“Бенефис” пустых кастрюль

Мерзость. Фальшь. Страх. Срам.


То, что происходило 17 сентября в ТЮЗе, на Аблай хана-Маметовой, является спланированной властями провокацией, с незамысловатым сюжетом и все теми же действующими лицами. Не обладающие креативом среднеазиатские диктаторы порождают таких же слаборазвитых творчески режиссеров полицейского и каэнбэшного звания. Отсюда и результат. Но — обо всем по порядку.


17 сентября в ТЮЗе должна была состояться встреча кандидатов в депутаты от Интернациональной платформы “Алма-Ату — в чистые руки” с теми, кто изначально считает себя СТОРОННИКАМИ данной платформы. Именно так и было заявлено в титуле мероприятия, именно так было написано в приглашениях.


Уже в 16 часов вокруг ТЮЗа начали собираться персонажи, заподозрить которых в симпатиях к оппозиционным демократическим кандидатам нельзя по определению: полковник Бектасов, находясь в центре стаи таких же сероштатских, давал им последние указания, отдельно кучковались граждане в костюмчиках покруче, с радиостанциями покомпактней и с одинаково надменными выражениями лица. В зале, на определенном сценарием месте, уже восседал штатный Гапон казахстанского розлива Боря Годунов.


Через несколько минут к ТЮЗу начали прибывать организованные группы граждан, среди которых без труда узнавались коридорные и кабинетные работники акимата г.Алматы, учителя (печально-традиционное акиматовское “пушечное мясо”), стаи топтунов, крикунов и пачкунов, известных еще по провокациям возле посольства на Фурманова (во время нахождения там Галымжана Жакиянова), у здания суда в Каскелене (во время позорного для режима процесса над Сергеем Дувановым) и т.д.


Замысел был прост: еще до того, как начнут прибывать приглашенные сторонники платформы “Алма-Ату — в чистые руки”, специальным образом заполнить зал управляемым сбродом, состоящим из отдельно взятых государственных чиновников, членов провластных партий, раскормленных горлопанов, неадекватных истеричек преклонного возраста и молодой порослью, выделяющейся оловянным выражением глаз и явно выраженным стремлением сегодня гнуться, чтобы завтра получить право гнуть.


Специальные люди рассаживали прибывающих, группами рассредоточивая их по залу, чтобы практически в каждом месте находились марионетки, готовые сучить ногами и вопить по щелчку дрессировщика. Кучка псевдодопоколенцев под предводительством Ариты Цой, не первый год тщетно, хотя и громко обвиняющих Ирину Савостину во всех смертных грехах, заранее заняли верхний балкон. Женщины в белых платках, чье предназначение стало понятно вскоре, расположились несколькими группами в разных местах зала.


Рядом с каждой организованной группой обязательно садился незаметный человечек, с компактной радиостанцией, постоянно поддерживающий связь с неведомым до поры “концертмейстером”. Таким образом, уже к 16:30 приготовления были завершены, зал на 70% заполнен нужным “материалом” вперемежку со специалистами в штатском, речевки розданы.


Уже тогда было заметно, что никто особенно не скрывает намерений: Борис Годунов открыто раздавал пасквильные материалы, громогласно (не отнять), сдабривая свои действия оскорблениями в адрес кандидатов в депутаты Ирины Савостиной, Петра Своика и других. Отдельные группы тренировались быстро разворачивать лозунги и плакаты, оскорбляющие все тех же кандидатов от демократической оппозиции, репетиторы в штатском давали советы, как все это правильно делать и на какие команды что кричать.


Господин полковник Бектасов, несомненно, знал, что именно будет происходить в зале. Предполагая, что именно к нему, такому узнаваемому и публично пообещавшему не так давно принять все меры к задержанию и наказанию специалистов по черному пиару, будут обращаться организаторы мероприятия с требованием навести порядок, он к 16:40 уже исчез из поля зрения. Его незримое руководство процессом угадывалось, когда то один, то другой сероштатский отвечал на его вопросы по рации и докладывал ему о происходящем.


Еще до начала собрания один из его организаторов, кандидат в депутаты Асылбек Кожахметов, указывая на явные приготовления к провокациям и возможным массовым беспорядкам, пытался добиться содействия полиции в предотвращении развития такого сценария, но, естественно, тщетно — кто же станет предотвращать то, что им же и спланировано. Лейтенант полиции Ерлан Тойгулов, находящийся в помещении ТЮЗа, охраняющий избирательный участок, был явно растерян. Неохотно вняв просьбе организаторов вызвать наряд полиции для обеспечения порядка в зале, он был тут же подвергнут принудительной беседе с одним из “штатских”, в результате чего попросту сбежал из зала, второпях сообщив, что он, вообще-то, отвечает только за сохранность сейфа на избирательном участке и больше ни с чем дела иметь не желает.


Собрание началось с приветствия кандидатами своих сторонников и объявления программы самого мероприятия. Ведущая собрания, кандидат Бахтыла Туменова, объявила, что в первой части предлагается провести дебаты между представителями власти, т.е. акимата, которых в зале великое множество, и кандидатами в депутаты — на выбор зала. Она несколько раз приглашала представителей власти выйти на сцену и занять свои места, но все было тщетно. Видимо, открытого диспута, конструктивного спора, способного родить истину, в сценарии г-на Бектасова не было — да и что открытого может противопоставить режим, при котором чиновничья коррупция признается одним из необходимых условий развития бизнеса. Что открытого могут сказать чиновники, при зарплате в 150 у.е. владеющие скромными трехэтажными домиками, стоимость которых кратно превышает суммарный годовой размер пенсий, даже после их повышения, всех пенсионеров г.Алматы?


Как и предполагалось, никто из чиновников на сцену не вышел. Их место, по сценарию устроителей собрания, заняли молодые сторонники демократической оппозиции, студенты, которые, в силу объективных, но позорных для режима, называющего себя демократическим, обстоятельств, выступали в масках. Их миниатюры, высмеивающие находящихся в зале прототипов, вызвали нешуточный гнев последних. Раздались выкрики с требованием снять со студентов маски, на что ведущая вновь предложила гневающимся занять места на сцене и цивилизованно, а не в люмпеновской манере воплей с места, довести до сведения собравшихся свою точку зрения.


После вторичного игнорирования этого предложения стало совершенно очевидно, что власть примитивно трусит, демонстрируя стайные рефлексы, присущие не самым благородным представителям животного мира. В попытке избежать неизбежного позора “главреж” в погонах вывел на передний край проверенную тяжелую артиллерию — Бориса Годунова. Заглушая утробным ревом могучего организма голос ведущей, призывающей его к порядку, сей “орк”, вскормленный режимом, начал беспрерывно задавать тупые провокационные вопросы кандидатам. Ответов на свои вопросы г-н Годунов не ждал, отвечал на них сам, обращаясь к залу. Все это продолжалось более 20 минут, в течение которых сторонники Интернациональной платформы пытались добиться от неистового Бориса соблюдения порядка и приличий, а стая товарищей г-на Бектасова вопила из разных концов зала, требуя предоставить ему микрофон.


Один из кандидатов в депутаты, оказавшись позади некоего незаметного субъекта, стал случайным свидетелем приглушенного разговора: субъект в черном костюме выговаривал стоящей рядом женщине: “Вон те, слева, и там, в центре, неактивны! Срочно примите меры!” Поняв, что были услышаны, собеседники разошлись: женщина направилась в зал “принимать меры”, человек в костюме вышел из зала через боковой проход.


На протяжении этой провокации организаторы собрания, представившись и объяснив свои полномочия и права на соблюдение порядка, требовали от сотрудников полиции в штатском выполнения их прямых обязанностей: прекращения хулиганства со стороны Б.Годунова, принуждения его к порядку. Рашид Жаксылыков, сотрудник г-на Бектасова, находящийся при исполнении, в штатском (он показал свое удостоверение сотрудника полиции), наотрез отказался предпринимать что-либо, никак своего такого решения не поясняя. Павел Вашин, еще один работник того же ведомства, также не стал ничего предпринимать, храня молчание, перешедшее в тривиальный побег трусцой от организаторов собрания.


Все это время организаторы собрания пытались сделать невозможное: убедить г-на Годунова прекратить хулиганство и вернуться на свое место. С таким же успехом можно было беседовать с телевизором: провокатор со стажем давно настроен исключительно на “вещание”, блок “прием” у него атрофировался за ненадобностью, как политический атавизм. Результатом преступного попустительства факту злостного хулиганства со стороны представителей правоохранительных органов стала попытка организаторов собрания самостоятельно вывести из зала распоясавшегося дебошира. Тут-то и началось.


Взятый под руки г-н Годунов вдруг повалился на пол, увлекая за собой тех, кто не успел от него отцепиться. Нужно было видеть орущего во все горло, сучившего ножками карапуза весом почти в полтора центнера. Вдруг возникшие крепенькие ребята в штатском сноровисто подняли г-на Годунова, отряхнули его и вернули на место. А вот тем, кто пытался, в отсутствии присутствовавшей полиции и КНБ, навести порядок в зале, пришлось несладко. Постоянно присутствующий при всех мероприятиях демократической оппозиции гражданин в черном костюме, при активном содействии нескольких таких же, не опознанных и не представившихся, попытались усадить ребят в автомобиль с гражданскими номерами, обещая угрожающим тоном “разобраться” с ними где-то, в каком-то им, “штатским”, известном месте. Только активное вмешательство кандидатов в депутаты, потребовавших у “штатских” предъявления документов, привело к прогнозируемому результату: “неопознанные” субъекты, по команде “человека в черном”, исчезли, вновь рассредоточившись по залу.


По всей видимости, охрана ТЮЗа, опасаясь за сохранность объекта во время потасовки, все же вызвала полицию. Прибывшие на нескольких автомобилях полицейские были тут же взяты в оборот “человеком в черном”, в результате чего доложили по команде, что “вызов не подтвердился, в ТЮЗе все спокойно”. Возглавлял прибывшую полицейскую команду капитан Ермекбаев, нагрудный знак “А 0736”. Именно ему организаторы собрания указали на “человека в черном”, утверждая, что данный субъект является одним из организаторов провокации. Кандидаты в депутаты потребовали от капитана Ермекбаева добиться от “человека в черном” предъявления документов, чего капитан, к стыду своему, сделать так и не смог. Увлекаемый “черным” субъектом, капитан затерялся в коридорах театра, после чего попросту исчез, вместе со своей командой.


Собрание продолжалось. Временами перебиваемое выкриками с мест, слегка приглушенным ревом Б.Годунова и визгом пожилых профессиональных истеричек с балкона, оно все же шло своим чередом. Кандидатам задавали вопросы, они говорили о себе и своих программах, шутили относительно смешных, видных невооруженным глазом, попыток шизоидной стаи навязать свой вариант проведения собрания. В ходе реализации полицейского сценария “а-ля Бектасов” выяснилась задача благопристойных женщин в белых платках. Они перебивали выступающих, требуя, чтобы те говорили на государственном языке. Вообще это очень было похоже на попытку запретить общение на русском языке, имеющем в Казахстане статус языка межнационального общения. Печально, что забота о развитии государственного языка в многонациональной стране принимает такие уродливые формы. Опасно, что этот эпизод прописан в сценарии, автором которого является режим.


Особенно понравилась шутка одного из кандидатов в депутаты, самого молодого представителя Интернациональной платформы “Алма-Ату — в чистые руки”, Михаила Сытника. Уже в самом конце собрания, перед тем, как обратиться к своим сторонникам- избирателям, он адресовал тем, кто весь вечер заученно, по команде кричал и топал, пословицу: “Пустая кастрюля всегда громче гремит”. Лучше и не скажешь.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...