О “капризах”, “обидах” и отчитанных “нанайских мальчиках”…

Источник: газета “Эпоха”

Послушайте!

Ведь, если звезды зажигают — значит — это кому-нибудь нужно?

Значит — кто-то хочет, чтобы они были?

Значит — кто-то называет эти плевочки жемчужиной?

Владимир Маяковский, 1914 г.

Прав был Владимир Маяковский. Если “звезды зажигают, значит, это кому-нибудь нужно”. Если в определенных газетах начинают один за другим “зажигать” провластные политики и политологи, значит это тоже кому-нибудь нужно. Если они занимаются “хоровым пением”, это, скорее всего, является выполнением некоего “медиа-плана”. Не о нем ли говорил на совещании с некоторыми главными редакторами некоторых СМИ “обеспортченный” министр культуры и информации Ермухамет Ертысбаев?

О чем это я? Конечно же, о состоявшемся заседании ГКРКПДР. Опять не поняли? О состоявшемся заседании Государственной комиссии по разработке и конкретизации программы демократических реформ. Данный крокодилоподобный орган, несмотря на то, что он был широко разрекламирован, что его возглавил лично президент Назарбаев, и все такое, оказался пшиком. Пшиком, потому что на первое заседание Госкомиссии оппозиция не пришла. Тем самым оппозиционеры (желая или не желая этого) сорвали властям домашнюю заготовку, которую они так долго готовили для Запада и в первую очередь для действующего председателя ОБСЕ, министра иностранных дел Бельгии Карла де Гюхта. Какую телевизионную картинку сорвали!

Согласитесь, какой красивой была бы картинка: власть и оппозиция в обнимку начинают национальный диалог, Жармахан Туякбай вместе с президентом Назарбаевым и Ко за одним столом обсуждают проблемы дальнейшего демократического развития… Любовь была и так возможна, и так возможна… Не получилось. Власти пришлось довольствоваться суррогатом сомнительного свойства в лице так называемой “конструктивной” оппозиции.

Приехавшему с инспекторской поездкой председателю де Гюхту, которому, по всей видимости, обещали наглядно продемонстрировать необратимость, уровень и глубину начавшегося “демократического процесса”, власти ничего толкового показать не сумели. Да и не могли. Разве могут сравниться с репрезентативной телевизионной картинкой жухлые объяснения чиновников о том, что один оппозиционер заболел, а другой – не явился? Поэтому затаенная обида властей не могла не выплеснуться наружу. И выплеснулась.

Первым еще на заседании Госкомиссии сорвался ее зачинщик президент Н.Назарбаев, который закумуфлировал ее за словами: “Свобода и либерализм стоят вровень с ответственностью перед законом. Правят законы, а не люди. Либерализм не должен восприниматься как слабость власти перед \»капризами и шалостью\» отдельных людей. Я четко хочу сказать всем: слабость власти в наших условиях означала бы утерю управления и отката назад во всем, чего мы достигли”.

Благодатная тема “капризов” и “шалостей” была тут же подхвачена государственной идеологической машиной. С начала недели провластные газеты “Литер”, “Казахстанская правда”, “Экспресс-К” и другие начали стыдить и клеймить оппозицию, обвиняя ее в легкомыслии, отсутствии патриотизма и т.д.

Одновременно с диалоговым клеймением провластные политики и политологи стали активно убеждать, призывать, буквально таки проповедовать своим оппонентам светлые идеи “демократизации”. Хотя странно, что те же газеты ни словом не обмолвились о том, что на заседании Государственной комиссии отсутствовала (как было сказано по уважительным причинам) дочь президента – Дарига Назарбаева, тоже, кстати, являющаяся в узком смысле “либералом” и “оппозиционером”. Но об этом в другой раз…

Откуда у министра “шестипроцентная” грусть?

Первым со страниц своего любимого “Литера”, как и подобает главному пропагандисту власти, выстрелил один из эпигонов казахского византизма, а по совместительству министр информации Ермухамет Ертысбаев. Выйдя за порог зала заседания, он недвусмысленно, со свойственной ему прямотой заявил: “Я, прежде всего, удовлетворен выступлением главы Казахстана на Государственной комиссии по разработке и конкретизации программ демократических реформ в РК. Нурсултан Назарбаев, в отличие от ее членов, предельно обострил повестку дня. Какое государственное политическое устройство нужно Казахстану? Ведь это и есть главный вопрос, ради которого мы собирались. Его можно сформулировать так, потому что именно эта проблема активно муссировалась в последние, скажем, три-четыре года. Особенно усиленно ее поднимали оппозиционные политические партии и движения. Даже после 4 декабря 2005 года, когда Нурсултан Назарбаев победил на президентских выборах, получив 91 процент голосов казахстанцев. Этим граждане страны однозначно высказались в поддержку президента, а следовательно, и Конституции, которую народ принял 30 августа 1995 года”.

Правоверный последователь идей “4 декабря”, правда, оговорился: “Что касается представителей оппозиции, которые не воспользовались предоставленной диалоговой площадкой, то я просто не могу объяснить, почему они не пришли. Президент, выступая на госкомиссии, уже дважды употребил словосочетание \»капризы и шалости\». Я не хочу сказать, что это относится лично к Серикболсыну Абдильдину или Жармахану Туякбаю. Может быть, они не пришли, потому что у них были какие-то уважительные причины? Но с 2000 года, когда я начал работать заведующим общественно-политическим отделом администрации президента, заметил: как только дело доходит конкретно до национального диалога, они не приходят”.

Спрашивается: зачем экс-соловью, простите, экс-советнику, который как “Отче наш” выучил всевозможные мантры о “всенародной поддержке” “единственного и неповторимого” досадовать по поводу отсутствия оппозиции? Что мешает тому же Назарбаеву осуществлять курс реформ самостоятельно, не оглядываясь на нарисованные оппозиции жалкие проценты? Откуда у парня “шестипроцентная” грусть?

Быть может потому, что уже в конце года будет рассматриваться вопрос о возможном председательстве Казахстана в ОБСЕ? Что вот-вот прибудет высокопоставленный эмиссар Вашингтонского обкома партии Баучер?

Бранчливые опусы политпроводника генеральной линии

Не мог остаться в стороне от высочайшей обиды и главный политпроводник генеральной линии, и.о. председателя партии “Отан” – Бакытжан Жумагулов. Ничтоже сумняшеся Бакытжан Турсынович выдал сразу два опуса. Первый, восторженно-хвалебный опубликовал в “Казахстанской правде”, второй, озадаченно-бранчливый – все в том же “Литере”.

Ставший уже опытным колумнистом казахстанского аналога “Гудка”, Б.Жумагулов (сам или с подачи редакции) озаглавил свой почти эпический материал “Политический каприз или борьба нанайских мальчиков”. Интересно, знает ли г-н Жумагулов, что в молодежных кругах “нанайцами” называют именно “отановцев”? Или это оговорка по Фрейду: мол, все эти совещания являются борьбой “нанайских мальчиков”? Мол бросайте свои капризы и давайте начнем “нанайскую” борьбу? Но не в этом суть.

Жумагулов пишет: “На протяжении последних лет представители отдельных оппозиционных сил отказывались садиться за “круглый стол” ПДС, Нацкомиссии. Главная причина их отказа, как они утверждали, неучастие в работе этих органов непосредственно главы государства. Но, как оказалось, причина вовсе не в этом. Известно, что президент выступил с инициативой о создании Госкомиссии по демократизации, в которой сам будет принимать участие, и выразил готовность выслушать всю палитру мнений по общественно-политическому развитию Казахстана”. Его возмущение было настолько глубоким и искренним, что он задался риторическим вопросом: “В какой еще стране есть такая площадка, где выразители самых разных политических взглядов имели бы возможность регулярно высказывать свое мнение непосредственно лидеру страны?!”. Вот оно оказывается как!

Не вдаваясь, однако, в причинно-следственные связи византийской логики г-на Жумагулова, хочется-таки возразить ему, что оппозиция отказалась от работы в рамках ПДС и Нацкомиссии вовсе не потому, что там не было президента Назарбаева! Скорее потому, что ни одно из принятых этими хуралами решений не было доведено до логического конца. Не потому ли эти трижды хваленые политологами “высокие форумы” получили звучные и емкие прозвища – “Бауыржан-шоу” и “НКВД”? Он, будучи постоянным и наиболее дисциплинированным участником всех без исключения “исторических” и попросту “эпохальных” собраний об этом должен был бы прекрасно помнить.

Что касается его риторического вопроса, то в нормальных, цивилизованных, демократических странах необходимости создания подобных трудновыговариваемых и анекдотических структур не возникает. Выразители различных политических взглядов (в числе которых и оппозиция) имеют возможность высказывать свое мнение в законно избранных парламентах. Или же г-н Жумагулов искренне сомневается в законности и легитимности нашего сверхпрофессионального парламента?

Сознание Б.Жумагулова, похоже, отказывается принимать возмутительные с его точки зрения действия оппозиционеров: “Но если у вас есть собственное видение работы госкомиссии, пожалуйста, двери ее открыты: приходите, предлагайте. Комиссия для того и создана. Неужели в Казахстане есть какие-то непреодолимые препятствия, мешающие наладить конструктивный диалог?!” Как это так! Как оппозиция может отказать президенту? Как они осмелились не прийти на очередное высокополитическое “шоу”?

Ой, ли, товарищ-господин Жумагулов?!

Любой, даже относительно несведущий в политике казахстанец знает, что “непреодолимые препятствия, мешающие наладить конструктивный диалог”, имеются! Вам нужно поименно и посписочно? Извольте! Вам хочется песен? Пожалуйста.

Во-первых, кризис доверия. Мало кто в стране верит в искренность намерений власти относительно продвижения демократических реформ. Почитайте все послания главы государства, начиная с 1998 года. Воз, как говорится, и ныне там. Что нового и принципиального сказал г-н председатель Госкомиссии, чего бы за прошедшие 10 лет не озвучил г-н президент?

Во-вторых, откровенное недоверие ко всякого рода комиссиям, круглым столам. Все, что сказал председатель комиссии до боли напоминает то, о чем в течение нескольких лет говорили участники почивших уже в бозе “Бауыржан-шоу” либо “НКВД”. А в чем же тогда разница? Участие президента? Слабенькое утешение.

В-третьих, есть и более свежие факты. Сфальсифицированные выборы в Мажилис! Сфальсифицированные выборы президента! Политическое убийство Заманбека Нуркадилова! Политическое убийство Алтынбека Сарсенбаева и его помощников! Абсурдные версии их убийства и нежелание следствия хотя бы допросить политических оппонентов Алтынбека Сарсенбаева, некоторые из которых являются членами Госкомиссии или покровителями (руководителями) членов Госкомиссии! Незаконное осуждение лидеров демократической оппозиции за участие в Дне памяти! Отбывающий свой административный срок Булат Абилов! Продолжать?

Сели бы господа Ертысбаев или Жумагулов за один стол с теми, кого они могли бы считать возможными убийцами их друзей и соратников (не приведи Боже)?

Новая скороговорка: “Какой Карин “каринистей”?

О “капризах” заговорил и известный политолог Ерлан Карин, амплитуда, качество, характер политических оценок которого, похоже, зависят от того, какой газете он дает интервью или пишет статьи.

На тему “капризов” универсальный политолог отметился дважды. И дважды в “Литере”.

Первый материал колумнист Карин озаглавил “Оппозиции пора выходить из подполья”. В силу своей молодости и других качеств характера, Ерлан Карин, конечно, отличается от прямолинейного “отановца” и даже велеречивого экс-советника. Он начинает как бы издалека: “Нынешняя попытка властей организовать площадку для диалога с оппозицией уже не первая. В свое время всем предыдущим инициативам высказывалось много нареканий, причем с разных сторон. Критика раздается и сейчас”. А потом плавно переходит к искомому: “Тем не менее, что бы ни говорилось в отношении ПДС, НКВД и нынешней Госкомиссии, сейчас появился реальный шанс для положительной трансформации имеющихся противоречий в плоскость открытого диалога, а не закулисных переговоров”. Тоньше надо быть, товарищи, тоньше.

И только после этого звучит, наконец, то, ради чего все звучит. “Теперь, когда, казалось бы, учтены все замечания, странно слышать заявления некоторых политиков о том, что они не намерены принимать участие в работе Государственной комиссии по вопросам конкретизации демократических преобразований. Тем более, что со стороны власти сделаны конкретные шаги навстречу – президент созвал и возглавил работу комиссии”. Хочется сразу же задать дурацкий вопрос: “Ну и что?”.

Похоже, и сам Карин задался таким вопросом и уже на следующий день дал “Литеру” большое, разгромное интервью: “Альтернативы диалогу нет”.

То ли Карин был уязвлен тем, что после его статьи оппозиция задрав штаны не побежала в Госкомиссию, то ли был раздосадован тем, что написал слишком мягко в статье про “подполье”, непонятно. Он с ходу заявляет: “Ситуация с госкомиссией наглядно демонстрирует кризис политической стратегии и тактики казахстанской оппозиции”. Вот так, с больной головы — на здоровую! Может все-таки наоборот, г-н политолог?

Точно так же оппозиция перед парламентскими и президентскими выборами убеждала всех, что выборы будут нечестными и непрозрачными, что будут массовые фальсификации, но в итоге все равно приняла в них участие. Если можно принять участие в якобы изначально нечестных выборах, то почему нельзя принять участие в работе госкомиссии?” — пишет политолог. Опять казуистика. Да, оппозиция говорила, что выборы будут грязными и сфальсифицированными. Они и были таковыми. Но на выборы она пошла не для того, чтобы “угодить” власти, а для того, чтобы нести людям свою правду. Более того, политический кризис, вызванный всей совокупностью преступных, полупреступных и просто ошибочных действий власти собственно привел к необходимости созыва Госкомиссии!

И, наконец, не вы ли тот Карин, который со страниц оппозиционных газет говорил о “кризисе власти”, “политической дестабилизации” и прочих вещах? Не вы ли тот Карин, который ранее говорил примерно то же, что и сейчас о ПДС, а потом НКВД? А если и в этот раз не получится? Какому тогда Карину верить?

Пойдем дальше. Если для смеха немного переделать слова Карина об отношениях оппозиции и президента следующим образом: “Оппонент Карина был, как всегда, в своем стиле и отчитал Карина, как маленького ребенка. Вы заметили, что оппонент Карина никогда не спорит и не дискутирует с Кариным, он ему делает замечания или ругает за плохое поведение, иногда даже наставляет. Он намеренно ведет себя с Кариным как отец с маленькими детьми: строго и даже с некоторым пренебрежением”. Интересно хочется Карину иметь таких оппонентов? Стал бы он с ними общаться? Думаю, что нет! Может лучше (а главное честнее) было бы назвать интервью “Альтернативы монологу нет”?

Карин утверждает: “Действия оппозиции действительно кажутся бесконечными капризами, поскольку создается впечатление, что ее лидеры, выискивая постоянно какие-то новые отговорки, всячески уклоняются от прямого диалога с властью”. Ничего принципиально нового. Говорит в унисон с Ертысбаевым и Жумагуловым.

Поэтому остается только одно: повторить и переадресовать ему тот же вопрос, что и его идейным предтечам: “Сел бы господин Карин за один стол с теми, кого он мог бы считать возможными убийцами своего друга и соратника (не приведи Боже)?” Ответьте, Карин!

“Эпоха”, №12 от 31 марта 2006 г.

Новости партнеров

Загрузка...