О “пингвинах” казахстанской политики

Источник: газета respublika.kz

Прочитал в “Республике” интервью с Алексеем ЛОБАНОВЫМ “Моя хата – не с краю!..”. На первый взгляд вроде бы все правильно говорит директор православного благотворительного общества “Светоч”. Но только на первый взгляд. Это если не вдумываться в то, что прячется за этими внешне правильными словами.

Я далек от того, чтобы обвинять Алексея в предвзятости и ангажированности. Думаю, что он был искренним, и поэтому, думаю, можно согласиться, что его хата — действительно не с краю, а где-то в другом месте. Но об этом чуть позже. Начнем с цитаты, которую я бы назвал узловой, потому что она концептуально высвечивает позицию Алексея Лобанова и всех тех, кто разделяет эту точку зрения.

Идти в народ нужно, вопрос — для чего?

Отвечая на вопрос, откуда должна идти демократизация — сверху или снизу, Алексей категорично заявляет: “Усилия той же оппозиции, тех же правозащитников должны быть направлены не на решение глобальных проблем, дескать, давайте устроим у нас демократию по американскому или европейскому образцу. Демократии не будет, пока мы, рядовые граждане, сами не начнем добиваться от конкретных должностных лиц соблюдения наших прав. А для того чтобы люди это поняли, оппозиции надо в народ пойти”.

Это не просто типичное заблуждение интеллигента, решившего порассуждать о политике. За этим целая философия. Дескать, незачем заниматься политикой — это пустое, пока мы не заставим чиновников соблюдать наши демократические права и свободы в повседневной жизни, никакой демократии на государственном уровне не будет. Что-то из сферы извечного интеллигентского императива: “Начни с самого себя”.Спросите такого интеллигента, как он собирается заставить чиновников соблюдать эти права и свободы, и получите пространные и невразумительные рассуждения, из которых станет ясно, что он и понятия не имеет, как это делать практически. Еще никто никогда не заставил чиновников уважать права и свободы простого человека, не поменяв при этом политические одежды страны, не создав демократических институтов и юридических гарантий соблюдения этих прав и свобод. Сложно рассуждать о политике, не зная таких прописных истин.

Хотя сама по себе мысль о том, что оппозиции нужно пойти в народ, очень правильная. Но не для того, чтобы призывать людей на борьбу с недобросовестными местными чиновниками. Это абсолютно бесперспективное занятие, потому что чиновники всегда будут победителями: на их стороне закон, полиция, суды, вся вышестоящая власть. “Идти в народ” нужно для другого — для промывания мозгов казахстанцам, для разъяснения им сути происходящего. Основная задача “хождения в народ” — превратить человека из подданного в гражданина, думающего, разбирающегося в ситуации, с активной гражданской позицией.

Шашки наголо — уже не актуально

Известно, что люди, сторонящиеся политики, но любящие о ней порассуждать, традиционно позиционируют себя “над схваткой”. Так, на вопрос: “Какова ваша позиция? Как вы оцениваете то, что происходит в стране?” господин Лобанов отвечает, что он не за “красных” и не за “белых”, а за… легитимную власть. Блеск! Ну совсем как в известном фильме: “Я не за коммунистов и не за большевиков, я за Интернационал”. Что для него “легитимная власть”, он не уточняет. То ли он этим хочет сказать, что прошедшие в Казахстане президентские выборы были нечестными, и поэтому власть нелегитимна. То ли — что переизбрание Назарбаева было вполне честным, и его такая легитимность вполне устраивает. Как хотите, так и понимайте. Дальше — еще интереснее. “Да, я считаю, что не все гладко в нашем “королевстве”, но это не значит, что нужно все взять и разрушить, шашки наголо — и вперед”, — говорит Лобанов.

Ну, про “отдельные недостатки” понятно: у кого их нет. Но вот про то, что якобы в нашей стране есть горячие головы, которые хотят — “шашки наголо” и все разрушить — это, Алексей, явно с чужого голоса. Где он таких увидел? Оппозиция? Да нет, она у нас законопослушна и никаких себе вольностей “оранжевых” или “бархатных” не позволяет: все делает строго в рамках законности. Разрушать ничего не собирается, напротив, предлагает так сделать, чтобы было лучше. Чтобы демократии было побольше, воровства поменьше. Так где господин Лобанов “шашки наголо” узрел? Пора бы перестать пугаться и пугать других. Выборы прошли, а вместе с ними рассеялись мифы об экстремизме казахстанской оппозиции. Это власть придумала, чтобы обыватели, руководствуясь свойственной им “пингвиньей” логикой, проголосовали против “опасной” оппозиции. Что они, надеюсь, и сделали. Поэтому про “шашки наголо” — уже не актуально.

Что же у нас за система?

Очень интересен ответ на вопрос: “А что именно Вас все-таки не устраивает в системе?” Оказывается, главная проблема — это отсутствие у нас политической системы, при которой смена правителя не влияет на основы жизни. “Идеала нигде нет. Но, к примеру, западное общество достаточно близко подошло к такому стандарту, когда кто бы ни пришел к власти — Коль, Шредер, Клинтон или Буш, какие-то основополагающие принципы жизни общества не меняются, несмотря на смену команд”, — утверждает Лобанов. Итак, из всего самого плохого в Казахстане г-на Лобанова не устраивает именно то, что при всякой смене президента у нас меняются “принципы жизни общества”. Представляете, именно это его достало! С чего бы это? Ведь у нас власть за 15 лет ни разу не менялась?!

“Можно даже вспомнить историю Советского Союза, — продолжает Алексей. — В то время тоже была система, конечно, далеко не лучшая, но была. То есть менялось руководство (Сталин, Хрущев, Брежнев, Андропов и др.), но для всего общества это не имело какого-то катастрофического характера”.

Улавливаете, к чему клонит г-н Лобанов? О какой катастрофе говорит? Дескать, жили же люди, а вот у нас, если, не дай бог, уйдет Назарбаев — все полетит в тартарары. Думаю, нет смысла объяснять, на чью мельницу льет воду лидер “Светоча”, кому он подыгрывает. Правда, в другом месте, наверное, вспомнив, что он “не за красных, не за белых”, г-н Лобанов заявляет совершенно противоположное: “Я лично не разделяю эту точку зрения. И если об этом кто-то говорит, то это не факт, что народ тоже так думает и верит, что если не будет Назарбаева, то все рухнет”.

Вот и спрашивается — чему же верить?

Вообще некоторые суждения г-на Лобанова заставляют задуматься: либо он очень хитрый и в силу этого весьма своеобразно уходит от неудобных вопросов, либо… он еще не освоил это искусство политиков. Так, отвечая на вопрос о сложившейся политической системе, он заявляет: “Пока у нас не будет создан механизм смены власти, дать однозначную оценку нашей системе очень сложно”. Вот так вот! Оказывается, пока у нас не сменится власть, нельзя сказать, какая политическая система в Казахстане! И самое печальное, что этого нельзя будет сделать, пока правит нынешний президент. А если он еще 15 лет будет править? Так и будем пребывать в неведении?

Хотя есть подозрение, что определить нашу политическую систему сложно только Алексею Лобанову. Не может он в силу большого пиетета к власти назвать эту систему авторитарной или хотя бы недемократичной.

От лукавого или от… недалекого

Когда читаешь интервью, становится понятным, что демократия для Алексея Лобанова — понятие весьма относительное. Чего только стоят его рассуждения о передаче власти на просторах СНГ! Он приводит пример того, как Ельцин передал власть Путину. Сюда же попадает и передача власти в Азербайджане.

“Можно рассуждать о том, насколько это демократично или недемократично, — размышляет Лобанов, — но тем не менее произошла смена власти, и возник прецедент — на постсоветском пространстве появился институт преемственности, пусть и в зачаточном состоянии. Получит ли он дальнейшее развитие — это тоже большой вопрос, но какой-то механизм уже сформировался”.

Как видите, для Алексея такая смена власти в порядке вещей. Нет разговора о выборах, об альтернативности, о соответствии принципам демократии. Главное — “получит ли это дальнейшее распространение”. То есть с самим принципом преемственности он согласен. Его не волнует, что в условиях нашей “политической азиатчины” это, скорее всего, примет форму банального престолонаследия. Благо первый образец такой преемственности нам уже продемонстрировала династия Алиевых в Азербайджане. Чувствуете, для кого воду греет господин, “находящийся над схваткой”?

Суждения господина Лобанова — достаточно типичны. Логика этих рассуждений — производное от либерального мировоззрения и обывательской ограниченности. Это когда человек оперирует вполне либеральными категориями, понимает весь маразм происходящего, но при этом боится что-либо делать, чтобы изменить ситуацию.

Соответственно, ему нужно как-то оправдать себя в глазах окружающих, да и своих собственных. Ему нужно объяснить свое ничегонеделание, свою прогнутость перед властями. Вот тут-то и появляется философия борьбы с авторитаризмом тихой сапой. Мол, не нужно бороться против власти и системы в целом. Политическая борьба, какую ведет оппозиция, — это пустое. Более того, это вредное и опасное занятие, могущее дестабилизировать ситуацию. Дескать, лучше заниматься улучшением жизни без всякой политики — снизу, заставляя чиновников добросовестно выполнять свои должностные обязанности.

Лозунги “пингвинов” просты и понятны: долой политику с ее противостоянием! Да здравствует сотрудничество с властями! Давайте не противостоять режиму, а договариваться с ним! Понятно, что такой взгляд требует и иных подходов к пониманию демократии. Ведь как-то надо объяснить, почему “у нас” не так, как “у них”. И тут вытаскивается спасительный для “пингвинов” тезис, что демократий много и все они разные. Дескать, есть американская, европейская, японская, южно-корейская и т.д. Вам какую?

Такой подход очень устраивает казахстанскую власть, потому что это позволяет называть наш авторитаризм особым казахстанским типом демократии. На самом деле все это от лукавого или от… недалекого.

Демократия — одна, и суть ее в том, что граждане имеют возможность выбирать себе власть и ее контролировать (через различные демократические институты). Формы же этих институтов, естественно, в различных странах отличаются друг от друга. Но именно форма реализации этой сути хитрыми или безграмотными идеологами выпячивается в качестве типов демократии, сознательно отодвигая суть на второй план. И вот на эту идеологическую лабуду ловится большинство наших активистов от политики.

Кого обманываем?

Никто не спорит, что существует специфика деятельности демократических институтов в разных странах. Но при всех различиях остается главное — честные выборы, разделенность и независимость ветвей власти, независимый суд и свободная пресса. Если нечестные выборы, подчиненность всех ветвей власти президенту, продажный суд и прикормленная пресса — это специфика казахстанской демократии, то, согласитесь, из-за этой специфики саму демократию и не видно.

Если кому-то хочется в плане демократии выглядеть самобытными, то он должен понять, что со стороны это выглядит очень глупо. Демократия — это универсальный вненациональный инструмент зависимости власти от граждан, и придумать что-то новое здесь невозможно.

Это как телевизор. Никто же не додумался до того, чтобы создавать “казахстанский телевизор”. Не американский, не европейский, а именно казахстанский. Можно его сделать в форме юрты, корпус отделать карагачом, украсить национальным орнаментом. Он может быть цветным, черно-белым, большим, маленьким. Но при этом он все равно будет ТЕЛЕВИЗОРОМ — инструментом для распространения и получения информации. А вот то, что по телевизору будет показываться, — это и есть специфика. Так и демократия. Как бы вы ни изощрялись, ничего нового, САМОБЫТНОГО в этот инструмент формирования власти и контроля над ней не придумаете. Все уже есть. Остается только брать и применять. Мы же с нашей демократией уподобляемся чудакам, которые купили телевизор, но не стали его включать. Сидим, смотрим на пустой экран и делаем вид, что нам это нравится. А окружающих убеждаем, мол, это у нас такое особенное телевидение. Кого обманываем? Кого за дураков держим? Казалось бы, прописные истины, но при этом идея самобытности нашей демократии, специфичности ее существований на просторах СНГ — “греет” не только казахстанскую власть, но и многих “находящихся над схваткой”. Эта тема на самом деле очень принципиальна. Если наша интеллигенция идеологически подпевает власти, то это означает, что никакого превращения подданных в граждан не будет. Не оппозиция должна будить гражданственность в людях, а именно интеллигенция: писатели, журналисты, артисты, художники, общественные деятели, представители третьего сектора. Оппозиция в лучшем случае может только воспользоваться плодами этой работы. Поражение оппозиции на последних парламентских и президентских выборах — это в первую очередь следствие того, что наш народ предоставлен сам себе, что у него нет идейных ориентиров среди интеллигенции. Нет общественно значимых фигур, которым бы он доверял и мнения которых работали бы на формирование гражданской позиции. Поэтому власти так легко сумели сформировать в общественном мнении негатив об оппозиции, без усилий внушили, что “бархатные революции” — это безусловное зло, заставили поверить, что смена власти — это путь к дестабилизации.

Поводок свободы

К сожалению, не нашлось ни одного авторитетного, пользующегося доверием и уважением масс человека, который бы сказал, что это ложь, что это оболванивание людей. И не обязательно для этого быть оппозиционером или работать на власть. Можно оставаться над схваткой, но при этом иметь свою честную позицию. Оглянитесь! Практически все, кто более или менее известен, так или иначе имеют подмоченные репутации. Кто-то прикормлен властью и не высовывается, кто-то вошел в обойму новой номенклатуры и конкретно работает на власть, кто-то просто трус и скулит об опасности смены власти. А кто-то хоть и говорит очень правильные слова, но либо малоизвестен, либо не внушает доверия. И это тоже понятно: еще вчера они говорили совершенно другое и были в команде того, с кем сегодня предлагают бороться. На кого ориентироваться человеку с активной гражданской позицией? С одной стороны, зажравшаяся и заворовавшаяся власть, с другой — не пользующиеся доверием лидеры оппозиции, а с третьей — такие как Лобанов, Корнилов и прочие “пингвины”, поющие об особой казахстанской демократии и призывающие не лезть в политику. За кем идти? Кому верить? Куда идти со своим недовольством, со своим наболевшим, со своим гражданским осознанием, что так жить нельзя?

Дорога одна — на кухню, где под сакраментальные сто грамм традиционно выплескивается накипевшее. Вот так ликвидируется гражданская активность, пропадают политические ориентиры, вот так убивается общественная инициатива. Вы этого хотели, господа? Что ж, у вас это получилось.

Власть, “пингвины” и отчасти оппозиция выработали у людей устойчивую идиосинкразию ко всему, что идет с прилагательным “политический”. Сделали все, чтобы простой народ утратил доверие к понятию “демократия”. Сформировали стереотипы, руководствуясь которыми люди, как черт ладана, боятся любых изменений в обществе и готовы терпеть тех, кто уже “наворовался”, опасаясь, что новые начнут воровать с еще большей силой. Глупейшая сентенция, но работает убойно.

И это результат общих усилий: а) власти (она это формировала сознательно); б) оппозиции (она этому содействовала неосознанно в силу своей неопытности); в) и тех, кого я называю “пингвинами”, — интеллигентов, подвязывающихся на политическом поприще (эти отчасти по недомыслию, отчасти из-за желания выглядеть умно, отчасти из-за желания прогнуться перед властьимущими).

Понятно, что в выигрыше оказывается только власть. Оппозиции придется не только начинать все с начала, но и переделывать многое из того, что сделано. Но больше всех проигрывают “пингвины”. Им теперь придется прогибаться еще ниже. Чем сильнее власть, тем глубже поклоны. Кому-то это не в тягость. Но есть и такие, кто наивно полагал, что если он поддержит власть, то ему дадут больше простора. Глупенькие! Чем больше они подпевают власти, тем короче поводок их свободы.

О тех, кто сам по себе

А теперь о тех, кто с презрением отзывается о политиках (и властных, и оппозиционных) и считает себя нравственно выше их. Дескать, мы не за власть и не за оппозицию, мы сами по себе. Безусловно, очень здорово быть независимым и говорить то, что думаешь. Это можно только приветствовать. Вот только странно, что “находящиеся над схваткой” практически слово в слово повторяют сентенции властных идеологов. Ведь именно “находящиеся над схваткой” рассказывают народу, что у нас особая демократия, что передача власти преемнику — это нормально, что политикой заниматься не надо, а нужно заставить чиновников быть порядочными, что любая смена старой власти — это абсолютно ненужная процедура.

Скажете, совпадение. Допустим, но что это меняет? Здесь важно другое, что объективно “пингвины” выступают апологетами существующего режима. Своими “независимыми” мнениями они оправдывают существование этого режима и, по сути, защищают его.

Так что прав был г-н Лобанов — его хата действительно не с краю. Но и не посередине. Она в силу неопределенности и невнятности позиции хозяина вообще непонятно где. Сама собой напрашивается параллель с тем известным предметом в проруби. Это из серии ни вашим ни нашим, ни красным ни белым, ни мясо ни рыба. И хочется, и колется, и мама не велит. Одним словом — типичная позиция “пингвина”.

http://www.respublika.kz/

20.01.06г

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...