Ермухамет Ертысбаев: “В сущности, Туякбай уже сейчас оппозиции не нужен, он сделал свое дело, и он может уйти”

Источник: “Хабар” программа “Жетi кун”

ВЕДУЩИЙ:

СОПРЕДСЕДАТЕЛЬ ПАРТИИ “ОТАН” И СПИКЕР МАЖИЛИСА ЖАРМАХАН ТУЯКБАЙ НА ЭТОЙ НЕДЕЛЕ СООБЩИЛ ЖУРНАЛИСТАМ О ВЫХОДЕ ИЗ ПАРТИИ ВЛАСТИ И СВОЁМ ОТКАЗЕ РАБОТАТЬ В НОВОМ ПАРЛАМЕНТЕ. ЭТО РЕШЕНИЕ ПОСЛЕДОВАЛО СРАЗУ ЗА ПУБЛИКАЦИЕЙ ЕГО ПОЛИТИЧЕСКОГО ЗАЯВЛЕНИЯ, В КОТОРОМ ТУЯКБАЙ ПОДВЕРГ КРИТИКЕ НЕДАВНИЕ ВЫБОРЫ В МАЖИЛИС. ДАЖЕ ЕСЛИ ПРЕДСТАВИТЬ, ЧТО ОСНОВНЫМ МОТИВОМ ТАКОГО ДЕМАРША СТАЛА СИЛЬНАЯ ОБИДА НА ВЛАСТЬ В СВЯЗИ С ПРЕДПОЛАГАЕМОЙ ПОТЕРЕЙ МЕСТА СПИКЕРА В НОВОМ ПАРЛАМЕНТЕ, ЛИНИЯ ПОВЕДЕНИЯ, ВЫБРАННАЯ ЖАРМАХАНОМ ТУЯКБАЕМ, ВЫГЛЯДИТ СЛИШКОМ УЖ ИМПУЛЬСИВНОЙ. ВО ВСЯКОМ СЛУЧАЕ, ВСЕ ЕГО ПОСЛЕДНИЕ ШАГИ БЫЛИ ВЫДЕРЖАНЫ В СТИЛИСТИКЕ ТЕАТРАЛЬНОГО ЖЕСТА, ЭПАТАЖНОЙ БРАВАДЫ — СНАЧАЛА ПУБЛИКАЦИЯ С КРИТИКОЙ ВЫБОРОВ В ОППОЗИЦИОННОЙ ГАЗЕТЕ, ЗАТЕМ – СОЛЬНАЯ ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЯ С ГРОМКИМ ЗАЯВЛЕНИЕМ О ВЫХОДЕ ИЗ ПАРТИИ И ОТКАЗЕ ОТ ДЕПУТАТСКОГО МАНДАТА. ВНИМАНИЯ ЖУРНАЛИСТОВ К СВОЕЙ ПЕРСОНЕ СПИКЕР МАЖИЛИСА ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ДОБИЛСЯ. НА КАКОЕ-ТО ВРЕМЯ. НО ВОТ ДАЛЬНЕЙШАЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ КАРЬЕРА ЖАРМАХАНА ТУЯКБАЯ ВЫГЛЯДИТ ТЕПЕРЬ ВЕСЬМА ТУМАННО: МОСТЫ НАЗАД СОЖЖЕНЫ, А В ПРОТИВОПОЛОЖНОМ ЛАГЕРЕ И БЕЗ ТОГО ПЕРЕБОР АМБИЦИОЗНЫХ ФИГУР, РВУЩИХСЯ К ВЛАСТИ. ВПРОЧЕМ, ЗАЯВЛЕНИЕ СПИКЕРА СТРАННЫМ ОБРАЗОМ СОВПАЛО ПО ВРЕМЕНИ С ДЕКЛАРАЦИЯМИ НЕКОТОРЫХ ЛИДЕРОВ ОППОЗИЦИИ О ПЕРЕХОДЕ К НОВОЙ ТАКТИКЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ БОРЬБЫ. ОДИН ИЗ КЛЮЧЕВЫХ КОМПОНЕНТОВ ЭТОЙ ТАКТИКИ – ИНТЕНСИВНЫЕ КОНТАКТЫ С ПРЕДСТАВИТЕЛЯМИ ПАРТИИ “ОТАН”, ПРИЧЕМ НЕ СТОЛЬКО С ЛИДЕРАМИ, СКОЛЬКО СО СРЕДНИМ ЗВЕНОМ — АДМИНИСТРАТОРАМИ, МЕНЕДЖЕРАМИ, ЧИНОВНИКАМИ, КОТОРЫЕ, КАК УКАЗЫВЕТСЯ, МОГУТ СТАТЬ ДЛЯ ОППОЗИЦИИ ВАЖНЕЙШИМ ИСТОЧНИКОМ КАДРОВ, ПОСКОЛЬКУ ДРУГИХ ОПЫТНЫХ УПРАВЛЕНЦЕВ В СТРАНЕ ПОКА ПРОСТО НЕТ. ПОД СЛОВОМ “КОНТАКТЫ”, ОЧЕВИДНО, ПОДРАЗУМЕВАЮТСЯ НЕКИЕ ФИНАНСОВЫЕ СТИМУЛЫ, ПОСКОЛЬКУ ИНЫХ СТИМУЛОВ ОППОЗИЦИЯ ДЕЙСТВУЮЩИМ ЧИНОВНИКАМ И АДМИНИСТРАТОРАМ ПРЕДЛОЖИТЬ НЕ МОЖЕТ. ВСЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПОСТЫ ЛИДЕРЫ ОППОЗИЦИИ, НАВЕРНЯКА, ДАВНО УЖЕ ПРИМЕРИЛИ ДЛЯ СЕБЯ. ПАРАЛЛЕЛЬНО КУРАТОРЫ ОППОЗИЦИИ, ПРОЖИВАЮЩИЕ ЗА РУБЕЖОМ, ПРЕДЛАГАЮТ ВСЕМ СВОИМ СОЮЗНИКАМ В КАЗАХСТАНЕ ОБЪЕДИНИТСЯ ВОКРУГ “АК ЖОЛА” И ПОРАБОТАТЬ ДЛЯ ЭТОЙ ПАРТИИ В КАЧЕСТВЕ “ЧЕРНОРАБОЧИХ”. ПРАВДА, С ЭТИМ ПРОЕКТОМ УЖЕ ВОЗНИКЛИ СЕРЬЁЗНЫЕ ПРОБЛЕМЫ. ЛИДЕР КОММУНИСТОВ — СЕРИКБОЛСЫН АБДИЛЬДИН — НА ЭТОЙ НЕДЕЛЕ ЗАЯВИЛ, ЧТО ОБЪЕДИНЕНИЕ ОППОЗИЦИОННЫХ СИЛ ПРЕДСТАВЛЯЕТСЯ ЕМУ ЗАДАЧЕЙ НЕВЫПОЛНИМОЙ. ПОДРОБНЕЕ О ПОСЛЕДНИХ ВНУТРИПОЛИТИЧЕСКИХ СОБЫТИЯХ В СТРАНЕ МЫ ПОГОВОРИМ СЕГОДНЯ С ПОСТОЯННЫМ ЭКСПЕРТОМ НАШЕЙ ПРОГРАММЫ – ПОЛИТОЛОГОМ ЕРМУХАМЕТОМ ЕРТЫСБАЕВЫМ.


— Ермухамет Кабидинович, одно из наиболее обсуждаемых политических событий недели – это заявление сопредседателя партии “Отан” Жармахана Туякбая о выходе из партийных рядов и его отказ от депутатского мандата по причине негативного отношения к прошедшим парламентским выборам. Насколько самостоятельным, на ваш взгляд, было это решение? Я спрашиваю вас об этом потому, что накануне заявления Туякбая некоторые лидеры оппозиции продекларировали задачу пополнения своих рядов за счёт известных политиков из партии власти “Отан”…


— Это ровным счетом не имеет никакого значения – самостоятельно ли он принял решение или его подвигли к этому шагу оппозиционные силы. Факт остается фактом: спикер мажилиса, заместитель председателя партии “Отан” резко меняет политическую платформу, а оппозиционная печать захлебывается от восторга в предвкушении нового витка политической борьбы. Туякбай имел возможность встретиться с главой государства на любом этапе избирательной кампании и обсудить проблему негативных проявлений выборного процесса, которые, никто не отрицает, имели место. Если, конечно, именно эта проблема была истинной причиной его политического кульбита. В его руках (как третьего человека в государстве) находился целый спектр полномочий и инструментов влияния на избирательный процесс. Мажилис – это власть, важнейшая часть пресловутого административного ресурса, ставшего притчей во языцех. Напомню, что именно мажилис утверждает кандидатуру председателя избирательной комиссии и обладает контрольной функцией за деятельностью всех государственных органов, в том числе во время избирательной кампании. Но что-то я не припомню публичных выступлений Туякбая, не говоря уже о конкретных действиях, ни во время предвыборной кампании, ни после первого тура голосования. Вообще, за пять лет спикерства, поскольку часто бывали довыборы в одномандатных округах. Внезапность его выступления и выхода из “Отана” на фоне полного отсутствия озабоченности о нарушениях в ходе выборного процесса в течение двух месяцев, говорит о том, что за его громким выступлением не стоят ни принципиальные убеждения, ни гражданская позиция, ни, наконец, профессиональный долг. О подлинных причинах демарша Туякбая можно гадать, и свои прозорливые варианты предложили уже ряд СМИ. Для меня же неоспоримым является тот факт, что его публичный выход из “Отана” и громкое заявление о якобы ее причине не имеют ничего общего…


— По содержательной части заявления Жармахана Туякбая у вас есть что сказать?


— По содержательной части. Туякбай в своем заявлении говорит, что выборы в мажилис сопровождались нарушениями прав избирателей. Да, нарушения были. Только международные наблюдатели из стран СНГ, в отличие от Туякбая, считают, что эти нарушения не повлияли существенно на итоги выборов. Наблюдатели от ОБСЕ говорили, что в отдельных случаях выборы в Казахстане не соответствовали международным стандартам. Что представляют собой эти международные стандарты? Списки избирателей – это международный стандарт? Много нареканий было связано с тем, что люди не находили себя в списках избирателей, и в этом видели злой умысел или, по меньшей мере, халатность в деятельности участковых комиссий. Мы все привыкли к тому, что избирательные комиссии (члены которых освобождались от основной работы при сохранении среднего заработка, чего нет сейчас) должны составить все эти списки, сверить их, ходить по квартирам и агитировать, чтобы все пришли на выборы – все это досталось нам в наследство от советско-коммунистической системы. Тогда народ и партия были едины, и все 100% избирателей должны были прийти на выборы. Времена изменились, а закон не приведен в соответствие с новыми реалиями, что вызывает негативные проявления. А на Западе, там же по-другому. В США, например, существует система регистрационной карточки. Там каждый избиратель сам должен заранее зарегистрироваться как избиратель. Или, например, Туякбай говорит в своем заявлении о манипуляции с протоколами подсчета голосов. Он же юрист, бывший Генеральный Прокурор и должен оперировать четкими юридическими нормами. В УК нет такой статьи “манипуляция”, там есть статья 146 — “фальсификация избирательных бюллетеней”. Характерно, что в заявлении Туякбая нет такого слова “фальсификация”. Или, например, спикер говорит об агитации в день выборов. Да, наверняка были и такие случаи, но могли ли они повлиять на итоги выборов и можно ли на основании этого заявлять, что выборы нелегитимны? Как правило, любая выборная кампания рождает две диаметрально противоположные оценки. Обратимся к опыту России. До сих пор представители СПС и «Яблока» оспаривают в судах различной инстанции результаты прошлогодних выборов в Государственную Думу… Даже мнение зарубежных наблюдателей (которых принято рассматривать как бесстрастных арбитров) на самом деле не всегда бесстрастно. Взять недавний референдум в Белоруссии. Наблюдатели из России и других стран СНГ не заметили каких-либо серьезных нарушений. Зато белорусская оппозиция и американские наблюдатели заявляют, что референдум чуть ли не полностью сфальсифицирован. А теперь другой пример. 9 октября состоялись президентские выборы в Афганистане. Афганская оппозиция объявила бойкот в день выборов, поскольку, по их мнению, на всех избирательных участках шли массовые фальсификации. 500 международных наблюдателей из США и ОБСЕ сразу же после выборов заявили, что жалобы кандидатов являются незаконными, выборы признаны легитимными и нет оснований для пересмотра…


— В СМИ политологи и журналисты сейчас называют две основные версии по поводу подоплеки резких высказываний Жармахана Туякбая. Согласно первой версии, заявление Туякбая — это его реакция — эмоциональная реакция — на появившиеся разговоры о том, что спикером мажилиса в новом парламенте будет другой человек. Вторая версия – Туякбай принял принципиальное решение уйти “на другой берег” — в стан оппозиции — с прицелом на предстоящие через год президентские выборы. Какая из этих двух версий кажется вам более правдоподобной?


— Выборы председателя мажилиса – это исключительная прерогатива нового депутатского корпуса, но я другое хочу сказать. Я не верю в искренность поступка Туякбая. Дело в том, что я лично дважды обращался к Туякбаю по фактам действительных фальсификаций выборов, которые имели место в прошлом. В первый раз это было весной 1993 года. Тогда прошли выборы в одном из округов города Караганды вместо выбывшего депутата. Я принимал активное участие и помогал одному опальному кандидату. Был установлен человек, который совершил фальсификацию, опустил в избирательную урну две тысячи бюллетеней. Были несколько свидетелей, которые это видели и написали письменные показания. Мы собрали две тысячи заявлений избирателей, которые заявили, что не участвовали в выборах и что за них опустили бюллетени. В общем, уникальный материал для возбуждения уголовного дела. Все это я, будучи депутатом, занес к Генеральному Прокурору, то есть Туякбаю. Если бы он возбудил уголовное дело и посадил в тюрьму нарушителей, то никогда бы в Казахстане и никто не занимался бы подобными делами. Но он ничего не предпринял. Ровно через год в марте 1994 года я уже сам повторно баллотировался в Караганде, и опять были применены грязные приемы, нарушающие статьи УК РК. И опять Туякбай не принял никаких мер. Пять лет назад во время выборов в мажилис избирком две недели вел подсчет голосов, международные наблюдатели дали отрицательную оценку выборам, но я не помню, чтобы Туякбай выступил с протестом. Так что, в политике реальными являются конкретные дела, а не слова. Что касается президентских выборов, то за полтора-два года до начала президентской избирательной кампании, я могу совершенно определенно и точно сказать, что Нурсултан Назарбаев одержит более чем внушительную победу. Он получит не менее 75% голосов избирателей. Это без учета того, что в ближайшие два года президент предпримет новые масштабные шаги в социальной и политической сферах…


— Недавно на интернет-сайтах появилось письмо бывшего премьер-министра Казахстана Акежана Кажегельдина, в котором он призвал лидеров оппозиции объединиться под флагом “Ак жола”, партии, показавшей на прошедших выборах лучший результат среди оппозиционных сил. При этом Кажегельдин убеждает лидеров других партий — ДВК, коммунистов, РНПК и партии Патриотов – я цитирую – “поработать в “Ак жоле” в звании рядовых”. Т.е. речь идёт о преодолении старой болезни оппозиции – разобщенности и конфликте амбиций. Как думаете, возможно ли такое объединение?


— Практически невозможно. Выдвижение единого кандидата от различных политических партий и движений – это самая сложная проблема в политике. Если бы это было легко, то никогда Ельцин не победил бы на президентских выборах в 1996 году. Потому что Зюганов, Явлинский и Лебедь договорились бы и выставили бы только одного конкурента кандидатуре Ельцина, чтобы не распылять протестный электорат. Но не договорились же! Обратите внимание на институты сопредседателей, так широко распространенные в оппозиционных партиях. Все это является неудачной попыткой примирить амбиции их лидеров. Если внутри своей партии они не могут найти компромисс и остановиться на одной кандидатуре лидера, то представить себе выдвижение единого кандидата в Президенты от блока оппозиционных партий – это уже на грани фантастики. Что же касается “Ак жола”, то там каждый втайне мнит себя президентом, и Туякбаю там ничего не светит. В сущности, Туякбай уже сейчас оппозиции не нужен, он сделал свое дело, и он может уйти…


— А если всё же представить, что оппозиция преодолеет все разногласия и выдвинет единого кандидата – например, того же Жармахана Туякбая?


— В таком случае президент Назарбаев получит 100% голосов. Туякбай совершил политически близорукий поступок, отказавшись от партии “Отан”, самой крупной и сильной партии в Казахстане, от поддержки региональной элиты и государственного аппарата. Ельцин, прежде чем выйти из КПСС, сначала стал председателем Верховного Совета РФ, он к тому времени был лидером Межрегиональной парламентской группы в союзном Верховном Совете. Я абсолютно не понимаю и не принимаю поступок спикера мажилиса…


— Многие оппозиционные издания характеризуют события осени 2004 года как “начало нового этапа раскола казахстанской политической элиты”. Здесь упоминают и уход с государственной службы Григория Марченко, который раскритиковал экономическую политику правительства, и последний демарш Жармахана Туякбая. Как Вы полагаете, действительно ли происходит этот раскол?


— У нас свобода слова и творчества гарантируется Конституцией… У меня другое мнение о Даниале Ахметове – это очень сильный премьер-министр, программа индустриально-инновационного развития – это настоящее и будущее Казахстана. Я никогда не разделял бурных восторгов журналистской братии в отношении Григория Марченко: иногда складывалось ощущение, что до него у нас не было ни банков, ни финансовой системы, ни денег как всеобщего эквивалента. Объективно говоря, решающую роль в становлении банковской системы сыграли Сембаев и Жандосов. Марченко пришел в конце 1999 года, когда были преодолены последствия мирового финансового кризиса, российского дефолта и казахстанской девальвации тенге. Просто Сембаев, Жандосов не могут пропиарить себя так, как это мастерски, надо отдать должное, делает Марченко. Его эффектные сбривания бороды и объявления тендера на самого себя – в этом ряду. Имиджевая политика настолько увлекла его, что он всерьез внушил себе и части окружающих, что он является чуть ли не архитектором казахстанских реформ. Но все прекрасно знают, что автором реформ является президент, который в 90-е годы опирался в экономическом блоке правительства на выходцев московской экономической школы, которых учили советской, плановой экономике. В начале независимости эти (тогда тридцатилетние) молодые люди как воздух были нужны президенту для проведения макроэкономической терапии, обуздания инфляции. Надо сказать, что поработали они неплохо и президент им благодарен. Но президент не был бы президентом, если бы опирался только на одну группу реформаторов-экономистов. Еще десять лет назад он заложил основы новой экономической школы и программу “Болашак”, по которой элитное образование на Западе получили более 570 человек. Они на 10-15 лет моложе акжоловцев и прекрасно разбираются в том, что такое микроэкономика. Вы знаете, что у премьер-министра Ахметова помощники – выпускники Гарвардского университета? Вы знаете, что в министерствах Келимбетова, Дунаева, которых резко критиковал Марченко, сейчас многие департаменты возглавляют молодые люди с прекрасным образованием, полученным в лучших университетах мира? А что предложили акжоловцы во время выборов? Раздавать населению нефтяные доходы, порождая массовые иждивенческие настроения? А что предлагал экс-вице-премьер в жилищной программе? Раздать жилье, построив его за государственный счет, а не на возвратной основе, как было принято в итоге. Основной закон рынка – за все надо платить. Что может быть губительнее для реформ, чем восстановление очередей на получение бесплатного жилья? Или вот Марченко предлагал ввести социальный пакет для государственных служащих. Но, послушайте, мы искоренили это еще на рубеже 80-90-х годов! Любая система льгот и привилегий для госаппарата, пусть даже в трансформированном виде, в корне является неверным шагом. Я заметил, что все партии и все кандидаты в округах, которые ратовали за предоставление льгот различным слоям населения, – проиграли. Потому что льгота – это нерыночное понятие, это рудимент ушедшей эпохи.


Все-таки у акжоловского поколения не исчезла полностью советская ментальность, и ореол рыночников иногда с них слетает. Сейчас вся акжоловская печать пытается внушить обществу, что профессионалы только они, только они смогут и дальше осуществлять реформы. Хотя никаких здравых рецептов по дальнейшим действиям у них нет, и они просто талдычат о своей исключительности, наперебой расхваливая друг друга. А, между тем, новая президентская молодежь с элитным образованием, полученным в лучших университетах мира, разработала новую индустриально-инновационную стратегию, показывающую пути, как стране стать менее сырьевой, индустриально развитой, производящей продукты с добавленной стоимостью. Понимая, что у новой молодежи нет чиновничьего опыта, президент назначает главным менеджером экономического блока, то есть правительства, Даниала Ахметова. Правительство – это коллегиальный орган, и здесь надо работать командно, иногда идти на компромиссы, быть политиком. Все эти качества у Ахметова есть…


— До недавнего времени было принято считать, что уровень политической активности в Казахстане – особенно в плане борьбы за власть – был ниже, чем, скажем, в соседней России. Теперь, судя по всему, ситуация зеркально изменилась.


Хотелось бы услышать от Вас прогнозы дальнейшего развития событий, тем более, что впереди президентские выборы…


— Во-первых, в Казахстане всегда будет острейшая борьба за власть: у нас 14 млрд. тонн нефти, вся таблица Менделеева, развитая индустрия и сельское хозяйство, грамотное и образованное население, по всем параметрам экономических преобразований Казахстан на первом месте в СНГ. А вторая причина это – “Ак жол”. Это не только партия, это явление, тенденция ожесточенной борьбы за власть. “Ак жол” не добился своей тактической цели: не смог провести нужное число своих депутатов в парламент, не смогут они теперь поставить и своего премьер-министра, президентские выборы они тоже проиграют. Их время уходит, поэтому они так яростно борются за власть. Кажется, Генри Киссинджер однажды сказал, что “власть – самое сильное возбуждающее средство”. Судя по тому, какой остроты достигло противостояние власти и оппозиции в Казахстане, наверное, это так…


Источник: “Жетi кун” 24.10.04.

Новости партнеров

Загрузка...