Толеген Альжанов: “У президента осталось два года!”

В этом году мы отметили 18-ю годовщину декабрьских событий 1986 года. В 1990-м начала работу комиссия по расследованию причин этой трагедии при сенате РК, в ее состав вошел Толеген Альжанов, бывший сотрудник милиции. В знак протеста против действий официальной Москвы в отношении студентов он ушел из органов внутренних дел и с тех пор занимается реабилитацией пострадавших в тех событиях. Недавно ему удалось зарегистрировать общественное объединение “Желтоксан жангыры”, что в переводе означает “Эхо декабря”.


***


Толеген Калабаевич, 16 декабря исполнилось 18 лет со дня декабрьских событий. Вы работали в комиссии по реабилитации жертв политических репрессий. Что выявлено комиссией на сегодня?


— Я хочу поправить вас. Все путают 16 декабря с 17. Шестнадцатого состоялся пленум Центрального Комитета Коммунистической партии Казахстана, был снят Кунаев и назначен Колбин. Выход молодежи и интеллигенции на площадь Брежнева был 17 и 18 декабря, а 19 декабря началась “зачистка”, на улицах вылавливали людей, всех задерживали и помещали в изоляторы. Наша комиссия выявила десятки фактов преследования людей за участие в тех событиях. Однако до сих пор многое остается “белыми пятнами” в истории республики. Выявить их, реабилитировать всех невинно пострадавших – задача, как мне кажется, не только комиссии, но и в целом казахстанского общества.


17 декабря, как и каждый год, мы вышли на площадь к 10 часам и по традиции помянули погибших тогда, в 1986 году.


Эти мероприятия санкционированные?


— Мы ни в каких санкциях не нуждаемся. Пусть даже президент издаст указ, который запретит это. Пусть сажают, пусть избивают… Это наше святое место, мы выходим на площадь в этот день и будем выходить, и наши дети также станут выходить.


Вы с первой минуты находились на площади в 1986 году…


— Да, это так. Тогда я командовал отдельным взводом оперативного реагирования управления внутренних дел Алма-Атинской области и с первых минут находился в оцеплении. То есть я очевидец, который видел все от начала до конца.


Сейчас издано много книг о декабрьских событиях, насколько они правдивы?


— Писателей развелось очень много, они называют себя очевидцами, якобы все свидетели тех событий. Но довольствуются они слухами, я против таких книг. Я выступаю публично, обращаюсь в соответствующие инстанции, поскольку считаю: этого нельзя допускать. Ведь происходит дезинформация общества, о тех днях имеют право говорить только люди, которые все видели своими глазами, те, кто участвовал в работе комиссий по расследованию декабрьских событий или сам находился на площади.


Вы говорили о том, что у вас есть данные, которые нигде не опубликованы…


— Я участвовал в работе комиссии, возглавляемой Мухтаром Шахановым. Возглавлял группу, которая выявляла лиц, погибших тогда и получивших тяжкие телесные повреждения. Под многими документами, которые находятся в архиве Верховного Совета Казахской ССР, стоит моя подпись. Это документы, касающиеся гибели Ляззат Асановой, Сабиры Мухамеджановой, Кенжегуль Молданазаровой, Ербола Спатаева и других. Их всего 19 человек, и к их гибели прямое отношение имеют события 17 декабря.


Но их не признают участниками тех событий, и их гибель тоже не связывают с теми днями… Более того, в последнее время появились публикации относительно Ляззат Асановой, компрометирующие девушку…


— Да, о них нигде не сказано. Хотя у нас в заключительных выводах комиссии от 1990-го года, которые были опубликованы в “Казахстанской правде” за подписью всех членов комиссии, сказано только о гибели Ляззат Асановой и Сабиры Мухамеджановой, но они требовали еще дополнительного расследования. О других погибших еще никто не говорил.


В 1990 году сам президент, ежедневно, по несколько раз выходил в эфир и утверждал, что не было погибших, кроме Савицкого. Наша же комиссия доказала другое.


Насколько мне известно, вы с большими проблемами зарегистрировали ваше общественное объединение. Почему?


— До сегодняшнего дня, к сожалению, власти, или некоторые власть имущие, не хотят, чтобы народ узнал правду. Они хотят, чтобы все забыли те дни трагедии.


Мне стоило очень большого труда зарегистрировать “Эхо декабря”. Просили, чтобы я изменил название, я спрашивал “Почему?”, мне никто не давал вразумительного ответа, документы постоянно возвращали, придирались к каждой запятой. И только в этом году нас зарегистрировали.


Власть боится подобных организаций?


— Судя по их действиям, да. Но я хочу предупредить всех тех, кто до сих пор во власти, тех, у кого руки по локоть в крови, мы знаем всех по именам. И, как руководитель общественного объединения “Эхо декабря”, я обращаюсь к ним: мы никогда и никому не дадим забыть те события, начиная от президента Назарбаева!


Заманбек Нуркадилов тоже заявлял, что Нурсултан Назарбаев имел отношение к организации декабрьских событий. Что вы можете об этом сказать?


— Тогда Назарбаев не остался в стороне, как председатель кабинета министров он проявил преступную халатность и бездействие. Это влечет уголовную ответственность. Когда руководитель страны или республики проявляет бездействие; когда идет геноцид против своего народа, повлекший тяжкие последствия, эти руководители обязаны нести ответственность за это.


Если Назарбаев и его окружение пытаются забыть 1986 год, то могу заверить, что в любом случае он ответит перед народом. И эти дни приближаются!


А как сейчас обстоят дела с выплатой пособий участникам декабрьских событий, ведь принималось специальное постановление…


— До сегодняшнего дня нам говорили, что будет проявлена забота о пострадавших, но этого ничего нет.


— Все же расскажите подробнее о тех людях, гибель которых власти не связывают с теми событиями…


— Ляззат Асанова была зверски изнасилована, ей было 16 лет. Сабира Мухамеджанова, студентка, тоже была изнасилована сотрудником КГБ, у нас есть его фамилия, и он имеет прямую причастность к ее убийству. В 1990 году мною были переданы документы для возбуждения уголовного дела в городскую прокуратуру, но нам отказали в этом. Якобы отсутствует состав преступления.


Ербол Спатаев получил травму арматурой на площади — проломленная рана. И мы установили, что такая арматура изготавливались только на вагоноремонтном заводе — дубинки с вмонтированными гайками. И на этом же вагоноремонтном заводе дружинникам перед выходом на площадь и по возвращении выдавали спирт для употребления. И об этом никто никогда не говорил. Все эти документы были и нашли подтверждение в Конституционном суде.


Вы говорите о том, что называли по именам всех виновных в декабрьских событиях 1986 года. Кто они?


— Если сняли первого руководителя, то в отставку уходит Верховный Совет, тогда не было двухпалатной системы, и кабинет министров. А в кабинете министров собраны все исполнительные органы, начиная от КГБ. Почему же тогда Назарбаев не сказал своего слова?! Он тогда остался руководить страной. Следовательно, он должен отвечать за это.


Не странно ли то, что Мухтара Шаханова отправляют на два срока послом в Киргизию, а это 10 лет. Олжас Сулейменов, у которого тоже были соответствующие документы и который владел информацией, также уезжает послом. Так почему люди, знающие правду о декабрьской трагедии, в Казахстане не задерживаются?!


Тогда вышли на площадь около 30 тысяч человек, это было настоящее восстание за независимость. Это последнее выступление молодежи и интеллигенции в советские годы, и это уже вошло в историю. Этого никто не сможет вычеркнуть. В тот день Нурсултан Назарбаев был там, на площади, я стоял от него в 15 метрах в оцеплении, и знаю все, что он говорил тогда и делал.


А как президент реагирует на вашу деятельность?


— Назарбаев написал в нашу комиссию, что виновата Москва, но наша комиссия изучила все материалы, Москва здесь не при чем. Именно Назарбаев дал тогда согласие на разгон мирных митингующих.


Одна из участниц тех событий подавала в суд. Если разбираться, и копать глубже, то без согласия руководителей нашей страны один Горбачев не принимал решений, а Колбин вообще бедолага — исполнитель. Хотя я говорю, что он палач.


В одном из интервью вы говорили, что у вас хотели купить информацию и предлагали за нее довольно крупные суммы…


— Я это не скрываю, мне действительно предлагали очень большие суммы. И я хочу уточнить, что у меня хотели не просто купить информацию, а все документы комиссии, подписанные мною и подтвержденные моими соратниками, с которыми мы вместе работали в группе, а это более 100 человек. Это бесценные материалы.


А кто и зачем их хотел купить?


— Мне сказали, что материалы уйдут за рубеж. Но, как независимый правозащитник, как законник, я прекрасно понимаю, что у нас достаточно сил и знаний здесь, в Казахстане, у себя дома. И мы можем доказать и привлечь к ответственности виновных сами. И я отказался продавать за границу эти материалы.


Все-таки расскажите подробнее об этом случае, он ведь был не единственным…


— Мне предложили записаться на 3-часовую кассету, на видео. Я, кстати, передал заявление об этом факте в службу безопасности президента.


Обязанность тех, кто сейчас во власти, начиная от Назарбаева, 17 декабря прийти на площадь, преклониться перед всеми участниками. Но этого не случилось. Вот сейчас, почему у нас и девчонки, и парни ходят безработные и бездомные?! Это тоже вопрос к Назарбаеву. Куда уходят миллиарды долларов?! Я приостановил несколько дел в Астане в отношении участников декабрьских событий. Кстати, я ведь эксперт парламентской комиссии по реабилитации жертв политических репрессий, но этой комиссии фактически не существует, в ней нет председателя, комиссия есть, а председателя нет. Ежегодно выделяются из бюджета большие деньги для реабилитации политических осужденных. Это огромные суммы, и где они, где все компенсации морального и материального ущерба?! И я имею в виду не только участников декабрьских событий, есть же и 1937 года и т.д. В 2003 году 832 миллиона было выделено для репрессированных, а где они?! Их нет! И так уходят миллиарды. И почему именно участники, которые дали возможность стать Назарбаеву президентом, почему они ходят безработные и бездомные, без льгот, и все больные и инвалиды?!


Если я приведу на площадь 17 декабря тех девчонок, которые сидят в инвалидных колясках, после ударов саперными лопатками, после дубинок, которые использовал новосибирский полк?.. Когда такими наносишь удар с полуразмаха руки, то сила удара составляет 700 килограммов.


Моя задача, как очевидца и как руководителя общественной организации, чтобы правда восторжествовала. Я сейчас придерживаю все материалы только ради спокойствия в нашем государстве. А этого не хотят понимать, начиная от Назарбаева.


Вы получили санкцию в этом году на 17 декабря?


— Нет, и я уже сказал, что мы не нуждаемся в санкциях.


Сейчас очень много появилось популистов, что якобы Хасен Кожахмет какое-то там предложение выдвинул, чтобы закрыть площадь. В 1993 году, когда движение “Невада-Семипалатинск” гремело, именно их газета 18 декабря писала об этом. Это я предложил тогда, в этой газете в своем выступлении, что надо закрыть площадь с двух сторон и сделать Красную площадь. А теперь говорят, что есть участник декабрьских событий Ерлан Декельбаев, он что-то там по “31 каналу” выступал, говорит, что надо закрыть, Хасен Кожахмет тоже говорит, чтобы закрыть площадь. В 1993 году это наше было предложение, в тот же день я предложил акимату, в 1993 году, дать моей ассоциации возможность навести порядок на площади, поставить памятники и закрыть площадь с двух сторон — со стороны Желтоксана (Мира), и со стороны Фурманова. Тогда Булат Нургазиев был заместителем Нуркадилова, он все это записал в присутствии Шаханова, но через год, когда поменяли Нуркадилова, пришел Шалбай Кулмаханов. И тогда появляется в газетах, что инициатива поставить мемориал принадлежит акимату города и правительству. Тогда выделили 3 миллиона долларов на тот обелиск, который сейчас стоит там, на площади. Тогда я говорил, что моя организация “Ойлан” не возьмет из бюджета ни тиына, мы поставим все за свои деньги и своими силами, так нет, нас не послушали, взяли из бюджета 3 миллиона долларов.


Это было при Кулмаханове?


— Да, и при Кажегельдине. Начал это все Терещенко, но его сняли, и его преемник Кажегельдин продолжил это. Вот вы и представьте 3 миллиона долларов! А мы бы не взяли ни тиына.


Вы говорите о документах, о доказательствах, о том, что виновные должны ответить. Как вы намерены осуществить это все?


— Во-первых, мы их опубликуем. В настоящее время мы планируем поставить требования властям, так как еще не дана должная политическая и правовая оценка декабрьским дням. Это не события (событиями можно назвать — там стукнулись две машины), а здесь народ вышел. И позор властям нашим, что они не признают, что и в областях вышли люди. На днях у меня был человек, бывший сотрудник КНБ, полковник в отставке, и его близкий родственник умер. Тогда он давал “подписку”, как сотрудник спецслужб, и он не мог говорить о брате, а у того были отбиты почки, и он привез все документы, и он умер примерно 2 недели назад. Приехал из Кокчетава, нашел именно меня.


Я могу назвать области, это Тургайская, Талды-Курганская, Карагандинская, Целиноградская и другие, везде выходили. И когда узнали, что наше ОО “Эхо декабря” зарегистрировали только в городе, то стали звонить мне со всех областей, и сейчас собирают подписи, и ко мне приходят подписи тысячами. Что там говорить о партиях, где надо зарегистрировать 50 тысяч, я сейчас могу собрать миллионы людей в это объединение, минимально 500000. В 2002 году представители приехали из 15 областей, тогда не пропустили регистрацию, и мы провели пресс-конференцию, где все они присутствовали. И только в этом году я добился регистрации в городе.


Сейчас мы уже дали достаточно времени власти, чтобы она подумала. Но день за днем мы все больше убеждаемся, что они пытаются заглушить и нас, как это было с общественным движением “Желтоксан”, когда Налибаеву купили квартиру, дали ему земельный участок, и он затих, его купили. Я буду делать все наоборот. Мы дали время властям подумать, оказать помощь, признаться в том, что они допустили преступно-халатную ошибку, которая преследуется уголовно. И мы будем требовать ответить за них. Они должны в полной мере оказать помощь всем участникам событий. У нас всего 107 человек осужденных, а только по данным КНБ около 2000 понесли административные наказания. По нашим данным, по данным комиссии при парламенте, людей еще больше. Комиссии же не стало, и я уже называл тогда виновника закрытия комиссии, это тогдашний председатель сената в 1998 году Омирбек Байгельды. И академик, председатель комиссии по правам человека при президенте Жабайхан Абдильдин, и я тогда говорил, что именно эти люди нам не дали работать. Следовательно, либо они выполняют указания чьи-то, или они сами замешаны в той трагедии.


Теперь мы говорим, что нам достаточно молчать. Комиссии нет, но есть общественное объединение, и есть народ, который должен знать правду, и мы ставим условия. Мы даем возможность сейчас властям и лично Назарбаеву полностью сознать и еще раз вернуться к прошлому, вспомнить все с той минуты, когда он выходил на площадь со своими приближенными, там были генеральный прокурор, министр внутренних дел, председатель КГБ республики — Сериков, Князев, Камалиденов. И мы даем сейчас Назарбаеву возможность оглянуться назад и вспомнить, что он говорил тогда. И через сколько минут после его выступления была применена армейская войсковая сила в отношении мирно митингующих демонстрантов. Даем возможность еще раз не ограничить те компенсации, выделяемые по решению суда, в отношении участников декабрьских событий. Все это согласовано с Мухтаром Шахановым.


В случае невыполнения наших требований Назарбаевым мы опубликуем эти документы. Это имена погибших, я назвал 19 человек, но прокуратура нам не дает расследовать смерти еще 169 человек и 58 человек, которые захоронены. У нас есть квитанции, что они купили по 8 рублей гробы — это захоронения Министерства внутренних дел и КГБ, о которых еще никто не знает, они об этом не говорят.


Этого более чем достаточно, еще есть 300 человек, которые высланы за пределы РК, этого много. Чтобы привлечь к уголовной ответственности, достаточно, чтобы погиб один человек. К этому надо добавить тяжкие преступления — разбойные нападения, убийства, изнасилования. А у нас очень много изнасилованных девушек. Все эти преступления не теряют срока давности до 20 лет. Назарбаеву и его приближенным остается еще 2 года. Год мы даем ему на размышления, о которых я уже сказал…

Новости партнеров

Загрузка...