Вопросы на тему выборов, попытка ответа

Окончание

Окончание, начало и продолжение см. здесь, здесь и здесь.

***

Петр СВОИК

Ну что же, надо нам с вами как-то закруглять эту длинную песню. Сказав, что в политике все решает только элита, а народ – ни при чем, что оппозиция президентскому режиму – это всего лишь зеркальное отражение-продолжение того же режима, и что все время своего существования демоопозиция Казахстана только тем и занималась, что помогала (без малейшего успеха для себя, и во вред себе же) режиму легитимировать проводимые им нечестные выборы, мы, конечно, и шокировали, и обидели слишком многих, чтобы рассчитывать на безоговорочное присоединение к такой точке зрения. Так что пора автору, по крайней мере, попытаться объяснить свою (скажем так) нетрадиционную публицистическую ориентацию в этом вопросе.

Для чего придется не только задать два последних (на этот раз) вопроса, но и предложить собственные ответы на них.

Итак:

Есть ли в оппозиции “засланцы”?

Практически каждый уважающий себя знаток казахстанской политики имеет свой список людей, специально засланных президентским режимом в демократическую оппозицию, чтобы ее раскалывать, провоцировать, подставлять, уводить в экстремизм или, наоборот, в соглашательство.

Одним словом – вредить и портить.

Ну и, конечно, использовать вот для этого самого “подыгрывания” властям на всех подряд выборах.

Абсолютных доказательств, разумеется, никто предъявить не может, но вот некая внутренняя уверенность, что такие “засланные” — есть, и что вот этот и вот этот, — совершенно точно, а вот тот и тот, — скорее всего, подтверждается же это тем-то и тем-то, — такой феномен политизированного общественного сознания не просто имеет место быть, но и является, я бы сказал, всеобщим.

К месту заметить: хотя и не страдаю (уже) манией величия, но и сам состою не в последних (хотя и не в первых) рядах указанных “засланцев”, что обожаемые комментаторы, конечно же, не преминут тут же отметить.

А вообще, даже очень серьезные (в том числе — не наши) люди, наблюдавшие наши выборы, всерьез задавались (и задаются) вопросом: ЗСК и единый кандидат – это проект или это на самом деле?

Так вот, рискну опять пойти против общего мнения, а заодно уж и выдать еще один большой секрет казахстанской оппозиции: ни одного “засланного” в ней нет! В смысле, нет ни одного такого Максима Максимыча Штирлица, которого командование заслало делать крутую карьеру в штабе Мюллера и Бормана исключительно ради того, чтобы подтолкнуть крах Третьего Рейха и вернуться в Москву аж полковником и Кахарманом Советского Союза.

Здесь секрет в том, что паста, выдавленная из тюбика, остается, конечно, той же самой пастой, какой была и в тюбике, но – уже безвозвратно вне тюбика. Это самое выдавленное из тюбика, или выскочившее само, содержание может быть собрано в одну большую кучку, или разложено на несколько мелких, или вообще размазано по всей ванной, но вот возвращено в тюбик оно быть никак не может.

Конечно, как у всякого правила, и здесь есть исключения, и одно такое (совершенно исключительное!) мы все с вами знаем даже по имени, но само правило именно такое: не отсюда – туда, а оттуда – сюда.

Причем вот это правило: “выдавленное из тюбика власти назад попасть уже не может”, — оно (в отличие от всех тех закономерностей, о которых мы говорили раньше) как раз не универсальное, а именно казахстанское. Вернее, общее для всех режимов, подобных казахстанскому.

Отсюда и ответ на следующий вопрос:

Что такое “режим личной власти”?

Это, прежде всего, режим такой власти, пребывание в которой полностью и целиком зависит от личной преданности или, по крайней мере, безоговорочной лояльности по отношению к персоне, эту власть возглавляющей. Этот признак – первичный, а уже твоя собственная компетентность, патриотизм, порядочность и все прочее – вторичны. Ты можешь хоть тысячу раз любить свою страну и народ, но если твое понимание блага для страны и народа расходится с пониманием главы режима, и ты это понимание высказываешь вслух – не служить тебе в этом режиме.

Это – сущностное содержание всей системы, именуемой режимом личной власти, распространяемое во всей его вертикали (а иначе чем строго вертикальным такой режим и быть не может). Личная преданность-лояльность патрону есть необходимое и постоянно демонстрируемое свойство, только и способное обеспечивать его демонстратору присутствие в системе, и продвижение в ней. Так — не только в Ближнем Круге, но и в любом столичном и областном акимате, в районном, и даже в сельском.

Причем весь сколько-нибудь существенный бизнес также держится именно на том же, поскольку политическая часть режима личной власти полностью транслируется и на все прочие составляющие государственного идеологического, социально-экономического и общественного устройства.

Соответственно, и сам режим личной власти, по всей своей вертикали, держится именно на том, что сверху вниз вознаграждается вот эта самая личная преданность-лояльность патрону, которую обязан проявлять-демонстрировать (отмечаться) каждый его клиент (он же – патрон для нижестоящих).

Всякий же, кто по незнанию, амбициозной торопливости, или просто неумению, но иной раз – и по искреннему желанию преобразовать режим личной власти в нормальную современную систему управления государством, всерьез послужить своему народу, нарушит это главное режимное правило, тот из системы исторгается, добровольно или принудительно.

И назад в режим пути уже просто нет. По системному свойству самого режима, который, может быть, и хотел бы по другому, но – не может.

Это как только что отрезанный кусок колбасы: он не только не потерял все свои вкусовые качества, но как раз таки будучи отрезанным только и годится к полезному употреблению. Единственно, чего нельзя с ним проделать – прилепить обратно к отрезу.

Впрочем, если уж мы увлеклись образами, лучше такой: режим личной власти использует кадровый потенциал страны как в давно прошедшие времена каспийские браконьеры использовали осетров – брали лишь икру, оставляя всю тушу гнить на берегу.

Хотя нет, в нашем случае точнее будет такая аналогия: основное “мясо” худо-бедно используется, а вот прочь выкидывается не только всякая требуха, но и самое ценное. У белой рыбы это – икра, а у страны – мозги и характеры.

Еще лет 20-30 назад рыбак, рассказывающий про такие свои подвиги, выглядел бы в аудитории героем. Хотя и тогда уже – сомнительным. По современным же меркам такое отношение к дарам природы во всех смыслах устарело. Оно неэкономично, неэффективно, да и просто – неприлично.

Поэтому следующий вопрос:

Когда закончится режим личной власти?

Шура Балаганов, имея уже в кармане всю им лично подсчитанную-полученную сумму для полного счастья и на всю оставшуюся жизнь, все-таки стибрил в трамвае кошелек с тремя рублями. “Машинально” — как сам точно определил.

Генри Форд сказал как-то, что может отчитаться перед Америкой за каждый доллар своих капиталов, кроме первого миллиона.

К чему это я?

Да к тому, что для привычки к большим деньгам и “отвычки” мелочь по карманам тырить тоже нужно время, и не только время. Чтобы разбойник (хотя бы и с приставкой “благородный”) придал благородное звучание всей своей фамилии, потребовалась не просто смена поколений, но и смена государственных устройств.

Сейчас на Западе есть такая модная болезнь – клептомания. Подвержены ей люди состоятельные, в основном – кинозвезды, которых время от времени ловят в супермаркетах за попытки вынести вещи, не заплатив. А у нас (на всем бывшем совпространстве) такой болезни нет в принципе.

Задание на дом: попробуйте сами догадаться (с трех раз) – почему?

Согласитесь, если голливудская прима, получающая миллионные гонорары, попалась на попытке стянуть пару платьев, то здесь рекламного шума гораздо больше, чем у нее реальных неприятностей.

Но вот если уже состоявшийся, и – по заслугам, респектабельный господин на светском рауте вдруг будет застукан с рукой в чужом кармане, — хорошо ли это для него самого, для его потомства, и для всего его дела, которое он представляет на этом званном вечере?

А ведь мы с вами знаем, и все это знают, и даже сама властная сторона знает (уж она-то — еще как знает!) что какая-то часть голосов за Нурсултана Назарбаева на этих выборах – приписана.

Факт, что этот феноменальный, впечатляющий, неожиданный, потрясающий, разгромный, убедительный, и все такое, 91 процент голосов на самом деле состоит из некоей базы, — то есть реально отданных голосов (почему большинство на самом деле голосовало за бессменного президента – это отдельный вопрос), и того, что система себе… ладно, не будем употреблять вульгарного украла, скажем поблагороднее – присвоила.

Не Нурсултан Назарбаев сам себе приписал-добавил, а именно его режим, как система.

Причем сколько же в этом 91 проценте действительно честных голосов, а сколько – приписок, сказать невозможно, этого на самом деле никто не знает, ни ЦИК, ни власть, ни оппозиция. Скорее всего, прибавлено не так уж и много, победить можно было бы и без этой дописки. Допустим, президента на самом деле поддержали целых 90% избирателей, а акимы (руками директоров школ) дописали только какой-то один процент. Допустим.

Но, в таком случае, этот один процент тем более дискредитирует режим, как систему.

Один Иностранный Консультант сказал: осетрина второй свежести, — на самом деле – тухлая рыба.

Иметь поддержку 91% процента электората – это мощно. А если в ней только 91% — натуральной свежести, или пусть даже 99 процентов, — каков будет общий запах такого политического продукта?

Воровать – так миллион, любить – так королеву!

А вот, извините, доворовывать да подворовывать, тырить процентики, когда это уже и не нужно, от этой системной болезни пора всерьез излечиваться. Начиная с операции по ампутации привычно “шаловливых рученок”. Учителя пусть учат детей, а акимы отвечают за порядок на местах, а не за выборы.

И в заключение уже серьезно:

Совершенно очевидно, что нынешний политический режим – переходный. Причем не только в персональном смысле, но и, самое главное, — в системном.

И этот переходный период закончится только тогда, когда политическая и социально-экономическая система, именуемая “Государство Казахстан” сможет воспроизводить сама себя уже без “зацикливания” на отдельной персоне, и без применения таких внесистемных приемчиков, как неконкурентные и фальсифицируемые выборы.

То есть, после перехода к реальному парламентаризму, региональному и местному самоуправлению, независимым СМИ и такому же правосудию. И так далее (см. программу ДВК-ЗСК).

Тогда весь лучший “человеческий материал”, равно как и не самый лучший, но – амбициозный, энергичный, и т. п., будет аккумулирован в системе госуправления, и от такого “безотходного производства” страна только выиграет. Таковы современные технологии, до которых додумалось человечество, и нам пора их перенимать.

Может ли этот переход осуществится и завершится при правлении президента Назарбаева?

В принципе – может, и это был бы лучший вариант для всех.

Но будет ли так, и при этом президенте?

Не знаю.

На этот вопрос отвечать все еще рано.

На чем и завершим.

Да, чуть не забыл: при товарище Сталине реального Максима Максимыча Исаева, вернувшегося с той стороны, наверное, Кахарманом бы наградили. Но потом бы все равно расстреляли. Так, на всякий случай.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...