатель некоторого обновления элиты. Мы полагаем, что часть выдвиженцев при существующей системе рекрутизации элит выкупила места по финансовым схемам. Часть управленческих функций и \»теплых местечек\» передавалась по соображениям патрон — клиентских обязательств и квот влиятельных людей при заполнении вакансий \»своими людьми\». Часть управленцев среднего звена была утеряна при передислокации из Алматы. Кризис дефицита кадров был преодолен за счет сверхэксплуатации и интенсификации труда чиновников среднего уровня. В этом смысле слова, Астана построена благодаря великому подвигу высшего и среднего чиновника. Астана — первое реальное творчество высшего чиновничества, в первую очередь, Назарбаева. Было бы неверно отрицать меритократичность системы рекрутирования, особенно на этапе раннего суверенитета, она была таковой определенно.


Астана и Алматы как две столицы помогают преодолеть эффект доминирования, будь то политическое, экономическое и культурное отдельных, скажем, монополистических структур. Происходит переток неудовлетворенных пассионариев из числа неудовлетворенных алматинцев в Астану и обратно. Талантливые пассинарии из науки, искусства и образования приживутся в Астане, если не приживутся в Алматы. Влияние конкуренции южной и северной столицы и соответствующих субъектов приведет к росту полифункциональности и принесет положительный эффект для развития страны. Феноменом двух столиц ускоряется социализация в условиях крупного города. Высвобождение аграрного населения приведет к массовому приходу в города, что в условиях двух полюсных городов существенно ослабит давление сельского населения на города.


Сам факт передислокации столицы государства привел к некоторой ротации элит. Так, староаристократическая Алматы была частично отстранена от управленческих функций. Смелость президента Назарбаева по передислокации столицы страны опровергает опасения в его трайбализме. При другом президенте вряд ли возможно было это осуществить. Если Астана — город среднего и крупного чиновничества, то Алматы — город среднего и крупного бизнеса. Астана стала самым крупным казахским городом, здесь как нигде высок удельный вес казахов. Алматы — вольный город, часто оппозиционный, Астана — больше чиновничий, служивый город. Алматы — больше восточный, среднеазиатский город, здесь проживает много уйгуров, турок, азербайджанцев, чем в Астане. Астана находится в центре казахов Среднего жуза (аргынское окружение), Алматы — в окружении казахов Старшего жуза (на стыке крупнейших казахских трайбов — албан, шапрашты, уйсин, ысты). Вместе с тем, оба города удивительно пестрые по этническому составу казахов. Так, в Алматы огромное количество найманов, а также представителей Младшего жуза. В свою очередь, в Астане много выходцев из Алматы, Караганды, много казахов с запада страны. Эти обстоятельства приводят к относительному доминированию в крупнейшем мегаполисе близ расположенных казахских трайбов. В последние годы наблюдалось снижение темпов прироста населения за счет миграции населения. Если казахское население растет за счет мигрантов, то русское, украинское, белорусское, немецкое население — уменьшается. Функционально значимые места в Алматы заняты русскими, в Астане — казахами. В Алматы численность населения вдвое больше, чем в Астане. Пока население Астаны не достигнет одного миллиона человек, она не сможет достичь саморазвивающегося механизма.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...