В ряду режимных демократий

Источник: газета “Коммерсантъ”

Критики президента Путина в России и за рубежом говорят о становлении в стране нового авторитаризма. Из Кремля в ответ указывают на наличие оппозиционных партий, выборов и критики со стороны печатных СМИ, пропагандируют тезис о \»суверенной демократии\» и переходном характере политического строя на пути демократии. Вопрос, что такое \»режим Путина\» – ранняя демократия или ранний авторитаризм, только кажется неразрешимым. Современная политология вполне знакома с такими феноменами и умеет их описывать.

Свободные и несправедливые

Наиболее общепринятой и известной в политической науке является типология, разделяющая все режимы на два основных вида: демократические и авторитарные.

Аристотель понимал такую типологию в узком смысле – наличия или отсутствия выборов, но в процессе развития политической науки были сформулированы и более четкие определения, способные уловить специфические качества различных политических режимов. В настоящее время наиболее распространены электоральная и либеральная их типологии.

Еще в середине прошлого века австрийский экономист Джозеф Шумпетер сформулировал определение демократии как способа получения власти путем конкурентной борьбы за голоса избирателей. Многие современные политологи оценивают уровень демократичности режима по тому, насколько периодичными, свободными и справедливыми являются выборы законодательной и исполнительной власти. Но такой подход причисляет к формально демократическим режимы, которые поддерживают лишь видимость политической активности. Сами по себе выборы не способны обеспечить контроль над властью со стороны народа.

Столпы современной политологии Хуан Линц и Сеймур Мартин Липсет считают режимы, в которых выборы проводятся, но не отражают реальной конкурентной борьбы, псевдодемократиями. В таких странах оппозиция не имеет шансов на победу, а правящая партия не способна признать поражение. Другой видный исследователь демократии – Джовани Сартори относит к псевдодемократическим все режимы с однопартийной системой. Правящая партия полностью монополизирует политическое пространство, часто прибегает к использованию грубой силы, контролирует средства массовой информации, не оставляя оппозиции шанса на реальную политическую конкуренцию. В близкой к псевдодемократиям плоскости располагается определение делегативной демократии, предложенное известным аргентинским политологом Гильермо Одоннелом. Делегативная демократия – это режим, в котором неразвитые общественные структуры соседствуют с необычайно сильным институтом президентской власти. Под давлением президента все каналы вертикальной и горизонтальной ответственности исчезают, а институты исполнительной и законодательной власти становятся пассивными наблюдателями.

По классификации Freedom House примерно 54 государства мира могут быть признаны псевдодемократиями в той или иной форме. Их география весьма обширна и включает как страны Латинской Америки (Колумбия, Гватемала), Азии (Малайзия, Сингапур), Африки (Конго, Эфиопия, Габон), так и республики бывшего СССР (Киргизия, Казахстан, Азербайджан, Белоруссия).

Принцип невовлечения населения

Когда в 70-х годах прошлого века мир захлестнула волна демократизации в Азии и Латинской Америке, политологи осознали необходимость добавить в электоральную типологию дополнительный критерий. Несмотря на то что во многих \»новых демократиях\» проходили выборы и существовали политические партии, стало очевидно, что их нельзя поставить в один ряд с развитыми демократическими режимами.

Тогда Роберт Даль ввел в оборот термин \»полиархия\». Даль считал, что демократия, понимаемая буквально как \»власть народа\», является понятием утопическим, и предложил термин \»власть большинства\» (polarchy). Он также выделил два основных критерия, отличающих либеральную демократию от демократии электоральной,– конкурентный характер политического процесса и вовлечение населения в принятие решений. Американский исследователь Аренд Лайпхарт предложил добавить еще один критерий – принятие решений на основе консенсуса и управления на основе коалиции, а не большинства.

Сегодня к числу либеральных демократий можно смело отнести большинство стран Западной Европы и Северной Америки. Но среди политических режимов они находятся в явном меньшинстве. В 2003 году лишь 61 страна из 202 режимов, проанализированных Freedom House, отвечала критериям либерального. Режимов, которые можно отнести к категории полностью авторитарных, тоже не так много – всего 27. К их числу относят Кубу, Туркмению, Китай, Судан и Северную Корею. Большинство же стран, в которых нарушаются права граждан и ограничиваются свободы, попадают в категорию электоральных или псевдодемократий по признаку проведения выборов и формальному наличию политических институтов.

Человеку, не владеющему терминологией современной политической науки, может показаться, что популярный сегодня термин \»суверенная демократия\» отражает специфические качества политической системы. Но большинство профессиональных политологов не испытывают иллюзий по поводу возникновения еще одного \»прилагательного\» и относят Россию к категории электоральной и делегативной псевдодемократии с элементами бюрократического авторитаризма. По мнению Майкла Макфола, охарактеризовавшего некогда нашу политическую систему как режим \»управляемой демократии\», в отношениях между гражданами и государством в России доминирует именно государство, что приводит к уменьшению политической активности населения. В таких условиях государство получает возможность управлять предпочтениями граждан, не выходя при этом за рамки конституционного поля и сохраняя режим электоральной демократии.

“Коммерсантъ” 31.01.06г

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...