О политической ситуации в Центральной Азии

Размышления по теме

Регион Центральной Азии был с древнейших времен ареной столкновения народов, государств, цивилизаций. Задолго до возникновения европейских государств, России и тем более Америки здесь создавались и рушились могучие империи, здесь прошли арии, скифы, гуны, римляне, китайцы, многие другие, в том числе Александр Великий и Чингис Хан.

Центральная Азия в целом является, безусловно, одним из мировых котлов человеческой цивилизации. Христианство, например, имело достаточно широкое распространение на этой территории уже в первых веках I тысячелетия (есть исторические упоминания, что мощи святого евангелиста Матфея были принесены армянскими монахами на территорию современной Киргизии и хранились в монастыре на берегу Иссык-Куля).

Есть здесь памятники буддизма, зороастризма и, конечно, ислама.

Предки, по крайней мере, одного из казахских племен – уйсуней, упоминаются в китайских хрониках со II века до Рождества Христова, как обитатели этого района Азии. Таким образом, можно с уверенностью говорить, что на протяжении более, чем двух тысячелетий казахи и их предки жили в кругообороте самых развитых и разнообразных культур своего времени, возможно, именно этим объясняется нынешняя культурная толерантность казахов.

Зачем мы даем такую “историческую преамбулу”? Исключительно, чтобы предупредить подходы подобные перлам одного из членов Политбюро, который приехал в свое время на Кавказ мирить два \»братских мусульманских\» народа армян и азербайджанцев.

К сожалению, исключительная безграмотность и сопутствующий непрофессионализм, и апломб – характерная вещь для многих российских политиков всех уровней, засвечивающихся в регионе.

Сегодня Центральная Азия, несмотря на некоторую отложенность вопроса, продолжает оставаться эпицентром “тектонического” противостояния великих держав на фоне внутренней “перегретости” государств региона. В первую очередь это касается Казахстана и Узбекистана. Киргизия и Таджикистан слишком малы и нищи, да еще и с ворохом проблем, Туркмения с ее газом и Туркмен баши вполне всех устраивает – пока.

Итак – Казахстан. Огромная территория, богатейшие ресурсы, малолюдность. Молодое население (50-ые годы 2,5 млн. казахов, сегодня 8 млн., средний возраст 25-26 лет) ментально достаточно легко воспринимающее реформы. Уровень коррупции, как среда обитания (воздух, вода, коррупция), все не довольны – однако и всех устраивает. Продвинутость в реформах, в бизнесе в основном молодежь и только молодежь, но за годы капитализма элита — уже “постаревшая” молодежь с естественным желанием власти.

Страна противоречий. Восток – с его сложностью, тонкостью и примитивностью. Страна светская с зашкаливающим тяготением к “европейской жизни”, развлечениям, потреблению и т.д.

Проста, как яйцо, и сложна, как яйцо. Лидер в стиле жизни – Алма-Ата (местный Париж). Деньги, работа, динамика, бизнес, бурлеск, новые ценности – магнит для всей страны, особенно титульной. Все стремятся в Алма-Ату.

Молодежь стремительно усваивает и осваивает все новое, старый быт уходит, но в то же время пышно расцвели феодальные ценности до такой степени, что вполне можно говорить о Казахстане, как о стране с феодальными устоями, где активно пропагандируются ценности прошлого, как идеал общественной жизни.

Современный Казахстан вообще нельзя “аршином” мерить. Это многоликая, многослойная, неоднозначная вещь в себе, которая открывается на первый взгляд сразу и просто, а потом приходит понимание (если приходит), что ты ничего не понимаешь. Крошечная по количеству населения, но девятая по размеру территории. Одновременно азиатская и в то же время европейская и географически, и по менталитету. С преобладающим городским населением, заметно урбанизирована, но и имеющая отнюдь не фантомное тяготение к утраченному прошлому. Динамичная, пассионарная молодежь, европейски образованная и родовые отношения с трайбализмом и прочими спутниками. По конгломерату народов маленькая Америка, или Советский Союз в миниатюре, но и страна сама по себе, со своими проблемами. Высокая толерантность титульной нации к другим народам и национальностям, но и достаточный потенциал национализма, особенно у выходцев с юга. Межнациональный мир и согласие, и отсутствие четко прописанной национальной доктрины. Высокая динамика реформ и экономического развития и отсутствие научно-теоретического, фундаментального обоснования такого роста, или хотя бы анализа постфактум и т.д. и т.п.

В наследство от Советского Союза Казахстану наряду с развитой инфраструктурой достался еще и высокий процент “творческой интеллигенции”. В неказахской части эта прослойка растаяла как весенний снег на солнышке (рынок, как хороший дворник, соскоблил подчистую), а вот в казахской среде произошла любопытная трансформация. В советские времена благодаря патерналистской политике государства творческая интеллигенция являлась элитой, богемой и в целом жила совсем не плохо по сравнению с остальной частью населения. В новые времена небольшая часть сумела вписаться в рынок тем или иным образом (например, пополнила ряды священнослужителей, приватизировала издательства и учреждения культуры и т.д.), а вот другая часть стала базой, фундаментом ортодоксальной национальной политики. Все молодые государства прошли через этап национализма. Для кого-то этот период оказался деструктивным, для кого-то в меньшей степени. Наше время, между прочим, характерно нарастанием глобалистских тенденций и, одновременно демонстрирует откровенный рост национализма даже в странах Европы, как реакцию на глобализацию. Понятно, что процесс не остановить, но на какой линии установится статус-кво пока неясно.

Возвращаясь к своим проблемам можно отметить, что именно в разделе межнациональных отношений Казахстан “впереди планеты всей” без всякой иронии.

На сегодняшний день, и это следует объективно признать, в Казахстане существует вполне приемлемый почти для всех межнациональный и межконфессиональный паритет. Разумеется, кого-то он тяготит и даже раздражает, кому-то кажется недостаточным, но, слава Богу, пока никто из противоборствующих элит в открытую не пытался оспорить эту сторону нашей жизни, подвергнуть ее ревизии. Будем надеяться, что в обозримый временной период такого рода идеи никому в голову не придут, а если и придут, то будут на корню пресечены.

В молодых независимых государствах во главе государства могут быть и “молодые” и “возрастные” лидеры, но политической доминантой всегда являются настроения молодых. Это обусловлено следующими факторами. Молодежи всегда свойственны радикализм и категоричность позиции. Молодежь всегда самая “нуждающаяся” часть общества, нуждающаяся в прямом и переносном смысле. Молодежь нуждается в образовании, работе, жилье, любви, развлечениях и вообще во всем, что только можно вообразить, и хочет этого немедленно. А поскольку, в отличие от Европы, в Казахстане прирост населения высок, то в процентом отношении население стабильно молодеет. Пока роль молодежи в политической жизни страны не проявилась сколько-нибудь сильно и ярко, но можно не сомневаться, что время ее пришло. И теперь важно, кто и как сумеет возглавить эту силу. Пример России говорит, что в эту тему вбрасывается много сил и средств загодя, а не когда “жареный петух клюнет”. Молодежь – вот еще край непаханый для политиков. Какие идеи поселятся в головах у молодых? Или уже поселились?! Стоит при этом отметить, что верхушка казахской молодежи более продвинута, более обучена и, кстати, более пассионарна (в реализме), чем русская или вообще неказахская молодежь, а казахская молодежь в целом более политизирована, более активна, чем неказахская молодежь.

Если брать общий политический расклад, то внешне все остается по-прежнему. Назарбаев остается фигурой № 1 и формально, и по существу. По-прежнему все вращается вокруг его личности.

Мы уже давали в предыдущих работах свою точку зрения по текущему вопросу. Поэтому стоит дождаться первых практических шагов на новом этапе.

На общеполитический климат в Центральной Азии, как нам кажется, в ближайший период, несомненно, должен оказать влияние, прямое и косвенное, договор между Россией и Узбекистаном.

В привязке к этой ситуации следует рассмотреть события, имевшие место быть на западном фланге СНГ. Мы имеем в виду “газовый конфликт” между Россией и Украиной. В ходе этой “разборки” свое мнение высказали, кажется, все. В газете “Вашингтон Пост” была опубликована статья некой стервозной дамочки, в истерических тонах заклеймившей Россию во всех смертных грехах за то, что, дескать, вмешивается во внутренние дела Украины, а также мстит за провал в президентских выборах. К несчастью, или наоборот, для “W.P.” ум у этой девушки кончается там же, где и начинается, и кроме констатации ситуации статья ничего полезного не содержит. Также и в мнении многих политологов тема мщения и шантажа проходит красной нитью. Разумеется, эта версия вполне имеет право на существование. Однако, на наш взгляд, без претензий на истину в последней инстанции, картина представляется несколько иной и тема “вендетты неверным хохлам” не то что не является главной целью, но всего лишь сопутствующий результат, едва ли входивший в стратегию вопроса сам по себе.

Нельзя не видеть, что Россия беременна синдромом “Великой державы”. “Фантомные боли” по утраченному статусу вполне реальны и болезненны. У каждого ведь свои заморочки. Здесь враз сошлось всё: и национальное унижение за развал великой страны, и мечты о реванше, и нефтяные деньги, наполнившие закрома, и сильный президент, и новые национальные приоритеты и, наконец, необходимость загрузить мозги народа, чтобы меньше думал, о чем не следует ему, народу, думать. Руководству России нужен был прорыв в этом разделе политической жизни и прорыв обязательно успешный. Любому непредвзятому наблюдателю абсолютно понятно, что в этом контексте вопрос готовился очень и очень загодя. Вполне возможно и создание росийско-австрийской фирмы по реэкспорту газа в 2004 г. произошло в плане подготовки реализации этого проекта. Выбор объекта также вполне логичен и можно предполагать, что этот выбор был сделан не вчера. Акция была как будто бы успешной и означает, разумеется, не только и не столько то, что видимо снаружи. Это начало или эффективная попытка начала новой политической доктрины России, как страны пытающейся подтвердить свои претензии на “великодержавный статус”. Произошедший на Украине политический кризис, а также жесткий ответ главы МИДа Лаврова на выступление Кондализы Райс по “газовому вопросу” вполне укладываютсяайс по “Райс в формат нашей теории. Что последует дальше? Будем посмотреть, но внутри страны провозглашены амбициозные национальные проекты. Дальнейшее препарирование российской политики не входит в наши планы. Проведенный экскурс должен всего лишь подтвердить, что сегодняшняя политика России носит не случайный характер и не является случайным совпадением событий, но укладывается в русло новой внешнеполитической доктрины России. Распад Союза в 91-м году и уход России сопровождался в Узбекистане ревом карнаев и барабанным боем. Казалось, страна одурела от счастья, провожая навсегда “русских колонизаторов”. Было сказано много пафосных слов, поставлено множество памятников и что же? Вся страна теперь с робкой надеждой ждет возвращения России, только с этим связываются надежды на лучшую жизнь, уже объявлено о передаче трех крупнейших экономических объектов России и т.д. К чему это приведет, если наши предположения верны? Вопреки постоянным утверждениям, что Узбекистан отстал от Казахстана в прогрессе навсегда, позволим себе не согласиться с этим мнением. На самом деле Узбекистан обладает огромным нереализованным потенциалом. В первую очередь это 28 млн. человек населения, которые невероятно хотят работать, а главное умеют это делать. При этом Узбекистан сумел сохранить уровень образованности населения и систему образования и профессиональной подготовки кадров. Разумеется, Узбекистан несколько уступает по недрам Казахстану, но сумел сохранить в значительной мере промышленную и прочую инфрастуктуру, потенциал которой в Советское время был выше, чем у Казахстана. Иллюстрацией могут служить Узбекская авиакомпания и аэропорт – визитная карточка Ташкента. Модернизация аэропорта, сервис в аэропорту и на борту самолета безусловно выше, чем в Казахстане.

Если Каримову удастся развить отношения с Россией к пользе своей страны, получить инвестиции, рабочие места и пр., провести реформы, то мы получим под боком регионального лидера, ждать осталось недолго.

Разумеется, такое развитие событий носит гипотетический характер, но вполне возможный.

Естественно также, что такое развитие событий окажет несомненное влияние и на политическую, и экономическую, и общественную жизнь нашей страны.

Т.е. необходимость продолжения реформ в Казахстане диктуется и внутренним подпором и внешней конкуренцией.

В миниатюре ситуация может быть сравнена с Россией и Китаем. Россия имеет колоссальные ресурсы, а инвестиции идут в Китай. Т.е. казахстанская экономика не достигла той стадии самодостаточности, когда могла бы развиваться сама по себе. Стать “мастерской” для всего мира, как Китай, или хотя бы для СНГ шансов маловато. Узбекистан, поставляя сегодня “гастарбайтеров” для Казахстана и России, вполне возможно повторит путь Турции, начинавшей с экспорта рабсилы в Европу, а на сегодня почти вернувшей статус региональной сверхдержавы.

Усиление роли и влияния России в регионе Центральной Азии происходит на фоне постоянно высокого интереса к нашему региону США, Евросоюза, Китая и региональных держав, таких как Турция, Иран, Индия. Интерес Запада к региону имеет давние исторические корни, а сегодня только возрос. И причин этому несколько. Во-первых, Центральная Азия является ареной политического противостояния нескольких мировых “центров силы”. Во-вторых, в условиях глобального дефицита энергоресурсов роль региона возрастает, если и не в мировом масштабе, то для своих региональных соседей безусловно. В-третьих, регион Центральной Азии стал одним из центров мировой наркоторговли. Именно через страны региона пролегают основные наркомаршруты. Все три аспекта, несомненно, входят тем или иным образом в круг национальных интересов многих государств, как составная часть национальной безопасности.

Особый интерес к региону у Китая и Индии – этих азиатских гигантов, которые по темпам развития вызывают удивление, восхищение и чувство беспокойства. Поднебесная присутствует в регионе не одну тысячу лет и умеет, как известно, ждать и добиваться своего. Китай и Индия удивительны тем, что, являясь древнейшими странами планеты, демонстрируют и динамику, и способность к усвоению и развитию самых передовых технологий. Если Китаю, да и Индии тоже, удалось и продолжает удаваться проводить экспансию в США и экономическую, и миграционную, то вопрос экспансии в Центральную Азию только вопрос времени. Задержка вопроса связана с отсутствием интереса такого рода, но рано или поздно это произойдет, иллюзий здесь не должно быть. Просто пока есть много других более комфортных и привлекательных мест на земле.

Говоря о перспективах развития региона, и Казахстана в том числе, нельзя отмахиваться от многочисленных политпргонозов, в первую очередь З.Бжезинского, включившего Центральную Азию в “дугу нестабильности”. Не так уж редко прогнозы Бжезинского имели свойство оправдываться. Да и другие мировые аналитики предрекают нашему региону нелегкую судьбу. Так что для Казахстана вполне подходят слова Л.Кэррола – только для того, чтобы оставаться на месте, надо очень быстро бежать. Тому, кто забудет эту формулу успеха, не стоит рассчитывать на многое. А потому реформы и перемены в Казахстане неизбежно будут продолжены не в силу желто-оранжевых причин, но в силу мировой, глобальной гонки – конкуренции.

Таким образом, можно сделать вывод, что Центральной Азии и Казахстану в том числе, предстоит бурный исторический отрезок в ближайший период. В этой конкурентной гонке Казахстан вполне может выстоять, если у всех народов и народностей, населяющих страну, возникнет чувство принадлежности к Казахстану не на основе этнической общности, а на основе гражданских ценностей.

Неоспоримым в общем-то фактом является то, что в 20 веке, помимо “старых” стран, копивших богатства, знания, потенциал не одну сотню лет, успеха добились новые лидеры не из числа самых щедро наделенных богатствами природой, а те, кто наилучшим образом реализовал людской потенциал. Эти страны отличались единством устремления большинства народа и могут быть разделены на две группы. Одна из них — это мононациональные страны, которые на основе (упрощенно говоря) национально-патриотических идей сумели мобилизовать (другое слово трудно подобрать) большинство народа на рывок – экономический и цивилизационный. Вторая группа стран – те, кто в силу тех или иных исторических причин отличался значительной этнической пестротой, но также на базе общих ценностей сумели сплотить народ в некую общность, сумевшую совершить подобную же эволюцию. К первой группе можно отнести такие страны, как Япония, Корея и т.д. ко второй группе можно отнести Сингапур, Малайзию, и ту же Канаду и т.д. Разумеется, иллюстрация произведена достаточно схематично, но все же. Возвращаясь к Казахстану можно так же предположить, что главный потенциал развития страны – люди, как ни по марксистски-пропагандистски это не звучит. Исходя из объективности, можно сказать, что в обозримом будущем трудно предполагать формирование в Казахстане мононационального населения, как бы этого кому-то ни хотелось, да еще к тому же крепко спаянного на этой основе, поэтому более продуктивным был бы второй путь формирования общности разноэтнического народа на основе общих целей, задач и ценностей. Несомненно, такую задачу, если она будет поставлена, можно будет выполнить только на базе консолидирующей роли титульной нации. Именно поэтому мы уверены, что Казахстану нужна надэтническая, общенациональная стратегия (доктрина).

Автор не считает данную версию единственно верной и возможной. Причуды исторического развития предугадать невозможно. Это просто одно из мнений по теме.

Новости партнеров

Загрузка...