Три года и шесть месяцев в колонии-поселении и три года без прав на вождение — так оценили жизнь Асхата Шарипжанова

Вчера суд Алмалинского района города Алматы огласил приговор Канату Калжанову, который, по мнению следствия, совершил наезд на Асхата Шарипжанова.


Начнем с того, что судебное следствие прошло быстро и без свидетелей. Ни один очевидец ДТП не явился в суд для дачи показаний. Вместо допросов свидетелей-очевидцев использовались материалы досудебного расследования: протоколы, составленные на месте происшествия, и видеоматериалы со “следственного эксперимента”.


Напомним, что последний таковым назвать трудно — скорее это проверка показаний на месте ДТП.


Состоялись прения сторон. Странно вел себя адвокат обвиняемого, Али Айдаров, который к судебным прениям не подготовился, из-за чего процесс перенесли на вторую половину дня.


Зато прокурор выступил с «блестящей» речью, в которой попросил уважаемый суд принять к вниманию, что у обвиняемого трое несовершеннолетних детей, его положительную характеристику и то, что ранее Калжанов не привлекался.


…Прошу суд признать виновным Калжанова Каната Амирхановича 1975 года рождения, ранее не судимого, в нарушении правил дорожного движения республики Казахстан, повлекших по неосторожности к причинению смерти человеку, потерпевшему Асхату Шарипжанову. В совершении преступления по ч.2 ст.296 Уголовного кодекса РК и определить ему наказание по данной статье в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении. Меру пресечения прошу оставить прежней до вступления приговора в законную силу…


Оговоримся, что бывшая супруга Каната Калжанова проживает с детьми в другом городе, причем обвиняемый не помогает своей семье, так как после окончания учебы почти не работал (несколько месяцев подрабатывал грузчиком).


Затем г-н прокурор обратился лично к судье с весьма странной речью:


— …Вы на протяжении всего хода судебного разбирательства рассматривали данное уголовное дело в силу своего особого процессуального положения, сохраняя объективность и беспристрастность, создавали государственному обвинению и защите необходимые условия для реализации прав на всесторонние и полные исследования обстоятельств дела. Вы, будучи не связаны с мнением сторон при отправлении правосудия независимо подчиняетесь только Конституции и закону. В этой связи я хотел бы отметить, что все мы прекрасно видим, как в настоящее время на данном этапе развития нашей суверенной республики самое пристальное внимание со стороны главы нашего государства, президента, являющегося гарантом единства народа и государственной власти, уделяется вопросам повышения авторитета вас — судей, как представителей отдельной ветви власти, наделенным особым статусом и особыми полномочиями. Именно вам принадлежит исключительное право в принятии каждого решения от имени республики Казахстан в интересах и во благо всего народа. Понимаю, какая ответственность ложится сегодня на вас, ведь в очередной раз от принятого вами решения зависит судьба человека, находящегося сегодня на скамье подсудимых. Убежден, что принятое вами решение в рамках данного уголовного дела в очередной раз предстанет наглядным отражением чаяний и интересов народа, пришедшего в суд для восстановления нарушенных прав и интересов…


Мустахим Тулеев, адвокат пострадавшей стороны, в прениях выступил с такой речью:


— Уважаемые участники уголовного процесса, вот и завершилось судебное следствие по уголовному делу, по факту трагической гибели журналиста Асхата Шарипжанова, в совершении которого обвиняется подсудимый Калжанов, которому вменено в вину совершение преступления, предусмотренного ст. 296, ч.2 УК РК.


Изначально как орган уголовного преследования, так и органы прокуратуры вместе с официальными органами госуправления Алматы и Республики выдвинули одну основную версию “банального ДТП”, которое якобы было совершено по частичной вине самого пешехода, потерпевшего Асхата Шарипжанова, предпринявшего попытку перехода проезжей части проспекта Абая, на углу улицы Ауэзова в ночь с 16 на 17 июля 2004 года, в состоянии алкогольного опьянения.


На самом деле нетипичные обстоятельства получения потерпевшим Асхатом Шарипжановым тяжелой травмы головы в теменной части, повлекшей его смерть, остались невыясненными до конца.


Я не оправдываю действий подсудимого Каната Калжанова и считаю, что он виноват в умышленном нарушении правил безопасности движения на дороге и эксплуатации автотранспортным средством, являющимся источником повышенной опасности, повлекшим смерть человека.


Несмотря на личное признание своей вины в инкриминированном деянии Калжановым, это обстоятельство никак нельзя расценивать как смягчающее его вину, так как в результате его неосторожных действий в форме преступной самонадеянности, была причинена смерть потерпевшему, которая является невосполнимой утратой для его родных и близких, коллег и соратников по работе и всей прогрессивной общественности Казахстана.


По данному уголовному делу как на стадии предварительного, так и судебного следствия необходимо было отработать две конкурирующие между собой версии, первой из которых являлась та, что указывала на факт возможного причинения пострадавшему Асхату Шарипжанову тяжелой травмы головы в теменной части, с применением специальных предметов, то есть орудия совершения преступления, лицами, личности которых остались не установленными.


По нашему предположению, Асхат Шарипжанов подвергся нападению со стороны неустановленных преступников во время его следования в направлении автобусной остановки и нахождения на разделительной алее. Сразу же после получения тяжелой травмы головы сзади Асхат Шарипжанов, находясь в состоянии агонии, то есть в шоке, руководствуясь инстинктом самосохранения, убегая от нападавших на него лиц, продолжил движение в северном направлении, пресекая проезжую часть улицы Абая, слева направо, по ходу движения автомашины, под управлением водителя Калжанова Каната.


Травмированное состояние потерпевшего Шарипжанова затруднило, а может быть и лишило его способности восприятия на слух предупредительного звукового сигнала приближающегося к нему автомобиля под управлением Калжанова. И только после зрительного восприятия транспортного средства, пешеход попытался изменить направление своего движения, попятившись назад, однако был сбит автомашиной под управлением водителя Калжанова Каната.


Все доводы и утверждения Калжанова следует оценивать критически, так как он является заинтересованным лицом в процессе и хочет облегчить свою участь.


В связи с этим приоритетным, и заслуживающими внимания являются показания очевидцев происшествия Елюбаевой и Абшенова, в части травмирования пешехода Шарипжанова, при соударении его с травмирующей передней частью кузова автомашины водителя Калжанова Каната, и последующего его падения на асфальтовое покрытие проезжей части дороги лицом вниз.


Однако даже при наличии таких достоверных сведений о контактировании передней части кузова автомашины водителя Калжанова о тыльную сторону туловища потерпевшего пешехода Асхата Шарипжанова и его падения на асфальт лицом вниз, отсутствие в результате этого следов деформации на кузове автомобиля Калжанова Каната и характерных для наезда транспортным средством на пешехода тяжелых повреждений спинной части тела Шарипжанова Асхата является еще одним доказательством того, что смертельный удар в теменную область головы Асхат Шарипжанов получил перед заступлением на полосу движения автомобиля под управлением Каната Калжанова, а последний дополнительно сбил его, отчего Шарипжанов упал и получил только тяжелую гематому лобной части головы. В своей совокупности все имеющиеся у пешехода травмы, привели к смертельному исходу в 7-й горбольнице г. Алматы.


Мы были свидетелями того, что материалы предварительного и судебного следствия изобилуют недостатками. Органом уголовного преследования небрежно были оформлены процессуальные документы. Имели место дописки в протоколе осмотра места происшествия, относительно наличия тормозного пути автомобиля Калжанова К. с последующими их направлениями. Судом были нарушены требования ст. 311 УПК РК о непосредственности судебного разбирательства, в связи с чем ни на одно из его заседаний не были вызваны главные очевидцы происшествия Абжанов К., Бейсембаев Б. и другие, в связи с чем суд ограничился лишь оглашением их первоначальных показаний в ходе предварительного следствия.


Принцип непосредственности обязывает суд, не доверяя материалам предварительного расследования, самостоятельно проверить и исследовать все собранные доказательства, чего не было сделано на самом деле. И наоборот, ощущалось противодействие по заявленным нами ходатайствам.


Собирание доказательств следователем Сорокиным на стадии предварительного следствия подтвердило односторонность и необъективность расследования в целом. Возможно, такому его отношению способствовало то, что он основную ставку делал на личное признание своей вины Калжановым, будучи заранее убежденным в том, что имеет место банальное, повседневное ДТП, которому надо просто придать процессуальную форму. Иначе чем объяснить игнорирование следователем Сорокиным требований ст. 38 и 39 УПК РК о порядке проверки и уточнении показаний на месте происшествия и проведении следственного эксперимента.


Сорокин, изначально определив Калжанову К. статус свидетеля, предупредил его об ответственности за дачу ложных показаний и за отказ от дачи показаний при проверке его показаний на месте происшествия, и проведении следственного эксперимента, несмотря на то, что Калжанов являлся лицом подозреваемым в преступлении. Этот момент был использован следователем как способ парализовать поведение Калжанова К. и оказать на него психическое воздействие, и это было достигнуто, так как в итоге Калжанов давал невразумительные ответы на вопросы следователя, переходил на казахский язык, чего не понимал сам Сорокин, тем не менее, он, проведя эти следственные действия без участия переводчика, нарушил язык судопроизводства.


Ст. 39 УПК РК обязывает как следователя, так и других полномочных лиц проводить следственный эксперимент в условиях максимально приближенных к тем, в которых происходили воспроизводимые события или действия на месте происшествия, с использованием тех же средств, при аналогичных погодных условиях и в то же время суток и т.п.


Опытные действия должны воспроизводить проверяемое действие с максимальной точностью. Нарушение этих требований расценивается, как нарушение норм УПК РК, которое ставит под сомнение доказательственное значение сведений, полученных по результатам такого следственного эксперимента.


Подводя итог вышесказанному, я предполагаю, что все-таки суд при принятии итогового решения в виде обвинительного приговора в отношении подсудимого Калжанова К. не будет руководствоваться только принципом гуманизма, наличием малолетних детей, первой судимостью. Совершение общественно опасного деяния в результате преступной самонадеянности и определит ему максимальный вид и размер уголовного наказания с его изоляцией от общества. Такое решение необходимо хотя бы для частичного торжества справедливости, поскольку в данном случае идет речь о факте противоправного лишения жизни — самого ценного у человека.


Кроме того, изоляция Калжанова К. от общества на период отбывания им уголовного наказания будет являться средством профилактики рецидива с его стороны и, возможно, сбережет здоровье и жизнь других участников дорожного движения, если при этом он будет лишен права управлять автотранспортными средствами.


Также прошу суд удовлетворить исковые требования матери Асхата Шарипжанова по возмещению материального ущерба, в полном объеме заявленного иска.


Наряду с вынесением обвинительного приговора в отношении подсудимого Калжанова К. с признанием его виновным по ст.296, ч.2 УК РК полагаю, что суду будет необходимо выделить из уголовного дела все материалы, относящиеся к возможному нападению на него со стороны не установленных лиц и причинивших ему тяжкие телесные повреждения с затылочной и теменной части головы, перед его заступлением на полосу движения автомашины под управлением Калжанова К. Переломы основания черепа потерпевшего Асхата Шарипжанова, исчезновение имевшегося при нем диктофона с записями интервью с известными в республике оппозиционерами: Заманбеком Нуркадиловым, Алтынбеком Сарсенбаевым, представителями СМИ из Франции и другие обстоятельства свидетельствуют о намеренном посягательстве на жизнь потерпевшего Шарипжанова А. во время его нахождения на разделительной аллее по пр.Абая.


К большому сожалению, гособвинитель г-н прокурор занял не ту положенную ему позицию, определенную УПК РК и Законом «О прокуратуре РК».


Не было надлежащего прокурорского надзора на стадии предварительного следствия. Выражаю надежду на вынесение частного постановления в адрес органа уголовного преследования, в связи с нарушениями УПК РК.


Прошу суд изменить меру пресечения в отношении Калжанова К. — «подписку о невыезде» — и взять его под стражу в зале судебного заседания, так как не исключено то, что он будет уклоняться от исполнения приговора.


Али Айдаров, выступая в прениях, акцентировал на тех же процессуальных ошибках следствия, которые были исследованы и обозначены Мустахимом Тулеевым. Единственным новшеством в его речи стало то, что, по его мнению, был неверно определен язык судопроизводства, так как обвиняемый свою позицию в прениях изложил на казахском языке. Поскольку сам адвокат Калжанова отказался комментировать нам что-либо, мы обратились с просьбой о разъяснении ситуации к Тулееву.


— Он считает, что формально это могло бы быть основанием для возвращения уголовного дела на дополнительное расследование. Но такое ходатайство в прениях моего коллеги идет вразрез с исчерпывающим перечнем оснований, указанных в ст. 303 УПК РК, который предусматривает случаи и основания возвращения уголовного дела на дополнительное расследование. Более того, перед началом прений адвокат Али Айдаров не заявил каких-либо ходатайств по этому поводу, он не воспользовался такой возможностью, а сейчас я даже не понимаю, какую он преследует цель — либо он умышленно затягивает процесс, либо другие причины наталкивают его на мысль затруднить дальнейшее рассмотрение дела?!


Однако процесс не затянулся.


Канату Калжанову предоставили последнее слово, в котором подсудимый еще раз обратился к родным Асхата Шарипжанова с просьбой о прощении.


Судья Кейкибасова огласила приговор:


— …Суд приговорил Калжанова Каната Амирхановича признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 296, ч. 2 Уголовного кодекса республики Казахстан, и назначить ему наказание в виде трех лет, шести месяцев лишения свободы с лишением права управлять транспортным средством сроком на три года, с отбыванием наказания в колонии-поселении. Меру пресечения в отношении Калжанова оставить прежней — “подписку о невыезде и надлежащем поведении” до вступления приговора в законную силу.


Взыскать с Калжанова Каната Амирхановича в доход государства 45 600 тенге за производство судебных экспертиз…


Кроме того, суд подтверждает вступление в силу частного постановления в адрес прокуратуры на нарушения, допущенные в ходе предварительного следствия.


***


От редакции. Итак, судебный процесс завершился. Пора подводить итоги. Эти итоги, к сожалению, очень печальны. Ни правды, ни справедливости в этом суде мы не добились. Все наши вопросы остались без ответа — следствие очень сильно постаралось. Не удалось даже задать вопросы непосредственно очевидцам трагедии. Похоже, истинным исполнителям этого убийства, как и заказчикам, сегодня удалось уйти от ответа. И помогла им в этом сама власть в лице следствия, прокуратуры да и суда тоже.


На днях мы отправили второе заявление городскому прокурору, на первое мы так и не получили ответа. Возможно, теперь получим ответ и даже знаем — какой.


В этой стране нет справедливости, нет правоохранительных органов, которые выполняют свои прямые обязанности, нет честного независимого суда. В этой стране происходят заказные убийства. В этой стране научились очень профессионально убивать и прятать концы, и в этом достигли больших успехов. В общем есть чем гордиться…


Хотя каждый в отдельности (и судья, и следователь, и прокурор, и др.) очень милые и хорошие люди. Наверное, любят свою семью, говорят своим детям правильные слова и может быть ради этих детей и их благосостояния идут на ЭТО. И им просто не хочется думать о том, что есть еще и другие люди – мать, близкие и друзья убитого. Эти люди где-то там, далеко… Их как бы нет, и не чувствуется их боли – ведь это чужая боль. Зачем нам в нашей жизни чужие с их проблемами, у нас и своих хватает. Но может быть (не дай бог) и ВЫ когда-нибудь окажетесь на месте этих “проблемных” людей. Может быть, ВЫ тогда что-нибудь поймете? Может быть, тогда ВЫ вспомните, что есть нечто, отличающее людей от животных. И это нечто – СОВЕСТЬ! Может, она в ВАС проснется… Или нет?

Новости партнеров

Загрузка...